Зайчик: Связанные

Оля тут же потянула Катю за руку, как только брат вышел из дома. — Пойдём! Я тебе кое-что покажу! — Только без сюрпризов, — улыбнулась Катя. — Да ты что, я хорошая! — возмутилась Оля и тут же рассмеялась. Они уселись на диван. Экран вспыхнул мягкими цветами — Оля включила «Русалочку», но почти сразу начала болтать, перескакивая с темы на тему, будто боялась тишины. — А ты правда Антона любишь? — Правда, — ответила Катя без паузы. Оля буквально засветилась. — Я так и знала! Он с тобой другой. Раньше он всё время рисовал каких-то страшных зверей и почти не улыбался. Катя на секунду напряглась. — Страшных? — Ну да, — Оля пожала плечами. — Лес, глаза, тени… Мама говорила, что он просто фантазирует. А потом ты появилась — и он стал рисовать солнце. Катя опустила взгляд. Солнце. Слово было тёплым, почти живым. От него внутри что-то защемило — приятно и больно одновременно. — Хочешь, я тебе кое-что покажу? — вдруг сказала Оля и вскочила. Она полезла под стол, с усилием вытащила старую коробку и поставила её перед Катей так торжественно, будто это было сокровище. — Это секрет. Но ты теперь почти семья. Внутри лежали детские рисунки Антона: неровные линии, зайцы с огромными ушами, девочка с длинной косой, солнце, нарисованное слишком большим, и поле клубники. Катя замерла. — Это ты? — спросила Оля, указывая на девочку. — Не знаю, — честно ответила Катя. — Но… похоже. Оля кивнула, будто другого ответа и не ждала. — Он тебя давно придумал, получается. Катя рассмеялась — тихо, искренне. — А ты у нас кто? — Я? — Оля выпрямилась. — Я буду тебя защищать. Если Антон вдруг станет дураком. — Тогда договор, — Катя протянула мизинец. — Ты меня защищаешь, а я всегда буду на твоей стороне. — Клятва. Они снова устроились на кровати, завернулись в плед. Оля прижалась к Кате так естественно, будто всегда так и было. — Ты добрая… — сонно пробормотала она. — Я рада, что ты с нами. Катя осторожно погладила её по волосам. — Я тоже. В тоже время на улице Выйдя во двор, там уже ждали его Бяша и Рома. Бяша клевал семечки, а Рома курил. — Опа, Тохич! — Здарова, Тоха, на, — сказал Бяша. — Дарова, парни, — ответил Антон. И они отправились гулять по посёлку. — А чё это ты с этой гадюкой начал общаться? — спросил Рома. — Ну-у-у, как сказать, — ответил Антон. — Чё, на змеюку потянуло? — Ну да, — решился ответить Антон. — Мда-а-а, братка, вкусы у тебя, конечно… Только не мути с ней, — сказал Рома. — Так я уже, — ответил Антон. Бяша поперхнулся семечками, а Рома чуть не проглотил сигарету. — Чего? Чего, на? — спросил Бяша. — Так я уже, — повторил Антон громче. — Ну ты даёшь, такую змею приручил, не каждому дано, — хе-хе, — сказал Рома, ухмыляясь. Пока они гуляли, Рома резко остановился. — Ты чего, Ром? — спросил Антон. — Бля, парни, погнали в обратку, — сказал Рома испуганно. — А чего так? Когда Антон повернулся вперёд, он увидел большую тёмную фигуру, которая, заметив группу, начала злобно подходить, с каждым шагом ускоряя темп. — Сука, поздно уже, — сказал Рома и отчаянно пошёл вперёд. Антон машинально пошёл за ним, а Бяша так же напуганно двинулся следом. — Ромочка, Пятифаночка, ну что, собрала деньги на мой долг? — спросил взрослый тип лет восемнадцати. — Чё за… Ром, что происходит? — спросил Антон. — А ты ещё кто? Девушка его? Хахаха. Иди потеряйся куда-нибудь, белокурая. — Ты как общаешься, еблан? — ответил Антон, нахмурившись. — Тох, не надо, не лезь, — прошептал Рома. — Я сегодня добрый. За слова можешь не отвечать, пацан. Просто слушай парня своего и чтобы голос только по команде подавал. Хаха. Антон увидел напуганный и обессиленный взгляд друга и не стал терпеть. — Ты в край ахуел, пидрила. — Не, щенок, тебе пизда. Как вдруг агрессор вытащил нож из кармана — не зубочистку Ромы, а огромный охотничий нож, которым медведя разделывать. — Костя, не надо, — сказал Рома, пытаясь защитить друга, за что тут же получил толчок и упал на землю. Снежинки, будто блёстки, падали на сверкающее лезвие ножа и таяли, очищая его. Он медленно подошёл к Антону и прислонил нож к его горлу. Без слов он замахнулся, а Антон от страха смог лишь сделать шаг назад. Тихо, спокойно, как отец учил, ноги боком, держать баланс, следить за руками. Старшак замахнулся ещё раз, пытаясь сделать колотый удар, но Антон успел парировать и ударить обидчика в нос. Глаза Ромы налились надеждой. — Ах ты сука! — сказал Костя, держась за нос. Антон явно разбил его, кровь потекла по руке. Антон успел обрадоваться, что начал лидировать, как его тут же поразили клинком, но он успел отскочить — порезали лишь куртку. Он сразу понял, что расслабился, и это чуть не стоило ему жизни. Обидчик тут же рванулся вперёд, не давая Антону и секунды на передышку, повалив его на холодный снег. Костя был готов зарезать героя и уже ударил его в грудь, но Антон смог удержать руку злыдня, отсрочивая свою смерть. — Сука! А может, поможете, блять?! — крикнул Антон друзьям. В тот же миг Рома подбежал и толкнул Костю в лицо, отчего тот упал. Теперь Антон сидел на нём и избивал, но вдруг… он взял нож, лежащий на земле, и вскинул его над головой… — Стой! Не надо! — жалобно крикнул нападающий. — Да-а-а, вот это я понимаю зайчик… Ну же… Заканчивай отброса… — сказал неизвестный. Антона будто окатили холодной водой. Он увидел огромного парня, съёжившегося, закрывающего лицо руками и почти плачущего. Что я делаю? — подумал Антон и уронил нож на землю. Костя испуганно посмотрел на Антона, потом на нож и обратно… Он схватил нож и порезал Антону щёку — почти от уха до рта. Тёплая кровь начала согревать лицо, замёрзшее на морозе. Обидчик убежал, забрав нож с собой. Антон остался сидеть на коленях в тёмной ночи. — Тоха! Тоха, ты как?! — подбежал Рома. — Тохич, пошли ко мне, у меня аптечка есть, я рядом живу! — подбежал Бяша. Антон смотрел в пустоту, пока кровь не превратилась в лужу на снегу. Лишь когда Рома махал перед его лицом и почти кричал, он очнулся. — Что? — Тоха, бля, не тупи, у тебя ебало всё в крови. — Я домой, — ответил Антон. Никто его не остановил. Даже слова не сказал — просто молча провожали взглядами. Когда Антон вернулся домой, он пошёл на кухню и обработал рану. К тому времени порез перестал кровоточить, осталась лишь сухая кровь на коже. Потом он прошёл в свою комнату и застал странную, но тёплую картину: Катя и Оля спали рядом, а между ними лежал раскрытый альбом с рисунками. Антон тихо переоделся и сел рядом с Катей. — Вернулся? — Угу. — Всё хорошо? — Да… просто устал. — Иди сюда. Антон положил голову Кате на ноги. Она начала гладить его по голове, перебирая белоснежные пряди. Тихо поцеловала его в щёку, прошептав: — Сладких снов, Тоша… Он уснул почти сразу. Катя тоже.