Вне рыночной стоимости

      В пентхаусе царил полумрак, разбавляемый лишь холодным свечением рекламных щитов с улицы. Драко чувствовал, как по коже пробегает озноб — не от холода, а от того, как жадно Том на него смотрел. Реддл неторопливо подошел к столу и сел в кресло, жестом приглашая Драко подойти. — Твой отец только что прислал мне твою детскую фотографию на почту, — Том усмехнулся, вертя в руках смартфон. — Ты там такой невинный, в этой нелепой школьной форме. Интересно, что бы он сказал, увидев тебя сейчас?       Драко подошел вплотную, чувствуя, как под новой шелковой рубашкой винного цвета бешено колотится сердце. — Ему бы не понравилось, — выдохнул он, смело опуская ладони на плечи Тома. — Ему бы это разбило сердце, — поправил Том. — И именно это делает момент совершенным.       Том резко притянул Драко к себе, усаживая на свои колени. Рубашка задралась, обнажая бледные бедра. Драко охнул, когда почувствовал твердость чужого тела через тонкую ткань. Реддл действовал уверенно: его руки скользнули под шелк, сминая кожу, оставляя новые отметины. — Ты сказал, что на мне не должно быть ничего, кроме этой рубашки, — прошептал Драко, задыхаясь, когда Том приник губами к его уху. — Я передумал. Я хочу, чтобы ты чувствовал каждое мое прикосновение, но при этом помнил, что на тебе надеты вещи, купленные на мои деньги. Ты мой, Драко. От макушки до кончиков пальцев.       Том ловко развернул юношу спиной к себе, заставляя его встать на колени прямо на мягком ковре, лицом к панорамному окну. Весь Лондон был как на ладони, тысячи людей внизу жили своей обычной жизнью, даже не подозревая, какая драма разворачивается в этом стеклянном замке. — Смотри на город, Драко, — приказал Том, его голос стал ниже. Он пристроился сзади, его руки властно легли на бедра парня. — Ты видишь эти огни? Я могу дать тебе любой из них. Но за это ты отдашь мне свою волю.       Близость была медленной и пугающе осознанной. Без алкогольного тумана прошлой ночи Драко чувствовал всё острее: холодный воздух из кондиционера, грубость ладоней Тома и невероятное, сокрушительное удовольствие, которое заставляло его выгибаться и вскрикивать, впиваясь пальцами в ворс ковра. Том не спешил, он смаковал каждую реакцию Драко, его прерывистое дыхание и тихие мольбы. Когда всё закончилось, Драко лежал, уткнувшись лицом в сгиб локтя Тома, пытаясь выровнять дыхание. — Останься так, — Том коснулся его волос. — Я хочу запечатлеть этот момент.       В этот момент телефон Тома, оставленный на столе, громко завибрировал. На экране высветилось имя: «Северус Снейп».       Драко замер. — Это мой крестный... Откуда у него твой личный номер?       Том спокойно взял трубку, даже не пытаясь прикрыться. — Да, Северус. Я слушаю.       На том конце провода воцарилось тяжелое молчание, а затем раздался холодный голос Снейпа: — Реддл. Я знаю, что Малфой у тебя. Не спрашивай как, я просто знаю. Если с его головы упадет хоть один платиновый волос, Люциус — меньшая из твоих проблем.       Том посмотрел на Драко, который во все глаза смотрел на телефон, и лениво улыбнулся. — С его головы ничего не упало, Северус. Напротив, он никогда не выглядел более... сияющим. Но если ты хочешь его забрать — попробуй. Если, конечно, он сам этого захочет. Том протянул телефон Драко. — Твой «опекун» хочет поговорить. Скажи ему правду, Драко. Ты хочешь вернуться в поместье? К ужинам, стажировкам и галстукам, которые тебя душат?       Драко посмотрел на телефон, потом на Тома. В его глазах отразился весь хаос последних суток. Он взял трубку. — Северус? — его голос дрогнул. — Не ищи меня. Я... я в безопасности. И я впервые в жизни сам решаю, где мне быть.       На другом конце Снейп шумно выдохнул. — Ты совершаешь ошибку, которую нельзя будет исправить, Драко. — Возможно, — Драко посмотрел на Тома, который уже наливал себе новый бокал виски, выглядя как падший ангел. — Но это моя ошибка.