Причина, по которой я тебя люблю

– Яна... Меня пугает твоë стремление связать себя узами брака с этим человеком! – Восклицает Люда. Прошло три дня с той встречи, все эти три дня девушка пытается вникнуть в дела семьи и копается в документах. Не сказать, что она много там соображает, но отец с удивлением отмечает, что его дочь весьма способна. Мачеха притихла. Увидев стремление падчерицы, она сочла это удачей, а потому старается не мешать, чтобы позволить возобновить условия сделки. Хотя, если бы она знала, что договор будет заключаться не от лица еë мужа, а от лица падчерицы, она была бы недовольна, ведь придëтся вверить свою судьбу девчонке. А потому такие детали Яна сочла скрыть от неë, да и папа согласен с таким исходом дел. – Почему? Я и в мыслях представить не могла что тот, кого я люблю окажется тем самым потенциальным мужем по расчëту. – Не отрываясь от ноутбука, приговаривает Яна и время от времени крутит колëсико компьютерной мыши указательным пальцем, пролистывая страницу за страницей на горящем уже почти весь очередной день мониторе. – Любовь?! Больше на одержимость похоже!– От раздражения Людмила закатила глаза и с ногами залезает на диван у окна, на котором ещё несколько дней назад еë младшая сводная сестра сидела с наинесчастнейшим видом. Теперь она возвышается над девушкой, сидящей за столом совсем рядом с диваном, уткнув руки в боки, тем самым натянув и без того приталенную розовую майку домашнего костюма. – Ты же знать его не знаешь! Характер, темперамент, привычки, работа... Да хотя бы банальное его отношение к тебе самой! Где причина по которой ты так безрассудно его полюбила? – Причина...? – Девушка на мгновение замирает, приподняв ладонь с мигающей красной лампочкой компьютерной мыши, а затем, моргнув, откидывается назад, на спинку рабочего кресла и кладëт руки на подлокотники. – Да хотя бы в том, что у меня появилось вдохновение писать... Он вернул его мне... А ещë стремление хоть к чему-то... – Одним своим видом? – Старшая скептически оглядывает невесту а затем, подняв с дивана декоративную мягкую подушку с вышитым на ней красивым узором, несильно, но ощутимо бьëт ей прямо по макушке Яны. – Дурында ты! Только вроде успокоилась за два года и вот опять... Любовь с первого взгляда? То в жар, то в холод? Разговор глазами? Муза, снизошедшая к тебе при виде этого... этого... Человека! Ты либо чëртов гений-писатель, берущий вдохновение из таких вещей, либо точно глупо влюбившаяся ду-рын-да... – Ну, прямо сейчас у меня желание и вдохновение научиться чему-то новому, разобраться в рабочих делах отца, чтобы не ударить в грязь лицом и заключить выгодную сделку, которую скрепит наш брак. Писать новелы буду потом.       Людмила тяжело вздыхает и качнув в расстроенных чувствах головой, опускается вниз, садится по-турецки на диване совсем рядом с Яной, подложив ту самую подушку под спину и оглянувшись, бросает взгляд на экран ноутбука. Она давно испытала чувство первой любви. Это было ещë классе в пятом, может шестом... Да, тогда девчонка тоже также грезила о своëм однокласснике, расхваливая все его положительные черты и попросту не замечая всех недостатков. Поняла она в кого влюбилась только через пару лет, убедившись в том, что отношения с ним выстроить было сложно и всë начало очень быстро раздражать. Первая любовь прошла быстро, словно налетевший ураганный ветер одним дуновением сбил с дерева все листья. Сейчас старшая сводная сестра думает о двух вариантах развития событий: либо Яна также разочаруется в своëм будущем супруге за время работы до заключения брака и растрогнет договор, либо уже в браке, узнав Достоевского лучше и наконец разлепив закрытые на все недостатки супруга глаза, поймëт куда вляпалась. Но не будет ли тогда слишком поздно? Ей жалко сестру. В обоих вариантах. Но какой окажется правдивым она уверенно решить не может. – Наплачешься ты с ним ещё... – Задумчиво тянет она, накручивая на указательный палец тонкую длинную прядку распущенных тëмных волос с розовым мелированием в некоторых местах. Впервые увидев Достоевского в ресторане, она поняла, почему Яна так неравнодушна, но с другой стороны чëтче всех там присутствующих ощутила некую угрозу с его стороны. Вроде не угрожал словами и лицом был спокоен и доброжелателен. Сначала Люда даже не поняла, что за угроза, а сейчас пришло понимание. Эта угрожающая аура следует за ним лëгким шлейфом сама по себе, как и харизма. Она словно дымка обволакивающая его существо и пусть сам Фëдор никак не проявляет этого, он с лëгкостью создаëт у девушки впечатление человека, который способен не то что угрожать, а даже убить. Один его спутник чего стоит! С виду тоже такой милый, уважительный, а ластится, словно изворотливый змей! Явно видно, что Иван, будучи приспешником этого Фëдора, душой тоже далеко не чист. – Я понимаю. – Внезапно говорит Яна, обратив внимание на помрачневшее лицо сводной сестры. – Но я готова. Ты просто меня не понимаешь, Люда. – Я бы на твоëм месте хорошенько подумала... Учитывая, что и сам он не особо горит желанием связывать себя узами брака. – Взглянув на девушку, старшая сестра медленно встаëт и идëт к двери, подтягивая вниз шорты. Она хотела бы ещё поговорить об этом, всë же уговорить Яну отказаться от этой идеи, но понимает что на сегодня достаточно. Иначе мирная и тихая младшая сестра, отличающаяся терпением, не выдержит натиска и тогда уже всë это сделает не просто по своему добросердечному желанию помочь отцу и выйти замуж за любимого, но и на зло. «Янка невероятно упряма. Неужели это действительно так для неё важно?» – Думает про себя Людмила, закрывая дверь и направляясь в свою комнату. Сколько они знают друг друга, за эти три года никогда раньше девушка не была такой целеустремлённой. Что за ненормально влияние такое оказал на неë Фëдор при личном разговоре в ресторане? Однако остальных в семье это, кажется, вовсе не волнует. Не волнует то, как младшая дочь вдруг как-то... Повзрослела? За один день... А вот еë волнует, пусть они и не родные сëстры... «Господи, вот я дура... Зачем еë тогда подтолкнула?! Если бы не я, она, вероятно, не побежала за ним и не было бы этого разговора! Просто пострадала бы пару деньков из-за невозможности выйти замуж за свою первую любовь и всë!» – Сокрушается она, наконец закрывшись в своей спальне. Рухнув на постель, она вжимается лицом в подушку и громко кричит в неë, выгоняя из себя весь стресс и чувство вины. Люда почему-то чувствует себя за этот разговор виноватой. Но делать уже нечего. Сестра не простит, если, пусть и из добрых побуждений, она попробует как-то помешать. А день новой встречи с этим человеком неизбежно приближается, осталось всего ничего.

***

– Вот. Готовый договор, в который включены и ваши, и мои условия. – Достоевский плавным жестом передаëт девушке документ прямо в руки. Когда Яна начинает их перечитывать, он складывает руки в замок на столе и внимательно осматривает юницу сидящую напротив. Ещë очень юная, но уже такая серьëзная. Однако в его памяти ещё не растаял тот хрупкий образ этой девушки в платье принцессы. Тогда она была робкой, ранимой и мечтательной. Но и сейчас не изменяет себе. Он видит, как она, как и два года назад, стесняется и немного сторонится его. Однако что-то изменилось. Она стала решительнее и, судя по-всему упрямая, раз действительно взялась за это дело всерьëз. Сначала он было решил, что говорила она те слова пребывая в расстроенных чувствах из-за неудачи родителей и просто желала загладить их вину. Но, оказывается, всë не совсем так. – Вы тоже решили обмануть меня, как мои родители вас? – Вдруг поднимает глаза Яна. В еë взгляде читается некое разочарование, голос звучит тихо, почти шëпотом произнесены эти слова. Сначала Достоевский от неожиданности вздрагивает бровью, но его лицо быстро, почти в одно мгновение снова расслабляется, а на губах плавно расползается довольная улыбка. – Похвально. – Произносит он ласковым тоном и лëгким движением руки забирает из еë рук бумаги и передает их рядом стоящему Ивану. Девушка не понимающе качнула головой, когда взяв одной рукой договор, в другой помощник Фëдора неожиданно чиркает металической бензиновой зажигалкой, украшенной причудливыми витиеватыми узорами. Бумаги загораются от яркого пламени и постепенно, с каждой секундой медленно чернеют. Когда же в руке мужчины остаëтся лишь небольшой обрывов всë ещё горящий, он бросает его в стакан с водой, вероятно подготовленный заранее именно для этого. Всë это время Яна глаз не могла свести с этого зрелища и лишь когда огонь потух, оставив после себя тонкую струйку дыма, она ошарашенно переводит глаза на сидящего перед ней как ни в чëм ни бывало Достоевского. – Что вы сделали? Зачем? – Срываются с еë губ вполне ожидаемые вопросы. Она не понимает. Ничего не понимает. – Небольшая проверка на внимательность. – Улыбается он, придвигая к ней пальцами по столу уже подлинные документы. – Не смею больше издеваться. Это подлинники. Изучите их и, если вы со всем согласны, поставьте свою подпись. – Он выглядит весьма серьëзным. Осторожно взяв документы в руки, Яна бросает на него недоверчивый взгляд и погружается в чтение. Некоторое время снова висит молчание. Пока Яна вглядывается в мелкий текст в самом конце, где обычно может скрываться какая-нибудь подлянка, мужчина не сводит с неë глаз, чем ещё больше вгоняет в смущение и напряжение. Чего он хочет добиться таким пристальным вниманием? Однако Фëдору ничего не нужно... Он просто изучает, испытывает и пытается понять, сможет ли эта девушка быть ему полезна. Сможет ли вытерпеть с ним жизнь? У него в голове много планов на будущее, которые до дня предложения ему брака никак не включали в себя существование рядом женщины, однако сейчас, с появлением этой юницы с еë настойчивостью ему придëтся всë пересмотреть и даже что-то начать планировать заново. Если эта девочка окажется совершенно обычной и глуповатой, как он и ожидает от супруг богатых и влиятельных мужчин, ему будет с ней сложно, возможно, даже придëтся убрать, несмотря на все договора. Но если Яна действительно умная, то, возможно, получится обвести еë вокруг пальца и использовать в своих целях? Здесь тоже сложности, ведь она может догадаться благодаря уму, но Достоевскому куда легче обращать в шахматные фигуры на своей доске более-менее умных людей, чем пытаться объяснить идиотам, что от них требуется. – Меня всë устраивает. – Отложив бумаги на стол, наконец произносит девушка, подняв глаза. В еë взгляде вдруг мелькает какая-то ясность, несмотря на довольно мрачное выражение лица. Она сейчас выглядит так, словно довольная хозяйка компании заключившая выгодную сделку. Фëдору это нравится. – Тогда прошу вас. – Не менее чем еë довольным взглядом, он обводит контуры женского лица, протягивая ручку и передавая ей. Случайное касание кожи о кожу и девушка напрягается так, словно по всему телу, начиная от кончиков пальцев пролетел электрический заряд, зажигая на щеках новые пятна смущения. Она быстро пытается скрыть то, как горит лицо, низко наклоняет голову, позволяя прядям волос его прикрыть, и на секунду замешкавшись оставляет на каждом листе свою подпись и еë расшифровку, а также дату заключения договора. Когда же с этим было покончено, Яна разворачивает бумаги к Фëдору и также передаëт ручку. Он опускает глаза и отточенными движениями руки быстро подписывает документы, при этом лишь немного склонив голову вниз и слегка, одними лишь пальцами левой руки, придерживая белые листы. Вид его абсолютно спокоен, будто он занимается подобным делом каждый день. Хотя, если учесть разницу в возрасте между ними двоими, а также финансовое положение их семей, вовсе не удивительно, что заключать договора или же разрывать их для Достоевского вполне привычное, может даже обыденное дело. Ему хватит и пары секунд, чтобы в подобных текстах заметить строки, о которых уговора не было.       Они закончили довольно быстро. Стоящие за дверью родители не успели даже начать беспокоиться, как дверь открылась и Яна в сопровождении Ивана выходит в коридор, держа в руках свой экземпляр договора. Еë вид кажется странным: с одной стороны она какая-то довольная и даже радостная, с другой видно еë беспокойство и лëгкую тревогу по напряжëнным плечам. Отец вздыхает. Судя по всему всë прошло успешно и теперь Достоевский готов финансово помочь их семье с бизнесом. Он смотрит на дочь испытывая смешанные чувства: с одной стороны, оказавшись такой настойчивой на этом договоре, закрепляющимся браком она самовольно жертвует своей счастливой жизнью, ведь она могла бы через несколько лет выйти замуж по любви и жить спокойно с дорожащим ею человеком; с другой стороны, кажется, она наоборот рада такому исходу событий, испытывая к Достоевскому по истине нежные чувства, несмотря на разницу между ними, достаточно большую, и дело не только в возрасте. Счастлива ли она будет с человеком из другого слоя общества, который, возможно, будет пытаться перевоспитать еë «под себя»? Он не знает. Ему бы хотелось знать, что да, всë будет хорошо. Ему тошно, неспокойно и тревожно, что благополучие семьи и бизнеса фактически строится за счëт счастья дочери, которое она в этом браке может потерять. – Папа, едем домой. До свадьбы мне позволено жить дома. – Говорит она спокойно, но голос еë дрогнул на последнем слове. Действительно ли она готова? Взглянув как-то по странному на мачеху, то ли с укоризной, то ли с благосклонной холодностью, Яна вновь обращается к Ивану и тепло с ним прощается, чуть склонив вниз голову, отзеркаливая его жест. Затем же плавной походкой еë маленькая фигура удаляется прямо по коридору и сейчас ещë более ясно кажется, что девочка как-то быстро повзрослела. – Не беспокойтесь. – Голос помощника Достоевского звучит спокойно и ласково. Он не убирает с лица улыбки, переводя взгляд с удаляющейся девичьей фигурки на еë родителей. – Он только по слухам дьявол. Я уверен, что с вашей малюткой всë будет хорошо. Ваше благополучие зависит от неë, так что... Доверяйте ей. – Что значит «благополучие зависит от неë»?!– Вдруг оживляется необыкновенно тихая сегодня мачеха. Еë голос в тишине коридооа прозвучал так, словно неожиданно услышанный прямо над головой удар в гонг. Отец резко очнулся, услышав эти слова, переводит растерянный взгляд на жену и открывает рот, чтобы начать своë объяснение, которое больше походило бы на оправдания, а вот Иван, словно бы не заметив этого еë напряжения, безмятежно продолжает, перебив начавшего издавать нечленораздельные звуки мужчину: – Яна пошла подписывать договор с Фëдором не как ваш представитель, а от своего лица. Теперь всë это их личное дело, как рабочее, так и... Семейное. Ваш бизнес остаëтся в ваших руках, его благополучие зависит от вашей дочери и соблюдения вами и ею условий договора. Будьте к ней добрее. Мой господин готов нарушить один из пунктов, если вы оскорбите его жену. Отныне, с этого самого дня, она Достоевская, а не Ковалевская.