brûler.

Сакуре, казалось, что чертов Ямато был везде, даже если не находился там лично. В школе, когда одноклассники или старшие вспоминали про Нороши, с которыми был заключен нейтралитет и те порой шастали по территории Фурин, как у себя дома.  В Патосе, ведь сам Харука по собственной глупости упомянул слова Эндо о «влюбленности» и Котоха теперь бесила своей «мягкой» улыбкой и вопросами, как там поживает его «парень».  Оба знали, что между фуриновцем и главой Нороши ничего нет, но упустить такую возможность подстегнуть друга Тачибана не могла упустить. Шутки по этой теме стали частыми гостями в их общении, даже не смотря на то, что проскакивали они только в общении между собой.  Остальные были обделены информацией об этой истории и жили в счастливом неведении. Что было Сакуре только на руку. Вытерпеть одну Котоху было проще, чем Суо и Кирю, прознай эти двое о столь «интересной» ситуации с их дорогим старостой, которого смущало даже малейшее прикосновение или внимание от противоположного, да и не только, пола. А еще был Нирей, который точно бы смотрел на Сакуру своими большими голубыми глазами полными переживаний и тревоги,  за своего друга и старосту. Лепетал бы об опасности и слезливо просил об осторожности.  Против их характеров Харука ничего против не имел, но сталкиваться с последствиями из-за чужих слов он точно не хотел. Даже не смотря на то, что сосредоточенно и очень медленно жевал омурайсу, пока Котоха насмешливо смотрела на него. Проглотил и с сожалением осознал, что сейчас от подруги точно не отвертеться.  — Ну, как там твой герой-любовник? Успели пообщаться?  Девушка облокотилась на стойку, подперла щеку рукой и растянула губы в широкой улыбке, глаза сверкали озорством. Харуке пришлось выпрямиться, чтобы отодвинуться от нее подальше. Лицо запылало красным.  — Нет!  — Как же так? Какой ты бесчувственный, ай-яй, Сакура, пообещал общаться, а обещание не выполняешь. И не стыдно тебе?  Харука в какой-то степени жалел о своих словах, но от своих слов не отказался. После неожиданного признания, он так и не смог нормально обдумать сложившуюся ситуацию. Он мог узнать через Умэмию номер Эндо и наконец-то написать. И можно было просто общаться, не смотря на чужие чувства. Ямато ничего от него не ждал, это сам Сакура пизданул об общении и только ему и расхлебывать последствия.  Хоть Котоха и говорила с весельем в голове, глаза стали более серьезными. Брюнетка что-то высматривала на его лице, прежде чем начать говорить. — Никто не ждет от тебя взаимности, тем более, многие из столпов в курсе, что Эндо находится рядом с Такииши явно не по взаимному желанию. Эндо просто прилип к чужой заднице как банный лист. Хоть он и навязчивый, он точно не требует что-то за свои чувства. Попробуй хотя бы пару раз списаться с ним, если же тебе не понравится, в чем я сомневаюсь, то ты можешь как и любишь делать, сказать все прямо.  Ни Сакура, а Тачибана и подавно не знали Эндо Ямато хорошо, но судили по тому что видели(в случае Котохи слышали).  Возможно, Сакуре действительно стоило просто попробовать?  Как он и предполагал, найти номер Ямато было не сложно. Пара смсок Умэмии и Цубакино и вот в его стареньком телефоне уже был номер татуированного парня.  Потягивая горячее кофе, переодически сюрпая, чем бесил Котоху. Сакура смотрел на пустой чат с новым контактом и на злые взгляды подруги внимания не обращал. Что можно было написать человеку, что после драки, в которой едва не придушил Харуку, признался в любви?  «Привет! Как дела?» — было банально и непонятно. Если бы ему самому кто-то с неизвестного номера так написал, Сакура вероятнее всего проигнорировал этого человека.  «Это Сакура. Ты еще не передумал на счет своих слов? Нет? Жаль.» — слишком прямолинейно и нагло. А таком случае даже и писать не стоило.  В итоге первое сообщение в их общем чате гласило о том, что пишет Сакура и у кого он взял цифры Ямато.  Ответ пришел не сразу, а Хару понимал, что Эндо вполне мог быть занят и спрятал телефон в карман.  Он, наверное, уже забыл. Или передумал. Или это была просто шутка, — пронеслось в двухцветной голове. Но почему-то воспоминание о том мимолётном  огоньке в хищных глазах Эндо не давало покоя. Оно было искренним. Таким же искренним, как и его жестокость. Или вернее, казалось, таким. Сакура не мог быть в этом уверенным, еще не настолько знал Эндо. Тяжело выдохнув, он встретился глазами с Котохой, что увлечено протирала тарелки полотенцем, но взгляд от друга не отводила. — Что?  — Ну, живой же? — поинтересовалась Тачибана. — Заткнись. — буркнул Сакура, отворачиваясь к окну.  Громкий звук, оповещающий о пришедшем сообщение, словно обжог бедро. Парень трясущимися руками достал мобильник, под тихое фырканье подруги.  «Вау, котеныш все-таки решил мне написать.» — гласило первое сообщение. И следом пришло еще одно.  «Я уже думал, что придётся либо самому тебя искать, либо плакаться в плечо Чики о неразделенной любви».  Выбирая между «меня заставили» или «я обещал», решил написать как есть.    «Сомневался, стоит ли начинать».  Смущение обожгло скулы и уши. Черт, для чего он только начал это, а?