Утренний обычай

Утро на базе Халдеи было мирным и спокойным. Абсолютно ничто не предвещало беды или даже малейшей суеты, а потому Эмия начал свой день с ежедневной утренней тренировки, ставшей традицией. Он как раз закончил с медитацией и перешёл к силовым упражнениям, когда дверь его комнаты неожиданно распахнулась настежь без стука и в помещение... (Эмия мысленно опустил фразу "бесцеремонно вломился") вошёл Кухулин. – Похоже ты так и не научился стучаться, – не жалуясь и не сетуя на судьбу, а лишь констатируя факт, произнёс Арчер, не дрогнув ни единым мускулом и также спокойно возвращаясь в исходное положение после боевой стойки. Кухулин сохранял молчание, но весь его вид и само выражение лица говорили о некой маленькой, но очень важной победе, что ему довелось одержать. "И? С чем пожаловал?" – собирался, было, спросить Эмия, поднимая взгляд на гостя, но в этот самый момент взгляд Стража скользнул по фигуре снизу вверх, переходя от сияющих глаз к острию алого копья, что тот торжественно держал в крепком боевом захвате – и это открытие на мгновение лишило Арчера дара речи. В руке Кухулина, вне всяких сомнений, было зажато знаменитое копьё Гаэ Болг. Вот только... – Где ты взял это, Кастер? – скептично произнёс Эмия, машинально делая шаг вперёд и внимательно осматривая орудие, которое его гость щедро протянул вперёд. – Нравится? – со смесью игривого задора и торжественной гордости. – Я же обещал, что раздобуду его. И вот. Этот день настал. Глаза цвета свежей крови устремились на Арчера, встречаясь с ним взглядом, и Кастер Кухулин продолжил: – Помнишь наш уговор? Если раздобуду Гаэ Болг, то немедленно выполню свое обещание. Как видишь, мой знаменитый Фантазм уже на месте. И я готов приступать. Выслушав непрошенную тираду, Арчер намурился, после чего осторожно перехватил копьё, сжимая в двух ладонях. Взвесил. Осмотрел со всех сторон. Сетанта продолжал стоять неподалёку, с явным любопытством наблюдая за этим. – Ни о каком "уговоре" я не помню, – ворчливо отозвался Эмия, возвращая копьё своему гостю, а после отрезал: – Но, как бы то ни было, я бы очень рекомендовал тебе вернуть его законному владельцу. Кастер лишь пожал плечами, ничуть не удивляясь происходящему, а после, перехватив копьё поудобнее, на манер более привычного ему посоха, жестом указал Эмии на кровать, произнося слегка нараспев: – Раз не помнишь – значит, будет сюрпризом. Садись и наслаждайся. Алые глаза вспыхнули лукавым огнём, а затем воздух вспыхнул искрами – и копьё зависло в воздухе, остриём вниз, проделав причудливый кульбит. Арчер присел на кровать, всё ещё ощущая тревожное предчувствие, но из чистого интереса желая хоть немного посмотреть заготовленное для него шоу. Присутствие Кухулина всегда действовало на Эмию нетипичным образом, заставляя того идти у Сетанты на поводу, играя по его правилам, но, вопреки всему, именно подобное взаимодействие приносило Стражу истинное наслаждение и радость. Между тем, окинув взглядом кафельное покрытие и сделав какие-то выводы в своей голове, Кухулин остановил копьё в десяти сантиметрах от пола, видимо, решив, что разносить чужую комнату в пух и прах всё же не стоит. Гаэ Болг зависло в воздухе, и рука Кастера вновь крепко обхватило древко, а затем... Мантия с капюшоном, оттороченная мехом неизвестного зверя, оказалась сброшена лёгким, грациозным движением. Раскрутив её над головой свободной рукой, Сетанта быстро и ловко отбросил этот элемент гардероба куда-то в сторону кровати, и мантия приземлилась неподалёку от Эмии, чудом (явно рассчитанным заранее) не задев его самого. – Что ты... – начал, было, Арчер, привстав со своего места, но Кухулин игриво приложил палец к своим губам, взглядом показывая, что зрителю не стоит вмешиваться в это представление, а нужно лишь сесть и внимательно смотреть за происходящим. Издав негромкий вздох и невольно ощущая жар и мурашки по коже, Арчер вернулся на своё место и продолжил наблюдать. Оставшись в тунике и лёгкой кольчуге, которая не прикрывала, а лишь подчёркивала каждый мускул весьма привлекательной и статной воинской фигуры, Сетанта игриво подмигнул Эмии, а затем сделал изящный пируэт, раскрутившись вокруг висящего в воздухе копья, после чего закинул на орудие ногу, повторив то же движение, уже более плавно, игриво покачивая бёдрами. Алые глаза с явным интересом скользнули по лицу Арчера, заставляя того нервно сглотнуть в тщетном усилии скрыть собственную реакцию, что вызвало у Кухулина мягкую полуулыбку с оттенком явного понимания, а затем танец продолжился. Следом на пол полетела кольчуга, за ней, пояс, на котором каким-то чудом держалась нижняя часть брони. Лишившись опоры, она также медленно соскользнула на пол, но не сразу, а лишь после пары-тройки игриво-завлекательных движений бёдрами, великолепно исполненных Кастером, что использовал своё-чужое копьё вместо шеста. Наблюдая за этим действом, Арчер на мгновение смутно припомнил пресловутое "обещание". Однажды они оба изрядно выпили и, лёжа рядом в постели, завели разговор об оружии. И вот тогда... Кто-то явно дёрнул Эмию за язык, когда он зачем-то начал рассуждать о воплощении той же героической души, но в ипостаси Лансера. Слово за слово – и вот уже Сетанта, сверкая глазами, дал обещание "раздобыть" принадлежавшее ему по праву копьё и... Сделать то, что он делал прямо сейчас. Глядя на это, Арчер метался между желанием подойти, впиться своими губами в чужие, подхватить на руки и уложить на кровать; и тем, чтобы закрыть глаза – и немедленно провалиться сквозь землю. Так и не сделав выбор между двумя крайностями, Эмия продолжал смотреть за тем, как родное и знакомое ему тело обнажалось прямо на его глазах. Пока – до пояса, оставляя лишь штаны, обтягивающие всё, что только можно было обтянуть, и перчатки. Впрочем, участь последних решилась достаточно быстро: Кухулин неожиданно остановился и, отпустив копьё, поднëс руку к губам, после чего, игриво ухватив ткань зубами, потянул её на себя и затем медленно, игриво и плавно обнажил правую руку от кончиков пальцев до плеча, небрежно отбросив перчатку куда-то в сторону, после чего повторил тот же фокус со второй. Эмия ощутил, как пылает его лицо, а внизу всё наливается жаром, но даже не сдвинулся с места, застыв, словно заворожëнный. К счастью, в этот самый момент Сетанта неожиданно остановился и, широко улыбаясь, приблизился, осторожно приподнимая подбородок Эмии. Тот беззвучно усмехнулся, перехватывая чужое запястье, и поднëс к губам, оставляя на ладони одновременно игривый и нарочито почтительный поцелуй. Сетанта, явно оценив подобное, без лишних предисловий обхватил возлюбленного за шею и склонился ниже, шепча на ухо: – Ну, как? Вместо ответа Арчер многозначительно кивнул. Мерное течение его утра было разрушено до самого основания, но, как это и бывало обычно, Страж ни капли не сожалел об этом. Вот только... Одна беспокойная мысль не давала покоя Эмии. И он тут же озвучил её, несколько хриплым от внутреннего жара желания голосом: – Прежде, чем мы... перейдëм к делу, тебе стоило бы как можно скорее вернуть это на прежнее место. Арчер взглядом указал на копьё. Сетанта лишь звонко рассмеялся, махнув рукой: – Как же с тобой всё-таки непросто! Мы уже зашли так далеко, а тебя волнует такая мелочь? Я успею вернуть его и потом. Волноваться не о чем. Эмия вздохнул, погрузив пальцы в волосы Кухулина, а после, уткнувшись лицом в его плечо, пробормотал: – Не хочу, чтобы у тебя потом были... Громкий стук в дверь прервал реплику Стража, стряхнув последнюю надежду на "тихое и спокойное утро", сопровождая ритмичный грохот не менее звучным криком. – ...проблемы, – договорил Арчер, скептично взглянув на Кухулина, а после со вздохом поднялся со своего места, слушая до боли знакомый голос по ту сторону двери, кричавший: "Немедленно открывай, melter! Я прекрасно знаю, что ты там!" Эмия улыбнулся одними уголками губ, а после встретился глазами с Кухулином, одним лишь взглядом выражая одновременно нежность, тепло, сожаление, что их всё же прервали, иронию над всей ситуацией и недальновидностью партнёра и лёгкое раздражение в адрес другой версии Сетанты. А затем... Дверь открылась. Очевидно, увидев на пороге владельца комнаты с копьём наперевес, Лансер поубавил собственный боевой запал и, получив желаемое и сменив гнев на милость после недолгого ворчания и вполне искренних извинений за беспокойство с одной стороны и заверений, что да, его другая ипостась уже давно покинула это место с другой, гость всё же удалился восвояси. Эмия повернулся через плечо, и тут же невольно залился краской, увидев зрелище, представшее его глазам. Кухулин, воспользовавшись заминкой, всё же завершил начатое ранее и теперь возлежал поверх белоснежной простыни, чья белизна едва ли могла поспорить с алебастровым оттенком его кожи, приняв игриво-провокационную позу, полную грации и соблазна. – В другой раз, если тебе... Снова понадобится твоё копьё, просто попроси меня создать его проекцию, – со смесью примирительного ворчания и смущения пробормотал Арчер, а затем быстрым щелчком запер дверь на ключ, одновременно активируя на коммуникаторе режим "без звука". В распоряжении Халдеи находились десятки и сотни героических душ. Но эти двое... Пожалуй, имели право разок начать утро на пару часов позже.