Ниндзяго: Пепел забытых героев

Мир Найтонии всегда казался Клэю Мурингтону местом, где порядок и логика правят бал. Здесь магия была оцифрована, рыцарская честь была прописана в коде, а зло в лице Джестро обычно представляло собой шумную, но предсказуемую угрозу. Но в то утро небо над Найтон-сити не просто затянулось тучами — оно раскололось, словно старый холст, обнажая багровую изнанку, от которой веяло холодом бесконечных веков. — Ава, доложи обстановку! — голос Клэя по внутренней связи Фортрекса звучал напряженно. В центре управления Ава лихорадочно стучала по голографической клавиатуре. Её глаза отражали каскады красных предупреждающих знаков. Робин, сидевший рядом, пытался откалибровать радары, но те выдавали лишь белый шум. — Это не просто портал, Клэй! — крикнула Ава, поправляя съезжающие наушники. — Энергетическая сигнатура зашкаливает. Это... это напоминает термоядерный синтез, смешанный с древним проклятием. У нас системный сбой во всех секторах! Из гигантского Разлома в небе начали сыпаться существа, которых Робин позже назовет «Армией Разлома». Это не были привычные лавовые монстры. Это были искаженные фигуры из обсидиана и застывшего пепла, внутри которых пульсировала фиолетовая энергия Монстрокса. Они не кричали — они издавали низкочастотный гул, от которого у жителей города начинала болеть голова, а защитные дроны просто падали на землю, лишившись питания. А затем появился Джестро. Он парил на платформе из черного камня, но в его позе не было привычной сутулости. Он стоял прямо, и в его руках сияло нечто, что заставило Мерлока 2.0 внутри систем Фортрекса издать резкий цифровой звук, похожий на вздох ужаса. — Не может быть... — прошептал голос мага из динамиков. — Меч Огня. Джестро поднял золотую катану над головой. Лезвие меча было соткано из чистого солнечного света, а рукоять в форме головы дракона, казалось, тяжело дышала. — Смотрите, рыцари! — голос Джестро, усиленный магией Монстрокса, громом раскатился над площадью. — Ваше время вышло! Ваша «технология» — лишь пыль перед мощью истинных мастеров! Одним взмахом меча Джестро выпустил поток пламени. Но это не был обычный огонь. Это была живая стихия, принявшая форму огромного восточного дракона. Пламя пронеслось сквозь ряды обороны, мгновенно испаряя стальные заграждения и превращая асфальт в кипящую лаву. Клэй, бросившийся вперед на своем мех-коне, едва успел активировать Нексо-силу, но его щит треснул при первом же соприкосновении с жаром. — Отступаем! — скомандовал Клэй, видя, как пламя «обходит» его щит, словно обладая собственным разумом. — Все к Фортрексу! Уходим в Лес Тишины!

***

Спустя два часа Фортрекс, покрытый слоем копоти и пепла, замер в густых зарослях Леса Тишины. В главном зале рыцари молча смотрели на записи боя. Ланс нервно полировал свою броню, Мэйси сжимала свою булаву так, что побелели костяшки пальцев, а Аксель просто сидел на полу, опустошенный увиденным. — Мерлок, нам нужны ответы, — Клэй снял шлем, обнажив усталое лицо. — Что это за меч? Почему наша броня плавилась, как масло, хотя она рассчитана на экстремальные температуры? Цифровое лицо Мерлока появилось на главном экране. Он выглядел старше, чем обычно. Его код мерцал, по нему пробегали строки данных, помеченные грифом «Совершенно секретно». — То, что вы увидели сегодня — это не просто артефакт, — начал Мерлок. — Это часть истории, которую наши предки пытались стереть из памяти всех живых существ. Три тысячи лет назад этот мир назывался Ниндзяго. Ава замерла. Она была лучшей в изучении древних баз данных, но это название встречалось ей лишь как обрывок мифа. — В те времена мир защищали не рыцари и не техника, — продолжал маг. — Его хранили Мастера Стихий. Они владели силой самой природы. Но человеческий страх — это самая разрушительная сила. Когда великие битвы закончились, правители и простые люди начали бояться тех, кто мог одним движением руки вызвать землетрясение или шторм. Страх породил предательство. Мерлок вывел на экран чертеж древнего ритуала «Золотого Плена». У рыцарей перехватило дыхание. — Их не просто убили, — голос Мерлока дрогнул. — Их заманили в ловушку. С помощью темных заклинаний и энергии, которую мы сегодня называем магией Хаоса, их души — их жизненную суть — насильно вковали в золото. Их тела обратились в пыль, а сознание оказалось заперто внутри металла на веки веков. Меч Огня, который вы видели в руках Джестро — это не инструмент. Это человек. Мастер Огня, чья ярость за три тысячи лет одиночества стала настолько велика, что способна сжигать целые королевства. — Это... это чудовищно, — прошептала Мэйси. — Тогда использовали их как батарейки для оружия? — Найтония была построена на этом молчании, — горько ответил Мерлок. — Оружие было разделено и спрятано в самых глубоких подземельях, чтобы никто и никогда не смог пробудить тех, кто внутри. Четыре основных орудия: Катана Огня, Нунчаки Молнии, Коса Земли и Сюрикены Льда. Позже было создано Копье Воды — в него превратили девушку, сестру, чтобы окончательно сломить дух Мастера Огня. Робин подошел к терминалу Авы. — Мерлок, если их так много... почему Джестро нашел только один? — Потому что он ищет их сейчас. Монстрокс почувствовал их энергию. И у нас есть еще одна проблема. Мерлок вывел шестую точку на карте. Она находилась в самом центре мира, под руинами древнего Монастыря. — Золотой Скипетр. В нем заперт тот чья сила превосходит остальных мастеров стихий. Он был Золотым Мастером, ребенком с невероятной силой созидания. О нем не знает даже Монстрокс. Мои алгоритмы скрывали его координаты веками. Но если Катана Огня «проснулась», она позовет остальных. Это квантовая связь душ. — Мы должны найти их первыми, — твердо сказал Клэй. — Не ради победы. Ради того, чтобы спасти тех, кто внутри. Мы рыцари, и мы не можем допустить, чтобы люди оставались в рабстве, даже спустя тысячи лет.

***

Пока в Фортрексе кипели споры, в замке Джестро царила иная атмосфера. Золотая катана лежала на каменном столе. От неё исходил тихий, едва уловимый треск, похожий на звук костра в зимнем лесу. Кай не чувствовал времени. В его мире, внутри меча, не было ни дня, ни ночи. Была только бесконечная красная пустота и чувство предательства, которое жгло сильнее любого огня. Он помнил лица тех, кого защищал. Помнил, как они улыбались ему, а на следующий день заковали в кандалы, читая заклинание, превращающее кровь в расплавленное золото. Три тысячи лет он копил эту ярость. Он слышал всё, что происходило снаружи, но как через слой мутной воды. Он слышал глупый смех Джестро, чувствовал мерзкое прикосновение Монстрокса. Но сегодня что-то изменилось. Темная магия книги, которой Джестро пытался «запитать» меч, пробила крошечную брешь в его тюрьме. «Вы думаете... я — ваша вещь?» — мысль Кая была острой, как бритва. — «Вы думаете, что огонь можно приручить, если засунуть его в железку?» Кай начал концентрироваться. Он не пытался сломать меч — он пытался стать им и выйти за его пределы. Он чувствовал своих друзей. Где-то далеко на севере Зейн погрузился в бесконечный математический сон, пытаясь сохранить рассудок. Коул под землей стал тяжелым, как сама планета. Джей... Джей искрил от безумия и одиночества. А Ния... Ния была заперта так глубоко, что её голос едва доносился до него. — Пора просыпаться, — прошептал Кай сам себе в пустоте своего сознания. В тронном зале Джестро внезапно стало холодно. Весь огонь в факелах мгновенно втянулся в золотую катану. Джестро испуганно отпрыгнул. — Монстрокс! Оно опять это делает! Оно забирает тепло! — Глупец, оно не забирает! Оно концентрируется! — выкрикнула Книга Монстров. В следующую секунду из меча вырвался огненный вихрь. Это не было обычное пламя — это было Кружитцу. Вихрь заполнил весь тронный зал, вращаясь с невероятной скоростью. Стены замка начали трещать, а каменный пол плавился, превращаясь в стекло. В центре этого пылающего торнадо начала формироваться человеческая фигура. Вихрь опал так же внезапно, как и появился. На его месте, среди облаков пара и остывающих искр, стоял молодой человек. Его красное одеяние было покрыто древними символами, волосы стояли дыбом, а в глазах плясало живое, неистовое пламя. Кай сделал первый шаг. Его босые ноги коснулись пола, и там, где он ступал, камень оставался раскаленным. Он глубоко вздохнул, и этот звук был похож на рев дракона. — Ну что, «хозяева»? — Кай посмотрел на Джестро, и тот почувствовал, что его брови начинают обугливаться только от этого взгляда. — Кто из вас первый захочет извиниться за последние три тысячи лет? Монстрокс замер, его страницы алчно затрепетали. — Мастер Огня... Ты сохранил рассудок. Невероятно! Ты — ключ к остальным! Кай усмехнулся, разминая затекшие за тысячелетия плечи. Он чувствовал слабость, но его ярость давала ему силы. — Остальные? — Кай прищурился. — Я не знаю, о ком ты говоришь, книжка. Я был один. Всегда один. И если вы хотите, чтобы я помог вам завоевать этот жалкий мирок, вам придется очень сильно постараться, чтобы мне не захотелось сжечь вас прямо сейчас. Это была его первая ложь. Кай знал, что если он выдаст местоположение друзей, Монстрокс превратит их в рабов. Он должен был играть роль — роль сломленного, озлобленного воина, которому плевать на всё, кроме мести. Он сделает вид, что он на их стороне. Он найдет своих друзей раньше рыцарей или Джестро. И тогда Найтония узнает, что такое настоящий гнев стихий.