Человеческую волю так просто не сломить

{Нынешнее время}

Они идут через лес к деревни Посика. Эннон идëт погрузившись в свои мысли о прошлом в ордене. Но поток его мыслей прервал знакомый, ненавистный всём сердцем и душой голос. Он поднял глаза и увидел его, Эбардо, что за верëвку тощил маленькую Эльху. Тот кто лишил его честного имени, тот кто предал его ради выгоды, тот кто использовал его. Лоргон подходит и заражает Эбардо в живот от чего тот скрючивается и падает на землю. Маленькая Эльха сразу же срывается с места и бежит к ним. Она подбежала к Эннону и вжалась к нему, сжимая ткань его одежды и дрожа, словно еë окотили ледяной водой. Оруженосец берëт еë на руки и поглаживает по спине, но глаза его были прикованы к Эбардо. Лоргон подходит и взяв Эбардо за русые волосы, поднял, заставляя встать на колени. Зам с прищуром смотрит на него, а затем узнав лицо расплывается в улыбке хищной, ядовитой... - Эннон, так этож твой старый знакомый Говорит Лоргон поворачиваясь с Эбордо к ним. Эннон смотрит на Лоргона и видит его хищную улыбку. Это было разрешение на казнь собственными руками, но сможет ли он это сделать? Эбордо увидев Эннона взмолился, словно ничего и не было: - Эннон! Прошу помилуй! И это стало спусковым крючком... Сердце заколотилось, а внутри всë налилось жаром. Казалось ещё немного и он сгорит изнутри от этой ярости. Глаза некогда тëмно-янтарные налились ярким пламенем, а зрачки стали золотыми крестами. Он осторожно передал малышку на руки Рунбора и направился к Лоргону и Эбордо. - Эннон про- Но не успел он договорить как Эннон заредил ему с ноги в лецо от чего он отлетел на метра так 5. Он начал отползать как подбитый зверь, а Эннон как хищник подходил всë ближе. - ты лишил меня честного имени, семьи, дочери, товарищей, а сейчас молишь о помиловании? Его голос холодный и жëский. Он подходит и хватает его за волосы. - Эннон помилуй прошу... - у покойного отца будешь молить ублюдок И он со всей силой удобряет его голову о землю. Он бьëт его голову о землю окрашивая еë в красный цвет. И он бил так до того момента пока лицо Эбордо не превратилось в кровавое месиво... Эннон медленно выпрямился, тяжело дыша. Сердце бешено колотилось, а кровь на руке стекала вниз. Но внутри пустота, он ничего не чувствует... Тут его плеча коснулась рука и он вздрогнул. Эннон обернулся и увидел Лоргона, его спокойные и понимающие глаза. И Эннона прорвало... По щекам покатились слëзы, а ярость в глазах угасла. Лоргон притянул его к себе и прижал к своему плечу. Эннон задрожал и сжал руки на спине зама. Он плакал безмолвно, тихо выплëскивая всю ту боль, что копилась годами...

. . .

Вечер опустился на мир, но никто не поднимал тему о том что произошло днëм. И вот сейчас Эннон и Рунбора сидели у костра и охраняли чужой сон. Они сидели в тишине и только тихое потрескивание дров в костре еë прерывало. Но тут Рунбора подал голос: - Эннон - да? - могу я задать вопрос? - конечно задавайте, вам не нужно спрашивать разрешения Говорит Эннон с улыбкой. Рунбора смотрит на него какое-то время, а затем говорит: - знаешь, я впервые видел тебя таким злым... Говорит он не сводя глаз с Эннона. Оруженосец смотрит в ответ, а всë внутри напрягалось. - что было причиной той ярости внутри тебя? Эннон на мгновение замер, а затем тихо вздохнул и перевëл взгляд на пламя. - это боль прошлого, господин Рунбора Говорит он устало, а Рунбора не смел отвести взгляд с него. - когда мне было лет одиннадцать до меня домагались и каждый раз это был один и тот же человек Рунбора хмурится и сжимает траву под собой. Эннон смотрит на пламя, а на сердце начинают ныть старые раны. - но я решился и сказал что он меня домагался, но мне никто не поверил... На его губах появляется горькая улыбка, а сердце больно сжимается. - тот человек был главой деревни и по совместительству отцом Эбордо, и отца выгнали с работы. Тогда он сказал что я мог и потерпеть, что это плата за то что я нравлюсь мужчинам... Горько усмехаясь сказал Эннон, а у Рунбора сердце сжимается. - он же тебя не- - нет, не успел... Я убил его прежде чем он изнасиловал меня, и это всë видел Эбордо... Эннон начал снимать верх, а Рунбора не сводил с него глаз. Он повернулся к ксону спиной, обнажая клеймо меж лапаток на которых были белëсые шрамы. Клеймо как у скота, клеймо лжеца и убийцы... - Эбордо солгал и сказал что я просто убил его отца... И в тот же день меня оклеймили... Говорит он устало. Рунбора подносит руку и осторожно касается клейма кончиками пальцев. Эннон невольно еле заметно улыбнулся, чувствуя это осторожное и робкое прикосновение. - мой отец собственноручно оклеймил меня, чтобы у меня небыло даже надежды на счастье Эннон чуть повернул голову к Рунбора и улыбнулся. - но зря, человеческую вою так просто не сломить Говорит он с усмешкой, а Рунбора смотрит на него и не может понять... Как тот может с улыбкой говорить о таком? - сомнительно... Сказал тихо Рунбора опуская глаза на клеймо. Эннон смотрит на него, а затем взгляд падает на чужие губы. А ведь он даже пройдя столько боли, снова смог кого-то полюбить. Он наклонился и кратко коснулся губ ксона, а тот замер. Эннон отстранился и опустил голову. - простите, наверное я вам теперь противен... Говорит Эннон с горечью, а сердце Рунбора дрогнуло. Он положил руку на шею оруженосца, поднимая его голову за подбородок. Он прильнул к его губам. Эннон замер, а затем не уверенно ответил, прикрывая глаза. Это не был поцелуй признания, нет, это было докозательство того что Эннон не противен Рунбора. Они отстраняются и ксон шепчет: - ты мне не противен и никогда не будешь. Чтобы я больше даже не слышал о таком, ты понял? - д-да... Рунбора вздохнул и кратко коснулся его губ, словно закрепляя свои слова доказательством. Эннон оделся и они сидели в тишине. Уши обоих горели, а сердца бешено бились. Они до сих пор чувствовали жар чужих губ на собственных и это ощущение заполняла ту боль внутри, заменяя еë тëплым и таким нежным чувством, любовь...