Рецепт доверия

Солнце над Малыми норками было тёплым и искренним, таким же, как и улыбки родителей Джуди. Ник Уайлд, поправляя галстук, чувствовал себя…не на своём месте. Причина его визита была вполне официальной и весомой. Ник участвовал в межрегиональных курсах по повышению квалификации, на которые его обязали пойти, несмотря на все провороченные им ухищрения. В отличие от других работников полиции, Ник не посещал специальных учебных заведений по подготовке к сотрудничеству в органах охраны правопорядока и это...порой сказывалось на его работе. Удачно, что учения проходили в округе, находившемся рядом с Малыми норками. Лис, несмотря на невыносимую усталость и желание поскорее увидеться с напарницей после завершения курсов, не стал сразу же мчаться в Зверополис. Ему показалось хорошей идея посетить родителей Джуди. Ему хотелось всё-таки произвести хорошее впечатление на них, чтобы они не волновались за свою дочь, но а также и для будущих целей, которые он пока и сам не до конца осознавал. «Заехать на пять минут, проявить уважение, передать привет от Джуди — и в путь», — убеждал Ник себя, собираясь скорее покончить с этим делом, ведь, несмотря на свой горделивый вид, ему было жуть как неловко. Но он не учёл одного — знаменитого кроличьего гостеприимства, которое включало в себя обязательный обед, экскурсию по новым теплицам и чай с фирменными пирогами. Так он и оказался один в просторной гостиной, пока Бонни и Стью хлопотали на кухне, приговаривая, что «юному лису нужно подкрепиться перед долгой дорогой». Ник рассеянно разглядывал семейные фото, когда за дверью послышались уверенные, неспешные шаги, а затем лёгкий стук. Уайлд быстро прошмыгнул к выходу и открыл дверь. — Привет, миссис Хоппс! Я как раз… — весёлый голос оборвался на полуслове. На пороге стоял высокий, крепкий лис в простой рабочей рубашке и клетчатом фартуке. В его лапах аккуратно лежала корзинка, от которой исходил божественный аромат свежей выпечки с корицей и ягодами. Это был Гидеон Грэй. Спокойный, самодостаточный с умным и немного застенчивым взглядом. — О, кажется, я здесь не единственный лис на районе, верно? Ха-ха, я и не думал увидеть в Малых норках кого-то без кроличьих лап и ушей, — обаятельно, как и всегда, улыбнулся Ник. — Ник Уайлд. Напарник Джуди. Проездом — кратко представился он. — Да, я догадался, — Гидеон аккуратно поставил корзинку на тумбочку у порога и вытер лапы о фартук перед тем, как протянуть одну Нику. Рукопожатие было крепким и дружелюбным. — Гидеон Грэй. Рад встрече. Я, кажется, не вовремя? — Нет-нет, что Вы? Вы в нужном месте, в нужное время. Всегда ценил таких сотрудников. Бонни, услышав голоса, выглянула из кухни, и её мордочка озарилась улыбкой. — Гидеон, дорогой! И ты уже познакомился с Ником? Замечательно! Ник, это наш Гидеон — лучший пекарь во всём округе! Он снабжает всех своими вкуснейшими шедеврами. — Перестаньте, миссис Хоппс, — мягко засмеялся Гидеон. Теперь не только Ник оказался заложником гостеприимности Хоппсов. Грэй тоже сидел на их диване в ожидании чая, но он видимо уже привык к таким настойчивым приглашениям и согласился почти сразу же. В комнате повисло молчание. — Знаете, мистер Уайлд...Джуди много хорошего рассказывала о вас... — начал вдруг Гидеон. — Я и не удивлён, — самодовольно произнёс Ник, принимая максимально расслабленное положение, чтобы ненароком не подать виду, как внутри всё перевернулось от счастья после этих слов. — О таком как я просто невозможно молчать. Грэй посмотрел на него слегка непонимающе, но решил не заострять внимание на этих словах. — Я к тому, что...я рад, что вижу вас здесь, — Гидеон посмотрел прямо на него, и его взгляд был чистым и светлым. — Искренне рад. Потому что теперь я уверен, что Джуди победила тот страх, который я внушил ей в детстве по собственной глупости. Думаю, она вам не рассказывала? После этой фразы Ник вдруг насторожился и серьёзно спросил: — Рассказывала что? — Ох, я был той ещё занозой в одном месте, уж простите за выражение, — очень тяжело вздохнул Гидеон, — и часто дразнил других ребят. А Джуди как-то вдруг вступилась за них, пока я...занимался воровством их билетов. «Тсс, узнаю её...», — подумал про себя Ник, уже начиная нервничать от этого рассказа. — Я был поражён её стремлением защитить всех и вся. Сейчас это вызывает у меня восхищение и уважение к её личности, но тогда я посчитал её лишь самоуверенной выскочкой. Я высмеял её мечту, оставил своими когтями глубокую царапину на её щеке и изрядно напугал её, — признался Гидеон, чувствуя невыносимые муки совести за этот случай. — И всё же билеты она сумела вернуть. — Неугомонная... — усмехнулся Ник, потупив взгляд в пол. — Это точно, она такая! — подтвердил Грэй, кивнув. — После того как я попросил прощения, Джуди больше не в обиде на меня. Однако я всё равно чувствовал тяжесть, ведь до какого-то момента она и остальных лисов до ужаса боялась, понимаете? Да и плюсом все эти страшилки, которые рассказывают маленьким кроликам про хищников только масла в огонь добавили. Ну, думаю, Вы знаете... «Не знал», — подумал Ник.— «Но мог бы и догадаться...» — упрекнул он сам себя. — А я узнал, что вы с ней напарники, и что сначала ей было… трудно,— продолжил Гидеон, — Я переживал за то, что вы не сработаетесь по моей вине. Ведь я оставил ей этот несходимый шрам, — с тихим сожалением произнёс он. — Но сейчас, глядя на вас, я понимаю, что вы — команда. Самая настоящая. И от этого на душе становится… светлее. Как будто я наконец-то увидел, что та рана, которую я ей нанес, окончательно зажила. Грэй говорил все это не для оправдания, а для того, чтобы Ник узнал побольше о Джуди. Каждое слово Гидеона падало в тишину комнаты, как камень в воду, расходясь тяжёлыми, ясными кругами по сознанию Ника. Внезапно перед его внутренним взором всплыли первые дни знакомства: взгляд Джуди в патрульной машине, полный предубеждения и страха, которые она старательно пыталась скрыть. Её дурацкое средство против лисов, бывшее с ней постоянно. Её слова, сказанные перед прессой, о мнимой опасности хищников в Зверополисе. Ник, привыкший воспринимать всё на собственный счёт, думал, что это были страх и неприязнь к ниму лично — хитрому, нечестному Нику Уайлду. Он и представить не мог, что за этой стеной стояла тень другого лиса из детства. Тень, которая сделала его, Ника, изначально не «просто лисом», а олицетворением боли и жестокости. Его сердце сжалось. Не от злости к Гидеону — тот явно искупил свою вину и стал другим — а от пронзительного понимания того, чего ей стоило довериться ему: переступить через этот глубокий, детский страх. Их партнёрство теперь показалось ему невероятным чудом. — Она никогда мне об этом не говорила, — тихо, больше сам для себя, произнёс Уайлд. — И не сказала бы, — мягко ответил Гидеон. — Джуди не из тех, кто живёт прошлым. Она видит то, что перед ней. И я очень рад, что перед ней сейчас именно Вы. Вскоре Гидеон, узнав о срочных делах в пекарне и тут же вежливо распрощавшись, ушёл, оставив после себя ароматный пирог и тишину, наполненную новым смыслом.

***

Джуди заканчивала смену, с тоской поглядывая в окно. Участок без ее друга казался каким-то… слишком серым и тихим. Не только от того, что без напарника ей не давали серьёзных дел (а самовольно впутываться во что-либо ей настоятельно запретил сам Ник до его возвращения), но и потому, что рядом не оказалось никого, кто смог бы подбодрить и отвлечь её также хорошо, как это делал лис. Странная пустота разливалась внутри на протяжении всей недели, и казалось, Джуди совершенно перестала чувствовать что-либо. Хоппс уже собирала вещи, когда вдруг она уловила знакомый, родной голос у стойки дежурного. — Да, я к морковке, Когтяузер. Она же тут? — донеслось из холла, и Джуди не смогла сдержать своего порыва. Она почти выпорхнула из-за своего стола. Ник стоял, прислонившись к стойке в своей безупречной позе, в которой едва-едва читалась лёгкая усталость от дороги. Увидев её, его глаза мгновенно оживились, и на морде расплылась тёплая ухмылка. — Ну, вот и я! Как поживала тут без своего самого лучшего напарника, офицер Хоппс? — прокричал он через весь холл, заставив пару антилоп из бухгалтерии обернуться. — Скучала по своему источнику постоянной головной боли, как же! — парировала Джуди, подбегая к нему. Без тени сомнения она обняла его за талию, быстро и крепко, прижавшись ухом к его жилетке на секунду. — Ты и вправду поехал к ним? Я до сих пор не могу поверить! Ник на мгновение замер, его лапы инстинктивно легли ей на спину, отвечая на объятие. В его глазах мелькнула тень той задумчивости, что не оставляла его с момента разговора с Гидеоном. Но он мгновенно взял себя в лапы. — Без сомнений, морковка, — легко сказал он, — если нужно доказательство, фирменное варенье миссис Хоппс лежит у меня в багажнике. Главное, чтобы никто не взял машину, а то мы утеряем гостинцы, боюсь, безвозвратно. Поэтому, давай-ка мы с тобой прибавим ходу. — Ох, да-да! — воскликнула Джуди, отстраняясь. — Скорее пошли, расскажешь мне всё по дороге. — Она быстро зашагала к выходу, утаскивая лиса с собой, не дав ему и секунды отдышаться. Не успев сесть в машину, крольчиха тут же стала заваливать Ника вопросами: — Как они? Моя мама не замучила тебя пирогами? — Замучила, конечно! Я теперь, кажется, тоже почти что морковка, — отозвался он. Но его обычный ехидный блеск в глазах был чуть приглушён, будто тух маленький огонёк. — Твой папа пытался научить меня разбираться в сортах почвы. Я сделал вид, что понимаю. Кажется, поверил. — О, это высший знак доверия! — рассмеялась Джуди, внимательно наблюдая за Ником. Её взгляд, острый и профессиональный, задержался на его выражении лица. Что-то было не так. Он был рад её видеть, это бессомненно. Но за этой радостью, в глубине изумрудных глаз таилось что-то тяжёлое, долго и тщательно обдумываемое. Ник начал расспрашивать её о делах в участке, о новостях. Его комментарии были такими же остроумными, шутки — такими же колкими. Но они звучали как-то… автоматически. Он смотрел на дорогу, и его пальцы слегка постукивали по рулю в каком-то своём, задумчивом ритме. — Ник, — наконец мягко прервала Джуди его рассказ о забавном случае на тренировочной площадке, произошедшем во время учений. — Всё в порядке? С родителями точно всё хорошо? — Абсолютно, — он слишком быстро ответил и тут же добавил, смягчая: — твоя мама грозилась лишить меня наследства, если ты опять схуднёшь. Каково моё положение, а? Он попытался ухмыльнуться, но улыбка не дотянула до глаз. Джуди не отвела взгляда. Она ждала. Это был её приём — спокойное, терпеливое внимание, против которого его словесная мишура была бессильна. Машина проехала ещё пару кварталов под музыку из радио. Давление тишины становилось всё тяжелее. — Ладно, — наконец сдался Ник, тихо вздохнув. Он бросил быстрый взгляд на неё, полный смеси нежности и чего-то сложного, похожего на грусть. — Прости, мне снова тяжело подобрать слова. Всё хорошо. Правда. Просто… я сегодня встретил там одного твоего старого знакомого. С ним… поговорил. Он сделал паузу, собираясь с мыслями, и в этой паузе Джуди почувствовала лёгкий, холодный укол предчувствия в животе. Её уши непроизвольно насторожились. — Кто? — спросила она тихо, хотя в глубине души уже знала ответ. Ник смотрел всё прямо на дорогу, освещаемую фарами, и в его глазах можно было прочесть всю ту глубину понимания и тихую боль, которую принесло ему сегодняшнее откровение. — Гидеон Грэй. Он приносил пирог. И… рассказал мне одну очень важную вещь. Джуди медленно закрыла глаза. Не от страха или стыда, а как бы готовясь принять удар, которого так долго ждала и всё же надеялась избежать. — ...О том, почему в начале нашего с тобой знакомство ты смотрела на меня так, будто я уже готовлюсь отгрызть тебе ногу, — продолжил Ник. Джуди полностью откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула. — Ник, это было давно. Он сейчас другой. И это уже не имеет значения. — Имеет, — его голос был тёплым и твёрдым. — Имеет огромное значение. Потому что теперь я понимаю. Раньше я думал, что ты боялась меня — Ника Уайлда, вора и мошенника. А оказывается, ты боялась большого лиса, навредившего тебе однажды. И ты, самая честная и храбрая зайка на свете, смогла разглядеть меня сквозь него. После этого… — он на мгновение запнулся, подбирая слова. — После этого вся история с поиском мистера Выдрингтона кажется мне не просто удачным расследованием, а настоящим подвигом. С твоей стороны. Хоппс молчала. Она не ожидала услышать таких искренних слов от Ника. — Ох, ну вот мы и приехали. Блеск. — сдержанно сказал Ник, припарковав машину на полицейском участке. — Выходи, морковка. Я тебя провожу, тут недалеко до твоего дома. Он вышел из салона и, подойдя к багажнику, открыл его. Лис собирался взять небольшую сумку, как вдруг почувствовал, что его крепко обнимают сзади, прижимая к себе. — Это был не подвиг, — пробурчала Джуди, — Это… логичный выбор. Я увидела, кто ты на самом деле. Просто потребовалось время, чтобы страх утих, и я перестала тревожиться. Ник повернулся к крольчихе и ласково обнял её в ответ. Он мягко прикоснулся к ней, легко чмокнув в макушку, и сказал: — Эх, вы, кролики, такие сентиментальные...А это похоже заразно, да? Ты почему не предупредила? — в его голосе можно было услышать тёплую искреннюю улыбку. В ответ он получил лишь тихий смешок и слабый толчок. — Морковка. — сказал Ник. — Спасибо тебе за доверие. — Ты... — шмыгнула Джуди, отстраняясь. — Ты слишком много говоришь сегодня. Я...Впечатлена. На это лис тихо рассмеялся и, взяв в лапы сумку с вареньем и закрыв багажник, направился к выходу из служебной парковки. — Сильно не привыкай, — бросил он и незаметно взял её лапу в свою. — Знаешь, что самое смешное? — тихо сказала Джуди, глядя на их сплетённые пальцы, и чуть улыбнулась. — Гидеон теперь печёт лучшие морковные пироги в трёх округах! Получается, в конечном итоге всё привело к чему-то хорошему. Даже это. — Да, — согласился Ник, и его фирменная ехидная ухмылка вернулась. — Жаль, он не открыл пекарню лет на десять раньше. Сэкономили бы кучу нервов, я б тебе сразу пирогом в нос тыкнул и сказал: «Расслабься, зайка, я свой». Джуди рассмеялась, звонко и искренне, и последняя тень старой боли растаяла в этом звуке, уносясь прочь. Ей стало намного легче и спокойнее рядом с ним, и после этого разговора будто бы спал с плеч невидимый камень. Между ними стало на одну недомолвку меньше, и это не могло не радовать обоих. И в небе ясно светила луна, предвещая их счастливое совместное будущее.