Проделки рождественских эльфов

      Людей в баре гораздо меньше, чем можно было ожидать за несколько дней до рождества. Из колонок под потолком доносится едва различимая праздничная музыка, которая перекрывается радостными возгласами посетителей. Бак с интересом оглядывает шумную компанию столпившуюся у барной стойки и замечает самого бармена, одетого в красно-зелёный костюм рождественского эльфа.       Тот болтает, кажется, со всеми одновременно, щедро угощая людей выпивкой. Столкнувшись взглядом с Баком, эльф улыбается и приподнимает открытую бутылку с текилой.       — Первый шот за счёт заведения, — бросает он, явно обращаясь к Баку напрямую.       — Второй и третий шоты тоже, — громким шёпотом, якобы по секрету, сообщает один из посетителей, когда Бак подходит ближе, а бармен лишь хитро улыбается.       Бак кивает в качестве приветствия. Они с барменом обмениваются парой фраз и Бак замечает, как тот окидывает его оценивающим взглядом. Бак решает, что ни к чему не обязывающий флирт ему сейчас не помешает, так что улыбается ему в ответ. Бармен с готовностью выходит из-за стойки и плюхается на соседний с ним стул. Толпа, не поддерживаемая новыми порывами щедрости, разбредается по бару.       — Так ты здесь работаешь? — на всякий случай уточняет Бак, выпивая очередной шот текилы.       То, с каким энтузиазмом бармен растрачивает напитки на гостей, заставляет сомневаться в том, что его вообще интересует прибыль.       — Друг попросил подменить. Так-то я на Санту работаю, если ты не заметил, — эльф насмешливо фыркает и обводит рукой свой красно-зелёный костюм.       — Уверен, что под "приглядеть за баром" твой друг не имел в виду уничтожать все запасы алкоголя.       Мужчина мягко толкает Бака в плечо.       — Не будь таким занудой! Скоро Рождество, и людям нужны рождественские чудеса.       Бак бросает попытки вразумить этого горе-бармена. Он пробует увести разговор в другое русло, но каким-то образом они так и не сходят с темы приближающегося Рождества.       — А какие у тебя заветные мечты? Не стесняйся, я попрошу Санту, чтобы он всё исполнил, — эльф с заискивающим взглядом пробегается пальцами по бедру Бака.       Бак даже не обижается от такой наглости и развязности, а лишь усмехается. Он мягко убирает его руку и встаёт из-за стойки.       — Я, пожалуй, пойду.       Бак встаёт, собираясь уйти, но бармен встаёт следом и снова объявляет о порции бесплатной выпивки. Радостные посетители вновь подтягиваются к барной стойке и, уже не стесняясь, сами наливают себе алкоголь. Бармен закидывает руку Баку на плечо и произносит какой-то забавный тост. Бак кидает на бармена невпечатлённый взгляд, но тот лишь улыбается.       — Нет, серьёзно, о чём ты мечтаешь? — продолжает эльф, уже сбавив флиртующие нотки в голосе.       — Это личное, — с мягкой улыбкой вздыхает Бак.       — Иногда проще поделиться чем-то личным с незнакомцем в баре, чем с кем-то близким, — продолжает эльф и по его погрустневшему взгляду Бак понимает, что, видимо, это как раз его случай.       Но он не позволяет грусти захватить его. Эльф мгновенно приободряется и тянется к пульту, чтобы сменить музыку. Он протягивает Баку ладонь.       — Потанцуем?       Толпа посетителей так и гудит на фоне, но музыка становится громче. Бак вздыхает, но соглашается. Эльф осторожно приобнимает его за талию, а Бак кладёт ладони ему на плечи и усмехается, когда тот морщится, слегка сгибаясь под весом его рук. Комплекциями они явно не совпадают, но эльф не сдаётся и продолжает танец.       — Я хочу, чтобы у меня была семья, — наконец решается рассказать Бак. — Не в плане что… У меня прекрасная большая семья, сестра, племянники. Но я хочу свою собственную семью, понимаешь?       Эльф сосредоточенно кивает.       — Надёжный партнёр, дети. Совместные праздники, поездки. Чтобы я готовил еду, пока вся семья ещё спит, чтобы мы смотрели вечерами фильмы.       Бак мечтательно вздыхает, представляя как всё могло бы быть.       — Знаешь, говорят, что если тебя поцелует рождественский эльф, то твоё желание обязательно исполнится, — эльф хитро улыбается.       — Ну конечно, — смеётся Бак. — Что-то я такого не слышал.       — Можно? — эльф мягко улыбается, решительно игнорируя недоверие собеседника.       Бак пожимает плечами, а затем почему-то всё-таки кивает. Эльф аккуратно касается губами его губ, практически сразу отстраняясь.       — Теперь следующий, кто тебя поцелует, выйдет за тебя замуж, — с довольной улыбкой произносит эльф.       — Какие интересные у вас правила, — удивлённо выдыхает Бак, не переставая посмеиваться над всей этой ситуацией. — Без купидонов сложновато, но мы справляемся, — подмигивает тот ему.       — Ладно, теперь я точно ухожу, — усмехается Бак и высвобождается из цепких рук эльфа.       — Счастливого Рождества, — кидает от ему вдогонку. — Надеюсь, твоё желание сбудется.       В дверях Бак сталкивается с широкоплечим мужчиной, который пялится на происходящее в баре с раскрытым ртом и, кажется, накатывающим ужасом в глазах. Он бросается вглубь бара и начинает трясти эльфа за плечи, выпытывая почему тот не за стойкой и почему люди сами берут себе алкоголь. Кажется, тот самый друг вернулся.       Эльф беспомощно хлопает глазами и бросает взгляд на Бака, видимо, надеясь на какую-то его поддержку. Но Бак лишь подмигивает ему и спешит убраться оттуда.

***

      Бак грузит в машину сумку с водой и перекусом и захлопывает багажник. Как и договаривались, он приезжает к дому Диазов на час раньше запланированной поездки.       Атмосфера в доме расслабленная. Крис болтает о новом математическом кружке в их школе, пока Эдди заливает в термос горячий шоколад. Бак даже толком не здоровается, просто мягко приобнимает Кристофера, а тот начинает свой рассказ с начала, чтобы Бак не упустил детали.       За разговорами время пролетает незаметно и им всё равно приходится слегка ускориться во время сборов. Но зато садятся в машину они уже довольные и весёлые, с праздничным настроением. Бак методично постукивает пальцами по рулю, едва слышно напевая рождественские песни. Кажется, именно он больше всех воодушевлён поездкой.       — Уже и не припомню, когда мы с вами в последний раз ездили к Санте. Я так рад, что вы собрались, — Бак окидывает быстрым взглядом притихших Диазов.       — У меня важное желание в этом году, — говорит Крис с деловым видом, точно так же как делал, когда был ещё совсем малышом.       Бака словно окутывает мягким пледом — по груди расползается тепло, а на губах сама собой расцветает улыбка.       — Неужели ты всё ещё веришь в Санту, — усмехается Эдди.       — А что если так? — дразнится в ответ Крис. А затем продолжает уже не так весело. — Думаю это последний год, когда меня туда пустят. А потом начнётся как и на аттракционах: по росту не подходит, возраст слишком большой…       Крис обиженно вздыхает и поворачивается к своему окну, наблюдая за пробегающими мимо домами.       — Да, приятель, прекрасно тебя понимаю, — печально произносит Бак, от чего Эдди откровенно смеётся.       — Кстати, Мэдди, мне рассказала как она оставила тебя вместе с Джи на мастер-классе детских поделок.       — Лучшее воспоминание за весь отпуск, — улыбается Бак, ни капли не смущённый этой историей. — Я сделал три магнитика!       В этот раз смеётся уже Кристофер.

***

      Крис украдкой поглядывает на сидящего у фонтана отца и на Бака, подошедшего к нему с купленным неподалёку мороженым. У него щемит сердце каждый раз, когда эти двое оказываются рядом. Как взрослые могут быть настолько недалёкими, чтобы не замечать влюблённость, годами тянущуюся вслед за ними?       Очередь к Санте продвигается медленно, но верно. Конечно, он понимает, что это глупо. Но рождественское чудо для Криса это последняя надежда, чтобы его отец наконец разул глаза и перестал мучать себя и толкать в новые отношения лишь для того, чтобы у них была «нормальная» семья. У них уже есть всё что им нужно, но Эдди Диаз упорно продолжает не замечать этого.       Так что, ради благой цели, Кристофер забирается к Санте не коленки и с самым невинным видом произносит, что хочет, в качестве рождественского подарка, чтобы его отец наконец-то понял, что он гей. Выражение лица Санты в этот момент Крис никогда не забудет.

***

      Бак наблюдает, как девушка в костюме эльфа помогает Кристоферу дойти обратно к нему. Они о чём-то болтают и в какой-то момент она наклоняется и мягко касается губами лба Кристофера, а затем легонько треплет его по волосам. Крис даже не возмущен, что с ним обращаются как с откровенно маленьким ребёнком. Он улыбается и машет Баку, когда его замечает.       — Здравствуйте! — уж слишком восторженно приветствует его эльфийка. Бак снова окидывает её взглядом и вспоминает. Это та самая девушка, которая была здесь, когда они приходили к Санте в прошлый раз, много лет назад.       Бак неловко здоровается. Она ведь уверена, что он отец Кристофера. И сам Кристофер уже наверняка это понял.       — Так здорово снова увидеть вашу прекрасную семью, — улыбается она. — Вас не было в прошлые года, надеюсь, всё в порядке?       — Да, у ребёнка просто был кризис веры в Санту, но мы его преодолели. Верно, Крис?       — Конечно, папа, — он видит в глазах Кристофера озорные огоньки и понимает, что тот просто дразнит его из-за ситуации. Но он готов поклясться, что его сердце пропустило удар. Он слишком сильно хочет, чтобы эта шутка стала реальностью.       — А где же ваш муж? — девушка оглядывается по сторонам, а щёки Бака мгновенно краснеют.       Бак переглядывается с Кристофером, который даже не пытается сдержать ухмылку. Ладони сами собой сминают край куртки, он отворачивается в сторону и как раз натыкается взглядом на Эдди в окружении нескольких рождественских эльфов.       Те утащили его к новогодним декорациям для совместной фотографии. Одна девушка впилась губами в щёку Эдди, а её эльфийский колпак уткнулся ему в волосы. Крис недовольно фыркает, наблюдая за этой картиной.       — Кажется, пора его спасать, — резюмирует Бак и быстро прощается с их эльфийкой.       Толпа слегка расступается, когда они подходят, но, поняв, что они вместе с Эдди, эльфы мгновенно ориентируются, втягивая уже их всех в рождественскую фотосессию.

***

      С кухни Эдди возвращается один. Он передаёт Баку кружку с горячим шоколадом и Бак благодарно улыбается.       — Крис уже пошёл спать?       — Ага, — Эдди усмехается, а в голосе чувствуется нежность, с которой он всегда говорит о Кристофере. — Он был слишком амбициозен, когда предлагал ещё и фильм сегодня посмотреть.       — Что ж, — Бак лениво поднимается с дивана, поправляя мятый свитер, и делает глоток горячего шоколада. — Я уже пойду. И так засиделся допоздна.       Но не успевает Бак даже шагнуть в сторону двери, как Эдди хватает его руку, сжимая, будто одна мысль о его уходе пугает. Бак поднимает растерянный взгляд. Эдди сглатывает и размыкает губы, собираясь что-то сказать, но слишком явно медлит.       — Может останешься? — наконец произносит он. — Переночуешь у нас, а завтра посмотрим фильм, который Крис хотел.       — Завтра Рождество, — неуверенно уточняет Бак.       Эдди хочет провести Рождество вместе? Не в первый раз для них. Эдди не стал бы так переживать из-за совместного Рождества, здесь должно быть что-то ещё, что его беспокоит.       — Да, поэтому и предлагаю, — нервно улыбается Эдди. — Семейный праздник, а мы же семья.       Семья. Он на мгновение переплетает пальцы с пальцами Эдди, а затем расцепляет их ладони, смущаясь своему же жесту.       — С удовольствием останусь.       — Я рад.       Бак счастливо улыбается и чувствует, как по его груди разливается мягкое тепло. Будто кто-то пролил горячий шоколад на его свитер. Бак опускает взгляд на полупустую кружку в своей руке и расползающееся тёмное пятно на светлом свитере. Чёрт. Одним залпом он допивает остатки напитка, отставляет чашку и быстрым движением стягивает свитер. Ему повезло, пятно не успело добраться до его любимой розовой футболки.       Эдди прикусывает губу, стараясь не засмеяться. Он забирает у Бака свитер и отправляет его замачиваться, пока пятно не успело засохнуть.              — Сделаю нам кофе? — предлагает Бак.       — Хочешь напоить им футболку? — отшучивается Эдди, опускаясь на диван.       Бак следует его примеру. По предплечьям пробегают мурашки и он накидывает плед, пока Эдди снова ищет нужные ему слова.       — Эдди, в чём дело?       Эдди проводит ладонью по волосам. Он явно нервничает, и эта нервозность передаётся и Баку.       — Хотел поговорить, — выдыхает Эдди. — Я не рассказывал, но я пошёл на психотерапию. Не к Фрэнку, к другому специалисту, не связанному с работой.       — Это здорово, — тихо произносит Бак.       Для Эдди терапия всегда была болезненной темой, Бак не хочет спугнуть момент. Он придвигается ближе, чтобы их плечи соприкасались, надеясь, что это даст Эдди больше уверенности.       — Меня очень злило, когда он снова и снова спрашивал о том, чего я хочу от жизни. Потому что я знаю, что хочу. Точнее, думал, что знаю. У меня в голове была какая-то шаблонная картинка, и я пытался подогнать свою жизнь под неё.       Эдди тихо вздыхает, складывая руки в замок на своих коленях. Хоть рассказ уже начат, Эдди выглядит так, будто всё равно пытается закрыться, или удержать себя от чего-то. Бак инстинктивно накрывает ладонью его руки и, кажется, этого оказывается достаточно.       — Когда Шеннон забеременела, эта картинка сложилась. Мы поженились, родился Кристофер. Но я чувствовал, что что-то не так. И я сбежал. Бросил её одну с новорожденным ребёнком. Я так долго злился на неё, когда в итоге она попросила развод. Но она просто увидела то, чего не мог увидеть я. Что наши отношения никогда не работали. И в новых отношениях я пытался воссоздать то, что было, и это, предсказуемо не работало тоже.       Бак немного теряет нить повествования. Он повторяет фразы Эдди в голове, чтобы успевать обрабатывать информацию. Но Эдди словно впервые за долгое время может выговорится, и у Бака даже мысли не возникает его останавливать.       — Я долго думал об этом. И в итоге понял что мне нужно. Кто мне нужен.       Эдди поворачивается и ловит взгляд Бака. А сердце Бака начинает колотится как бешеное. Он не подозревал, к чему Эдди затеял весь этот разговор, а теперь не может поверить действительно ли сейчас происходит то, о чём он думает.       — И кто же? — с усилием выдавливает Бак. В горле пересохло и его голос звучит слишком хрипло, но Эдди это уже не останавливает.       — Партнёр, на которого я всегда смогу положиться. Тот, кто будет на моей стороне, даже когда я этого не заслуживаю. Кто-то, кто будет любить моего сына так же сильно как и я, кто готов будет бороться с целым миром ради него.       Эдди откидывает голову назад и на мгновение прикрывает глаза с тихим вздохом. Пока он собирается с мыслями, Бака начинает слегка потряхивать от нахлынувших чувств и всё ещё никуда не ушедшей нервозности. Сердце сжимается в предвкушении, неужели Эдди и вправду собирается признаться ему в любви?       — Ты знаешь, мне всегда было тяжело говорить о чувствах, — Эдди придвигается ближе сокращая и так практически отсутствующее между ними расстояние. — Можно я просто…       Он кладёт ладонь на щёку Бака, нежно проходясь по родимому пятну большим пальцем. Бак слегка вздрагивает, понимая, что вторая рука Эдди опускается на его талию, под самые рёбра. Дыхание Бака словно замирает в это мгновение. Он прикрывает глаза, чувствуя тепло от чужого тела ещё до того как их губы соприкоснутся.       Эдди целует его нежно, почти заботливо. Этого катастрофически мало. Баку хочется, чтобы руки Эдди сильнее сжали его тело. Но Эдди мягок. Его пальцы опускаются к основанию шеи. Большой палец замирает у ярёмной ямки и Бак шумно выдыхает прямо в губы Эдди. Тот медленно отстраняется, поднимая на Бака взгляд с слегка дрожащими от волнения ресницами. Бак делает глубокий вдох, от пальцев Эдди на его коже расходится жар.       — Теперь ты обязан выйти за меня, — шепчет Бак первое, что приходит в его опустевшую голову. Он всё ещё не уверен, что это не сон.       — Разве это говорят не после секса? — Эдди слегка наклоняет голову и сжимает губы, сдерживая улыбку.       — Прости, немного опережаю события, — Бак следует настроению и шутливо протягивает руку к ремню на джинсах Эдди.       Тот мягко его отталкивает и смеётся. А Бак, оставшийся без жгучих прикосновений наконец снова может нормально дышать. Сердце колотится как бешеное, он замечает, что щёки Эдди слегка покраснели после его безобидной выходки.       Бак притягивает Эдди в объятия, сжимая его так крепко, насколько позволяют в мгновение переставшие слушаться руки.       — Эдди, — бормочет Бак, уткнувшись лицов куда-то в ему в плечо.       — М?       — Я люблю тебя.       — И я тебя люблю, Бак, — тихо произносит он, будто боится, что кто-то может спугнуть их слова.       Бак тянется за следующим поцелуем, когда замечает силуэт в дверном проёме.       — Ну наконец-то! — почти восторженно выдыхает Кристофер. — Неужели это было так сложно?       Бак с Эдди отстраняются друг от друга, как застигнутые врасплох школьники. Они тихо посмеиваются, тактично игнорируя покрасневшие щёки друг друга. — Давайте всё-таки посмотрим фильм? — просит Кристофер и Эдди соглашается, хоть и прекрасно видит, как тот сонно хлопает глазами и пытается сдержать зевок.       Они все засыпают в обнимку на диване во время просмотра фильма в ночь перед Рождеством. А рождественским утром Бак встаёт пораньше, чтобы приготовить завтрак для своей семьи.