В погоне за солнцем

Как часто мы совершаем ошибки и принимаем последствия своих же решений. Кто сказал, что смолчать будет лучше? Кто сказал, что молчание не принесет тебе еще худших последствий?

Легкий стук в дверь вывел из дремоты. Девушка разлепила глаза. В комнату вошел юноша, который без лишних слов распахнул шторы. Яркий свет ударил в глаза, заставив зажмуриться. — Доброе утро, мисс Кассандра, - произнес он, сложив руки за спиной. Девушка приоткрыла один глаз, недовольно щурясь на парня. Темная кожа, как у Альберу, русые волосы и карие глаза. Одет он был в костюм, которые носят дворецкие. Кирилла не пронял ее недовольный взгляд и он просто стащил с нее одеяло и всучил в руки стакан лимонного чая. Это был фирменный чай его дедушки Рона, который работал дворецким в поместье Хенитьюз. — Пора вставать, - с лисьей ухмылочкой произнес он. — Ты больше на Рона похож, нежели на Бирокса, - заворчала она, отпивая чай. Кислота обожгла язык, но она ничего не сказала, молча выпив эту гадость. — Это все гены, мисс, - он задрал подбородок, как будто пытаясь показать свое превосходство. — Ага, крокодилы, - фыркнула она. Встав с кровати, она босиком пошла в ванную. Кирилл Молан был полукровкой. Если говорить точнее, то помесь с темным эльфом, как император. Только император иногда скрывал свою натуру, а Кирилл ходил открыто, никого не стесняясь и даже высмеивая тех людей, которые ему тыкали в эту особенность. — Давай сходим на могилу Рона, - собрав волосы в высокий хвост, она закатала рукава рубашки. — Как скажете, - поклонился юноша. Рона, как верного слугу графства, похоронили на семейном кладбище. Двое шли через немногочисленные ряды надгробных плит. Девушка глазами пробегалась по именам. На мгновение она застыла у одной из могил. Постояв немного, она отвернулась и пошла дальше. Бабушка была ей не особо интересна. Все равно она умерла задолго до ее рождения. Дойдя до могилы Рона, Кирилл поставил кадку с водой и тряпками. Они вдвоем очистили камень от грязи, выдрали выросшие сорняки. Закончив уборку, Касси уступила место Кириллу, который в тишине помолился. Как сказал Бирокс, Рон умер через год после ее похищения. Девушке было жаль, что она не успела попрощаться с ним. Они еще какое то время провели в тишине. Сильный ветер всколыхнул волосы, которые попали в рот. Отплевавшись, Касси заметила пристальный взгляд юноши. — Пойдем домой, - слабо улыбнулась она. В поместье Хенитьюз они провели три дня. На третий день отец решил, что они нагостились и пора бы честь знать. — Не забирай у меня племяшку, изверг, - истерила Лили, вцепившись в рубашку Касси. Кэйл честно пытался оторвать сестру от дочери, пока девушка отрешенно смотрела на небо. Этот концерт она слушала уже минут десять. — Будешь? – Он протянула ей пакет орешков. Касси закинула в рот пару штук, пока Лили не дернула ее сильнее. Девушка, не ожидая такого резкого рывка, выронила пакет, орехи рассыпались по земле. В это же время послышался треск одежды. — Ой, извини, - она посмотрела вниз. Рубашка порвалась практически до самой груди и тетя держала в руках лоскут. — За что мне все это? – пробормотал Кэйл, потерев переносицу. — В черном замке переоденусь, - пожала плечами Касси. После того, как она в Ека несколько дней жила в рыцарском общежитии, где жили одни мужики, она не так сильно стеснялась своей ногаты. К тому же видно то только обнаженную кожу талии. — Меня Шеррит-ним на пике замка подвесит, если ты так придешь, - мужчина помахал на нее рукой. Девушка убежала в свою комнату переодеваться. Она быстро выцепила из шкафа белую рубашку. Покрутившись перед зеркалом, оценив костюм. Помимо рубашки, на ней были брюки и туфли мужского кроя. Платьев ей в Ека хватило, ибо Ивонн любила наряжать ее как куклу в свои платья. А так вышло, что та была комплекцией слегка меньше, от чего Касси приходилось дышать через раз. Раон телепортировал всю их компанию в черный замок. Открыв глаза, у девушки автоматически открылся рот. Она и забыла, что черный замок по красоте не уступает императорскому. Разве что название было говорящее и замок был полностью черного цвета. Пока Касси считала ворон, ее за руку на буксире потащили в замок. — Ты помнишь, где твоя комната? Мы покажем, - улыбался Раон, держа ее за ладонь. Девушка посмотрела на сцепленные руки. Разве раньше он был таким тактильным? – Бирокс скоро приготовит обед, так что стоит немного отдохнуть. — Раон, - произнесла она, смотря на дракона. – Что то не так? — О чем ты? – юноша улыбнулся шире. – Сегодня обещала прийти Розалин. Ты же хотела узнать о Сесиль. – Касси вздрогнула. Он что, знал? – Догадался, - как будто прочитав ее мысли, ответил Раон. – Ты ведь еще в детстве забыла о ней. Как говорил врач, ты была настолько потрясена ее смертью, что твое сознание заблокировало все воспоминания, связанные с ней. Так что не удивительно, что теперь ты по крупицам собираешь информацию о ней. — Тогда расскажешь мне, - невольно сглотнув, прошептала она. — Лучше спрашивай Кэйла и Розалин. Они ближе всех были к Сесиль. – они остановились у двери. – Я позову тебя к обеду. – с этими словами ее оставили одну. Касси зашла в комнату и оперлась о дверь спиной. — Что же, черт возьми, произошло? – прошипела она, сползая вниз. Если так подумать, когда Джек сказал, что мама мертва, она быстро об этом забыла. И поняла это только сейчас. Но теперь, когда она вернулась домой, эта мысль не давала ей покоя. Мысль вечно ускользала. Может, если она узнает о том, от чего умерла мама, это чувство отпустит? Во время обеда она так и не решилась задать вопрос. Она тихонько слушала разговоры взрослых, не упуская ничего из виду. Ее не было в Роане три года и хотелось восполнить пробел в информации о том, что творится в мире. Когда все поели и разошлись по делам, Розалин, Кэйл и Касси остались одни. Кирилл разлил всем чаю и ушел. — Ты хотела что то спросить, Кассандра? – взгляд красных глаз Розалин обратился на нее. Отец спокойно сидел и любовался видами за окном, как будто его это не касалось. — Розалин-ним, - чашка в ее руках дрогнула и она поспешила поставить ее. Чего она боится? Здесь же все свои. Никто не поднимет ее насмех из-за вопросов о матери. – Вы же знали мою маму. Я слышала, она была вторым по силе магом. — Это правда, - улыбка девушки стала ностальгической. Она прикрыла глаза, будто вспоминая дела минувших дней. – Она была моим заместителем. Очень одаренная особа. Вечно проводила эксперименты. До сих пор удивляюсь, как она сошлась с Кэйлом. – отец оскорблено посмотрел на нее, на что девушка рассмеялась. – Честно говоря, именно она Кэйла в оборот взяла. Это надо было видеть. – Касси внимательно наблюдала за двумя людьми. Их лица при воспоминаниях о маме были грустные и радостные. — Она меня магией из дома на свидание вынесла. – Кэйл потер плечо. – Правда перестаралась и я вывихнул руку во время неудачного падения. Даже белый ублюдок меня так не калечил, как твоя мать. – Касси хихикнула. Отец редко рассказывал о Белой звезде. Но сейчас он сравнил маму с ним. Это многого стоило. — Пап, скажи честно, она тебя била? – Касси приподняла бровь. Не такого она ожидала. — Она была замечательным человеком, - Розалин налила себе еще чаю. – Никогда не сидела на месте. Как шило в одном месте. И тебя она до безумия любила. – магитесса с теплотой посмотрела на притихшую девушку. — А как она умерла? – решилась спросить она. — Она работала над артефактом. – Касси показалось, что чашка в руках девушки треснула. – Но что то пошло не так и произошел взрыв. Сесиль сильно пострадала от магической отдачи. Тогда чуть половину башни не снесло. Благо на ней стояли защитные чары. Но твою мать это не уберегло. — Она умерла через три дня после взрыва, - взял слово Кэйл. – Никакие зелья ей не помогали из-за магического сопротивления. Для нее они были как вода. – отец скользнул по ней взглядом и сжал губы. – Но самое страшное было то, что твой разум сыграл злую шутку и ты забыла о Сесиль. Хотя так даже лучше. Ты же все три дня только и делала, что плакала. – мужчина отвернулся к окну. Касси сидела как в воду опущенная. В голове начали крутиться картинки женщины, чьи пшеничные волосы разметались по подушке. Она тяжело дышала, пребывая в бреду. Рядом сидел отец с опущенной головой. Девушка схватилась за голову. Та начала нещадно болеть. «Я создам для тебя магическую игрушку, - голос в голове был громкий, тянущийся подобно патоке. – Должна успеть к твоему дню рождения.» — Пап, - Кэйл и Розалин внезапно вскочили, смотря на Касси. Та сидела неподвижно, смотря в одну точку. По ее лицу стекали слезы. – Она хотела сделать магическую игрушку. – прошептала она. – Это из-за меня мама умерла. — Не правда, - отец внезапно обнял ее, крепко сжав. – Ты тут ни при чем. – шептал он на ухо дочери, поглаживая ее по красным волосам. – Просто Сесиль очень сильно любила тебя. Это была случайность. Ты тут ни при чем. — Но если бы я не начала клянчить, - голос ее перешел на вой. — Даже если бы ты не попросила, она бы все равно сделала. Сесиль любила баловать тебя. Ты же наша единственная дочь. – Касси обняла отца. Ее потряхивало от рыданий. — Успокоилась? – Розалин протянула девушке платок. Она что то неразборчиво буркнула, но платок приняла. — Спасибо, что рассказали, - слабо улыбнулась она. — Ты всегда можешь обратиться к нам с любой проблемой. Не держи все в себе. – магитесса погладила ее по голове. – Я понимаю, что ты долгое время была вдали от дома и тебе сложно вновь находиться с нами. Но помни, мы семья. А семья всегда поможет тебе. – Касси едва снова не заплакала. У Экхартов она не могла позволить себе такой роскоши, как эмоции. Может она и дружила с детьми герцога, но это не значит, что она могла рассказать им обо всем, что на сердце. Но сейчас, когда она вернулась домой, ей было сложно переступить через себя и напрямую рассказать о своих переживаниях. — Спасибо, - на душе стало легче, будто камень, что она три года несла на плечах, наконец то упал. — Ну все, прекращай реветь. – ухмыльнулась Розалин. – Раон говорил, что ты в Ека магии практиковалась. Пошли выйдем. Посмотрю, чему ты научилась. – Касси подорвалась, утирая остатки слез. Все равно это не вернет маму. Да и оглядываться назад смысла нет. Нужно продолжать двигаться вперед. Как говорил папа, запись ничего не забывает. Все, что бы ты ни услышал, ни увидел, навсегда останется в твоей голове. И сейчас, вдыхая полной грудью, она вновь может обратиться к своей памяти и воскресить все события. Это их семейная особенность. Их проклятие. Они ничего не могут забыть. Позже она обговорила с отцом свою потерю памяти. Как он предположил, ее детское сознание очень гибкое и, поддавшись эмоциональному диссонансу, блокировало воспоминания, но не стирало их. — Даже если еще остались воспоминания, о которых ты забыла, годам к восемнадцати ты полностью сформируешься как личность и тогда запись станет столь же совершенной, как у меня. – Кэйл скрестил руки на груди, оценивающе смотря на свою дочь. Ей передалась его безупречная память. Но если он приобрел ее в совершеннолетнем возрасте, то Касси была наделена ею с рождения. Это подтверждало то, что она помнила свою жизнь с самого рождения. — В Ека у меня постоянно было ощущение, что я что то упускаю из вида. Но теперь у меня как будто просветление в голове. – бормотала Касси, смотря куда то мимо него. – Не зря говорят, что стены родного дома лечат. – широко улыбнулась она.