Проблемы синхронизации

-      Цин-Цзе... - Очередная запись началась с растерянного Вэй Усяня, заходящего в пещеру. - А... Эм... -      Усянь? Что случилось? -      А-Нин меня поцеловал... - Ошарашенно отозвался Вэй Усянь. Оценив ошеломленный вид темного заклинателя, дева Вэнь рассмеялась. - Не смейся Цин-Цзе! -      Не могу! - Смеялась Цин. - Ты выглядишь так, будто впервые поцеловался. -      Эй! Чтобы обо мне ни говорили, но я в этом плане очень приличный, приличней просто не куда! -      Что, серьезно? Это был твой первый поцелуй? -      Эм...второй. - Растерялся Вэй Усянь. - И в первый раз инициатива так же исходила не от меня. -      О? И кто же это был? Глава Цзян? -      Пфррр. Кхе-кхе... Что ты такое говоришь? Да услышь тебя Цзян Чэн на собственном Цзядяне бы повесился... сначала отлупив нас им же хорошенько.       Все с любопытством посмотрели на невозмутимого Главу Цзян, продолжавшего смотреть запись. А сам Глава Цзян поймал себя на мысли, что не имеет ничего против поцелуя с Вэй Усянем. -      Тогда кто? - Хмыкнула Цин. -      Э-э... я не уверен. - Замялся Усянь. - У меня тогда глаза были завязаны. -      Усянь, что в твоей жизни вообще происходит? - Вздохнула Вэнь Цин. - Хочу подробности! -      Хаос! В моей жизни происходит хаос! И какие ты хочешь подробности? -      Ну, например, где, когда и как так получилось? -      Тебе явно не хватает женского общества, Цин-Цзе. - Буркнул Вэй Усянь. - И тебя что, совершенно не волнует, что твой брат поцеловал мужчину? -      А тебя это волнует? - Усмехнулась Цин, темный заклинатель задумался. -      Ммм...нет. - Покачал головой Вэй Усянь. - Мне без разницы. Я могу поцеловать и тебя и твоего брата. То есть и мужчину, и женщину. -      Бесстыдник. - Фыркнула Цин. -      Угу, что поделать, я больше на характер человека смотрю, чем на внешность и половую принадлежность … И поэтому целовался всего два раза в жизни. - Хмыкнул темный заклинатель. - И то, не по своей инициативе... Жизнь ко мне не справедлива! - Вздохнул Вэй Усянь. - Умру, так ни разу девушкой и не поцелованный. -      Рассказывай давай. - Скрестила руки на груди Цин, ухмыляясь. -      Да нечего рассказывать. На совместной охоте поспорил с каким-то Цзинем, внешность которого я и тогда-то не запомнил, а сейчас тем более не вспомню, что даже с завязанными глазами поймаю больше добычи чем он. Завязал глаза, пошел в угодья, залез на дерево и расслабился. Я вообще не собирался принимать в этой охоте участия, только присмотреть за молодыми адептами. Кто-то подошел — опасности я не чувствовал. Кто ж знал-то, что кому-то захочется поцеловаться с темным заклинателем? -      И почему ты решил, что это мужчина? -      Сила, с которой меня прижали к стволу дерева, плюс синяки, оставшиеся на запястьях, которые даже мои ладони превышали. Дай руку. - Протянул Вэй Усянь ладони к девушке. Цин протянула не колеблясь. Темный заклинатель приложил свою ладонь к ее для сравнения. Его ладонь была больше. - Еще вопросы? - Усмехнулся Усянь. -      Но у тебя есть догадки. - Хмыкнула Цин. -      Есть. Но я всегда думал, что этот человек меня ненавидит. - Растерянно протянул Вэй Усянь. -      Не скажешь. - Фыркнула Цин. Темный заклинатель отрицательно покачал головой. -      А если я ошибся? Зачем напраслину на человека наводить? - Пожал плечами Усянь. - И что делать с А-Нином? Я ведь не смогу ответить на его чувства. -      Я думаю, он это понимает. Он ведь убежал, верно? - Спросила Цин, Вэй Усянь кивнул. -      Жутко смутился и удрал. И очень мило покраснел... - Хитро улыбнулся темный заклинатель. -      Не дразни его слишком много. - Фыркнула Цин. - И не давай лишних надежд. -      И не собирался. Скажу, как есть. Правда его сначала отыскать надо и поймать. - Улыбнулся Усянь и полез дурачится.       Дальше снова пошли записи про быт, капризы темного заклинателя, его просиживание в пещере за разработками. Пару раз Вэй Усянь хвастался, что закончил очередную книгу по исследованию темной энергии или артефакт, или талисман, или разработал ритуал. Собравшиеся в зале хмурились, ни записей, ни книг, ни артефактов, ни талисманов при осаде найдено не было. Новая запись началась с влетевшего в неказистый домик темного заклинателя. -      Цин-Цзе! Спрячь меня! - Юркнул под стол Вэй Усянь. -      Что, опять А-Нин пристает? - Засмеялась целительница. -      Никогда бы не подумал, что А-Нин такой настойчивый. Такая милая стесняшка была... - Бурчал темный заклинатель под столом. -      Да дай ты ему то, что он просит. -      Цин-Цзе! Ай! - От возмущения темный заклинатель даже головой об стол приложился. - Ты на что меня подбиваешь? И это я-то бесстыдник?! -      Ты ему прямо сказал, что не сможешь стать героем его романа, он с этим смирился, но что вам мешает просто провести приятно время? И для здоровья полезно. - Хихикала Вэнь Цин, заглядывая под стол. -      И ты добровольно отдашь своего брата на растерзание темному заклинателю?! -      А случайно, этот темный заклинатель, у меня сейчас под столом не прячется? - Громко засмеялась Вэнь Цин. - Прекрати, Усянь, я знаю, что ты его не обидишь. -      Ну не могу я так! - Возмутился Вэй Усянь. - А-Нин милый, добрый, симпатичный. У меня рука не поднимется на него! -      Главное, чтобы другое поднялось. - Продолжала подтрунивать над темным заклинателем целительница. -      Цин-Цзе! Бесстыдница! -      Я целитель! Мне можно. - Хмыкнула Вэнь Цин. - Или у тебя с этим проблемы? -      Нет у меня проблем! С этим. У меня проблемы с настойчивым поклонником! И что он во мне нашел? -      Смазливую мордашку? - Предположила Цин. -      Не такой уж я и смазливый. … Я знаю по смазливей. - Обижено буркнул Вэй Усянь. -      Мой стеснительный брат — герой, он загнал темного, страшного заклинателя, которого боится вся поднебесная, под стол. - Смеялась Цин. -      Хватит издеваться, Цин-Цзе! Лучше поговори с ним! -      Не-а. Мне все же интересно, сдастся ли грозный, темный заклинатель, напору милого крольчонка? - Наклонилась Цин, заглядывая под стол. - Хотя, какой ты грозный — обиженный кроль, а не темный заклинатель. -      Фырр! Где моя морковка? - Фыркнул Вэй Усянь. - Серьезно, Цин-Цзе, зачем мне ему жизнь портить? -      От Главы Цзян и Цзян Яньли ты сбежал, тоже думая, что им жизнь портишь? - Хмыкнула Цин. -      … - Вэй Усянь надулся как мышь на крупу. - Цин-Цзе жестокая. -      Все с тобой ясно. - Вздохнула целительница. - Вылезай и иди к моему брату! Он поделиться с тобой, своей «морковкой». - Ехидно улыбнулась целительница. -      Цин-Цзе!!! - Возмутился красный, как маков цвет, темный заклинатель.       Пока краснеющие заклинатели переваривали степень бесстыдства целительницы, злился и ревновал Лань Ванцзи, хмурился Глава Цзян, алеющая щеками дева Цзян смеялась в рукав, запись сменилась. На ней в стену пещеры вжимался А-Нин, а напротив него стояло нечто. Нечто отдаленно напоминало кошку, но больше было похоже на скелет, обтянутый кожей, с наростами на скакательном суставе (место сгиба ног кошки) задних ног, да и на передних тоже имелись но меньше, глаза напоминали провалы и горели красным. -      Золотце, оставь А-Нина в покое, что ты к нему прилипла? - Вошел в пещеру темный заклинатель. Чудовище, названное Золотцем, тут же оставила в покое юношу и бодренько подскочило к Вэй Усяню и начало об него тереться. - Хорошая моя. - Замурлыкал темный заклинатель, поглаживая чудовище по холке. -      Г-господин В-вэй, это что? - Задушено, пискнул А-Нин. -      Новый эксперимент. - Улыбнулся темный заклинатель. - Вполне удачный. Знакомься А-Нин — это Золотце. Золотце — это А-Нин, наш близкий друг. -      К-когда вы успели это сделать? И как? - Рассматривая смирно сидящую у ног заклинателя … кошку?, спросил А-Нин. -      Да буквально недавно закончил. Правда она чудо? - Улыбнулся темный заклинатель. -      А? - Обескураженно, поднял глаза на Вэй Усяня А-Нин. - Да, чудо... -      … - Вей Усянь рассмеялся и хлопнул А-Нина по плечу. - Успокойся, я знаю, что она выглядит страшней войны. Но она послушная и совсем не агрессивная, если не отдать прямой команды. Очень послушная девочка. -      И к-как вы до такого только додумались? -      Ну, мой Орден... - тут темный заклинатель запнулся и погрустнел, - мой бывший Орден, всегда учил меня мыслить шире. -      Судя по результатам твоих экспериментов, твои мысли пробились в другую вселенную. - Услышали все резкий голос от входа. - Что это такое Усянь? -      Химера. - Пожал плечами Вэй Усянь. - Лапочка, правда? -      Не то слово. - Хмуро отозвалась Вэнь Цин. -      И чем она вам так не нравится? Послушная, ласковая, ну подумаешь внешность не предел эстетики, так и работаю я не с золотой пылью, а с темной энергией. - Надулся темный заклинатель. - А-Юаню она понравилась. -      Ты познакомил, четырехлетнего ребенка, - начала Цин спокойно, зверея на глазах, - с этим! -      Он сам с ней познакомился! - Возмутился Усянь. - Сам к ней подполз, обнял и заснул. И как видишь бегает живой, невредимый и не покусанный! -      Вэй Усянь! Ты балбес! А если бы она была агрессивная?! - Ругалась целительница. -      Я бы не стал держать ее у себя в пещере! - Отозвался темный заклинатель. - А-Юаню, ничего не угрожало! В этой химере заключен мирный дух! Который сам выразил желание вселится в это тело! Так что... - Вэй Усянь сбавил обороты и успокоился, - все было под контролем. -      Больше никого не оживляй! И таких страшилок не создавай! - Припечатала Вэнь Цин. - А ее уничтожь! -      Нет! Я на нее столько сил потратил, к тому же она полу разумна! -      Ты понимаешь, что она перепугает людей до смерти? Бабушку сердечный удар хватит, заметь она такое! - Уперла руки в бока Цин. -      Я...ладно, я ее запечатаю. - Вздохнул темный заклинатель. - Идем Золотце, тебе придется немного поспать. -      Урф? -      Да, совсем чуть-чуть. Ты даже не заметишь. - Грустно улыбнулся темный заклинатель, уводя за собой кошку из преисподней. -      Цзе-Цзе, а это не слишком... - Неуверенно начал Вэнь Нин. - Он... -      … скоро окончательно перестанет общаться с живыми. - Хмуро отозвалась Вэнь Цин. - Слишком он обижен на весь род людской. Ты разве не заметил? Он общается только с тобой, со мной, А-Юанем, бабушкой и четвертым дядюшкой, с остальными держится на расстоянии и предпочитает зарываться в свои эксперименты. А еще на него давит вина. -      П-пристань Лотоса? -      Да. -      Но ведь он не виноват в нападении. На нее все равно напали бы … насколько я помню, готовились напасть где-то, через полтора, два месяца после лагеря. -      Да. Наверное, что-то случилось, возможно, в тот момент, когда случилась эта трагедия, в момент душевного раздрая, кто-то очень близкий и важный для Усяня, что-то сделал или сказал. -      Никто не заметил, что в этот момент Глава Цзян побледнел, закусив губу. Он-то прекрасно помнил, что он сделал, и что сказал. -      Эх. Я надеялась, что начав общаться с тобой ближе, он выйдет из своей скорлупы. -      С-сестра! - Залился краской Вэнь Нин. -      Что, скажи еще, что не рад. - Хмыкнула Цин, потрепав брата по голове. -      Он очень хороший. - Опустил глаза в землю, краснеющий Вэнь Нин. -      Слишком хороший для этого мира. - Устало согласилась Вэнь Цин.       Запись сменилась, и в глаза заклинателям сразу бросилась нервозность темного заклинателя. Шел последний год жизни Вэй Усяня, и с каждой записью было видно, что чем ближе была осада, о которой по идее темный заклинатель знать не должен был, тем больше нервничал Вэй Усянь и уговаривал людей покинуть гору. Но все отвечали «Посмотрим». -      Цин-Цзе! - нервно перебирал пальцами Вэй Усянь. - Я тебя очень прошу, собирайте вещи и идите, не сегодня завтра они придут. -      Ты параноишь Усянь. - Вздыхала Цин. - Мы здесь три года жили спокойно, и никто не … Усянь? - Сбилась Цин, смотря на побледневшего темного заклинателя. -      Они пришли... -      Что? -      Собирайтесь и уходите, я их задержу! - Крикнул Усянь и понесся в пещеру.       В самой пещере Вэй Усянь быстро собрал все свои листы с записями, разбросанные по всему полу и сжег их. Собрал книги, которые написал и спрятал в мешочек цянькун, вместе с разработками и артефактами, который сунул в рукав ханьфу, приговаривая: «Хрен вы у меня что получите, сволочи властолюбивые». Выскочив из пещеры, темный заклинатель наткнулся на старушку. -      Бабушка, что вы здесь делаете? Уходите, ну же! - В отчаянье крикнул Усянь. -      Ох, я уже слишком стара, чтобы от кого-то бегать. - Устало покачала головой старушка. -      Но бабушка... -      Не переживай, все будет хорошо. - Улыбнулась старушка.       Темный заклинатель вздрогнул и посмотрел в сторону спуска с горы. -      Мне нужно идти. - Закусил губу Вэй Усянь и кинулся вниз по склону.       Замер у самой границе мертвой земли и свистнул, повышая агрессию лютых мертвецов и глубоко вздохнув, вступил на мертвую землю. Темный заклинатель хмуро наблюдал за сражением лютых мертвецов со светлыми заклинателями. Обозначил свое присутствие, перекинулся парой фраз с Главой Цзян и Главой Лань и отошел в сторону. Заклинатели наблюдали за последними минутами жизни своего темного собрата. Всех покоробило высказывание Вэй Усяня об их мире. Толкнувшего, темного заклинателя на меч Главы Цзян опознали — Цзинь Цзысюн. Глава Цзян гневно посмотрел на виновника смерти его шисюна. Больше всего, всех заклинателей удивило то, что темный смеялся над своей смертью.       А дальше начался кошмар. Заклинатели смотрели, как они сами или же их знакомые разносят поселение и убивают мирных жителей, которые и сдачи-то дать не могут. Они так и не ушли. Верили в своего защитника до конца, но из-за подлости одного человека, тот глупо погиб. -      Это все. - Устало оповестил Сичэнь, после того как бабочка из голубой стала серой. -      Возможно, темный заклинатель, был не так уж и не прав, обвиняя нас. - Хмуро отозвался Глава Юй. -      Вы считаете, что эти Вэньские псы достойны жизни? -      Мы сами даровали жизнь невиновным людям и сами же не выполнили свои предписания. Да и какое право мы имели, судить обычных людей, не имеющих никакого отношения к заклинательскому миру? - Резко отозвался Лань Сичэнь. -      Мы можем поднять архив. - Хмыкнул Глава Цзян. - И освежить память тем, кто забыл, что именно эта группа людей была перенаправлена в поселение под надзор, где бы они спокойно жили и трудились как обычные люди. Исключение составляло только пристальное внимание Кланов к этому поселению. Но они все оказались в каменоломнях. Где зверски убили половину, а недавно добили и вторую. -      Но вы тоже участвовали в осаде Глава Цзян. И от вашего меча погиб темный заклинатель. -      На записи прекрасно было видно, что не по моей вине погиб Вэй Усянь! - Рыкнул Глава Цзян. - А также видно, что ни мои адепты, ни я не участвовали в погроме и убийствах. Где же демоны и кровавые ритуалы, о которых вы нам говорили? Где армия? Все, что мы видели — это всего лишь выживание горстки людей на проклятой горе. -      Хорошие вопросы Глава Цзян. - Глухо, сдерживая ярость, отозвался хмурый Глава Не. -      Господа, давайте успокоимся. - Примирительно поднял руки Мэн Яо, пытаясь успокоить зароптавших заклинателей.       Но ком недовольства уже начал нарастать. На голову Главы Цзинь посыпались обвинения. Цзинь Гуаншань вертелся как уж на сковородке, частенько пытаясь скинуть свою вину на других, где-то у него получалось, где-то нет. Обвинить Главу Цзян в смерти темного заклинателя у него не вышло, а вот его племянник попал под волну недовольства, где и выяснилось, что со смертью Вэй Усяня, проклятие не снялось. И все так же цветет на груди Цзысюна. Обвинили Орден Цзинь не только в смерти темного заклинателя, но и в смерти лучшего целителя современности и в эксклюзивном образце вновь ожившего человека. Об остальных людях упоминалось вскользь. И то, только для веса.       Споры длились неделю и по их итогу было решено оправдать темного заклинателя. Посмертно. Глава Цзян скрипел зубами от злости — какое благородство! - убить и признать невиновным, но не признать своих ошибок. Ведь извинений они с сестрой так и не получили, а ведь являлись почти членами его семьи. «Прав был Вэй Усянь, говоря, что наш мир прогнил». - С грустью думал Глава Цзян.        Темный заклинатель был дерзким, действовал не по нормам и бездумно, но именно так, как написано в правилах и законах заклинательского мира: «Люди, не являющиеся заклинателями и не виновные в появлении живых мертвецов и нечистых духов, не могут быть осуждены и наказаны теми, кто имеет в себе силы заклинателя, и не могут подвергаться гонениям от них же». - Самый первый и самый главный закон и его соблюдал темный заклинатель, который по всем злым словам, слухам и предрассудкам должен был плевать на эти законы и правила.       Глава Цзян, вернувшись домой, напился, пытаясь заглушить раздирающую боль в груди, бесконечный поток мыслей, пытающийся расколоть голову на части и хоть как-то приглушить тоску и чувство вины, обрушившихся на него. А также очень хотелось перестать слышать горький, предсмертный смех, умирающего на его руках шисюна. Цзян Ваньиню было совестно перед сестрой, которой тоже приходилось не легко, совестно за то, что сегодня на ее плечи упала забота о ребенке, которого он спас с горы, но сегодня ему нужно было принять реальность. Принять то, что его шисюна больше нет, а завтра он снова станет грозным Главой Ордена и внесет ребенка в реестр семьи как сына. Сделает то, чего так и не сделали его родители, когда Цзян Фэнмянь привел в Клан Вэй Усяня.