Шкура, которую мне подарили

— Стоило догадаться, что с ним что-то не то! — вопил Ричи, перепрыгивая через очередной кочковатый корень. — Мы все тупицы! Ребята неслись, не разбирая дороги. Страх придавал ногам неестественную скорость. Позади, всё ближе и ближе, слышался тот самый смех — многоголосый, переливчатый, и к нему присоединилось нечто похожее на тяжёлый, размеренный топот копыт. Оно их преследовало. Генри сначала замыкал шествие, огрызаясь и подгоняя отстающих. Но скоро сквозь адреналин прорезалось осознание — их загоняют. Бегут они уже не к городу, а куда-то вглубь леса, туда, где окончательно потеряются. Приняв решение, Генри рывком вырвался вперёд, обогнал всех и возглавил бег — ему нужно вести, а не подгонять. Эдди, задыхаясь, заметил, что Хаггинса нет рядом. Он обернулся. Бобр отставал, его короткие лапы не были приспособлены для такой гонки, и он становился всё меньше и дальше. Эдди, не думая, рванул обратно, подхватил тяжёлую мохнатую тушку на руки и, собрав все силы, во всю прыть понёсся за остальными. Он нёсся так быстро, что даже перегнал всех и бежал почти наравне с Генри. — А он точно астматик?! — процедил сквозь зубы Патрик, которого Эдди обогнал. Билл бежал, обнимая клетку, которую подхватил ещё у пня. Его единственная мысль была — не уронить. Топот сзади приближался. Становился громче. Земля, казалось, дрожала. А потом они зависли в воздухе. Не все. Только те, кто бежал впереди. В темноте они не заметили резкий, покатистый обрыв, холм, уходящий вниз под крутым углом. Хаггинс вылетел из рук Эдди первым — неуклюжая тушка на миг отчётливо показалась на фоне огромной луны. Эдди летел следом с оглушительным воем. Генри, шедший впереди, тоже не успел среагировать и сорвался вниз. Билл и Ричи, бежавшие чуть сзади, успели затормозить на самом краю. На первые две секунды. Потом их снесла остальная группа — Стенли, Майк, Бен и Патрик, врезавшиеся в них с разгона. И вся куча тел дружно полетела по крутому склону вниз, сбиваясь в беспомощный, кричащий клубок. Билл выронил клетку. Она отлетела в сторону, а сам он кубарем покатился по жёсткой земле, цепляясь за кусты и камни. А клетушка летела отдельно. Внутри неё Джорджи, как попрыгунчик, отскакивал от стенок и потолка с пронзительным писком. Беверли, вцепившись всеми лапами в прутья и растопырившись, как морская звезда, пыталась удержаться. Но, наблюдая, как её маленький друг бьётся о стенки, она отцепилась. В полёте она метко поймала его за пушистую попу своими острыми зубками. Было секундное зависание, невесомость… И вот Беверли уже бежит на четырёх лапах по внутренней окружности летящей клетки, как белка в колесе, развивая бешеную скорость, а в её зубах, болтаясь, висит жёлтый утёнок, испуганно хлопающий крылышками. Генри в полёте инстинктивно попытался зацепиться когтями за склон, но только промахнулся и случайно полоснул катившегося прямо за ним Бена по животу. Острые когти оставили на его уже порванном смокинге и коже под ним несколько глубоких, кровавых борозд. Раздался оглушительный, полный боли и шока вопль Бена. Майк, чуть впереди, на секунду умудрился зацепиться за торчащую корягу. Он даже успел поймать за запястье пролетающего мимо Ричи. Но их снёс Патрик, который катился по склону, беспомощно размахивая руками и ногами, напоминая сломанного богомола. Все трое сорвались и полетели дальше. Приземление у всех было жёстким, громким и болезненным. Они свалились почти в одну кучу. Билл, едва перестав кувыркаться, первым делом подумал о клетке. И буквально через секунду она, всё ещё вращаясь, прилетела ему прямо по голове с глухим лязгом. Отскочила, шлёпнулась рядом и по инерции угодила по спине поднимавшемуся Стенли. Эдди лежал лицом вниз в земле, а сверху на его голове плашмя, как живая меховая шапка, лежал Хаггинс. Ричи приземлился лицом прямиком в пах Хокстеттеру. А сверху, уже на Ричи, оказался приземлившийся следом Генри. Майк первым немного оклемался, отполз в сторону и огляделся, потирая ушибленные места. — Все живы? — хрипло спросил Майк. — Нет, — глухо ответил Ричи, не пытаясь пошевелиться. — Я обесчестил своё лицо, расположив его на промежности Хокстеттера. Господи, как воняет. И кажется, я разбил последнее очко. Ричи имел в виду очки, одно стекло которых теперь окончательно превратилось в паутину трещин, а второе вовсе вылетело. — Ещё бы, вон как Генри на тебе пристроился, — сквозь боль фыркнул Патрик, даже не пытаясь выползти из-под лица Ричи. — И это ты меня обесчестил! Лежишь тут, член мой огромный мнёшь своей рожей. Все кряхтели, стонали, пытаясь распутаться. Билл, оглушённый ударом клетки, с трудом поднялся, покачиваясь. На его виске зияло небольшое рассечение, из которого сочилась кровь, смешиваясь с грязью и потом. — Д-Джорджи! — хрипло крикнул он. — Беверли! Его взгляд метнулся по сторонам и нашёл помятую клетку, лежащую в паре метров. Прутья погнулись, дверца болталась на одной петле. Внутри, на вздымающемся от тяжёлого дыхания пушистом беличьем животике, лежал и тихо, жалобно пищал Джорджи. Беверли, кажется, ещё не совсем пришла в себя после головокружительного бега в колесе, но её лапки обнимали утёнка, стараясь его прикрыть. Она медленно моргала, глядя в ночное небо. Билл осторожно, дрожащими руками, достал из клетки обоих. Они казались такими крошечными, такими хрупкими. Билл и в спокойной обстановке боялся их сжать, а тут такое падение… У него аж глаза заслезились, когда он увидел, что у Джорджи на хвостике алеет маленькая ранка — след от беличьих зубов. — Беверли, ты прокусила мне хвостик, — малыш обернулся, с трудом рассматривая порозовевший пух. — Больно. — Прости, — выдохнула Беверли, отплёвывая жёлтые пёрышки. Она ещё была оглушённой. — Генри, а ты как? Генри, наконец слезший со спины Ричи, тяжёло встряхнулся и оглянулся по сторонам полный тревоги. — Я Виктора, кажется, потерял, — сказал он, принюхиваясь. — Надеюсь, его не раздавили. — Не раздавили, — кряхтя, отозвался знакомый писклявый голос. Виктор, как оказалось, мёртвой хваткой держался за шкирку Генри и так и провисел на нём через всё падение. Правда, было не особо приятно, когда на склоне волк кувыркался. — Вроде… большая половина меня цела. — В-все в п-порядке, — выдохнул Билл, переводя взгляд с одного на другого, всё ещё держа тёплые комочки в ладонях. Он убедился, что рана Джорджи пустяковая. — Бен, пиздец, — свистнул Ричи, разглядывая живот друга. — Ты будто с росомахой встретился! Или с бензопилой! Бен с трудом поднялся на ноги, стиснув зубы. Его смокинг висел клочьями, а на животе зияли несколько глубоких, сочащихся кровью царапин от волчьих когтей. — Хоть на мужика немного будет похож, а не на пельмень, — бросил Патрик, сам потирая ушибленные бока. — Нас демон из преисподней преследует! — завопил Стенли, вскакивая и озираясь дикими глазами. — Надо бежать! Сейчас! Пока он не вернулся! И при этих словах, наверху, над краем оврага, послышался громкий, рвущий воздух хлопок огромных крыльев. Ребята синхронно, в леденящем ужасе, посмотрели вверх. Огромный, искажённый силуэт с невероятным размахом крыльев пролетел над ними. — Ни хрена себе! — прошептал Ричи, прищурившись. — Это птеродактиль что ли? Откопали, блин… — Боже, что это такое? — выдохнул Бен, забыв на секунду о своей боли. — И… куда он? Чудовище не стало снижаться к ним. Оно, взмахивая крыльями, продолжило полёт в определённом направлении — туда, где сквозь деревья уже угадывались редкие огоньки и силуэты домов. — Он… лет-тит в город? — предположил Билл. Ещё не угасшая паника вновь поднималась в нём. — Отлично! — нервно, истерично хохотнул Ричи, сжимая голову руками. — Пусть ест жителей! Устраивает погром! А мы… а мы валим из Дерри! Да побыстрее! Пока он там занят! Билл сжал в ладонях тёплых, доверчивых зверьков и понял, что у них нет выбора. Бежать от чудовища — значит обречь на него других. Или дать ему улететь, чтобы потом оно вернулось за ними. Билл медленно поднял глаза на своих друзей — грязных, перепуганных, израненных. На Генри, который, казалось, уже понял то же самое и смотрел на Билла, ожидая решения. На Эдди, прижимающего к себе Хаггинса. На всех. — Н-нет, — тихо, но чётко сказал Билл. — Мы не мож-жем просто убежать. Мы его р-разбудили. Мы… мы д-должны его остановить. Пока он не добрался до города. Клетка хоть и помялась, а дверца шаталась на одной петле, но она ещё держалась. Билл осторожно посадил туда обратно Беверли и Джорджи и, не глядя, поставил её перед лапами Генри, который стоял ближе всех. — З-защищайте их, — коротко бросил он. — А я — за к-колдуном. И тут его обошёл Стенли и встал перед ним, выставив руки в стороны, словно живой щит, заслонив собой путь. — Нет! — выкрикнул он, дрожа одновременно от страха и от ярости. — Ты спятил, Билл! С самого начала эта идея абсурдна! Как мы справимся с ним?! Он нас просто раздавит! — Ты п-предлагаешь всех брос-сить?! — парировал Билл, его глаза горели. — А что дальше?! Если он уб-бьёт всех в городе?! Наших родителей! Твоих р-родителей! Надо теперь всех предупредить! — Ага, поверят они нам, — саркастично вставил Ричи, рассматривая то, что осталось от его очков. — «Мистер Бауэрс, сэр, мы случайно пробудили какое-то древнее зло, ваш сын стал волком, а мы, за ночь огребли по полной от ворона, который и оказался древним злом. Спасите!» Итог? Нас всех упекут в психушку, а этого, — он кивнул на Генри, — пристрелят! — Н-нельзя просто стоять! — почти закричал Билл, чувствуя, как драгоценные секунды утекаю. — Мы теряем время! Вы мож-жете не идти со мной! Только, пожалуйста, присмотрите за Джорджи! На этом он резко развернулся и побежал. Он уже знал, куда примерно бежать — перед падением со склона он на секунду уловил огни города в одной из сторон. Его нога в одном кроссовке и одном носке молотила по земле, спину пронзала боль, но он бежал. — Все слышали? Заика пошёл геройствовать, — фыркнул Патрик, вытирая грязь с лица. — Ну что, давайте мне утку на сохранение. Обещаю, верну в целости. — Ой, иди лучше штаны поменяй, — бросил ему Ричи, указывая на тёмное пятно на брюках Патрика. — Пошли за ним. И все, не сговариваясь, побежали за Биллом. Ричи неожиданно вцепился Генри в хвост, чтобы не отстать. — Генри, не убивай, прошу! — взмолился Ричи. — Я ж почти ничего не вижу! — Он показал на свои очки без линз. Генри закатил глаза и, тяжело вздохнув, позволил Ричи держаться. Вскоре вся группа нагнала Билла, и тот, обернувшись на звук тяжёлого дыхания, даже возмутиться не успел. — Ты ж не думал, что один будешь мочить зло? — сказал Ричи, по привычке поправляя бесполезные очки. — Этот пернатый, рогатый и крылатый урод столько раз нас унизил за ночь, сколько хулиганы за все годы не смогли. Я жажду вендетты. Билл ухмыльнулся, несмотря на боль и страх, и это была та самая дерзкая искра, которую все знали и любили в группе Неудачников. Патрик что-то буркнул про идиотов, но шага не сбавил. Бен кивнул, прижимая руку к окровавленному животу. Эдди крепче обнял Хаггинса. Стенли, всё ещё бледный, просто шёл, глядя под ноги, но он шёл с ними. Компания снова двинулась вперёд, на этот раз уже не наугад, а к слабым, далёким огням. У них не было плана. Не было оружия. Но в голове у каждого на секунду мелькнули кадры из фильмов: героическая битва, бравый отпор, победа под восторженные крики горожан и всеобщая слава. Они быстро пробежали пригород. Только колдуна или монстра, кем бы он ни был, видно не было. Он словно растворился. — А я думал мы прибежим к кровавому побоищу, — почесал голову Ричи. — А где крылатый-то? — И х-хорошо, — шикнул Билл, прислушиваясь к музыке, что доносилась со стороны площади, откуда и сияли лучи прожекторов с праздника. — У нас есть время. Тогда план прежний: в б-библиотеку. Библиотека находилась всего через пару улиц, которые были пустые. Никто не обратил внимание на зверей и растрёпанных, грязных и окровавленных подростков, потому что все были в центре. Потому никто не знал и о грядущей драке со сверхъестественным существом. Естественно, двери в здание библиотеки были закрыты на замок. Тяжёлые дубовые створки не подавались. — Генри, где же твои уголовные способности, когда они так нужны? — всплеснул руками Ричи, указывая на замок. Генри только рыкнул на него в ответ, явно не в восторге от намёка. И тут вступил Бен. Он подошёл к двери, положил на неё ладонь и обернулся к ним. Его лицо озарила не свойственная ему, почти озорная улыбка. — Боже, — прошептал он с благоговением. — Я всегда мечтал это сделать. — Вскрыть библиотеку? — недоверчиво приподнял бровь Майк. — Да, — воодушевлённо ответил Бен с азартом, которого никто из друзей прежде не видал. — Остаться там на ночь… И залезть в закрытый фонд! — И как нам туда порасть? — спросил Майк, глядя на массивный замок. — Попробуем скрепкой, — сказал Бен, снимая с обшлага своего потрёпанного смокинга единственную уцелевшую канцелярскую скрепку. Он уже собирался её распрямить. Но внезапно Хокстеттер, недолго думая, взял с ближайшей клумбы увесистый булыжник и что есть силы стал долбить им по замку. Металл звякал, дерево трещало, и через несколько яростных ударов замок, не выдержав натиска, сдался. Дверь с глухим скрипом приоткрылась. — Делов-то, — флегматично заметил Патрик, бросая камень. Затем он повернулся к Майку. — Вообще, это ты должен был сделать. — Варвар, — вздохнул Бен, с грустью глядя на покорёженный замок. — А сигналка не сработает? — спросил Стенли. — Уже бы с-сработала, — сказал Билл. — Не беспокойтесь, — махнул рукой Бен. — Она неисправна. — Пойдём с-скорей, — позвал за собой Билл. Ребята осторожно шагнули в тёмное здание библиотеки. Свет луны и уличных праздничных огней пробивался сквозь высокие окна и падал на полосатую плитку пола. — Это святая святых Дерри, — почти шёпотом произнёс Бен с благоговением, когда они зашли внутрь. — Добро пожаловать. Здесь столько всего интересного… Генри, войдя следом, демонстративно задрал заднюю лапу у ближайшего выставочного стеллажа с многотомными энциклопедиями. — Не смей, Бауэрс! — закричал Бен, забыв про шёпот. — Это культурное достояние! Генри, сделав вид, что делает огромное одолжение, послушно опустил лапу. Они медленно двинулись по лабиринту из стеллажей, и Бен, словно запрограммированный, уверенно повёл их вглубь, пока не нашёл железную дверь в глубине зала с табличкой «Закрытый Форд». — Это секретный архив? — прошептал Ричи. — Что-то вроде, — с придыханием подтвердил Бен. — Это специальное помещение для размещения новых поступлений, а также дополнительных экземпляров, уже имеющихся в главном фонде. И для особо редких изданий… — То есть склад? — спросил Эдди, поправляя бобра на руках. — Закрытый фонд! — поправил Бен чуть резче, чем хотел, и тут же спохватился. — Но нужен ключ… Он должен быть на вахте. — Наверняка он т-тут, — Билл уже зашёл за стойку дежурного библиотекаря. Там, как он и ожидал, висела доска с крючками и аккуратными подписями: «Читальный зал», «Кладовая», «Подвал». И одна — «Закрытый фонд». На ней висел небольшой, потёртый ключ. — Вот. Билл передал ключ Бену. Тот принял его с таким трепетом, будто это был ключ от сокровищницы. — Нужно будет сделать дубликат, — мечтательно прошептал Бен. — И тогда библиотекарь больше не поймает меня… — Какой же ты лузер, боже, — с отвращением протянул Хокстеттер. С ним одновременно, столь же солидарно, фыркнули Хаггинс, Виктор и Генри. — Соблазнил бы библиотекаршу и чпокался бы с ней в закрытом фонде. Вот это был бы подвиг. — Ей под семьдесят, — флегматично заметил Бен, вставляя ключ в замочную скважину. — Чем древнее, тем ценнее, — философски поднял палец Хокстеттер. — Разве это не правило поклонников искусства? Тëтя же самый сок! — Больной извращенец, — скривился Стенли. — Это ты Сисястому говори, он вон задумался, — усмехнулся Патрик. Волк рядом распахнул пасть, подëргивая башкой в беззвучном смехе. С лёгким, победным щелчком замок поддался. Бен с усилием потянул на себя тяжёлую железную дверь, и она открылась с тихим скрипом. Ребятам предстало большое, тёмное помещение, заставленное высокими, почти до потолка, металлическими стеллажами, забитыми книгами, папками и коробками. — Я же сказал: склад, — не унимался Эдди. — Зато какой… — с придыханием выдохнул Бен, и его глаза загорелись в темноте. — Ладно. Нам нужно заглянуть в раздел «Предания и мифы». А ещё лучше — в краеведческий раздел. Если о том доме и о чём-то подобном что-то и есть, то оно должно быть здесь. В самой пыльной его части. Они двинулись внутрь. Проход между стеллажами оказался не просто коридором, а похожим на бесконечный, мрачный тоннель. Он тянулся вперёд, теряясь в темноте, и не было видно ни конца, ни края. Воздух становился гуще, пахло пылью и чем-то затхлым. — Охренеть, — прошептал Ричи, оглядываясь. — Не припомню, чтобы снаружи библиотека была такой огромной. Это ж целый складской комплекс. — Мож-жет, мы куда-то в подвальное помещение ушли? — неуверенно предположил Билл, прижимая к себе клетку с пищащими содержанцами. — Я не п-понимаю… По лестнице вроде не спускались. — Это потрясающе, — восхищённо дышал Бен, проводя рукой по корешкам старых фолиантов. Страх на мгновение уступил место учёному восторгу. — Этим знаниям больше двухсот лет. Представляете, сколько всего можно узнать? Целые жизни, истории… — Да это опять чертовщина какая-то, — мрачно пробормотал Стенли, прижимаясь к Майку. — Нам не стоило сюда заходить. И словно в ответ на его слова, тоннель из стеллажей вокруг них… дрогнул. Стеллажи поплыли, исказились, словно отражение в воде. — Может, вернёмся? — осторожно предложил Майк, почувствовав, как по спине пробежали мурашки. — Может, сожжём тут всё? — весело предложил Патрик. — Разом и с книжками, и с чертовщиной. — Гений, — закатил глаза Билл. — Ты знаешь, с какой с-скоростью тут всё вспыхнет? Мы сгорим заживо в первую же сек-кунду. Вдруг с верхней полки соседнего стеллажа бесшумно соскользнула толстая книга в кожаном переплёте и упала точно по голове Патрика. — Ай! Дерьмо! — выругался он, потирая макушку. В ответ, как по сигналу, с другой полки упала ещё одна книга, угодив на этот раз Майку по плечу. А потом книги посыпались одна за другой — тяжёлые, старинные, летящие с необъяснимой точностью. Они больно ударяли по головам, плечам, спинам. Ребята закричали, заслоняясь руками, и инстинктивно бросились вперёд, вглубь тоннеля, под градом падающих фолиантов. — Ребят! — завопил Эдди, оглянувшись и чуть не выронив Хаггинса. — Стены едут! И это была правда. Стеллажи, образующие тоннель, начали медленно, со скрежетом по полу, сдвигаться навстречу друг другу. Проход сужался. Металлические полки скрипели, грозя раздавить их всех, как в древней ловушке. А будто этого было мало, из темноты позади, откуда они прибежали, донёсся низкий, утробный рык. Не человеческий, не звериный — чужеродный. И что-то большое, тяжёлое и быстрое бросилось за ними, его шаги отдавались глухими ударами по каменному полу. Визжа и спотыкаясь, задыхаясь от страха и пыли, ребята неслись по сужающемуся тоннелю, отчаянно пытаясь найти хоть какой-то выход, поворот, щель, пока рычащее нечто не настигло их. Впереди, в конце сужающегося кошмарного тоннеля, замелькал тусклый, но различимый свет. Он манил как спасительный маяк. Ребята, не раздумывая, не останавливаясь, неслись к нему изо всех сил. Каждое промедление означало быть раздавленными сходящимися стеллажами или настигнутыми тем, что рычало в темноте за спиной. Ещё мгновение — и они кучей тел, спотыкаясь и толкая друг друга, вылетели наружу… прямо из той самой двери «Закрытый фонд», в которую только что заходили. Оказались снова в основном зале библиотеки. — Немыслимо, — выдохнул Ричи, оглядываясь на неповреждённое помещение внутри, из которого они только что вывалились. — Мы наверное уже умерли, и демоны просто по аду нас гоняют, — всплакнул Стенли, падая на колени. — Не неси ерунды! — рявкнул Билл, сам не веря своим глазам. — Мы найдём с-способ, и тогда… Его слова оборвал оглушительный грохот. Все стёкла в высоких библиотечных окнах одновременно выбило внутрь мощным, ледяным потоком ветра, которого секунду назад не было. Осколки с звоном рассыпались по полу. Чудом никого не задело, но напугало до потери пульса. И пока ребята прикрывали лица от летящих осколков и порывов ледяного воздуха, в проём самого большого окна вплыла чёрная, бесформенная тень. Она мягко опустилась в центр зала и через несколько секунд сгустилась, сформировав знакомую фигуру. Мужчина в чёрной, бесшумно колышущейся мантии. Его лицо было бледным, почти сияющим, а глаза — двумя жёлтыми точками. — Давно я так не веселился, — сказал он. Голос его больше не был многоголосым диссонансом. Он выбрал один — низкий, бархатный, почти приятный баритон, который лишь подчёркивал леденящую суть. — Но довольно игр. Пора к делу. Он медленно протянул в сторону Билла ладонь с длинными, тонкими, бледными, почти паучьими пальцами. Жест был одновременно повелительным и приглашающим. — Пойдём со мной, малыш. Здесь, — он лениво обвёл взглядом полки, — вы не найдёте ничего, что могло бы быть вам полезно против меня. Хоть ваша наивная решимость была весьма забавной. Билл встал на ноги, шатаясь, и инстинктивно спрятал клетку с Джорджи и Беверли за спину. Остальные ребята подрагивали от холода и страха, наконец осознавая всю глубину своей глупости и беспомощности. Весь этот побег, вся эта погоня — всё оказалось бессмысленным. Их заманили, поиграли с ними, как кошка с мышью. — Надо валить, — отчаянно прошептал Ричи Биллу, не сводя глаз с фигуры. — Даже земля под вашими ногами не принадлежит вам, — мягко произнёс мужчина, явно слыша шёпот. В его голосе сквозила не злоба, а снисходительная усталость всемогущего существа. — Вы в моём мире. От меня вы нигде не спрячетесь. Он сделал шаг вперёд. Его тень, отбрасываемая лунным светом, растянулась через весь зал, накрывая их всех. И в этой тени, казалось, шевелилось что-то ещё — острые шипы, когти, рога. Билл сделал шаг вперёд. Несмотря на то, что его трясло, как в лихорадке, он выпрямил спину и посмотрел прямо в жёлтые глаза существа. — Рас-сколдуй всех! — голос его дрожал, но звучал твёрдо. — Мы ничего п-плохого не сделали! Наоборот, освободили тебя, поэтому… Существо слегка склонило голову набок, будто слушая забавный щебет пташки. — Ты не в том положении, чтобы нагло что-то у меня просить, — мягко заметил его бархатный голос. Билла так трясло, что зубы стучали. Но отступить сейчас — значило потерять всё. Не только себя, но и всех остальных. Это был последний, отчаянный шанс. — Ты г-говорил, что я должен пойти с тобой, — выдохнул Билл, и его глаза наполнились слезами, которые он отчаянно сдерживал. — Я п-пойду. Пойду и с-сопротивляться совсем не б-буду. Сделаю всё, что с-скажешь. Только, пож-жалуйста… расколдуй всех. В-верни всё, как было. — Билл, ты спятил?! — раздался общий, слившийся воедино крик ужаса и протеста. Кричали все — и Ричи, и Бен, и Эдди, и Стенли, и даже Патрик. В клетке Джорджи заходился в истерическом, пронзительном писке, умоляя брата не делать этого. Беверли билась о прутья, Генри издавал низкое, яростное ворчание, шерсть на нём стояла дыбом. Но Билл не смотрел на них. Он смотрел только на колдуна. Он дрожал, глаза слезились, но в них горела стальная, недетская решимость. Он был готов на всё. Даже если «всё» означало, что это существо сожрёт его. В жёлтых глазах промелькнула сложная гамма чувств — удивление, интерес и что-то, отдалённо напоминающе благоговение. Будто оно увидело не просто испуганного мальчика, а что-то редкое и ценное. Оно улыбнулось. Улыбка была широкой, неестественной, обнажающей слишком острые и слишком белые зубы: — Согласен. Его руки, до сих пор похожие на человеческие, вдруг исказились. Они вытянулись, почернели, покрылись глянцевыми перьями и превратились в огромные, мощные вороньи крылья с когтистыми сгибами на концах. Одно из этих крыльев-лап молниеносно метнулось вперёд и обхватило Билла за талию, прижав его к горячей, покрытой перьями груди. — БИЛЛ! — завопили все хором. Но было уже поздно. Мгновение — и антропоморфный ворон взмахнул своими чудовищными крыльями. Воздух в библиотеке взвыл, сметая с полок оставшиеся книги, опрокидывая мебель. Ребята отлетели к стенам, прижатые невидимым ураганом. Закрыв глаза от ветра и ужаса, они успели увидеть лишь последнее: чёрный силуэт с огромными крыльями, держащий в когтистой лапе их друга, вырывается через разбитое окно в ночное небо, растворяясь в темноте так же быстро и бесшумно, как и появился. В библиотеке воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием, сдавленными всхлипами и отчаянным, безутешным писком из сломанной клетки, где маленький жёлтый утёнок бился о прутья, пытаясь вырваться и лететь за братом.