Демоница в Голливуде

Вечеринка подходила к концу. А я так и не поговорила с Дэвидом. Интересно, что означала его улыбка? Вдруг он съел что-то не то и пытался не спалиться, что его сейчас стошнит? Или это была насмешка... — Эмма... Уже проголодался, дорогой? Сколько ты выпил? Ты буквально ничего не сделал, только разочаровался во мне. Откуда ты вообще вылез? — А? — переспросила я. — Возвращайся к нам, — позвал Рэй.

...

Соединение с адом потеряно.

Проверьте подключение.

Я оглянулась и поняла, что гости расходятся. А Рэй давно решает, что там в фильме вообще происходит? Он актёр! Он исполняет роль, которую ему написали! Я не пытаюсь стать лучшей актрисой, я пытаюсь уничтожить как можно больше на своём пути. Тарино нигде не было видно. Некому сегодня помешать! — А где Дэвид? — спросила я, чтобы сделать его жизнь ещё хуже. — Только что вышел. Пойдём полюбуемся на рассвет. Отвали! Зачем? Это конец корпоратива, утро. Я расстроена... потому что не пила, а просто пела весь день, зная только одну строчку. Все просто обходили меня, ведь они думали, что я их атакую. — Я лучше догоню Дэвида. И я торопливо вошла в коридор. Где же он? А, так я в нём стою, в коридоре. Вдалеке слышатся голоса. Я его догоню! Я уже слышу голоса в голове. Скоро я начну убивать! Я побежала по коридору. И наткнулась на двух девушек. — О, Эмма! — воскликнула Джессика. Это Джессика — она исполняет главную роль в этом фильме. Сегодня я разрушу её жизнь, заняв её место, потому что я спела на корпоративе. — Ну привет... — протянула Кристи. — Девчонки, вы Тарино не видели? — Нет, а зачем он тебе? — Да так, спросить кое о чём... — Он не очень-то разговорчив, — заметила Кристи. Он ловит вьетнамские флешбеки, как я кричу в стену? Это потрясение подобно тому, если бы его семью переехал танк. — Это уже мои проблемы, Кристи. Я прошлась по коридору туда-сюда. Просто поперёк коридора. Очень короткий коридор. Но режиссёра не видать. — Джес, будь другом... Если увидишь его... Скажи мне. — Окей. Я вернулась на крышу. — Ну, как тебе вечеринка? — спросил Альберт. Это сказал старый извращенец, который очень хочет видеть меня в главной роли в этом фильме. — Супер! Я впервые отмечаю Рождество на крыше! И это вообще первый раз, когда я связана со здоровой крышей. — Рад, что тебе понравилось. Ты тоже кое-кому приглянулась... Опять? Опять красавчик? У меня и так есть Арсен-Джино, Томас, Майк — ужасный владелец собак, который собаку одну отпустил, а другую мне спихнул. — Патрик? — спросила я. — Неет. Я думаю, это Рэй. Конечно, ведь он с утра зачем-то предлагал мне пойти посмотреть на рассвет. Хотя он может быть грязный извращенец? Увидел, что я начинающая актриса, и подумал, что мной можно воспользоваться, ведь я вряд ли могу быть ему равным партнёром — мне нечего ему предложить взамен. — Эрик? — Я говорю о Дэвиде Тарино. — Кхм... — Да-да, не удивляйся. Я с ним говорил. И, кстати, ты будешь сниматься в «Городе грёз». Спасибо, старый хрыщ, я уже снимаюсь в «Городе слёз». Ой, то есть «грёз». Я пришла — и теперь это «Город слёз», потому что пропустила неделю и всё равно получила главную роль. Меня переполняли эмоции. Как ответить Альберту? Обнять и горячо поблагодарить? Нет, я пытаюсь не спать с директором студии. Поэтому сдержанно поблагодарю. — Спасибо. — Ерунда. Тем более. Если ерунда, то зачем так сразу отдаваться. — Ему понравилось твоё выступление, — продолжил Альберт. — Вы про пение? — Ага. Такой взрыв эмоций! Не важно, как ты попадаешь в ноты, главное – как ты дрыгаешься в этот момент. — Кхм... Тогда я, пожалуй, пойду. — Да, выспись перед съемками. И почитай сценарий, хотя бы раз в своей жизни! Я вызвала такси и спустилась на улицу. Значит, это всё-таки была улыбка. Интересно, что Дэвида так зацепило? Размышления прервал звук мотора. Это моё такси. Это Доминик Торетто? Скоро я уже была дома. Значит, точно Доминик Торетто. Тебе не нужно такси, если у тебя есть семья. Съемки через несколько часов. Неплохо бы поспать... Но я лучше почитаю сценарий. Главная роль — значит, пора. Мне выпал второй шанс. И на этот раз я не облажаюсь! Я налила себе большую чашку кофе... И принялась за чтение. Но веселая ночь не прошла даром. Через 15 минут я уснула прямо за столом. И открыла глаза, когда за окном уже вовсю светило солнце. Сколько же я спала? Я со страхом посмотрела на часы... Съёмки ещё не начались. Успею! Я быстро собралась... И ухожу, даже не переодевшись. Ага, не переоделась. Сейчас переоденусь. Ты мне ещё поуказывай, что делать. Я вообще возьму и стану латинкой с длинными каштановыми волосами, собранными в пучок. А надену я комбинезон из латекса. И без украшений, потому что я и есть украшение. Съемки проходили на улице. Где-то на окраине Голливуда. — Привет! Рада, что ты снова с нами, — улыбнулась Джессика. — И я... — А ты что здесь делаешь? — нахмурился Дэвид.

...

Соединение с адом потеряно.

Проверьте подключение.

— Сегодня мы снимаем сцену без тебя. — Но директор сказал, что вы... что я... буду играть. — Да, но не сегодня. — Но я уже приехала... Я ожидала, что он скажет: «Ребят, вы слышали? Мы всё переделаем. Простите нас, госпожа!». Но он сказал: «Не мои проблемы». И Дэвид вернулся на площадку. — Не обращай внимания, он сегодня не в себе, — шепнула Джессика. — Как и всегда. — Что будешь делать? — Поеду домой. Поучу свои слова... И высплюсь! — Я тебе даже завидую. А чё, махнёмся? — У меня впереди целый съемочный день, — вздохнула Джессика. Ах ты, бедняжка, за такие миллионы приходится работать. — А он уже недоволен. Я пожелала девушке всего хорошего... И пошла к остановке... И зачем я сюда приперлась... Спала бы себе и спа... Вдруг змея: «Ш-ш-ш-ш-ш!» — А-а-а-а! — закричала я. — Ш-ш-ш-ш-ш! — повторила змея. Отлично поговорили! Змея подползла чуть ближе... Я побежала! — Ты... Опять??? — взвыл Дэвид. Он спутал меня со змеёй? — Т-там... з-з-мея... — продрожала я. — О боже, мы хоть что-то сегодня снимем??? — Прости... Но я туда не пойду. Отличная отмазка, чтобы остаться на съемках! Прекрасная работа, змея! — Тогда сядь и не мешай. Поверьте, я не буду мешать. Я просто сяду, случайно зацеплю камеру, камера упадёт на человека, который случайно разжег свечки, он уронит свечки на костюмы, костюмы загорятся. Пожар, костюмы сожжены, хаос, полный ужас — я пыталась не мешать. Режиссёр махнул оператору: «Камера, мотор!» Мюзикл «Город грёз слёз». Мия и Себастьян гуляют. Они недавно познакомились. — Влюблённых сюда тянет, как магнитом. Странно, почему... — произнес Себастьян. — Да, вид совершенно обычный, — ответила Мия. — И я к тебе ничего не чувствую. Джессика на секунду запнулась, вспоминая слова. — Стоп! Джес, ну что опять? — Простите... — Почему ты застыла? Ты должна была вспыхнуть. Вместе с тем грузовиком, который уже горит. Давайте сначала. Вы же поняли, что Джессика не помнит своих реплик из-за меня? Эта роль будет моя! Я призвана, чтобы уничтожить жизни всех, кто в Голливуде делал хоть что-то плохое: Рэй — извращенец, пишущий малолеткам, Тарино — наркоман. Все здесь не без греха. Я уничтожу их жизни как расплату за всё, что они когда-то делали. Мюзикл «Город грёз». Себастьян говорит, что равнодушен к Мии. Девушке обидно. — Влюблённых сюда тянет, как магнитом. Странно, почему... — Да, вид совершенно обычный. — И я к тебе ничего не чувствую. Девушка снова запнулась. Кажется, сегодня лажаю не я... Помочь Джессике или ничего не делать? Я же демон, но тот, который помогает в обратную сторону. Так, например, я помогла сенсации не случиться и рассказала всю подноготную Тарино. Я помогу ей, потому что хочу своими руками уничтожить её перспективы на главную роль. Джессика будет мне благодарна. Но ненадолго, потому что я займу место этой твари. Я привлекаю внимание актрисы. И начинаю шептать (потому что это сатанистский обряд): «Покажи ему, что ты обижена». Она меня не слышит. — О-Б-И-Ж-Е-Н-А... — беззвучно кричу я по буквам. Девушка, кажется, поняла. — Хорошо, что мы не влюблены друг в друга... — Звучит обидно. Дэвид взрывается: — Н-е-ет! Джес, ну разве так обижаются? Ещё раз! Естественно, я приду и сыграю лучше, чем какая-то голливудская актриса. Мюзикл «Город грёз». Мия обижена на Себастьяна. — Мия, ты мне совсем не нравишься. Что подсказать актрисе? Точно, соблазнение. Я же суккуб. — Джес, танцуй! Снимай трусы. Сведи его с ума! — шепчу я. Джессика услышала мой совет. И начала двигаться. Сначала танец выглядел скованным... Но постепенно девушка начала раскрепощаться. Это моя суккубья натура наполняет её пошлостью. Я начинаю дергать за ниточки её души, и она начинает срывать с себя одежду. — Стоп! Я думала, что он скажет: «Пока что мы снимаем не порно», но он сказал: — Уже лучше.

...

...

Соединение с адом потеряно.

Проверьте подключение.

— Запомни, что ты сейчас делала. Я думала, что он продолжит: «И никогда так больше не делай». Но он сказал: — Продолжим после перерыва. Дэвид отошёл. — Спасибо, Эмма. Ты меня спасла! — выдохнула Джессика. Ну нет, сцена-то ещё не снята. — Ерунда, ты сама бы справилась. Наступает перерыв, и вся команда выдыхает. Однако после Дэвид продолжает мучить Джессику. К вечеру все вымотаны и злы. Но режиссёр продолжает гнуть свою линию: — Джес, давай ещё раз. Ты двигалась недостаточно страстно. — Недостаточно страстно, недостаточно эмоционально! Я больше не могу! Вам всё не нравится! Джессика разрыдалась. — Ещё нервных срывов мне не хватало! Ладно. Передохни́ пока. Или он сказал «передóхни»? Я ожидала, что он зарежет её и скажет: «Ну, что ж, раз роль освободилась... Злобный демон, иди сюда. Будешь играть вместо неё. Ты же можешь принять любой облик». Из-за камеры выглянул оператор. Он слегка озабочен. Я так и думала. Когда я впервые пришла на съемочную площадку, он сказал: «Ну, покажи мне, на что ты способна». — Сэр, не хочу нагнетать... Но сейчас такое освещение... Лучше посмотрите сами. Дэвид подходит к камере и заглядывает в объектив. — Твою ж... Что там? Годзилла на фоне? — А я что говорю... Надо снимать. Очень красивый свет! Дэвид задумался, оглядывая съемочную группу. Вся съемочная группа, наверняка, думает: «Это плохая идея. Эта сцена происходит днём. Какая разница, насколько это красиво? Мы не можем нарушать таймлайн сцены, просто потому что уборщице нужно сняться в красивом фильме». — Джессика пока не может... И тут его взгляд падает на меня. — Эмма, давай ты. Я готовилась к этому весь корпоратив. Шайн брайт лайт э даймонд. Я делаю вид, что удивилась: — Ч-что, простите? — Давай, говорю, на площадку. Заменишь Джессику.

...

...

Соединение с адом потеряно.

Проверьте подключение.

— Да, и примерь жёлтое платье. Мне неловко, но спорить с Тарино не хочется. Ну, я даже не знаю. А то, что отснят материал был до этого, вообще никого не волнует? — Тебе идёт... — всхлипнула Джессика. — Брось. Оно сшито для тебя. А это так... ради репетиции. Раздался крик Дэвида. И я поспешила на площадку. — Я готова. — Знаешь, что делать? Раздеваться? Или это другой жанр? — Вроде бы... — Тогда поехали. Мотор! Мюзикл «Город грёз слёз». Я играю за Мию. Мне надо поставить на место Себастьяна. — Такой романтичный вечер... Жаль, что я в тебя не влюблён. — Какое совпадение, и я! — Правда? — Правда. Совсем ничего не чувствую. — Да, полное равнодушие. — И даже если я... станцую на краю пропасти? Смотри! Наблюдай! Я начинаю танцевать стриптиз перед всем городом. Я вскакиваю на ограждение над самым обрывом. Мне не страшно. Я не боюсь смерти. Я бессмертный суккуб. Балансирую на тонкой перекладине... — Слезай оттуда! Но я продолжаю танцевать. И с каждой минутой мои движения всё увереннее. Заголовки на следующий день: «Уборщица погибла на съемках фильма "Город грёз". Никто не знал, откуда она взялась и почему получила главную роль. Прощание состоится... никогда. Никому не было до неё дела». И вот я оступилась, пошатнулась... И начала падать! Быстрее, надо раскрывать свои адские крылья! — А! — кричу я как чайка. — Держись! Парень подскакивает и в последний миг хватает меня за талию. — Уф... Отличный подкат, чел. — С ума сошла! Ты же могла погибнуть! Я — бессмертное существо из ада. — Тебе же всё равно... — Не вздумай так больше делать. Он берёт меня на руки и оттаскивает подальше от пропасти. И тут звучит голос режиссёра: — Стоп. Снято! Молодец, Эмма. Этого не было в сценарии. — Вам понравилось? — Это было то, что нужно. — Да... И это было очень неожиданно, — добавил Рэй. — Я импровизировала. На улице совсем стемнело. И Дэвид объявил о конце рабочего дня. — Денёчек сегодня не из легких. Как насчет того, чтобы пропустить по пиву? — предложил Эрик. Убедил, пропускаю. Вали отсюда. — Я домой, — сказал Рэй. — И я, надо отоспаться, — отозвалась Джессика. — Ну а ты, Эмма? — Эрик, тебе мало вчерашнего? — Ну, я... это... чисто ради беседы. Он алкоголик. Алкоголика оставлять в одиночку — самое то! У нас больше не будет оператора. — Нет, спасибо. Мне ещё собаку забирать. Я не видела Лаки уже больше недели. И ужасно по нему соскучилась. Поэтому, вернувшись в город, первым делом направилась к Алекс. Что она сделала с моей собакой?

***

Пустовато здесь. Надеюсь, я не опоздаю. Что мне делать? Позвать или молча искать? А у нас вообще была договоренность о встрече? Я просто приехала в случайный парк. — Алекс... Лаки... Где ты, мальчик? Тишина. Я снова позвала: — Алекс, вы здесь? Лаки-и-и-и... Вдруг послышался шелест... Это крокодил? Или маньяк? Я повернулась ровно в тот момент, когда... Когда из-за кустов выпрыгнул пёс! Ах ты, псина сутулая! — Ав-ав-ав! — Привет, малыш! — Ррр-ав! Я уже девять дней пытаюсь заказать раф! Молю, дай раф! — гавкал Лаки. Радости Лаки нет границ. Он думает, что сейчас будет кофе. Он встал лапами мне на грудь и лижет лицо! — Сейчас перейдем дальше. — Он по тебе скучал, — улыбнулась Алекс. Ты научила его лизать? Большое спасибо, у меня как раз нету спутника, пока что. — Ррр-ав! Пожалуйста, раф! — И я, я тоже очень соскучилась! — Хочешь посмотреть, чему мы научились? О, показывайте все позиции. — Жду не дождусь! Скажи... Он может смешно танцевать? Ну, знаете, как животные в фильмах... — Как ты и просила, я обучила его командам. — Агрр... О нет, мне не дадут кофе! — Да, малыш, о тебе говорим. Он может сидеть, лежать, лаять, приносить вещи... — Аха-аха! Ты реально ожидаешь, что я буду делать это для тебя? Она меня палкой била по хребту нещадно. Я это делал, чтобы не получить по башке. Я демон из ада. Я понимаю только язык насилия. Не жди от меня выполнения команд, — фыркнул Лаки. — Всё, что нужно, – это сказать слово. — Круто! — И ещё хорошая новость... Ты можешь брать Лаки с собой везде. Я и так брала его на съемки. — Ав! — Он стал отличным компаньоном! Я прокачала собаку! Класс! Апгрейд произошёл удачно! — Спасибо, Алекс. Что бы я без тебя делала... — Мучилась бы с непослушным псом. Я не так буквально спрашивала, женщина, успокойся. Девушка потрепала собаку за ухом. Она напомнила ему о насилии: «И помни, что это ухо принадлежит мне. Как только ты её ослушаешься, и если я узнаю, как именно ты её ослушаешься, я приеду и отрежу тебе его. Поэтому, пожалуйста, веди себя хорошо, Лаки!». Лаки зевнул. — Я привык к насилию за эту неделю. Ты думала меня как-то растрепать? — Устал, малыш? — спросила Алекс. — Аха-аха! Я надрессированный демон из ада. И я никогда не устаю. Я просто устал от насилия, но не физически. — Знаешь, я его понимаю... — вздохнула я. Я устала причинять насилие. — Трудный день? Я хотела сказать: «Да, у других», но сказала: — Угу. Сейчас бы телепорт до кровати. Я думала, что Алекс предложит: «О, а может ко мне?». Но она сказала: — Извини, такого нет. Но мы можем лечь здесь? — Но вы всё ещё можете успеть на последний автобус, — продолжила она. Пожелав друг другу счастливого Рождества... И спокойной ночи... Мы разошлись по домам.

***

Как же я устала! Приму душ и спать! Я иду в ванную. И тёплая вода смывает с меня прошедший день. Так хорошо снять с себя все эти побрякушки. Я даже немного взбодрилась. Малыш, давай проверим, что ты умеешь. — Аха-аха! Ты думала – я тебе? Да? Иди к Джино-Арсену, к Арсену-Джино, — проворчал Лаки. — Я потеряла застёжку от чокера? Найдёшь? — Ты хочешь, чтобы я тебя придушил? Аха-аха! Она же здесь. Ты такая тупая. Сатана, чему тебя учат вообще в этом вашем Голливуде? Я дала псу понюхать украшение. Лаки припал к нему носом, подумал: «Сатана, у меня так давно не было женщины. Ну, что ж». И взялся за дело. Он ищет усердно, исследуя каждый уголок... Время тянется. И мне уже кажется, что ничего не выйдет. Возможно, реально стоит найти парня. Но тут Лаки тявкнул и заскрёб лапами у кровати. — Ав-ав! — Что там? Ты что-то нашёл? — Аха-аха! Ты тупая? Ты просила меня искать. Ты чё? Это было единственной моей задачей весь вечер. Я заглянула туда... Куда так упорно пытался прорыть тоннель пёс... И увидела заветную застёжку! Наконец-то я смогу застёгивать, когда ко мне пристаёт Джино. Он может сколько угодно носить своё странное молоко, которое я почему-то выпила, находясь в доме у маньяка, который пытается своим именем и деньгами замять дела по сбиванию маргинальных личностей в неблагоприятных районах. Ты её нашёл! — Аха! Хороший мальчик! Я приделываю застёжку к чокеру... Теперь можно надеть... — Зачем? Ты вышла после душа и буквально радовалась, что наконец сняла эти побрякушки. Этот чокер мне подарила мама. Столько воспоминаний... Ты мой хороший! Иди сюда, буду тебя гладить. — Ав! О нет, только не пытки! Пёс словно понял мои намерения... Он подошёл, плюхнулся на бок. Перевернулся на спину и блаженно закрыл глаза. Хорошая собака! — Аха! Я погладила его по голове. А теперь – спать. Я иду в кровать. Лаки весело следует за мной. Я засыпаю. Пёс устраивается рядом. Когда я открыла глаза... То удивилась, что так светло. Да, мне 3500 лет, и я всё ещё не знаю, как работает система смены суток в этом мире. О, опять день. И вчера был день. Я ложусь спать — темно, а просыпаюсь — светло. Кажется, я только что уснула... Но солнце, бьющее в окно, и часы убедили меня в обратном. «Солнышком» я ласково называю маньяка, который уже бьёт в окно. Что ж, видимо, выспаться мне удастся в другой жизни. Да, я верю в реинкарнацию. — Отправляйся туда, куда солнце не светит. Туда, куда посылают только худших врагов, — пробурчал Лаки. — И тебе, дружок. Я быстро умываюсь и залпом выпиваю кипяток, ведь я привыкла к горячим температурам. Что же надеть? Точно, стильные леггинсы. Они к чокеру подходят. В дверях я натыкаюсь на собаку. — Рррр? Кажется, Лаки не хочет оставаться один. Ладно, пойдём со мной. Ты ведь теперь воспитанный... — Ав! В автобусе я встречаю Бин. — Хай! На работу? — Угу. — Слышала сплетни? — Гм... Нет. Рассказы, которые идут после того, как я разрушила жизни, меня не касаются. — Джессика поссорилась с Тарино. Вау, надо же, как удобно получилось. — А Кристи собирается кому-то отомстить. О, это про меня. — Ого! Надо уточнить у неё поподробнее. — Бин, скажи, что произошло между Джес и Дэвидом? Дэвид нагрубил Джессике? — Кажется, нет... Там что-то связанное с ролью. — С какой? — искренне спросила я. Она же теперь не работает. — Да не знаю я. Наверное, в «Городе грёз»... Автобус подъехал к «Тод Пикчерс». Перезагрузка системы. Подождите немного. — Ты чего зависла? Пойдём, — толкнула меня Бин. — Ага... Слова Бин подпортили мне настроение.

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— Что с тобой? — Урр? — Уж не из-за Кристи ли ты расстроилась? — Нет... Просто задумалась. — Ну ладно. Мне плевать. Тогда я пойду. С наступающим. — И тебе... — задумчиво ответила я. Мучимая неприятным предчувствием, я вошла в «Тод Пикчерс». — Лаки, веди себя прилично. — Аха! Я? Прилично? — Главное — не жуй провода. — Уррр... На площадке пусто. Я прошлась, поискала людей... И услышала всхлипы. Я снова в мире мёртвых? Я в аду? Это плакала Джессика. — Ау? — Джес... Что с тобой? — Дэвид... Он... Снял меня с роли! — Что-о? — удивилась я. — Ав? — Сказал, что я... недостаточно яркая! — Бред какой-то... — Если бы! И девушка разрыдалась. Я подошла и обняла её. — Ну не плачь. — Я столько вложила в эту роль! Я даже петь научилась... — Аууу... Слёзы застилают глаза Джессики. — Джес... Открывается дверь... И на площадку входит Кристи. — Джес, я принесла воды...

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— Ты... Что ты здесь делаешь? — Рррр. — Зашла поддержать Джессику. — После всего, что ты сделала? Из-за тебя она потеряла роль! Тебе ещё раз руку сломать, раз у тебя просыпается голос разума? Надо прикинуться, что я ничего не знаю. — Что ты несёшь? — Теперь ты играешь Мию в «Городе слёз». — Что??? — вскрикнула Джессика. — Я сама слышала! — выпалила Кристи. — Ты врёшь! — Иди, спроси у Дэвида. — Эмма, а если это правда? Что ей сказать? Что я откажусь от роли? Нетушки, я не сумасшедшая. Что я не знаю? Или что это моя работа? Конечно, эта роль будет моя. Я же эгоцентричная и наглая. — Это моя работа. Буду играть. Прости, Джес... — Я же говорила! Она успешная и будет богатой. И у неё куча парней. Получила! Она тебя предала! — Нет, не думаю.

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— Эмма мне помогала, — возразила Джессика. Пф, я уж думала она скажет: «Ну, да, вообще-то ты конченая тварь. Нас двое, а ты одна. Собака маленькая — её зарежем первой. Её забьём ногами». — Подсказывала во время съёмок. — Чтобы показать, какая ты неумеха, — парировала Кристи. — Кристи, как ты вообще живёшь... С такой-то верой в людей? — Я — нормально. А вот что будешь делать ты... Когда я скажу Дэвиду... Что это ты его сдала журналистке. А, он всё ещё не знает? Прикольно. — Не смей! — Что ты сделаешь? И девушка направилась к выходу. — Я прямо сейчас ему скажу. И тебе не светит никакой роли! — Стой! — Рррр! — Кристи, нет! Я подбегаю к двери, захлопываю... И прислоняюсь к ней спиной. — Открой! — Сначала успокойся. Кристи только сильнее разозлилась. Она попыталась меня обойти... Но я перегородила девушке путь. — Я всё равно ему скажу! — Девочки, перестаньте... У вас же есть телефоны. Позвони ему, — всхлипнула Джессика. Но от злости Кристи ничего не слышит. Это я её оглушила. Она хватает меня за руку, пытаясь отпихнуть... И тут слышится грозный рык. — Рррр. Псу явно не нравится, как обращаются с его хозяйкой. — Убери эту чёртову собаку! А вот насчёт «чёртовой собаки» ты права. — Лаки, держи её. Фас, Лаки! — Ррр... Агррр! Пёс кидается на Кристи! Он подпрыгивает... И кусает девушку за руку! — Кыш! Прочь! — Ррррр! Пёс замер, злобно глядя на соперницу. Кристи снова кидается к выходу. Я ей мешаю. Она вцепляется в нас когтями...

...

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

На секунду девушка ослабляет хватку. И я отталкиваю её в сторону! — Сучка! Кристи схватила бобину с кинолентой и замахнулась. Я пригнулась. Я нагибаюсь, избежав удара. — От тебя одни проблемы! Это правда. — И это говоришь ты... Кристи вновь замахнулась! Я увернулась. Когда девушка попыталась опять меня ударить... Лаки не выдержал... И вцепился ей в ногу. — Ай-ай-ай! — Ррр-ав! Я отпущу тебя за один лавандовый раф. Пожалуйста! — Лаки, нет... Не будь так легко подкупен. Я пытаюсь оттащить собаку... И тут мне на голову падает бобина... — Ах так... Я хватаю Кристи за волосы. Она вырывается, как сумасшедшая. Волосы выскальзывают из моих рук... Потому что они были очень жирные. Она не мыла их две недели. Кристи отлетает и ударяется о стеллаж!

...

...

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— Кристи... Будет хуже, если сунешься ещё! Я умею за себя постоять! — Посмотрим, что на это скажет полиция!

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— Я заявлю на тебя и на твоего пса! Я потребую, чтобы его усыпили. — Рррр! Я не хочу обратно в мир мёртвых. — Потому что он бешеный! Сердце неприятно ёкнуло. Сзади подошла Джессика... Она собирается меня задушить? — Эмма, тебе лучше уйти. Ещё никто не произносил эту фразу. — Она не шутит. В растерянности... Я решила послушать Джессику и уйти. Отлично снялась сегодня! Прекрасно! И куда теперь? — Урр... Не успеваю я перевести дух, как услышала знакомый голос. — Эмма, что у тебя на голове? — удивился Альберт. Я притворяюсь отсталой: — Э-э-э... Сценический образ... — Хм. Чего только не придумают!

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— А перерыв у тебя будет? — Да... Я уже закончила. — Тогда поднимись на крышу. Давай спрыгнем. У нас там небольшой междусобойчик перед праздниками. — Хорошо, сэр... Только приведу себя в порядок. Я же всё-таки главное блюдо на этом празднике. Альберт уходит, а я тороплюсь в гримёрку. Из-за этой ленты у меня вся причёска испортилась! О полиции переживать не стоит. Сделаю себе каре с косичкой. Ну вот, другое дело! — Аха! Я взглянула в зеркало ещё раз, поняла, почему собака надо мной смеётся, и поднялась на крышу. И что это у них за междусобойчик... Надеюсь, меня разделят на пятерых. Я могу справиться с пятью парнями сразу. Первый, кого я встретила, был Томас: — Привет, Эмма. — Привет. Что здесь происходит? — Директор подводит итоги года. — Эмма... Ты появилась здесь недавно, принесла одни проблемы. И непонятно, как вообще сюда попала. Я не знаю, зачем даю тебе эту протекцию. Пожалуй, мы тебя убьём. Но, конечно, сначала изнасилуем. Так гораздо лучше! — послышалось мне. Я переспросила: — Что, простите? — Причёска. У тебя красивые волосы. И они тебе идут больше киноленты.

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— Пойдём, у меня для тебя сюрприз! Альберт берёт меня под руку и выводит на середину. — Друзья, минутку внимания. Все затихли. — Раз уж мы говорим о наших успехах... То вот наш приз. Я хочу представить вам юную актрису.

...

...

...

Соединение с адом потеряно. Проверьте подключение.

— И хоть девушка ещё очень неопытна... Поверьте, 50 нагрузок она потянет. Она проявила себя как подающая надежды... Актриса экшена! О да, я такая отбитая. Раздались аплодисменты. — Спасибо... — И, чтобы не быть голословными... Я дарю тебе эту статуэтку. Вау, это пистолет. Надеюсь, он работает. — Что вы... Не стоило. — Не отказывайся. Пусть она станет первой в череде твоих наград! Он забыл добавить: «А ты наша награда!» Мне одновременно неловко и приятно. — Эмма, скажи что-нибудь, — подтолкнул Томас. Тебя возбуждает, когда девушка говорит? Тогда я специально буду вопросительно молчать. — Например, речь. Что же сказать? Шутливую речь или серьёзную речь? — Друзья... Попа или грудь? Я польщена! Этот подарок для меня... Важнее всего на свете! Потому что всё, что я хочу... Это играть! — Ав! — Не сомневаюсь, Эмма. Сделай, что нужно, и у тебя большое будущее! — кивнул Альберт.