Попробуй и узнаешь

      Валентина Сергеевна была рада, что внучка нашла себе друзей. И была безумно счастлива приготовить что-нибудь на «посиделки» с новыми одноклассниками Маши. Нет, конечно, она не сказала, что будет с ними, возможно, употреблять алкогольные напитки. Но, кажется, бабушка сама догадалась. Поэтому, когда девушка собиралась уходить, остановила.       — Держи, убери в рюкзак, — женщина протянула ей пластиковую бутылку без этикетки. Сама же жидкость внутри была бордово красной. Не сложно было догадаться, что там было налито.       — Зачем, бабуль?       — Ну как, что я не знаю нынешнюю молодежь? Лучше выпей моего домашнего вина, чем ту гадость, которую тебе предложат.       — Да я как-то не собиралась.       — Собиралась не собиралась, но надо! — она буквально вырвала пакет с едой у внучки и засунула туда бутылку.       — Ба, да я не…       — Внуча, не смотри сколько мне лет. Я, твоя мама, также уходили к друзьям. И я не жду тебя дома, поняла.       — А… в смысле?       — Останешься у Мари, ничего. Форма у вас свободная. А учебники… Иди бери с собой.       — Бабуль, да я ж…       — Давай. Давай давай. Родителям я не скажу ничего!       — Ладно… хорошо, спасибо.       — Налаживай отношения со своими одноклассниками. И много не пей!       Маша улыбнулась, обняла бабушку и ушла за необходимыми учебниками. Не факт, что она остается там с ночевкой, но подстраховаться надо было. Тем более, что бабушка дала на это боснословное добро.       До дома одноклассницы было не так далеко идти. Тем более, что нужно было зайти в ближайший супермаркет. Мария взяла разной гадости и, оплатив на кассе, стала идти до Буше. Подъезд был открыт. Девушка поднялась на третий этаж и постучала во входную дверь. Ей открыла Наташа и пропустила в квартиру.       Внутри играла музыка из топ чарта. Маша отдала пакет с разной едой однокласснице, а сама зашла в комнату. Поздоровавшись со всеми, ей сразу же налили штрафную. Она не знала, что это за напиток, но не стала спрашивать. Быстро выпила и закусила чипсами.       — А от Махи тож подгон! — Наташа держала над своей головой бабушкину бутылку с вином.       — Неожиданно! Что это?       — Вино. Домашнее.       — У бабушки стащила? — засмеялась Мари.       — Угу.       — Красава. Ток не перебарщиваем. Нам ко второму уроку нужно прийти точно.       — Математика? — спросила Костя.       — Она самая. Поспать хотя бы до 8 или 9 можно будет.       — Мах, ты ж останешься?       — Да, я взяла на всякий учебники и тетради.       — Подготовленная питерская интеллигенция! — засмеялись близнецы.       — Эй, не обзывать! — пригрозила Буше.       — Да нет, нормально, пускай. Вы еще не познакомились с реальной Питерской девчонкой.       — Тип солевая? — подстебал Костя.       — Не соль, но кое-что другое есть.       — Реально?! — Оля с Наташей даже подавились своими напитками.       — Ну… — Маша достала из кармана джинс блистер с какими то таблетками. — Я не такая правильная, вообще-то.       — Ой, а можно?       — Давайте встретимся, когда будет выходной, м?       — Раззадорила называется.       — Поверьте моему опыту. Лучше отоспаться весь день, а завтра важные уроки.       — Этому вас обучали в лицее, колись? — Мари толкнула в бок одноклассницу.       — В том числе, — усмехнулась блондинка. — Мари, у тебя есть вайфай, а то сеть вообще не ловит.       — Да, щас, — девушка взяла телефон и показала qr-код, чтобы подключиться к вайфаю.       — Благодарю.       Маша выпила еще с одноклассниками и отошла на кухню. Она села на стул и стала писать подруге.       «Поляк, срочно, у тебя осталось записи по математики за 10 класс?»       Таня ответила спустя несколько минут.       «Да, есть. Что-то нужно?»       «Скинешь темы?»       «Да, хорошо. А твои где?»       «Да я не дома. Короч, щас расскажу!»       Третьякова коротко описала ситуацию в новой школе, после чего получила пару фотографий с темами по математике.       «Благодарочка, Поляк!»       «Не, круто, что у тебя есть такая училка. Хоть знания свои не растеряешь!»       «Ну да. Опять же, чисто случайно.»       «Как у тебя дела?»       Маша решает позвать одноклассников, чтобы сделать селфи со всеми, которое сразу же улетает подруге.       «Значит подружилась с классом?»       «От части.»       «Тоже неплохо. Хотя бы не так скучно будет в новой школе.»       «Поляк, не ревнуй. Ты моя самая близкая и любимая подруга!»       «Я и не сомневалась. Давай там, сильно не налегай на алкоголь. Учиться еще завтра.»       «Не переживай. Но даже бабушка сказала, что не ждёт меня домой.»       «Не, у тебя не только родаки крутые, но и бабушка. Меня б так опускали!»       «Да я сама в диком шоке от всего! Ладно, занимайся, потом покажешь результат, буду ждать!»       «Давай, хорошо. Но чтобы ты тоже рассказала про занятия по матише. Все же тебе этот предмет очень нравится!»       Третьякова больше не отвечала. Она сохранила фотографии конспектов с темами от подруги. В руках уже держала тот клочек бумаги с номером учителя, который добавила к себе. Она зашла во ВКонтакте и увидела новый номер. Перешла по нему и добавила заявку в друзья, ведь писать сообщение было ограниченно. Но каково было удивление, когда заявка быстро была принята. Маша тут уж отправила те фотографии учителю. И ответ не заставил себя ждать.       «Даже так далеко от школьной программы!»       Маша наплевала на обсуждения чего-то с одноклассниками, а сразу же открыла диалог с учителем.       «Только не говорите, что это все проходят в вузах?»       «Частично да. Я поражена. И ты это все помнишь?»       «Можете меня проверить)»       «Ладно, не сомневаюсь.»       «Тогда мне потребуется немного больше времени.»       «Да ладно, я могу все пройти заново с одноклассниками.»       «А смысл тебя тогда вызывать к доске?»       «Это же хорошо). В очередной раз не возьму мел в свои руки. Простите, но я привыкла к маркеру.»       «Очередной упрек обычной школе?»       «Простите, я привыкла к другому… ну вы поняли.»       «Ладно, я все равно что-нибудь придумаю для тебя! Мне самой интересно с тобой позаниматься не на уровне школы!»       «Хах, хорошо. Теперь самой интересно!»       — Мах, ты че там? С кем общаешься? — этот вопрос заставил заблокировать телефон.       — А я… с подругой.       — Она в Питере?       — Угу.       — Скучаешь? — спросила Оля.             — Кончено. Мы с первого класса вместе.       — Ой, не знаю какого это. Если бы нас с Натали разлучили! — Оля крепко обняла подругу и поцеловала в щеку.       — Если вы настоящие друзья, то расстояние для вас ерунда.       — Это Мари говорит про Леху. Он после девятого свалил в Москву, — добавил Даня.       — Но мы продолжаем общаться! И он приедет на новогодние каникулы.       — А летом его не было. Не факт, что приедет.       — Вообще-то, он приезжал. На пару дней.       — Да, погуляли только вы. А на нашу компашку он забил, — сказал Паша.       — За два дня бы мы не нагулялись, зная вас всех.       — Очередные его оправдания. Так бы уже сказали, что встречаетесь! — произнесла Наташа.       — Мы не встречаемся, — произнесла Буше и отпила свой напиток.       — Заливай дальше, — посмеялась Оля, на что получила ударом в плечо от подруги.       — Мах, а у тебя есть молодой человек?       Третьякова подавилась своим напитком, который прямо сейчас пила. Она не привыкла распространяться о своей личной жизни. Да какой-то там. Было бы о чем. Летом с 9 на 10 класс стала встречаться с парнем и то, не зашло.       — Или ты у нас еще девочка?       — Нет, ам… У меня нет молодого человека. Но я уже не… девочка.       — Ого, а как так то?       — Да в прошлом году под Новый год пошли отдыхать в клуб… ну я там и лишилась статуса девочки. Правда, не помню даже, как выглядел тот чел.       Маша рискнула рассказать это малознакомым людям. Но осуждения не получила.       — Фига себе! Теряешь статус питерской интеллигенции!       — Да я как бы и не интеллигенция, уже не раз говорила.       — А это был точно парень?       — Да, а что?       — Нет, ну может ты там и девушкой того самого.       — Ну… — Маша не знала, стоит ли ей раскрывать все карты.       — Маха, ты и с девушками спала?!       — Было дело.       — Офигеть! Да ты прям развратница!       — А может нашу Арбалетовну соблазнишь? — сказала Мари с вызовом.       — Ха, как раз проверим, правдивы ли слухи!       — Хах, а может что-то ближе к реальности?       — Нет, ну а что? Ее хорошее настроение только во благо.       — Да нет, я не буду спать с тем, кто мне не нравится.       — Так и скажи, что тебе слабо соблазнить ее!       — Ага, у тебя и не получиться!       — Да и не спала ты с девушками!       — Так, стоп! — Маша резко заставила всех замолчать. — Вы серьезно хотите, чтобы мы с ней переспали?       — Нет, ну если это все опровергнет ее от статуса злобной лесби, почему бы и нет?       — Убьешь двух зайцев! Или ни одиного!       — И как вы себе это представляете? Лаура Альбертовна, давайте переспим? — усмехается блондинка.       — Мах, я сама видела, как ты выходила из ее машины. Значит ты с нашей стервой сдружилась.       — Ч… чего? — Маша подавилась от такого заявления.       — Того. И не отрицай.       — Ну, она подвезла меня, потому что мы живем недалеко друг от друга. Да и ни я ее, ни она меня не знает.       — Так тем более! А если из-за этого стерва прекратит так себя вести, ты станешь героиней.       — Ну, конечно, в нашем кругу. Мы не будем распространяться!       — Я не…       — Не ломись, чисто спортивный интерес! Не получится, значит она не из таких и все ок, — Мари протянула Третьякову руку.       Маша стиснула зубы, но все же подала в ответ руку однокласснице. Хоть это и было ужасно. Ладно, пару раз пофлиртовать, быть отшитой и все окей. Лукина избавится от статуса стервозной лезби, а Маша не будет ссыклом, которая сказал А, и не стала делать Б.       Только единственное, она не знала, как лучше будет подкатить к учителю. Нет, приемчики были, но на нее могли и не сработать. А кто знает? В то же время Маша не хотела так поступать с ней. Если окажется ориентация той правда, будет жестко все оборвать. Сказать, что это шутка, спор. Тогда может все обернуться в другое русло.       И с этими мыслями Маша просидела все уроки на следующий день. Даже будучи дома это не давало покоя. И об этом неком споре она поделилась с подругой.       «Марь, это глупо! Зачем ты вообще согласилась?»       «Да я не знаю!»       «Может ты об этом поговоришь с учителем? Типа, она даст тебе косвенно пощечину, и это избавит вас от этой тупой ситуации?»       «Может быть… Блин, так все не просто…»       «Да, таких приключений у нас бы не было!»       «Не нагнетай.»       «Да я нет. Ты чего? Но самое логичное решение — это рассказать твоей учительнице. Поверь, так будет лучше!»       «Хорошо. У нас как раз завтра с ней два урока, второй последний. Подойду и прямо так и скажу. О споре! Тем более, она сама меня предупредила держаться за класс!»       «Ну все, держи в курсе. Я с тобой!»       «Спасибо, Поляк. Люблю тебя!»       «Взаимно!»       Маша заблокировала телефон и отбросила его в строну. Нужно было ложиться спать. Но сон никак не подступал. Она уже даже не знала, что лучше. Ночь без сна или ночь в кошмаре. Благо, что, вырубившись, кошмар ее не настиг. Только утро далось не очень.       За эти два дня Маша во второй надела обычные вещи. Джинсы с высокой посадкой на талии, но широкие снизу, голубой свитер. Даже не стала зацикливаться особо на одежде. Сейчас ее голова была забита другим. Точнее другой. Поступить правильно, сразу сказать учителю, или все же попытать провал и хорошее с ней отношение.       Пока она шла с этим мыслями, не так далеко услышала сигнал автомобиля. Не стоит догадываться, кто это был. Точнее была. Девушка резко остановилась, как и машина параллельно ей. Стекло опустилось.       — Сядешь?       Маша посмотрела на учителя. Ком поднялся к краю горла. А ноги стали ватными. Если бы это не была Лаура Альбертовна, такой реакции не последовало бы. Блондинка кивнула и сразу же пошла к переднему сидению. Она думала, что поездка будет в тишине, пока собрала все свои мысли в порядок, но нет. Ее решает нарушить учитель.       — Первый ваш урок у меня же?       — Ам… да, вроде да. Сейчас посмотрю, — Маша достала телефон и стала искать расписание.       — Да не ищи. Первый урок у меня.       — Х… хорошо.       — Ты чего такая потерянная? Я еще не подготовила программу для тебя.       — Да я не… все нормально, — выдохнула блондинка.       — Ну, как скажешь… Как посидела с одноклассниками?       — В… в смысле?       — Все же я знаю их дольше. Первый день учебы, обычно, они отмечают. Думаю, что позвали и тебя. Вчера некогда было, поэтому спрашиваю сейчас.       — Да, мы да, посидели. Пообщались.       — Узнала все тонкости?       — Вы про негласные правила?       — Ага.       — Да, еще в первый день.       — Славно. Значит, слышала обо мне?       — О вас?       — Маш, я знаю, как меня называют.       — Так вы об этом…       — А ты о чем?       — Смотря, как вас называют.       — Главная стерва школы. Но это лестно, на самом деле.       — А, да, уже рассказали.       — Так есть еще то, чего я не знаю? — с усмешкой спросила Лаура Альбертовна.       — Нет. Простите, только стерва школы.       — Не извиняйся. Я привыкла.       — Но вы же не такая.       — Проучилась бы ты пару лет у меня, называла бы также.       — Поверьте, у меня были педагоги похлеще. И прозвища у них тоже похлеще.       — И как бы ты меня назвала?       — Рано, конечно, всего пара уроков прошло.       — Хорошо, спрошу у тебя в конце второй четверти.       — Не стоит.       — Почему же?       — Не хочется вам давать какое-то прозвище.       — Что же, честный ответ. Но мне кажется, что ты хочешь еще мне что-то сказать.       Маша напрягалась. Все же решение она не приняла. Да и, возможно, о втором прозвище учитель и не знает. Стоит ли ей это говорить? «Боже, сложно! Но лучше сказать!»       — Да, есть кое-что.       — Что же?       — Это касается… Вашего еще одного прозвища.       — Давай, удивляй.       — Обещаете не обижаться и не ругаться?       — Машунь, меня ни чем не удивить.       — Ладно… Есть слух, что вы лесбиянка.       Машина резко остановилась. Благо, это была не главная дорога, а уже односторонний поворот у школы. Руки учителя на руле сжались. Было чувство, что она и это знала, но никто никогда прежде еще не говорил лично.       — Это все?       — Ну… да.       — Ты веришь этим слухам?       — Я привыкла видеть доказательства. Слухи слухами, но зачастую это ложь. Лишь бы оклеветать человека.       — Унизить… Ты считаешь, что такая ориентация — это унижение?       — Я считаю, что это сугубо личное дело человека. И как-то этим пользоваться в унижении, примыкании — не для меня.       — Ты не договариваешь, — Лаура посмотрела на ученицу, все еще крепко держа руль в руках.       — Я не знаю…       — Расскажи мне правду.       — Мы поспорили.       — И о чем же?       — Что я смогу вас соблазнить, — Маша закрыла лицо руками. — Я не такой человек, поэтому хотела рассказать вам. Проиграть сцену, где вы мне, допустим, даете пощечину. Тогда и с вас ярлык безосновательный снимется, и от меня отстанут. Ну типа, попытка не пытка. Но все равно молодец.       — А с чего ты взяла, что я тебя ударю?       Маша подняла на учителя взгляд. Ее непонимающие глаза столкнулись с хитрыми напротив.       — Ну, это логично.       — Так ты же не пробовала. Почему так решила?       — То есть, если я попытаюсь вас поцеловать, вы не оттолкнете?       — Попробуй и узнаешь.       — Это провокация? Вы же сразу ударите меня!       — Повторюсь, попробуй.       Для Маши это бы вызов. 50/50. Она расстегнула ремень безопасности и приблизилась к лицу учителя. Та и не поддалась, и не отстранилась. Лаура ждала действия новенькой дальше. Как далеко она осмелится зайти. А она осмелилась. Ее губы коснулась крашенных бордовой помады чужих губ. И сначала Мария растерялась, но продолжила целовать губы учителя. Только с пол минуты получила ответную реакцию.       Лукина расстегнула свой ремень и повернулась телом к ученице. Ее руки убрали выпавшие прядки волос назад. А сами пальчики зарылись за затылком. Да, Маша не профи в поцелуе, но Лаура вела его. Даже сама углубила, когда девушка приоткрыла ротик. И только воздух, покинувший их, заставил отстраниться.       — Ну вот, а боялась, что я тебя ударю.       — Это хуже… — блондинка вдохнула полной грудью и вернулась в обратное положение, смотря в лобовое стекло.       — Чем же?       — Ваша репутация…       — И что моя репутация?       — Вы подтвердили, что…       — Поцелуй это не доказывает.       — Все же…       — Хорошо, если для тебя так важно… Флиртуй со мной по максимуму. Я буду игнорировать. А на следующей неделе, перед теми ребятами, попытайся снова меня поцеловать. И тогда эти слухи станут неоправданными.       — А сразу нельзя было так сказать? — возмутилась блондинка.       — Это не так интересно.       — А как интересно? Сорвать поцелуй с ученицы?       — Не знаю, как ты, но я не каждую ученицу целую.       — То есть целуете?       — Ты первая, на самом деле.       — От этого не легче… В смысле, первая?! — Маша резко посмотрела на Лауру Альбертовну.       — Ты же не веришь слухам, только действиям.       — Подождите… дайте сложить все мысли…       Ей не дали. Снова притянули в поцелуй. Такой сладкий и новый. На самом деле для Маши это был первый такой чувственный и глубокий поцелуй.       — Нет, сейчас зачем? — Маша отстранилась и смотрела в глубокие голубые глаза учителя.       — Захотелось.       — Вы нормальная?       — А ты? Нормально целовать учителя?       — Не убегайте от вопроса!       — Это нормально, сбиваться пути.       — Какого…       — Эти слухи только из-за того, что я хорошо общаюсь с женской аудиторией. Мужская для меня выстрел в спину. Не очень люблю разговаривать с ними.       — Это не отвечает на вопрос.       — И не ответит… — Лаура выдохнула и посмотрела вперед. — Выходи, скоро будет звонок. Тебе надо оказаться у кабинета раньше меня.       Третьякова бушевала. Внутри точно. Она быстро вышла из автомобилям и ушла в школу. Такое поведение ее учителя выходило из нормативных рамок. Так не должно было быть. Слухи должны были оставаться слухами! А теперь как? Придерживаться недельному флирту?! Но она уже точно знала, что математичка явно не ровно дышит к женскому полу. А может только к ней? «Ты первая, на самом деле…» — отзывалось в голове. И Маша старалась убрать эту фразу из головы. Также надеялась, что одноклассники забудут их пьяный спор.       — О, Маха, вовремя! — помахал рукой Костя.       — А, что-то случилось?       — Да нет, просто первая матека, мы ждём от тебя действия! — близнецы засмеялись, тихо и по глупому.       — Помнишь наш спор? — уточнила Мари.       — Да, помню, — Маша сказала спокойно. Хотя внутри разрывалась. Видели бы все то, что происходило получасами ранее, давно бы спор ушел.       — Короче, если ничего не получится, ты нам приносишь обеды. Как такое условие?       — Да без проблем.       — Насколько готова к проигрышу? — уточнила Буше.       — А с чего вы вообще взяли, что Арбалетовна, — через себя произнесла кличку учителя, — не традиционной ориентации?       — Нет, слухи слухами, но прошлый выпускной класс увидел ее целующейся с девушкой, — сказал Даня.       — И как бы это, конечно, на словах, но, если ты докажешь обратное… — добавил Паша.       — Я поняла. Если не прокатит катет, то с меня еда.       — До окончания года! — добавила Оля.       — Ладно…       Ребята зашли в класс только тогда, когда кабинет открыла Лаура Альбертовна. В общем и целом, она уже знала про спор. Поэтому Маша была уверена в реакции и действиях учителя. Плевать на проигрыш. Главное, что она «попыталась».