Error 911

– Ну и где ты шлялась? – спросила мать, появившись из кухни с полотенцем в руках, едва Диана успела переступить порог. – Работала, – шумно вздохнула девушка, торопливо вешая кожанку на ближайший крючок. – А ночевала где? – будто не восприняв всерьёз эти слова, Галина Анисимовна загородила проход в ванную, гневно сверля дочь взглядом. – У одногруппницы, в общаге, – уверенно произнесла Арбенина прямо в глаза, надеясь положить конец допросу. – У тебя что, дома нет? Диана усмехнулась, отведя глаза на картину, висевшую в прихожей и пережившую невесть сколько квартирантов до них. Внутри промелькнул мимолётный вопрос: «Можно ли считать это место домом только из-за того, что тут временно проживает её мать? А она пытается с ней сосуществовать» Галина Анисимовна, поняв, что ответа не дождётся, продолжила, уже повышая голос: – Почему мне звонили из института? – Неужели не сказали, почему звонят? – не желая продолжать диалог, Арбенина шагнула вперёд с чётким желанием пройти, и мать наконец отошла. – Я не договорила, – долетели слова, когда дверь в ванную закрылась на щеколду. «Скорее, не доорала»

***

С того дня прошло больше двух недель. Курить Арбенина, конечно же, не бросила. Как можно бросить спасительную иллюзию, ускользающую реальность, пусть и на миг, пусть и ценой собственного здоровья, но такую необходимую в этом угнетающем мире? Поэтому теперь она просто не оставляла вещи без присмотра. А мать замолчала, когда на кухонном столе появились первые деньги. Она не спрашивала, где работает дочь, словно переключилась в режим «ожидания», предвкушая скорое возвращение блудной дочери в привычную колею. Ей казалось, что это лишь временное увлечение взрослой жизнью, детская игра, которая скоро закончится. Что касаемо Светланы, то… ничего не изменилось. Она по-прежнему подвозила Диану до работы, но делала вид, что ничего не было. И лишь изредка девушке удавалось поймать на себе изучающий взгляд или мимолётное прикосновение, тщательно скрытое от посторонних глаз. – Ну как успехи? – спросила Светлана, подойдя к бару через десять минут после закрытия и прервав оживлённый разговор Никиты с девушкой. – Больше, чем у Маши! – хитро улыбнувшись, вставил парень, вспоминая, с каким недовольством коллега удалилась в сторону кабинета начальницы, когда он раздал чаевые. Но, встретившись с недружелюбным взглядом хозяйки, поспешил вернуться к протиранию барного островка. – Молодец, – удовлетворённо кивнула женщина, внимательно изучая довольное лицо Дианы. И, когда их взгляды пересеклись, добавила, ритмично постукивая пальцами по стойке: – Переодевайся. Как только Светлана исчезла в дверях, бармен наклонился и прошептал: – Больше, чем Маша, никто не делает! В чём секрет успеха? – Наверное, я более обаятельна и харизматична, – поиграв бровями, отозвалась Арбенина и похлопала парня по плечу. – Ладно, пока, Никитос, – усмехнулась девушка, удовлетворённая тем, что оставила коллегу в недоумении, и направилась в подсобку. Несмотря на то, что за это короткое время они успели сдружиться, рассказывать парню о том, что клиентов, которых она обслуживает, выбирает сама Светлана, не хотелось.

***

– Девчонки! – крикнул Лёша, сбегая со ступенек института, – как насчёт того, чтобы сегодня собраться выпить? – предложил он, поравнявшись с одногруппницами. – Слышал, что сказала эта грымза? На следующей неделе контрольная, – ответила Жукова, выуживая из пачки сигарету, – не все такие умные, как ты, лично я выходные проведу за учебником. – Диана, а ты что скажешь? – остановился Лёша, заметив мучения Лены с зажигалкой, и достал свою, помогая прикурить. – А я… – протянула Арбенина, раздумывая над ответом, но, зацепившись взглядом за Порш, что стоял на парковке, быстро закончила: – Тоже. После тех инцидентов уверена, что она будет ко мне придираться. Обменявшись ещё парой ничего не значащих фраз, Арбенина попрощалась с одногруппниками и, дождавшись, когда они скроются из виду, спешно направилась к машине, почувствовав первые робкие капли на своём лице, предвещающие дождь. Но, не дойдя нескольких шагов, увидела, как распахнулась водительская дверь, и из неё вышла Светлана. Впервые с момента их знакомства строгие костюмы сменились на платье. Чёрное одеяние облегало её точеную фигуру, а дерзкий разрез, взметнувшийся до середины бедра, придавал образу вызывающую откровенность. – Привет. Что ты здесь делаешь? У меня же сегодня выходной, – поинтересовалась Диана, наконец оторвав взгляд от Светланы. – Именно. Я хочу предложить тебе разделить со мной этот вечер. И, если ты не против, садись. Мы и так опаздываем, – не дожидаясь ответа, начальница распахнула перед ней дверцу машины.

***

Не обращая внимания на свой внешний вид, что был совсем не под стать заведению, Диана сидела напротив Светланы за небольшим столиком ресторана в самом центре города, гадая: свидание ли это? Пока начальница внимательно оглядывала помещение, изучая мельчайшие детали интерьера и поведение обслуживающего персонала. – Для чего мы здесь? – набравшись смелости, спросила Арбенина, когда официант принял заказ. Женщина взглянула на неё пронзительно и усмехнулась, заметив, как быстро Диана опустила глаза, будто испугавшись, что та прочтет её мысли. – Чтобы вести ресторанный бизнес, нужно следить за конкурентами. Подмечать детали, искать то, что заставляет клиентов предпочитать этот ресторан нашему. А тебя я позвала сюда составить мне компанию. Но если это времяпрепровождение натолкнет тебя на какие-то идеи, я с радостью их выслушаю, – закончила она, переводя взгляд на подошедшего официанта с бутылкой дорогого вина. На удивление, эти слова не расстроили Диану, наоборот, где-то глубоко внутри она ощутила свою значимость. Ведь Светлана могла позвать с собой человека, давно вращающегося в этой сфере, свою правую руку, директора, в конце концов. Но она выбрала её. Девушку, которую знает не больше месяца. Девушку, которая пока мало что из себя представляет. И, загоревшись желанием доказать, что начальница не ошиблась в ней, Арбенина принялась скрупулёзно изучать заведение. Она захотела стать нужной! Завершив ужин, Диана, стараясь скрыть смущение от того, что Светлана расплатилась за них в столь дорогом ресторане, распахнула дверь, выпуская их под прохладное дыхание ночи, умытой дождём. – Как тебе кухня? – поинтересовалась женщина, оценивая месторасположение и внешний дизайн заведения утопающего в огнях ночного города. – Неплохая, – нахмурила брови Диана, предвещая главный вопрос. – Удалось что-нибудь подчеркнуть? – с нескрываемым интересом произнесла женщина, когда они двинулись в сторону парковки. За эти два часа непринужденной беседы Диана тщетно пыталась уловить хоть что-то, что выгодно отличало бы этот ресторан от их. Но ни безупречный сервис, ни изысканная подача блюд не выявили существенных различий. И, обречённо вздохнув, словно она уже потерпела неудачу и подвела доверившегося ей человека, Диана устремила взгляд на мокрый асфальт, расцвеченный неоновыми бликами, и выдавила из себя единственную мысль: – У них есть фирменные блюда, может ввести тоже самое, только сделать их сезонными? – Неплохо, но что, если копнуть глубже? – Арбенина подняла на Светлану недопонимающий взгляд, и та поспешила пояснить: – Попробуй прислушаться к себе. Что ты ощущала, находясь там? – Типа, какая там атмосфера? – женщина медленно кивнула, подтверждая её умозаключение. – Ну… там приглушённый свет, направленный отдельно на каждый стол. Это позволяет концентрироваться на собеседнике. Живые цветы наполняют пространство легким ароматом свежести, – закончила Диана, пожав плечами, не уверенная, в правильном ли направлении рассуждает. – Вкус, зрение, обоняние… что ещё? – протянула женщина, давая возможность Арбениной закончить самой. – Осязание, – задумчиво произнесла девушка, – там тяжёлые столовые приборы, это даёт ощущение, что материалы дорогие, тем самым подчёркивая статус заведения, – заметив кивок согласия, Диана продолжила: – Слух… музыка. Музыка! – воскликнула она, когда её озарила идея, – можно добавить живую музыку. Наш ресторан итальянский, а Италия знаменита созданием скрипок! – остановившись в паре метрах от машины, девушка уставилась на задумавшуюся начальницу. Простояв так какое-то время, Светлана, наконец, встретилась с глазами напротив, в которых из-за долгого отсутствия реакции начало зарождаться сомнение. Но как только женщина подошла вплотную к Арбениной и, наклонившись к ней, прошептала: – Ты большая молодец! Никогда не сомневайся себе, - а после нежно прикусила мочку уха, в Диане проснулось чувство решимости. Она опустила руку на талию Светланы, ощущая прохладную ласку шёлка платья, и, не встретив сопротивления, подалась вперед, притягивая женщину ближе. Взгляд замер на губах, приоткрытых в хитрой, дразнящей улыбке. Казалось, начальница купалась в своей власти, словно знала, какой эффект производит на юную девушку, готовую ради неё на всё. А огонь, вспыхнувший в глазах напротив, был тому безмолвным подтверждением. Наслаждаясь моментом, Арбенина медленно подняла вторую руку и невесомо обвела контур подбородка Светланы кончиком пальца. А после, подалась вперед, увлекая её в поцелуй. Их отшатнуло друг от друга, когда в лицо ударил слепящий свет фар, вынырнувших из темноты парковки. Застигнутые врасплох, они стояли молча, напротив друг друга, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. И лишь когда автомобиль, невольный свидетель их интимной сцены, скрылся за поворотом, Светлана, нарушив тишину, произнесла: – Думаю, за такую идею ты заслуживаешь гораздо большего, – взяв руку, что еще недавно лежала на её талии, она повела Диану к машине, оставляя за собой шлейф обещаний и недосказанности. В эту ночь Арбениной было позволено познать эту женщину. Прочувствовать то, что было недоступно в прошлый раз. Прикоснуться к чему-то запретному, к женщине, которая, как ей казалось, обладала статусом в элитных кругах, властью, от которой могли зависеть судьбы людей, имела то, чего не было у нее. В эту ночь она была уверенна, что способна влиять на ход событий собственной жизни и не зависеть от чужого мнения. – Вот твой кофе. Одевайся. Я подвезу тебя.