Наоборот

      Все братья дрочат на сестёр, а Нинка дрочила на брата. Старший брательник был у неё просто загляденье – рослый, красивый, статный, мускулистый, писюн четверть метра, не меньше – картинка, а не парень! Стоячую Юркину письку Нинка увидела случайно – брат спал на диване в гостиной, и возбудившийся во сне член вылез из трусов. Сто раз она потом пожалела, что не подрочила или не пососала тогда ему, дура неумная! Внешне они были очень похожи, но природа отдала брату всю привлекательность – ну, если не всю, то большую её часть.       Напрямую предложить брату хоть какое-то сексуальное взаимодействие Нинка стеснялась; к тому же, она боялась, что он обидится и отношения у них после этого испортятся. Как могла, Нинка показывала свою заинтересованность, но Юрка намёков не понимал, или понимал, но на них не вёлся: она, например, не упускала возможности появиться перед братом топлесс или совсем голой. Эта странная ситуация усугублялась тем, что Нинка была девственницей.       У Нинки имелась своя особенная манера мастурбировать: она зажимала между ног прямоугольную подушку и с силой стискивала её бёдрами. Она либо представляла Юрку, либо открывала на смартфоне его фотографии – у неё имелось несколько фоток, где брат был гол по пояс, и которые сильно её возбуждали. Кончала она очень быстро.       Однажды Нинке всё-таки повезло. Родители махнули на Кипр (чёрт знает, на какие шиши, и почему их с Юркой не взяли), и они с братом остались на неделю одни в квартире. Нинка вся изошлась и мастурбировала по многу раз на дню. На третьи сутки решилась. Она залезла днём под душ. «Сейчас или никогда, сейчас или никогда» – навязчиво стучало у неё в голове, пока она натирала себя мочалкой. Нинка отдёрнула шторку и приоткрыла дверь.       – Юрась! – крикнула она, чувствуя, как рьяно колотится в груди её сердце. – Юр, подойди, плиз, помощь твоя нужна!       Брат явился через минуту:       – Какого рода помощь от меня требуется? – осведомился красавец Юрка весело и иронично.       Шторку Нинка не задёрнула, она стояла под струёй воды спиной к брату.       – Потри… спинку… – молвила Нинка, не оборачиваясь и мощно покраснела лицом и шеей.       Из-за шума воды она не услышала, как брат громко усмехнулся. Юрка стянул шорты, повесил их на крючок, шагнул в ванну и сзади обхватил руками груди сестры – упругие сисечки как раз уместились в его ладонях; он раздвинул пальцы так, что отяжелевшие сосочки оказались зажатыми между фалангами средних и безымянных пальцев. У Нинки перехватило дыхание: неужели так просто?.. Зачем же она томилась столько времени, так долго страдала и мучилась?! Нинка резко обернулась, и твёрдый член брата требовательно упёрся ей в живот.       – Юрась! Я девственница! – выпалила она; кровь с новой силой прихлынула к её коже.       – Я догадывался, – хмыкнул брат. – Не бойся, опыт у меня есть, всё сделаю в лучшем виде.       Он чуть раздвинул и согнул в коленях ноги, направил уд пальцами. Нинка вздрогнула:       – А-ах!..       – Больно?       – Чуть…       – Потерпи, ща порву.       – Ай!       Крови почти не было. Объёмистый член в упругой юной мякоти неумолимо разрядился после пятой фрикции. Юрка судорожно сжал пальцами маленькие ягодицы сестры.       – Капец, Нинуль, ты тесная!       – Нинуль? Ты никогда раньше так меня не называл.       – Ну, теперь наши отношения изменились, так что не удивительно, – брат налил в ладонь немного геля и нежно намылил маловолосую вульвочку. – А крови-то почти и нет. Даже странно.       – А должно быть много?       – Ну как… была у меня одна целка. У неё крови было гораздо больше.       – А всего у тебя девушек сколько было?       – Шесть.       – Ого! Хотя ты парень видный, так что не удивительно.       – Девки ко мне липнут, это точно.       – Юрась, а почему ты раньше этого не сделал?       – Чего этого?       – Не трахнул меня. Я уже полтора года тебя на это провоцирую. Ты не заметил?       – Заметил, – усмехнулся Юрка, намыливая обмякающий член. – Как тут не заметишь, когда сеструха постоянно голая перед тобой ходит.       – Тогда почему только сейчас?       – Сошлось так. Ты себя совсем уж откровенно предложила, а у меня секса две недели не было, и не дрочил даже. Ну, я и искусился.       – А у тебя вставал на меня голую? – поинтересовалась Нинка, вытираясь пушистым белым полотенцем.       – Нет, конечно! Ты ж сестра моя! Родная!       – Сестра! – хихикнула Нинка. – А теперь трахнул сестру родную!       – Искусился, говорю ж, – Юрка вылез из ванны. – Бес попутал.       – Ясненько-понятненько…       – Может, текилки хряпнем, Нинк? Отметим твою дефлорацию.       – Я ещё хочу… – потупила она глаза.       – Ну пошли, чо, – хмыкнул Юрка. – У меня как раз постель не застелена.       Он опять кончил очень быстро – и двух минут не прошло.       – Блин, первый раз со мной такое, – сказал Юрка, всё ещё лёжа на сестре. – Даже неудобно как-то.       – Забей, мне понравилось, – отозвалась Нинка. – Юр, а ты когда ещё раз сможешь?       – Вот ты ненасытная, сестрица! – хохотнул брат. – Минут двадцать, наверное, полчаса.       – Так я сколько времени тебя хотела! – оправдалась сестра. – Пойдём по паре шотов тогда.       Юрка достал из холодильника початую литровую бутылку текилы:       – Только ни лайма нет, ни лимона.       – Ничего.       Юрка наполнил высокие прямые рюмки без ножек.       – Ну, прощай, девственность! – тостовал он.       Они чокнулись и выпили.       – Юрась, а как мы от родаков ныкаться будем? – спросила сестра.       – А ты что же, на долгосрочную перспективу нацелилась?       – А почему бы и нет? Или ты против?       – Да не сказал бы, что против… но всё-таки это как-то… противоестественно, ты не находишь?       Нинка подумала.       – Я столько времени о тебе мечтала, что теперь уж и не знаю. Если нам обоим будет приятно и комфортно трахаться, то почему бы и нет?       – Потому что это извращение, – усмехнулся брат. – Инцест, или кровосмешение называется, если ты не знала.       Она опять подумала.       – Слушай, а это ничего, что ты в меня сливаешь?       – А куда ж мне ещё сливать?.. – удивился брат. – Презики я не люблю.       – Если я рожу от тебя сына, – задумчиво произнесла Нинка, двигая по столу рюмку, – он будет нам сыном и братом.       – Эко ты куда заглянула, сеструха! – расхохотался Юрка. – Только по-моему это не совсем так. Ты ему будешь мать и кузина, а я – отец и дядя. Вроде так.       – Не так. Я ему буду мать и тётка по твоей логике.       Теперь задумался брат.       – Сложно всё, – констатировал он. – А если наш сын вырастет, а ты в него влюбишься, как в меня, и родишь от него – что тогда получится? Ты ему будешь мать и бабка, что ли? А я ему кто тогда буду – дядька и двоюродный дед?       – Почему двоюродный?! – Нинка, запрокинув голову, заливисто рассмеялась. – Ну тя, братец! Давай лучше ещё по шоту и пойдём трахаться!       – Давай, – покладисто согласился брат.