Обжигающая Школьная Жизнь

Вечная мука, вечная скука

Нынче все духи от феи до беса

Меня называют Хозяином Леса

Мне предано служат лохматые твари

Со временем все уважать меня стали

***

— Слушай, Ром. А можешь, пожалуйста, мне рассказать, что это за мистический лес у вас, в котором дети пропадают? Рома, вдохнув едкий дым, начал рассказывать историю. — Ну, значит, слушай, братан. Началось это всё, как я слышал, ещё лет двести пятьдесят назад, с самого основания нашего посёлка. Всё было нормально, от поры до времени. Как-то раз вдруг зимой в лес забрела девочка — я уже хрен знает, как её звали. Тогда вели довольно долгое расследование, но ни зацепок, ни следов, ничего не было. В тот день была сильная вьюга и пурга, поэтому все подумали, что замерзла в лесу. Но когда её даже по весне не нашли, когда уже собачье говно из-под снега повылазило, тогда уже насторожились люди. Стали своих детей под строгим контролем держать. Но всё равно те как-то выходили из дома. И вот какая закономерность была: они всё время в одну и ту же дату пропадали, с приблизительной погрешностью в два-три дня. Но однажды появился своего рода «спаситель», который «сдерживал» всё это зло. Как только он умер, на его пост встал родственник, который делал то же самое. И так — до бабки, которую года три назад похоронили. И после ее смерти полнейший пиздец начался. Уже за полгода пять детей пропало. Но уже стало что-то проявляться. Одного ребёнка всё-таки нашли. Это был пацан мелкий, вроде в четвёртом классе, ничем не примечательный. Нашли его в изувеченном состоянии. Было сделано около двадцати, скорее всего, ножевых ранений. По экспертизе было выявлено, что это уже наверняка маньяк. — Слушай, Ром. А что за бабка была, про которую ты говорил? — с интересом спросил я. — Ай, тоже легенда местная. Говорят, она какой-то секрет про лес знала, но не говорила. Её, кстати, дед местный невзлюбил — опекун одной из наших одноклассниц. Всё время называл её «воровкой угощений»,—сделав предпоследнюю тягу, произнёс шатен — А что это за угощения такие? — спросил я. — Ходят слухи, что пропавшие дети — это угощение для местных обитателей леса. Существует даже детская считалочка, типа: «Раз, два — прилети сова. Три, четыре, пять — время поиграть. Шесть, да шесть-дыбом волчья шерсть. Семь, восемь — бьём копытом оземь. Девять, десять — для медведя, для лисы, зайчик, кушать принеси». —А что это за одноклассница такая?-произнес я —Да, Полина Мороза,моя любовь кстати,только невзаимная. Вся из себя такая правильная,все время за дедом ухаживает,так как инвалидом ненароком стал,когда его собаки покусали, —с ноткой грусти сказал Ромка. —А кстати,забыл ещё про одну легенду рассказать. Пол года назад тут гараж появился.Черный,как сажа. Ну и пацаны местные,когда проверку на пацана проходили,должны были постучать туда,—вспомнил Ромка. Бяша заметно побледнел. —Ну и вот,когда вот Бяша проходил эту проверку. Он с дуру решил этот гараж открыть,после чего убежал что было сил,при этом блея как баран. Я никогда такой истерики не видел. Бяша стал не произвольно блеятьи подкашиваться назад, но Рома докурив сигарету стал его быстро успокаивать. Я, уже отойдя от Ромкиных историй, решил посмотреть на веркмяя и... УЖЕ БЛЯТЬ 20 МИНУТ ПРОШЛО?!

***

Пока нас не было, в кабинете царила тишина, нарушаемая только шелестом бумаг. Катя сидела за учительским столом, подперев щёку рукой, и скучным, автоматическим движением выводила на очередном бланке размашистую подпись матери — «Л.П. Смирнова». Её взгляд был пустым и сосредоточенным одновременно, будто она ставила не автографы, а печати на невидимых приговорах. Лилия Павловна, наблюдая за ней краем глаза, лишь изредка одобрительно кивала. Они были похожи на двух пауков, терпеливо сплетающих паутину из расписок и журналов, в самом центре которой скоро должны были задёргаться первые мухи. Сама же Лилия Павловна сидела в компьютере и что-то печатала по засаленной клавиатуре. Она составляла контрольные работы, которые будут выполнять покорные ученики. Обычно она перед каждой контрольной составляла новую, дабы ученики пытались списать. Лилия Павловна была строгим учителем, которая строго презирала любой род списывания. Но, несмотря на всю строгость и холодность к работе, она всё-таки была понимающим учителем, и если ребенок прав, то она готова встать на его защиту. А также матерью она была доброй, но строгой. Иногда баловала свою дочь, но с учебой она к ней была строга и непреклонна. Лилия Павловна, занятая процессом составления работ, то и дело поглядывала каждые три минуты на часы. И чем чаще она это делала, тем угрюмее становилось её лицо. Спустя пять таких отвлечений она произнесла: — Ну что за бардак? Где этих оболтусов носят? Надеюсь, они там с Антоном ничего не сделали, — уже явно напряжённая, произнесла учительница. — А я вот сразу подумала, что Антон не такой уж и хороший мальчик, — наигранно произнесла Катя. — Да ладно, Кать. Вроде хороший мальчик, как я погляжу, — хорошист, с учебой всё отлично, учителя были в восторге от него. Ну, золото, а не ученик. Только вот, говорят, ленивый и по делу с учителями поспорить.– с явным интересом произнесла она —Мне вот кажется,что не может такой ученик быть настолько идеальным,в нем что-то нехорошее точно есть,-с актерским мастерством произносила Катя,явно пытаясь напрячь маму. —Кать,не неси бред. Почему ты так невзлюбила его. Или может ты влюбилась?,-расплывшись в улыбке произнесла мать —Фуу,мам,–произнесла смущенная Катя. —Да ладно,я ж пошутила,-произнесла мать с той же улыбкой. —А может и не шучу,-уже шёпотом сказала она,но Катя этого не услышала. В голове Кати пронеслось:«Да как она могла подумать,что этот очкарик может меня заинтересовать. Хотя,я не ожидала от него такого хладнокровия. Интересно,что будет завтра,когда его встретят уже одноклассники?» *** Мы уже подошли к кабинету и переглянувшись, отворили скрипящую дверь.