Пиры и раны.

-И кто он такой? – ковыряя стейк с кровью, вопросительно говорил изрядно выспавшийся Ланцелот.  -Сын Кейна Шервуда, твоего бывшего кузнеца. – допивая стакан с яблочным соком отвечала ему Иллия.  -Шервуд значит… - король нервно ковырял вилкой еще не успевшее остыть мясо. – я давно его не видел лично. Хотя мой последний заказ на винтажное оружие он выполнил очень хорошо. -Это значит, что он не растерял хватку. И, как мне кажется, его сын в плане физических качеств от него не отстает. ​ -А с чего ты вообще взяла, что Кристин хотя бы смотрит на него?  -Ну, значит, смотри… - вставая из-за стола, готовилась перечислять Иллия. – давай я пойду от противного. Практически все рыцари в нашем армейском блоке души в ней не чают. Каждый изгибается перед ней, как только может. Вот только она чхать хотела на их подарки и внимание. Я как у нее не спрошу, почему она ни от кого из них ничего не принимает, так ответ всегда один и тот же: «Они не в моем вкусе!». Как женщина, я могу понять ее капризы, но вот чтобы ни один из практически сотни людей…это даже для монастырских девушек слишком, а тут королевская кровь… Ну это ладно. Ты же в курсе, что Катерина вчера была в городе? -Ну да, - жуя ответил ей Ланцелот. -На рынке, когда она собиралась покупать фрукты, она встретилась с близкой подругой Феликса.  -Пора бы мне уже запомнить его имя…  -Ну вот. Ее зовут Эстер Миллер. Пока она собирала ей все вещи в кучу, она вдруг обмолвилась, что Феликс с еще одним человеком выезжал из королевства. Как потомоказалось, этим человеком был его друг, а уехали они на казенной лошади со стрелами того же характера. -Чего? – Ланцелот поперхнулся мясным жиром, - а как Сэм это допустил?  -Не знаю. С ним разбирайся сам, я пока продолжу, - жена снова уселась за стол и разрабатывала мысль дальше. – Кристин же вчера весь день не было дома. А когда в замок вернулась Катерина, и сообщила мне о своей случайной находке, я решила проверить свою теорию. Я пошла к ней в комнату. Пусто. А когда поняла, что ее уже и след простыл, вдруг осознала, что и ее кинжала тоже нету на месте!  -Хочешь сказать, они были вместе на охоте?  -Это очень легко и просто проверить, - с этими словами Иллия обернулась в сторону коридора, - Максимиллиан, подойди сюда, пожалуйста.  Десять секунд спустя в обеденный зал вошел статный мужчина в черно-белом фраке, протиравший глаза пальцами своей правой руки.  -Внимательно вас слушаю. – занесся руки за спину дворецкий встал у входа.  -Скажи, когда Кристин вернулась домой? – улыбнувшись, задала вопрос жена. -Около десяти ночи, - Максимиллиан ответил незамедлительно с таким же невозмутимым лицом. – и, кажется, она сразу же прошла в свою комнату. -Понятно… - Иллия хотела уже была отпустить домохозяина обратно по своим делам, как вдруг в диалог вступил глава королевства. -А у нее с собой было что-то? Ну, в плане, оружия… -Нет, господин Ланцелот. Кристин пришла домой с пустыми руками. Иллия широко распахнула глаза. Она явно не ожидала такого итога свидетельских показаний, и хотела было продолжить расспрашивать его, но не пришлось… С другой двери в зал послышались тихие шаги голых ступней. Это была Кристин, по виду было понятно, что встала она максимум минут десять назад. Её лицо в утреннем свете - спокойное, с лёгким румянцем на скулах, как будто ночь оставила на нём след тёплого воздуха. Щеки слегка припухшие после сна, нос — прямой, небольшого размера, губы - маленькие и естественно розовые, собранные в лёгкую улыбку или просто приоткрытые от пробуждения. Она одета в простую льняную сорочку белого цвета, слегка волнистую по краям, а поверх - длинное красно-синее шерстяное платье и льняной передник, аккуратно завязанный вокруг талии. Пояс из мягкой кожи держит всю эту ночную конструкцию, сами вещи выглядят износостойкими и чистыми, без излишнего украшения, что было странно для дочери главного лица во всем королевстве.   -Всем доброе утро. – с улыбкой сказала девушка, стоя в пороге. -Привет, Кристин, - Иллия встала со стола, и принялась обнимать и целовать свое чадо. Ланцелот же просто молча улыбнулся ей в ответ.  -Доброго утра, мисс Уэссикс, - стоявший в другом входе Максимиллиан спокойно сказал, вроде, обычные слова, но он не смог спрятать легкую дрожь в его голосе. К счастью, никто, кроме Кристин, этого не заметил… -Присаживайся, Зоя уже приготовила тебе завтрак. – оторвавшись от лобызания со своей дочерью, она провела ее к столу, при этом немного подмигнув уже доевшему свой прием пищи Ланцелоту. Он это увидел, и, кажется, понял намек. -Слушай, Кристин, мне хотелось бы поговорить с тобой… •••   Утро в средневековой Англии всегда приходило медленно и настойчиво, как речь старой песни о гордом рыцаре. Небо светлеет тонкими нитями золота, и крыши из соломы и серого камня плавно окрашиваются в первый свет. Роса ещё держится на траве, блестит мелкими огоньками и шепчет под ход сенокосов. Вдали колокола местной церкви начинаются встукивать ритм дня - этот звон тревожит сон овец, пробуждает двор и гладит стены домов тёплыми волнами звука. Над полями туман подрагивает, будто стережёт утро, и пахнет дождём, землёй и свеженапитанной соломой. Я медленно открывал глаза, лежа под кучей ткани, игравших роль одеяла. Не знаю почему, но делать это было мучительно сложно, но я быстро нашел этому оправдание, ведь вчера я весь день был на ногах. Привстав, я начал прокручивать моменты, которые вчера происходили со мной. Сразу вспомнился Ричард, гордо измывавшийся над своей добычей у себя дома. Эстер, что провожала нас на охоту под свои фирменные шутки. И, конечно, Кристин и ее судьбоносное признание, отправленное мне ночью в руках мужчины, которого я до жути испугался. Протерев глаза, я встал с кровати и выглянул в окно.  Снаружи начиналась уже привычная работа: лошади в стойлах, возы на дыбах, мужики и женщины собирают посевной инвентарь, выгружают воду из колодца в бочки, подкармливают кур, скот и коз. Двери распахиваются настежь, и холодный воздух входит в дома, приносит звонкий скрип конной упряжи и шаги по гравию улицы. Поляны, не занятые детьми, ещё блестят росой, пахнет пеплом печи и влагой утреннего ветра, который приносит голоса соседей, радость и заботы на день, что начинается. Вскоре к шуму двора добавляется мерный стук молота кузнеца, звенящая песнь железа, принимающего форму под его умелыми руками. Искры летят во все стороны, словно маленькие звезды, рождающиеся из недр земли и огня.  «Чтож, пора оповестить отца о вчерашних делах…» Надев единственные чистые вещи, которые смог у себя найти, я вышел во двор своего одноэтажного жилища. Летнее утро дышит мне прямо в лицо негой и обещанием, что что-то, да точно сегодня случится со мной. Воздух еще прохладен, но уже напоен ароматами трав и цветов, свежестью росы, повисшей на листьях, как бриллианты. Золотые лучи солнца, пробиваясь сквозь кроны деревьев, играют на земле ажурными узорами, зовя навстречу новому дню, полному приключений и открытий. Нежное пение птиц наполняет пространство, создавая неповторимую мелодию летнего утра. Кажется, каждый звук пронизан радостью и благодарностью за то, что можно быть частью этого волшебства. Шум листьев под легким ветерком напоминает тихий шепот, рассказывающий о тайнах природы. Все вокруг дышит жизнью и энергией. Пройдя шагов двенадцать от своего места жительства, я уже оказался около огромного дома, который скорее походил своими размерами на кузницу. Отцовская хижина возвышалась угловатым исполином на околице восточного участка королевства, словно вздумал потягаться силой с окружающими полями и лесами. Тяжеловесные стены, сложенные из бурого, грубо отесанного камня, казалось, впитали в себя все оттенки земли и времени, храня в своей текстуре память о давно минувших эпохах. Окна, глубоко посаженные в каменные рамы, напоминали прищуренные глаза, сквозь которые на мир взирала древняя, мудрая сущность. Вокруг дома простирался хаотичный лабиринт из куч старого железа, покореженных телег, ржавых плугов и прочих артефактов крестьянского быта. Все это хозяйство, казалось, ждало своего часа, когда умелые руки кузнеца вернут ему вторую жизнь, вдохнут новую искру в угасающую сталь. Запах угля, терпкий и насыщенный, витал в воздухе, смешиваясь с ароматом диких трав и цветов, создавая неповторимый букет, характерный только для этого места.  Сближаясь с этим раем для трудолюбивого человека, коим я себя, в сравнении со своим отцом, не считал, я вдруг заметил стоящий у порога знакомый силуэт художника по металлу в красном одеянии. По лицу отца было видно, что он уже давно проснулся, и не медлит с работой, которую ему уже кто-то заказал. Либо он сам себе придумал занятие, такое тоже могло быть. -Ну и ну, ты в курсе, что столько спать вредно для здоровья? – даже не поздоровавшись, отец начал меня отчитывать на чем свет стоял. -И тебе доброе утро, Мистер Шервуд, - стараясь держать хватку в битве обзывалок, я показательно зевнул, да так, чтобы он точно увидел. -Ну и что ты вчера делал? До меня уже дошли слушки, что ты и твой дружок в шляпе рыцарскому блоку насолили.  -Насолил он, а не я, - заходя к нему домой и закрывая входную отвечал я про вчерашние события, - у меня и возможностей нету как-то им день испортить.  -Но все равно ведь вышло? – ехидничая, он ткнул плечом меня в ребро, - ладно, это дело уже сугубо твое. Главное постарайся никого нахуй не послать!  -Да-да, конечно, - я засмеялся, а потом замялся, - вообще, я к тебе по делу пришел. Пока я это говорил, отец начал какое-то рукоделие около потрескавшейся наковальни. Но было видно, что он все еще заинтересован в разговоре.  -Хм? – я услышал от него характерный хмык. Точно слушает. -Я вчера встретил в лесу королевскую принцессу. -Да ладно?! – отец с явным изумлением обернулся на меня, - саму Кристин Уэссикс? И как все прошло?  -Я бы сказал – хорошо. Даже очень. – я старался не подавать виду, что вчера читал перед сном ее признание в любви.  -Ну я рад за тебя, конечно. Но ты пришел ко мне, чтобы совет у меня спросить? – стукнув молотком, от него послышался вопрос, который, скорее всего, задал бы любой родитель на его месте. -Да нет же. Если у меня что-то и будет получаться, то обязательно поинтересуюсь у тебя планом, как завоевать чье-то внимание. – оперевшись о столб и стоя напротив отца, выгибавший чей-то бастард в обратную сторону, я продолжал вести диалог, - дело в другом. Короче говоря, мне сегодня придется сходить к Сэру Ланцелоту на встречу. Личную. Папа, стоявший напротив меня, резко застыл, переставая отстукивать по мечу монотонные удары. Он медленно повернул голову на меня.  -С кем с кем? -Ты меня правильно меня услышал. – я кивнул, как бы отвечая на витавший в воздухе вопрос «с самим королем?». Он положил бастард на наковальню и полностью развернулся на меня. -А по-какому поводу хоть? -Не переживай, сегодня меня точно не собираются казнить. Да и не за что, если честно. Но повод я бы и сам хотел узнать.  -В смысле? Ты не знаешь, зачем тебя вызывает сам Ланцелот Уэссикс? – недоумение на лице моего родителя было очень явным. -Сам в шоке, если честно… -А как ты вообще узнал, что он тебя вызывает к себе?  Я уже хотел было начать придумывать, как же я получил приглашение на встречу без участия Кристин, как вдруг в дверь дома раздался короткий, но громкий стук.  -Ты кого-то ждешь? – я вопросительно повернулся на отца. -Да вроде нет… - он без задней мысли пошел ко входу.  Я начал прокручивать всех знакомых, которые, в теории, могли придти к моему отцу. Но, перебрав все варианты, в голове остались только двое – Ричард или Эстер. Друг мог меня искать ради лисьей участи, о которой мы договорились вчера, а подруга…да без понятия! Зачем-то, но точно я мог ей понадобиться. Во время моих размышлений отец и открыл дверь, дабы обличить личность того, кто ломился к нему домой. И, признаю, все мои догадки оказались неверными. В корне неверными… На пороге дома стоял Максимиллиан – тот самый дворецкий, который вчера прислал мне письмо от моей возлюбленной. И одет он был намного красивее, чем был ночью. Сперва-наперво в его образе без кафтана выделялась его добротная туника. Она сшита из плотной, но скромнойто ли ткани, то ли шерсти. Цвет костюма, невзирая на то, откуда он пришел, был приглушенным: темно-синий, который контрастировал с черным. Никаких ярких узоров или вышивки, которые могли бы отвлекать от его роли. Сама туника достаточно длинная, чтобы прикрывать колени, которые были прикрыты плотными брюками цвета ночи, плотные и сшитые из того-же материала, что и вверх. К ним же была прикреплена на связка ключей - тяжелых, старинных, разных размеров. Смею предположить, что выданы они были самим королем, как доверенному лицу.  -Здравствуйте, господа. Могу ли я поговорить с Кейном Шервудом? – все с таким же богатым голосом спросил имя мое отца нежданный гость. Видимо, он не заметил меня, стоявшего за спиной у своего родителя. Либо просто не узнал.  -Это я. – коротко, но с явной вежливостью в голосе ответил папа. – что вам нужно? -Вас вызывает к себе в замок Сэр Ланцелот Уэссикс.  Я не видел лица отца, но я ясно понимал, что он был удивлен ровно на столько, на сколько был удивлен, когда я ему рассказал о своей встрече с Кристин и про приглашение «на ковер» к королю. -Прямо сегодня? -Прямо сейчас. – Максимиллиан почесал нос и занес руку себе обратно за спину. – дело срочное. -А по какому вопросу? -Личная неформальная встреча. – тут он посмотрел на меня и показал рукой. – ваш сын, кстати, тоже приглашен.  Мы оба стояли в оцепенении, не понимая, как реагировать на слова дворецкого. Но тут отец быстро взял себя в руки и твердо сказал:  -Мы придем. -Я передам Ланцелоту, чтобы он вас ждал. Желаю вам приятного дня. – на этих словах Максимиллиан закрыл дверь и я услышал глухие шаги в сторону оживленной улицы.  Отец обернулся на меня. -Я тебя на пару часов оставил без работы, а теперь нас вдвоем хочет видеть король. Как у тебя это выходит? Я пожал плечами. -Зато и есть плюсы: наконец-то я с ним увижусь. Заебал мне заказы на дом присылать, мог бы и в кои-то веки и в дворец пригласить.  -Смотри при встрече ему такое не ляпни. – я посмеялся от звучного на весь дом мата про нашего главу от его, вроде как, хорошего знакомого. Я был уверен, никто кроме моего отца не позволял себе такие мысли о короле. Даже в шутку. Даже в мыслях.