Последняя чашка кофе

      Кафе не гудело, не ломилось от толпы сидящих или очередей к стойке. Наоборот, было тихо и спокойно. Гермиона сидела возле окна, ожидая свой заказ. Она пришла минут десять назад, пять из них просидела смотря на проезжающие машины, автобусы и грузовики; три минуты потратила на разглядывание меню, просто интереса ради, вдруг что изменилось — не изменилось — две на заказ, и вот она терпеливо ожидала.       Это было её любимое кафе. Оно находилось рядом с её домом, всего в нескольких минутах. Здесь подавали прекрасную выпечку и очень хороший эспрессо. Было раннее утро и есть совершенно не хотелось. Больше клонило в сон. Гермионе срочно требовалась порция кофеина для нового дня, иначе она рисковала свалиться в сон прямо на дороге, пока будет идти на работу.       Пока она ждала заказ, достала из сумки папку с документами. Гермиону недавно приняли в престижную фирму на должность менеджера по финансам. За две недели ей предстояло многое изучить, понять и постичь. Гермиона была воодушевлена. На собеседовании ей сказали, что потенциал просто огромный и её ждёт светлое будущее.       На своей должности Гермиона должна будет управлять денежными потоками компании, анализировать финансовые показатели, планировать бюджет и многое другое. Это большая ответственность и не каждый смог бы такое потянуть. Однако Гермиона нутром чувствовала, что справится. Это тот самый старт о котором она давно мечтала, ещё со времён колледжа.       Директор, учителя, друзья — все ей говорили, что впереди большие успехи. И Гермиона в это верила. С такой колоссальной поддержкой она могла бы свернуть горы и определённо собирается это сделать.       Компания занималась горнодобывающей промышленностью. И из-за того, что проектов слишком много, им срочно требовался ещё один менеджер по финансам, чтобы грамотно распределять ресурсы на действительно важные проекты. Гермионе нужно будет понять, что важнее и куда лучше направить деньги. Конечно, на своей должности Гермиона не сможет сильно много решать, потому что её решения будут проверяться через совет, но это уже что-то. Не каждого сразу берут на это место.       Из бурного потока мыслей и воспоминаний Гермиону вывел подошедший с подносом официант. На подносе была одна единственная чашка с уходящим из неё паром. Свежий эспрессо. Поставив чашку перед Гермионой, официант вежливо удалился. Гермиона обхватила чашку согревая руки.       На улице был всего лишь октябрь, но зима была близко и синоптики обещали холодный ноябрь и ещё более морозный декабрь. Благо работа Гермионы тоже находилась близко к дому, минут пятнадцать ходьбы. Так что сильно замёрзнуть, если синоптики окажутся правы, что бывало далеко не всегда, она не должна.       Гермиона дала кофе немного остыть, пока изучала новые документы. Их прислали по почте и распечатала она их только сегодня утром. Это было не в её стиле, она привыкла делать всё заранее, чтобы быть готовой в любой момент. Однако письмо поздно вечером и Гермиона увидела его только когда проснулась.       Пришлось экстренно включать ноутбук, проклиная всё на свете, скачивать файл и распечатывать. Благо здесь ей повезло и всё прошло без запинок. Гермиона точно прокляла бы этот день, закончись в принтере краска. Тогда вместо кафе ей пришлось бы бежать через два квартала к ближайшему техническому, где есть возможнось распечатать с флешки.       В распечатанных файлах ей дали первое задание на первый рабочий день. Рассчитать себестоимость, риски, проценты прибыли и так далее. Мысленно Гермиона уже начертила схему, что и как будет делать, когда придёт на рабочее место.       Кафе постепенно заполнялось людьми, появилась очередь. Все спешили на работу, хотели взбодриться свежим горячим напитком или взять что-то с собой на перекус. Мир жил и Гермионе это нравилось. Порой она находила себя сидящей у окна своей квартиры, наблюдающей как размеренно текла жизнь внизу. Люди ходили, машины ехали, всё циркулировало.       Всё, кроме Гермионы.       Она чувствовала себя одинокой, даже брошенной. Друзья из колледжа уехали, кто куда, родителей у Гермионы не было. Она ни с кем не общалась в интернете, не вела социальные сети. Гермиона жила так, словно её не существовало. Словно она мимолётное видение, призрак. И она совершенно не представляла, как это изменить. — Извините?       И вновь из мыслей её вывел чей-то голос. Гермиона обернулась и на мгновение замерла.       Перед ней стояла очень красивая женщина. Кудрявые волосы каскадом ниспадали на плечи; острые скулы подчёркивали пухлость накрашенных яркой помадой губ, сложенных в обворожительную улыбку; глаза цвета оникса изучали Гермиону с пристальным интересом. — Да? — ответила Гермиона, когда поняла, что невольно пялилась на незнакомку и давно должна была сказать хоть что-то. — Разрешите присесть к вам? — женщина обвела рукой помещение. — Всё уже занято.       Гермиона проследила за рукой и поняла, что кафе действительно быстро заполнилось, столики были забиты до отказа и только у одной Гермионы осталось свободное место. — Конечно, — кивнула девушка, убирая документы в сумку. Потом разберётся.       Коротко поблагодарив, женщина села и подозвала к себе официанта, быстро делая заказ. Тройной эспрессо без сахара, без молока, без пощады для самой себя. Горячий, горький, крепкий.       Гермиона на мгновение позволила себе пустить на женщину удивлённый взгляд. Она не выглядела слишком уставшей или сонной для такой порции кофеина в раннее утро. — Что? — спросила женщина улыбнувшись. — Ничего, — Гермиона отвела взгляд к окну. Проехала жёлтая машина, такси вроде бы, за ней какая-то красная. На заднем сидении сидела собака. — Спрашивайте, вижу же, что вам интересно. Вернув женщине взгляд, Гермиона увидела всё ту же улыбку, без намёка на раздражение. — Почему тройной? — День будет тяжёлый, нужна зарядка с самого утра. — Понимаю, — кивнула Гермиона с вежливой улыбкой. — У меня сегодня первый день на работе.       Женщина слегка расширила взгляд, словно обрадовавшись этой новости. — Правда? Поздравляю. И кем вы будете? — Финансовый менеджер. — Престижно.       Гермиона улыбнулась, отводя взгляд. Ей показалось, что щёки сталы алыми. Но почему? От чего у неё такая реакция на незнакомую женщину? — Как вас зовут? — спросила незнакомка. — Гермиона, — она вернула взгляд женщине. — А вас? — Беллатрикс.       Девушка выдохнула. Она никогда не слышала этого имени, знала, что это название звезды в созвездии Ориона, но не более. Что у женщины за интересная семья, называющая детей в честь звёзд? — У вас… — Гермиона сглотнула. — Очень красивое имя. Вам идёт. — Благодарю. Ваше тоже прекрасно. В честь дочери царя Спарты. И вновь, престижно.       Они коротко рассмеялись. Беллатрикс принесли её заказ, она даже не взглянула на официанта, он поставил перед ней чашку. Женщина отпила сразу же, не дожидаясь пока напиток хоть немного подостынет. — Осторожнее! — как-то машинально забеспокоилась Гермиона. — Он же горячий!       Но Беллатрикс лишь подмигнула и сделал ещё один глоток. Опустив чашку, она хитро прищурилась. — Не волнуйтесь, я буду в порядке. Вы знаете мифологию своего имени, Гермиона?       Девушка задумалась над вопросом, явно пытаясь что-то вспомнить. — Не думаю. По крайней мере мне не попадалось, а что? — Гомер описывал её как «прекрасную, словно сама золотая Венера». Гермиона также считалась женщиной великой красоты, унаследованной от матери. Её история неизвестна полностью. Где-то она трагична, где-то нет. Но везде есть одно: Гермиона была очень красивой.       Слушая мифологию своего имени, Гермиона, настоящая сидящая в кафе Гермиона, невольно заслушалась очаровательным тембром своей собеседницы. Эта женщина, Беллатрикс, с таким прекрасным именем сама была верхом красоты. Она была великолепна. Каждое её движение, будь то просто поднятие чашки, взмах ресниц или наклон головы при рассказе — были отточены до идеала. — Я не знала этого, — шёпот Гермионы утонул в общем шуме разговоров других посетителей, но Беллатрикс его расслышала. — Есть, что изучить, верно?       Гермиона вспомнила, что у неё тоже есть кофе и поспешила его опробовать. Он остыл достаточно, был вкусным и придавал бодрости. Она не понимала, почему так реагирует на эту женщину. Почему ей хочется смотреть на неё вечно, заслушиваться голосом, ловить каждый её взгляд.       Поймав очередной контакт глазами, Гермиона могла поклясться, что Беллатрикс не успела спрятать… что-то. Будто в её взгляде промелькнула грусть и тоска по чему-то далёкому, недоступному… утраченному. Это было так быстро, доля секунды, как всё вернулось к обычному приподнятому настроению.       Но Гермионе не показалось. Она точно это видела. И в её серде почему-то отразилась боль. Маленькая, такая далёкая, но она была и это что-то значило, но что именно — девушка не знала. Не могла понять. И не стала разбираться. Взглянув на часы, она поняла, что вскоре ей придётся покинуть эту женщину. Они могут больше никогда не увидеться, Гермиона больше не услышит этот голос, не поймает взгляд. Не сможет наслаждаться историями из этих уст.       Допив свой эспрессо, Гермиона хотела было достать из сумки кошелёк, заплатить, но её прервали. — Не стоит.       Беллатрикс уже достала несколько купюр и положила на стол. — Что вы… — Это за нас двоих. — Почему? — изумлённо спросила Гермиона.       Они знают друг друга всего около получаса. Почему эта женщина внезапно захотела заплатить за неё? — В честь вашего первого рабочего дня, — сказала Беллатрикс. — Считайте это подарком. — Я не могу… — Можете. И будете. Вам пора идти, я видела, как вы взглянули на часы. Удачи вам. — С-спасибо.       В ответ вежливый кивок. Гермиона взяла сумку, встала со своего места, ещё раз взглянула на Беллатрикс, попивающую свой тройной. Та лишь подмигнула, Гермиона улыбнулась ей и вышла из кафе в приподнятом настроении.       Как только девушка скрылась за углом, Беллатрикс поставила чашку. От игривого и весёлого настроения не осталось и следа. Улыбка исчезла с её губ, взгляд потускнел. Она вышла из кафе следом, но пошла в противоположном направлении, в ближайший переулок. За углом переулка стоял парень. Взъерошенные волосы, худощавое лицо, хоть за последние годы и прибавало мужественности, борода и незименные круглые очки. Гарри Поттер. — Она ушла, — сказала Беллатрикс. — Как прошло?       Парень вышел из-за угла, складывая руки в карманы своего пальто. Беллатрикс поступила так же. Ей хотелось закурить, но она обещала, что не будет, что бросит. И не могла подвести её. Не сегодня. Не сейчас. — Нормально. Она меня не помнит. Как я и сказала, я хорошо поработала. Заменила воспоминания, создала ей новую жизнь. Ты и так в курсе. — Иначе было никак, — напомнил ей Гарри. — Ей нельзя знать. Я знаю, чем ты пожертвовала…       Беллатрикс почти рыкнула. — Ни черта ты не знаешь, Поттер. И если посмеешь ляпнуть, что понимаешь мои чувства, я тебя прокляну в этом переулке. — Прости. Я не хотел. Знаю, она тебе дорога.       Женщина ответила незамедлительно, почти автоматически. — Больше жизни.       Наступила недолгая тишина, которую нарушил Гарри очередным вопросом. — И всё же, как она? — Ей одиноко. Несуществующие друзья ей не пишут, настоящие родители без памяти в Австралии, а она думает, что они мертвы. Хотя бы я дала ей работу, может там с кем-то познакомится, заведёт друзей. Начнёт наконец жить. Гарри изумлённо посмотрел на Беллатрикс. — Это была ты? На её собеседовании? — Под оборотным, да. — Что будешь делать дальше?       Беллатрикс подняла взгляд наверх, на небеса. Кто-то другой мог бы подумать, что она молилась, но не Гарри, только не Гарри. Он, как никто другой, знал, что Беллатрикс Блэк в богов не верила.       Прежде чем ответить женщина глубоко вздохнула и тяжело выдохнула. — Буду приглядывать за ней сколько смогу или насколько меня хватит. У меня было ощущение, что она что-то заметила, но не придала этому значения. Это хорошо, чары действуют. Но рисковать нельзя, ещё одна такая встреча и… — Мне жаль, что тебе…       Это было лишним. Гарри не успел понять, как оказался прижатым к стене перулка, а в шею утыкался кончик палочки. Их скрывал большой мусорный бак, никто их не увидит с улицы. — Заткни. Свою. Пасть. Плевала я на твою жалость, Поттер. Она пошла за тобой, потому что ты не мог вовремя остановиться! Забыть! Из-за тебя она буквально отдала свою жизнь. Из-за тебя она забыла меня!       Гарри не шевелился, не пытался оттолкнуть или достать свою палочку. Он понимал — заслуженно. — Знаю. И буду помнить об этом всю оставшуюся жизнь. Ты ненавидишь меня… — Ненависть — слишком слабое описание моих чувств к тебе.       Беллатрикс отпустила резко, Гарри едва успел понять это, чтобы не рухнуть на землю. — Чтобы больше я тебя рядом с ней не видела. Никогда. А если увижу — судьба Сириуса покажется тебе сказкой.       Гарри хотел было разозлиться, упоминание смерти крёстного, к которой причастна сама Беллатрикс, всё ещё болью отдавалось в сердце. Он не стал, понимал, что Белла колит его намеренно, доставляет боль. И принял её, стоически, заслуженно. — А теперь прочь с глаз моих.       Он кивнул и тут же аппарировал прочь. Беллатрикс убрала палочку в ножны на бедре. Выдохнула.       Она не позволила себе заплакать. Не единой слезинки. Подобные чувства — роскошь для неё, особенно сейчас. Ей нужно вернуться домой, принять порцию оборотного и снова стать той самой женщиной, что приняла Гермиону на работу.       А дальше…       Беллатрикс выдохнула. Снова.       Дальше у Гермионы будет жизнь. Без магии, опасностей и смерти, что дышит в затылок.       У Беллы будет долг. Она будет тенью, безмолвным стражем и бдительным защитником.       Потому что иначе никак. Потому что Гермиону она не оставит.