Химеры

Уже почти неделю Рен не отходил от Миланы. Его маленькая девочка лежала в капсуле и не приходила в себя. Док чуть не разнёс весь медблок, когда узнал, что случилось с его девочками. Успокоить его смог только отец. Несмотря на болезнь и возраст, всё ещё сильный химера скрутил сына и твёрдо сказал: — Вместо того чтобы буйствовать, лечи своих самок! Рен затих в объятиях отца. Мудрейший был прав, и док рьяно взялся за лечение своих девочек и их подруг. Злата за пару дней практически оправилась и смогла встать. Подруги девушек тоже быстро выздоровели и вернулись к себе в комнаты, и часто приходили, чтобы узнать, как дела у Миланы. А заодно общались со Златой, отвлекая её от переживаний за подругу подготовкой к празднику. А вот Милана, несмотря на самое лучшее лечение, не приходила в себя. Док не понимал почему, как не понимали и другие медицинские светила, которых пригласил Мудрейший. Рен знал, что отец чувствует вину за случившееся, хотя лично не был ни в чём виноват. Отец договорился с начальством курорта ещё несколько месяцев назад, чтобы персонал присматривал за девушками, и те считались VIP-клиентами. А Даар после памятного собрания в Совете усилил охрану по всему периметру курорта. Но никто и не мог предположить, что кто-то решит покушаться на жизни их самочек. Чтобы не сойти с ума от переживаний, Рен провёл тесты, проверяя мутации Миланы, и результат его порадовал - она действительно переродилась в полноценную химеру. А ещё док, разумеется, удалённо занимался делами лаборатории, отслеживал работу по выпуску вакцины и в положенное время провёл вакцинацию членов Совета с семьями. Расследование происшествия шло полным ходом. Цветы чёрного пыльценоса вырасти и расцвести за несколько дней не могли. После тщательной проверки выяснилось, что кто-то высадил там уже взрослые цветы. А значит, это было именно покушение. Кто-то знал, что розовую беседку облюбовали самки сыновей Мудрейшего с подругами и специально высадил там опасные цветы. Но мотивы преступника оставались неизвестны. За эти дни курорт перерыли вдоль и поперёк, но не нашли ни малейшего следа присутствия чужаков. Никто не проникал на территорию и никто не исчезал. Проверили все съёмки с камер наблюдения и снова ничего не нашли. Розовая беседка была достаточно далеко от основного здания курорта и, к сожалению, там камер наблюдения не было, а из-за пыльцы чёрного пыльценоса запах убийцы вычислить было невозможно. Цветы уничтожили, а беседку очистили. Снова проверили всех находящихся на курорте, включая охрану, и опять ничего не нашли. Проверили даже самих девушек: за исключением мелких склок и пакостей — ничего. Всем самцам, находящимся на курорте для создания семьи, провели срочный инструктаж, переведя в повышенную боевую готовность, и дали задание охранять всех самочек. Внешне всё выглядело по-прежнему, чтобы не пугать самок, но на деле самцы вели дополнительную охранную деятельность и помогали расследованию, которое устроил Совет. Перевозить всех с курорта и прятать в другом месте смысла не было. Скорее всего, убийца тоже переедет вместе со всеми. Ведь если не нашли чужака, значит, это кто-то из своих. И эта страшная догадка расстроила всех. Из-за поднявшейся суматохи преступник наверняка затаился. Однако день рождения Златы решили не отменять — возможно, преступник выдаст себя во время праздника. Нескольких высокопоставленных спецагентов, находившихся на курорте для создания семьи, привлекли для тайной операции с целью вычислить и поймать преступника. И Рен отчаянно надеялся, что всё пройдёт успешно, убийцу поймают и казнят. А пока он сходил с ума от переживаний, и единственным якорем, не дававшим окончательно впасть в отчаяние, были отец, Злата и Даар, которые находились рядом чуть ли не круглосуточно. Мудрейший переживал так же сильно, как и Рен. Несмотря на загруженность работой, он всегда находил пару минут, чтобы прочесть отчёт, регулярно приходящий с курорта о девушках. Сыновья не ошиблись — хороших самочек выбрали. Вот только зря он после покушения на Совет не приставил охрану к девочкам. Чувство вины разъедало душу. Хорошо, что самочки оказались сильными и выжили. Он поселился на курорте, пока Милана не придёт в себя, и старался как можно больше времени проводить с семьёй — ведь сыну нужна поддержка. Впрочем, и ему самому поддержка не повредит. Смотреть, как отчаяние съедает сына, было больно. Да и девочку, лежавшую в капсуле, было очень жаль. Без того крошечная самочка сейчас была такой неестественно бледной, чуть ли не прозрачной, с синими губами, что казалась ещё меньше. Мудрейшему хотелось выть от отчаяния, потому что не уберёг, а должен был. Даар разрывался между делами и семьёй, членом которой стал недавно. С одной стороны — расследование, которое он лично контролировал (хотя это в его обязанности и не входило), а с другой — прямые должностные обязанности. Он так же, как и все присутствующие члены семьи, ужасно вымотался, до предела. Слава Бескрайнему Космосу, Злата поправилась, но вот уходить из медблока отказывалась. И Даар её понимал. Он сам переживал за Милану. Единственное, в чём уступила Злата, чтобы Рен не нервничал ещё сильнее, — это на ночь уходить в комнату с Дааром. Сам главком частенько заходил в медблок в течение рабочего дня, чтобы поддержать Рена, сообщить, если были новости по расследованию, и просто обнять жену. Всякий раз смущался, не зная, как себя вести рядом с новоприобретёнными родственниками. И если с доком ещё как-то мог перекинуться парой слов, то вот с Мудрейшим чувствовал себя как сопливый щенок. Это странное чувство смущения было ново и неприятно. Каждый вечер все члены семьи собирались в медблоке и обсуждали текущие дела. Мудрейшему всё больше нравилась Злата. Девушка оказалась весьма проницательной и умело управлялась со своими самцами. Отец видел, что она знает, что и когда сказать, а когда промолчать. Вечно смущающийся Даар расслаблялся в её присутствии, а Рен отрывался от дел и наконец начинал общаться. Хотя все мужчины чувствовали переживания Златы и даже проскакивающий периодически страх, когда она смотрела на Милану, девушка всегда поддерживала их. Она находила нужные слова, когда Рен совсем отчаивался. Сегодняшний вечер не стал исключением — все мужчины уткнулись носом в планшеты, продолжая разгребать должностные дела. Все сидели в креслах рядом с капсулой, в которой спала Милана. Злате это порядком надоело, и она решила в который раз разнообразить вечер, чтобы все просто отвлеклись и отдохнули. — Дорогие мои мужчины, если вы сейчас же не отложите свои планшеты, я их у вас отберу, — строго заявила Злата. Мужчины удивлённо переглянулись между собой, и Мудрейший, посмотрев на девушку, иронично выгнул бровь. — Прямо-таки и отберёшь? — усмехнулся он. Злата улыбнулась. — Да, папенька. Отберу. Мудрейший хрюкнул от смеха. — Мне нравится, как ты меня назвала, дочка. Ему действительно понравилось. После сыновьего «отец» это звучало весьма экзотично и, как ни странно, ласково и приятно. — Я думаю, мы с вами можем провести вечер за игрой. Мужчины вопросительно уставились на девушку. Они не понимали, о чём речь, что именно придумала Злата. Землянки из этой экспедиции слишком сильно отличались от предыдущих — раскованные и весьма уверенные в себе, с очень богатым воображением. Они постоянно что-то придумывали и удивляли самцов. Вдруг со стороны капсулы послышался слабый стон, и Рен сорвался с кресла. Подлетев к капсуле, он открыл купол и наклонился над Миланой. Та пыталась открыть глаза, но веки снова опускались. — Милана! — Пить... Док оглянулся на поднявшихся с кресла родственников, замерших в ожидании. — Воды! — скомандовал он. Даар кивнул и взял с передвижного столика, на котором им доставили ужин из столовой, стакан с водой, подал его Рену. Док благодарно принял стакан. Развернулся к Милане, приподнял её голову и осторожно напоил. Милана так сильно хотела пить, что глотала с такой жадностью, будто воду сейчас отберут. С каждым глотком живительной влаги она чувствовала, как ей становится легче. Сознание проясняется, сонливость проходит, и она уже может открыть глаза, нормально осмотреться. Звон в ушах прошёл, и мир больше не плывёт перед глазами. Головокружение прошло. Осталась только слабость. — Спасибо, — просипела девушка, когда допила воду и док убрал стакан от её губ. — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? — Нормально, только слабость. — Хорошо... — выдохнул док. Милане вовремя оказали помощь, и по всем показаниям она была уже здорова, но вот почему так долго спала, так и осталось загадкой. Капсулу окружили Злата, Даар и Мудрейший, и Милана чувствовала их облегчение и радость, а ещё безмерную усталость. Они все выглядели уставшими и бледными. — Ты нас очень напугала. Не делай так больше никогда! — заявила склонившаяся над ней Злата с радостной улыбкой на губах. — Хорошо, постараюсь, — растерянно ответила ничего не понимающая Милана. — А что случилось? — Мы рады, что ты наконец-то поправилась и пришла в себя, — выразил общую мысль Даар. — Спасибо, но что всё-таки случилось? — переспросила девушка. Все растерянно переглянулись между собой. — А ты разве не помнишь? — удивлённо спросила Злата. Милана окинула присутствующих непонимающим взглядом. Она не понимала, о чём идёт вообще речь и почему все так распереживались. Ну подумаешь, упала в обморок. — Помню, как выключилась... но вы себя сейчас так ведёте, как будто случилось что-то страшное? Рен ответил ей вымученным взглядом и только открыл рот, как Мудрейший положил руку ему на плечо, а другой погладил девушку по волосам. — Ты проспала пять дней, дочка, — сказал Мудрейший. — Мы очень волновались. Но сейчас ты здорова, и мы рады, что всё самое трудное позади. Милана удивлённо вздохнула — ну ничего себе обморок! Но задавать вопросы не стала, почувствовав, как усталость навалилась и глаза стали слипаться. Эта коротенькая беседа отняла те немногие силы, которые у неё были после пробуждения. Мудрейший ласково улыбался, глядя на девушку по-отцовски нежно. Все присутствующие выдохнули напряжение и расслабились. Теперь всё будет хорошо. Девушка очнулась, она здорова, и можно наконец-то отдохнуть. Рен повернулся к Злате, которая стояла рядом с ним. Обнял её и поцеловал в макушку. — Идите с Дааром спать и хорошенько выспитесь. А я отнесу Милану в её комнату и там переночую. Не могу больше здесь находиться, — попросил Рен жену, надеясь, что она не станет возмущаться и не обидится на него. Злата ощутила лёгкий укол ревности и обиды. Ведь теперь, когда Милана пришла в себя, ей хотелось бы уснуть со своими мужьями и просто провести с ними время, пока док не вернулся назад в лабораторию. Но он не успокоится, пока окончательно не убедится в том, что Милана в полном порядке. И как взрослая женщина, Злата это понимала, и ей оставалось только держать лицо. Закатывать истерики не в её стиле, да и бесполезно это. Только уважение мужей потеряет. Она вздохнула и улыбнулась. — Хорошо. Рен поцеловал её. — Я люблю тебя, — шепнул ей на ушко и игриво прикусил, тихонько мурлыкнув. — Идите отдыхать, — выпустив Злату из объятий, обратился к Даару. Главком кивнул доку, обошёл капсулу и подставил локоть Злате. — Идём. Рен прав, нам всем действительно надо отдохнуть. — Спокойной ночи, Милана, — попрощалась с девушкой Злата, а главком просто кивнул на прощание, и они ушли, раскланявшись с Мудрейшим. — Ну что же, я тоже откланиваюсь. Желаю тебе, Милана, светлых снов. Мудрейший от радости наклонился к самочке и поцеловал в лоб. Обнял сына, пожелав выспаться, и ушёл. Милана наблюдала за происходящим вокруг и чувствовала себя очень неловко. — Рен, неужели вы всё время были тут? — смущённо поинтересовалась она. Док откинул простыню, которой была укрыта девушка, и заметил её слабый жест, попытку прикрыться. Но потом она увидела, что одета в свою пижамку, и покраснела от неловкости момента. Док по-доброму усмехнулся и, подхватив её на руки, понёс прочь из осточертевшего за эти дни медблока. — Да, мы все очень переживали за тебя. Но теперь всё будет хорошо, — он поцеловал её в макушку. До комнаты добрались быстро, но под любопытными взглядами. Рен уложил Милану в кровать, по её просьбе напоил водой и лёг рядом, обняв. Под тихое мурлыканье и счастливые эмоции Рена Милана заснула. Им обоим спалось как никогда хорошо. Док наконец-то успокоился, и переживания ушли. *** После разговора с Алёной мужчина вернулся на Азис с новыми приказами и, как ни пытался сопротивляться, ослушаться не мог. Не мог перебороть. В течение дня он наблюдал за всем, что происходит вокруг, и в голове зрел план очередного саботажа. В этот раз план был достаточно сложный. Он не сомневался, что всё получится, а выходка Катрины с цветами чёрного пыльценоса была ему даже на руку. Доктор Ра'Ан проводил всё время в медблоке со своими самками, а вместе с ним и главком, что было очень даже неплохо. Никто теперь не дёргал мужчину, и он сам решал, что и когда выполнять из своих должностных обязанностей. А заодно и подготавливал свой план. Ра'Ан заперся в лаборатории при медблоке, лично проверяя анализы своих самок. Главком увёл жену на обед в столовую, а Мудрейший работал в кабинете. Отличная возможность появиться в медблоке никем не замеченным, и в вентиляцию капсулы, в которой лежал детёныш, поместить контейнер с лёгким усыпляющим газом. Он настроил вентиляцию на включение в четыре часа утра в течение пары минут. Этого достаточно, чтобы усыпляющий газ распространился в небольшом количестве по капсуле, и детёныш спал, не просыпаясь. Вычислить по запаху газ никто не сможет просто потому, что он пах как успокоительное лекарство, и в крови за смесью других лекарственных препаратов его не найдут. Да и до утренних процедур запах газа просто ослабнет и выветрится естественным путём. Газа хватит на несколько дней — этого как раз хватит, чтобы окончательно подготовить план и всё перепроверить на случай непредвиденных обстоятельств. Праздник в честь дня рождения самки дока и главкома не отменили, что очень хорошо как отвлекающий фактор. И всё случится именно в этот день. Он не хотел причинять вред самкам сыновей Мудрейшего, но перебороть приказы матери, как ни старался, не мог. Его разрывали на части инстинкты, требующие сопротивляться и защищать самок. И тогда в голове родился очередной план. Мужчина не станет их убивать. Он просто посадит их в лодку и пустит по «Великой Реке», которая протекает через всю территорию курорта и является самой большой рекой на планете. Река с сильным течением унесёт лодку за пределы курорта быстро. А там решит всё сама жизнь — если самки выживут, значит, не пришло ещё их время, умрут — так тому и быть. Глупо? Возможно, но по крайней мере у них будет шанс себя спасти, если смогут. То, что развернулось полномасштабное расследование и ищут преступника, посмевшего покуситься на жизни самок сыновей Мудрейшего, мужчину не волновало. Он вне подозрений. Его вообще щенком считают. Так что он спокойно готовился. Да и Катрину вычислить тоже никто не сможет. Он позаботился обо всём.