Is it worth it?

      Девочка застыла, не отводя взгляда от изуродованного существа, которое когда-то было её братом. Его тело представляло собой жуткую смесь плоти и уродств: кожа, покрытая глубокими порезами и кровавыми язвами, местами обожжённая и разорванная, словно её растягивали и рвали в разные стороны. Из открытых ран сочилась густая, тёмно-алая кровь, медленно стекающая по иссечённым мышцам и кости, образуя липкую лужицу на полу. Каждый вдох Каала сопровождался хрипами и судорожными движениями, словно его тело пыталось сопротивляться мучительной трансформации, но безуспешно.       В этот момент из мрачных клеток с глухим металлическим скрежетом вырвались твари, их тела покрыты грязной шерстью, искривлённые конечности оканчиваются острыми когтями, а рты зияют острыми, как бритвы, зубами. Две из них стремительно бросились на родителей девочки. Они повалили их на холодный, покрытый пятнами крови пол и начали зверски разрывать плоть. Звуки разрывающейся кожи и хруста ломаемых костей смешивались с истошными криками, воплями ужаса и боли, которые разрывали воздух. Кровь фонтанировала из глубоких рваных ран, покрывая стены и пол вокруг кровавыми брызгами. Родители корчились в агонии, их лица искажались ужасом и страданием, глаза были широко раскрыты от невыносимой боли. Но девочка не испытывала ни капли жалости или отвращения. Она просто смотрела холодным взглядом, почти безэмоционально, как пол постепенно покрывается всё более густым слоем крови. Тёмная жидкость медленно растекалась по неровностям пола, собираясь в лужи, которые отражали тусклый свет ламп. Бездыханные тела родителей всё ещё подвергались жестоким пыткам, твари не останавливались, рвали плоть кусками, выплёвывали кровь с пеной на губах, а в их глазах горел безумный голод.       Внезапно девочка заметила движение у газового баллона, одна из тварей добралась до него и вцепилась когтями в холодный металл. Острые когти впивались в поверхность с диким усилием, оставляя глубокие царапины и искры на прочном корпусе. Баллон дрожал под натиском зверя. Каал тоже заметил это и резко бросился к толстому стеклу, отделявшему девочку от этого кошмара. Его тело ударялось о прозрачную преграду с чудовищной силой, каждый толчок сопровождался оглушительным треском и появлением паутины трещин на удивительно крепком стекле. Его плечи и грудь били по поверхности как молоты, мышцы напрягались до предела, кожа на лбу покрывалась каплями пота от усилий. В каждом ударе чувствовалась. Стекло начало вибрировать от ударов, трещины расползались всё шире. Девочка, охваченная паникой, прижалась спиной к ледяной, шероховатой стене, холод проникал сквозь тонкую ткань одежды, заставляя кожу покрываться мурашками. Её глаза метались по комнате, пытаясь найти хоть малейшую щель или дверь, способную стать спасением. Сердце бешено колотилось, словно хотело вырваться из груди, а дыхание становилось прерывистым и тяжёлым, словно лёгкие сжимали невидимые тиски. Внезапно раздался резкий, оглушительный звук, стекло треснуло. Трещины молниеносно расползлись по поверхности, образуя паутину из сотен мелких разломов. Затем с громким хрустом и звоном стекло разлетелось в тысячи острых осколков, крошечные и крупные щепки взмыли в воздух, отражая тусклый свет и падая на пол с глухим стуком.       В этот миг Каал ворвался в комнату, его тело было покрыто рваными ранами и кровавыми пятнами, кожа блестела липкой смесью пота и крови. Его глаза горели безумным огнём, а пасть раскрылась в ужасной гримасе, обнажая острые, как ножи, зубы. Он стремительно схватил девочку за воротник, зубы лишь коснулись ткани, не прорезая плоть, но хватка была неумолимой, словно стальной капкан. Девочка почувствовала резкое давление на шею и плечи, тело поднялось в воздух и оказалось на спине брата. Без замедления Каал ринулся к массивной металлической двери. Его удары были мощным, каждый толчок сопровождался глухим звуком удара металла, который дрожал под мощью зверя. Дверь с треском отлетела в сторону, открывая путь наружу. Они взмыла вверх по лестнице, металлические ступени под их ногами скрипели и звенели от напряжения. Выбравшись на улицу, они успели выпрыгнуть через разбитое окно, хрупкое стекло рассыпалось под ногами в тысячи искрящихся осколков.       В тот же миг раздался оглушительный взрыв, огненная волна рванула с такой силой, что тела девочки и Каала были отброшены в сторону далеко от дома. В ушах зазвенело оглушающе, звук напоминал визг сотен ножей, режущих воздух. Голова кружилась, словно её раскрутили на бешеной скорости, сознание затуманивалось. Девочка лежала без движения возле какого-то магазина, холодный асфальт впивался в кожу спины, а по лицу и шее медленно стекала густая кровь. Она ощущала её липкую прохладу, тёмно-красные струйки медленно растекались по коже, оставляя мокрые следы и смешиваясь с пылью и мелкими частицами грязи. Мышцы судорожно сжимались и отпускались, ловили спазмы от перенапряжения и шока, боль жгла изнутри, каждый вдох отдавался колющей резью в груди и горле, словно внутренняя ткань была проткнута тысячами невидимых игл. В ушах всё ещё звенело, гудело и свистело, мир казался далеким и нереальным. Рядом лежал Каал, его грудь была пробита толстым, длинным металлическим штырем. Рана зияла широко, плоть вокруг была разорвана и растянута от насильного проникновения чужеродного предмета. Кровь сочилась из раны густыми тёмно-алыми потоками, медленно стекающими по штырю и капающими на землю. Ткань оставшейся одежды была разорвана и пропитана кровью до самых нитей, кожа вокруг раны бледная, местами синюшная от недостатка кислорода. Каал не мог пошевелиться, его тело было словно парализовано от боли и травмы.

***

      Когда девочка очнулась, она всё ещё лежала на том же холодном асфальте. На её животе покоился блестящий кристалл ярко-красного цвета, его поверхность переливалась и искрилась в тусклом свете уличных фонарей. Кристалл казался чужеродным и одновременно зловещим, словно он впитывал в себя всю боль и ужас этого момента. Тело брата рядом больше не двигалось, оно было мёртвым, бездыханным и неподвижным. Его глаза были закрыты, а лицо выражало вечный ужас боли и страдания. Вокруг них всё ещё витал запах крови и гари.

***

      Дженна стремительно пересекла коридор, заходя в столовую. Взгляд метнулся по залу, остановился на знакомой фигуре, и вот через минуту Дженна уже стояла позади неё.       — Эмма!       Эмма взглянула на неё через плечо, увидела напряженное лицо и нахмурилась.       — Что такое? — спросила она. — С тобой всё в порядке?       — Ты должна помочь мне! — с ходу заявила брюнетка.       Эмма медленно положила ложку в тарелку, развернувшись к ней. Рука легла на бедро.       — С чем? — вопрос прозвучал осторожно.       — Мне нужно узнать, что на первом уровне, — уверенно произнесла Дженна, потянув её за руку к выходу. Эмма позволила отвлечь себя от завтрака, медленно вставая с места. Но едва они отошли от стола, она остановилась.       — Придержи коней, — сказала она. — Ты серьезно думаешь, что я пойду с тобой?       — Да.       Эмма хмыкнула, скрестив руки на груди.       — Просто так? Без объяснений, без плана, и я должна встать и пойти с тобой ломать запреты первого уровня? Ты вообще понимаешь, что будет, если нас поймают?       — Именно, — Дженна выдавила улыбку, снова потянула её за руку, выволакивая из столовой. — И поэтому нам нужен план.       — Ты невозможна, — Эмма бросила на неё раздражённый взгляд, но пошла следом. — У тебя вообще мозг есть?       — Исчез, когда с тобой познакомилась, — они спустились на нужный уровень, и Дженна подошла к сенсору. Он распознал свой отпечаток, дверь плавно поднялась, и Дженна легким движением затолкнула Эмму в свою комнату. — Нам нужно пробраться на первый уровень. Потайные ходы, вентиляции, что угодно, но нам туда надо.       На миг Эмме захотелось обернуться и уйти, но она не сдалась просто так, переступив порог. Посреди комнаты она развернулась, скрестив руки на груди, и внимательно посмотрела на Дженну.       — Это безумие, — сказала Эмма, стараясь звучать убедительно. — Что вообще там может быть такого, ради чего стоит рисковать? — Дженна пожала плечами. Эмма осмотрелась, оглядывая комнату. Было достаточно неприбранно: брошенная на пол одежда, неаккуратно заправленная кровать, разбросанные вещи на столе. Эмме захотелось хоть что-то тут расставить на свои места, но она подавила это желание и облокотилась об спинку стула. — Допустим, мы туда проберёмся. Так что мы там делать будем?       — Помнишь, мы смотрели записи, где была какая-то.. Камера и Клэр? Нет, это не вопрос, ты помнишь. Я считаю, что это место там, — Дженна шагнула к столу, беря пару бумаг с чертежами. — Это чертежи уровней, я пробралась в архив. Но я ничего тут не понимаю, а ты, как я поняла, с бумажками этими дружишь.       Эмма встала позади нее, вздохнув. Чертежи были переданы ей в руки. Схватилась она за них слишком жадно.       — Ага, я дружу, — сказала Эмма. Было видно, что она заинтересовалась. Чертежи оказались хорошего качества, каждый уровень был прорисован в деталях: комнаты, коридоры, вентиляция..       — Если ты найдёшь проход на первый уровень, то я буду несравнимо рада, — Дженна спокойно передала ей все чертежи. — У тебя есть время, если потребуется.       Эмма, не отрываясь от чертежей, уже забрала их себе, внимательно рассматривая каждый лист. Признаки волнения покинули её лицо, уступив место глубокой заинтересованности.       — Надеюсь, тебе не сразу нужна эта информация? — спросила Эмма, проводя пальцем по одной из схем.       — Чем быстрее, тем лучше, — Дженна выдохнула. Эмма кивнула, медленно обходя стол из одного конца в другой, рассматривая план.       — Займусь этим, — сказала Эмма, не отвлекаясь от бумаг. — Просто.. Дай мне время. Хорошо?       Дженна задумчиво кивнула, поджав губы в тонкую, но плотную линию. Она засматривается на шатенку всего на долю секунды, что не укрывается от взгляда той, которая даже не скрывает расползающейся по лицу дерзкой ухмылки. Она не спеша вздергивает подбородок, и Дженна вдруг поняла, как её затягивает внешность напарницы, как ей нравится рассматривать, как меняются эмоции на лице.       — Не отвлекайся, — Эмма бросила на неё хитрый взгляд, не отрываясь от чертежей. — А то подумают, что у нас тут что-то кроме плана созревает.       — А что? Боишься? — усмехнулась Дженна, ощутив внезапно неуместный прилив уверенности.       Эмма отвлеклась, посмотрела на неё, улыбнувшись уголком губ.       — Ты пытаешься казаться смелее, чем есть на самом деле, — сказала она, вставая и делая шаг вперёд, сокращая расстояние между ними.       — Так, э-э, у тебя чертежи, вот и займись чертежами, — Дженна рывком развернула её за плечи обратно к столу. — А мне нужно сходить кое-куда.       — Ага, беги, — Эмма рассмеялась, уже снова склоняясь над бумагами. — Посмотришь потом, что я нашла.

***

      Дженна направлялась к капсуле с чашкой кофе в руках. Да, не то серьёзное дело, каким она его выставила, но кофе ей сейчас был необходим. Девушка нахмурилась, услышав быстрый топот, и остановилась у самой капсулы, оборачиваясь. Черты лица смягчились, когда она увидела быстро идущую к ней Кэсс, которая либо собиралась отчитать её, либо что-то сообщить.       Кэсс подошла, остановилась в паре шагов. Взгляд колющий.       — Ты где шлялась? — бросила она без прелюдий. — Я тебя весь час ищу, ты не пойми где! Идём.       Кэсс крепко, но не грубо схватила её за руку, потащив в направлении медпункта. Дженна успела поставить кофе на ближайший столик, встретившийся по пути. Не сопротивлялась.       — В чём дело? Это связано с Эдисом? — с ходу начала спрашивать она напрямую. Кэсс не ответила сразу, только сжала хватку чуть сильнее, ускоряя шаг. Взгляд её был жёстким, но не от гнева, от тревоги. Подойдя к дверям медпункта, она резко остановилась и обернулась к Дженне.       — Эдис пропал.       — Как.. Пропал? — Дженна застыла, в изумлении уставившись на девушку. — Он же был в изоляторе, его не могли увести незаметно, может, он проснулся и сам ушел куда-то?       — Изолятор вскрыт изнутри, — Кэсс открыла двери, входя внутрь. — Система зафиксировала скачок энергии, потом тьма. А когда свет вернулся.. Его не было. Ни следов борьбы, ни крови. Просто пустота.       — Когда он пропал? Сколько времени назад? — Дженна поспешно последовала за ней.       Кэсс повернулась к ней, когда они приблизились к изолятору. Выждала несколько секунд, прежде чем ответить:       — Примерно пять часов назад, — в её голосе сквозил не только напряжённый холод, но и усталость.       — А ты когда узнала?       — Час назад, — Кэсс остановилась в нескольких метрах от изолятора, скрестив руки на груди. — Я сразу пошла искать тебя, но ты куда-то запропала, — Кэсс нахмурилась.       От изолятора веяло холодом, Дженну пробрало до мурашек.       — Ты сообщала капитану о пропаже? — она включила свет в изоляторе, всматриваясь, но никаких следов не было. Ни погрома, ни грязи, ничего.       — Капитан в курсе, — голос Кэсс был твёрдым. — И приказала не поднимать панику. Никаких поисков, никаких оповещений. Будто его и не было.       — Какого?.. — Дженна соеклась, услышав спокойные шаги за спиной. Она обернулась, встретившись взглядом с только вошедшим капитаном. Капитана не удивил тот факт, что Кэсс привела сюда Дженну, но взгляд её был суров.       — С тобой нужно кое-что обсудить, — сказала она. — Наедине.       — У меня есть дела поважнее, — тихо буркнула Дженна, попытавшись обойти её.       — Нет, я настаиваю, — капитан шагнула вперёд, преграждая ей путь. — Это не займёт много времени, — Дженна наконец остановилась. Взгляд метнулся к Кэсс, всё ещё стоявшей позади. Они переглянулись, а потом Дженна вздохнула и неохотно кивнула. Капитан развернулась и пошла в сторону одной из приватных комнат, не оглядываясь, уверенная, что Дженна последует за ней. Шаги её были чёткими, почти ритмичными. За спиной у Дженны дверь медпункта с тихим шипением закрылась.       — О чём вы хотите поговорить? — нахмурилась брюнетка.       — О том, что ты слишком много видишь, — капитан не смотрела на неё. Она стояла у небольшого шкафа, доставая что-то из внутреннего кармана. Дженна отвлеклась всего на мгновение, едва ли секунда прошла с тех пор, как она обернулась, чтобы бросить взгляд на выход, словно проверяя, нет ли кого рядом или не приближается ли кто-то. В этот самый момент капитан быстро и решительно приблизилась к ней. В руках у капитана была старая, явно просроченная тряпка, она выглядела изношенной, возможно, грязной и неприятной на ощупь, с потертыми краями и пятнами, которые выдавливают ощущение заброшенности и пренебрежения.       Неожиданно капитан схватила Дженну за руку, резким, но уверенным движением скрутила одну из её рук за спину. Это было сделано настолько быстро и ловко, что Дженна не успела даже полностью осознать происходящее. Рука оказалась зафиксирована в неудобном положении, автоматическая стяжка, тонкая пластиковая лента, туго обхватившая запястья, не давая ни малейшего шанса. Но на этом капитан не остановилась. Другой рукой она обвила талию Дженны крепко и настойчиво, так, чтобы девушка не могла отстраниться или вырваться. Захват был плотным, почти удушающим, без единого намёка на слабину. Почувствовав давление на тело, Дженна словно потеряла опору. Затем капитан прижала тряпку к лицу Дженны, именно к носу и рту, перекрывая ей доступ к воздуху. Тряпка была холодной и влажной, с неприятным запахом, который сразу же вызвал у Дженны чувство тревоги и паники. Она пыталась вертеть головой, стараясь избавиться от этого удушающего прикосновения, но капитан не отпускала.       В глазах Дженны начало темнеть, сначала появилось ощущение мутности, словно перед глазами опустился туман или занавес. Внимание расфокусировалось, мысли стали путаться, сознание затуманиваться. Всё происходящее вокруг потускнело и расплывалось, а дыхание стало всё более редким и прерывистым.       — Не бойся, — раздался голос капитана где-то издалека, искажённый шумом в ушах. — Просто сон..       Тело девушки медленно обмякло. Свет меркнет. Голос капитана - последнее, что остаётся в сознании.

***

             Эмма шла медленно, почти с упрёком на лице, её брови были сведены в плотную хмурую линию, а губы сжаты так, будто она сдерживала раздражение или тревогу. Каждое её движение казалось тяжёлым и неспешным, шаги тянулись сами по себе, не желая спешить, но и не позволяя остановиться. Она плелась к медпункту, стараясь собраться с мыслями. В голове у Эммы роились мысли о Дженне. Почему та не появлялась уже столько времени? Час, два, три.. Время будто растянулось, а она сама увлеклась чертежами и деталями, так глубоко погрузилась в работу, что совершенно не заметила, как пролетели часы.       Когда Эмма подошла к двери медпункта, она толкнула её и вошла внутрь. Внутреннее пространство медпункта встретило её приглушённым светом и тихой атмосферой, здесь царила спокойная, почти стерильная обстановка, наполненная запахом антисептиков и медицинских препаратов. Воздух казался немного прохладным и сухим, словно всё вокруг было настроено на серьёзность и внимание к деталям. Эмма остановилась в дверном проёме.       — Кэсс, ты здесь? — громко позвала она. Из глубин медпункта послышался тихий голос Кэсс, доносившийся из одного из боковых кабинетов.       — Здесь, — сказала Кэсс. — Заходи.       Эмма кивнула, хоть та и не могла этого видеть. Она не спеша вошла в кабинет, сразу садясь на стул напротив.       — Ты не видела Дженну? Знаешь, где она? — спросила она сразу. Кэсс сидела за столом, перебирая какие-то записки в своём планшете. Она посмотрела на Эмму, взгляд её стал внимательнее.       — Нет, если честно, — ответила Кэсс. — А что, нужно что-то передать?       — Нет, мне нужно с ней поговорить о чер.. О личном, — Эмма выдохнула, качая головой.       Кэсс заметила недосказанность Эммы, но предпочла не акцентировать на этом внимание. Она откинулась на спинку стула, внимательно посмотрев на Эмму. Отложив планшет в сторону, она скрестила руки перед собой на столе.       — Понятно, — сказала Кэсс. — В комнате, наверно, у себя бездельем страдает, как обычно.       — Я только что оттуда, там её нет.       На лице Кэсс на миг отразилось удивление, но она довольно быстро совладала с эмоциями. Теперь её взгляд стал внимательнее, она наклонилась немного вперёд.       — В самом деле? — сказала Кэсс. — Откуда ты знаешь?       Эмма замерла, уставившись на неё. На языке так и вертелась издевательская подколка.       — Заходила за бумагой, у меня закончилась, а её комната ближе всех, — уверенно отмазалась она.       Губы Кэсс дрогнули в едва заметной улыбке. Догадка была очевидна, но она не стала делать никаких комментариев.       — Ясно, — ответила Кэсс. — Ну, наверно, ещё где-то в штабе шастает. Может, в столовой, ты же знаешь её, вечно голодной ходит. Хотя, — её лицо вдруг стало серьезнее, словно её осенило. — Она заходила ко мне несколько часов назад. Пришла капитан и увела её для какого-то личного разговора. После я её больше не видела.       — Капитан? Увела? — Эмма сразу же нахмурилась. В голову забрели нежелательные мысли. После всех этих насторожений Дженны, и её доверие к капитану постепенно начало угасать. В любом случае, проверка лишней не будет. — Спасибо, Кэсс.       Эмма встала, её стул с тихим скрипом отъехал назад. Она уже почти у двери, когда Кэсс бросила:       — Эй. Только не начинай ничего глупого.       — Не могу обещать.