police

— Обожаю твою еду, ты мой маленький повар. — тепло улыбнувшись, Хосок отставляет пустую тарелку от себя, — Иди ко мне. Юнги, в одной домашней растянутой футболке по колена, подходит к нему и залазит на бёдра, обхватив шею мужчины руками. Хосок вдыхает запах у шеи, заставляя парня отклонить голову и прикрыть глаза. — Как тебе Тэхён? — резко спрашивает младший. Если честно, ему не даёт покоя новый работник в их дружном коллективе, аура у него какая-то не такая. Да что уж скрывать, Юнги, со своей нестабильной самооценкой, немного засомневался в себе. — М-м? — мурлычет Хосок расцеловывая участок кожи, он даже забыл, кто такой Тэхён. — Новый коллега. Подчинённый Чонгука. — Хосок игнорирует вопрос, игриво забираясь под край футболки на бедре, сжимая пальцами упругую кожу, — Хосок. — Юнги шлёпает его по руке, привлекая внимание к своей персоне. — Ну? — недовольно и шутливо хмурится. — Как тебе Ким Тэхён? — повторяет вопрос. — Обычный парень, что я должен сказать? — Он будет работать с тобой, ты даже не задумываешься что за человек рядом? — Рядом со мной сейчас только мой мальчик. — он кладёт ладонь на его щёчку, нежно поглаживая, — Мне неважно что там за Тэхён, Юнги. Хосок понял, что он ревнует, поэтому сказал что хотел слышать парень, и заметив как тот расслабился от его слов просто прильнул к губам, оставляя нежный поцелуй. Рука с бедра продолжила движение под футболку, огладила бока, легонько сжимая, прижимает к себе. Губами чувствует ускоряющийся пульс у шеи, дыхание Мина учащается. — Мой мальчик. — шепчет у уха, вызывая по всему телу мурашки. Тэхён возвращается поздно домой после первого рабочего дня, он с Чонгуком решил даже не прощаться, тот кажется, вообще игнорировал его оставшуюся часть дня, отвергая какую либо предложенную помощь. Он закурил сигарету, шарясь по карманам кожанки в поисках ключей, а после пробует открыть дверь. Проворачивает ключ, но замок не открывается. — Что за дерьмо. — бубнит под нос, и пытается ещё раз, и ещё… — Не пытайся. — прогремел басистый голос позади, — Я сменил замки. Тэхён сглатывает, оборачивается и видит его. Отец стоит, нависнув над ним грозовой тучей, между губ зажата дымящаяся толстая папироса, его руки спрятаны в карманы. — Зачем? — сдержанно цедит парень со злостью, хотя и боится человека перед собой. — Я говорил тебе — пойдёшь в полицию — обеспечивай себя сам. — Я ещё не стал на ноги, дай мне время. Мужчина хохотнул и качнул головой, — Нет, Тэхён. Мой сын должен был продолжить мой бизнес, а не лезть в нору правопорядка. — Мне даже негде ночевать, на улице мороз, дай мне последнюю ночь. — Ты стал слишком самостоятельный, — он подходит ближе, заставляя сына попятиться, — я дал тебе всё. Ты не пошёл мне на уступок. — Потратить свою жизнь на какой-то незаконный, нестабильный бизнес? Это не уступок, это ошибка. — злость внутри клокочет, ему хочется стереть это лицо перед ним, но чисто физически это невозможно. — Ошибкой было то, что я оставил тебя рядом с собой. Чонгук приезжает на работу рано, как обычно. Заваривает кофе в автомате, двойной еспрессо без сахара, бодрящий. Хосок выходит из лаборатории, на ходу поправляя воротник, Чон хмыкает и качает головой. Он никак не мог понять, как взрослый мужчина так влюбился в парнишку (ещё и такого противного). — Я вижу, ты в хорошем расположении духа. — не поворачиваясь к другу. — Да, Юнги остыл немного, сегодня ночью… — Оставь, не хочу знать подробностей. — перебивает ухмыльнувшись, делает глоток крепкого кофе, — Тэхён уже приехал? — Тэхён? Нет, я не видел. — он вскидывает запястье левой руки, — Ещё двадцать минут до рабочей смены, может, опаздывает немного. — Тц, — Чон недовольно цыкает, — второй день стажировки, и уже опоздания. — Да ладно тебе, не наседай так на паренька. — похлопав по плечу Чона, — Он же только учится. — Я не благотворительный фонд, Хосок. — допив кофе одним глотком хмурится, — Если он безответственный — он не нужен мне. — А вот и он. — смотря за спину друга оповещает Хосок, — Тэхён! — он махает рукой в знак приветствия. А у Чонгука снова отпадает вариант слить парня или нажаловаться Сокджину, он не опоздал. Чонгук выкидывает стаканчик с под кофе и поворачивается к Киму, парень выглядит не очень. Не в смысле, что некрасивый, даже в таком виде его красота осталась при нём. Но на лице усталость, одежда мятая и вчерашняя, волосы кое-как уложены. — Доброе утро, Ким. — Доброе утро, господин комиссар. — и голос охрипший, без вчерашнего игривого тона. Хосок краем глаза ловит застывшего Юнги в коридоре, который точно смотрит на Тэхёна, и вот-вот треснет стакан, который он сжимает до побелевших костяшек. — Я пойду, сегодня много работы. Хорошей смены всем. — Взаимно, Хосок. — Чон кивает другу, и когда тот ретируется, возвращает недовольный взгляд к Тэхёну, — Ты должен приезжать раньше, хотя бы на пол часа. Особенно, когда много работы. — Извиняюсь, я проспал. — парень правда чувствует себя провинившимся. Он пол ночи спал в кофейне, но когда они закрылись около двух ночи, пришлось спать прямо на улице, на лавочке. Повезло, что не такой сильный мороз, телефон разрядился до нуля, он даже был не уверен, что работа ещё не началась, так что был готов к гневу начальника. Чонгук ещё раз оценивает внешний вид подчинённого, — Тэхён, я не знаю где тебя носило ночью, но мне неважно. Ты должен приходить вовремя, и в состоянии работать. Понял? — Понял. — просто соглашается Ким. Он совершенно невыспался, в голове шум, глаза пекут, желудок сводит от голода, нет сил даже пререкаться или грубить. Работники потихоньку собираются в кабинете, Тэхён еле соображает, хотя и пытается взять себя в руки. Половина слов Чона проходят мимо ушей, Ким буквально засыпает на ходу, пока подводят итоги расследования, какая-то женщина задушила мужчину… — Тэхён. — парень резко дёргается и промаргивается, Чонгук смотрит на него, сдвинув брови к переносице, — Может, пойдёшь отдыхать домой? — Нет, я могу работать, извините. Юнги смотрит на него сбоку изогнув бровь, обвивает предплечье своего Хосока, но Хосок не смотрит ни на кого, кроме Юнги. Это даже умилительно. Коллеги расходятся по кабинетам, Ким идёт за Чонгуком в его кабинет. — Вот бумаги, — на краю стола лежит целая стопка, — хотя бы половину занеси в систему. Вот компьютер. Если возникнут вопросы — спрашивай. Тэхён садится на кресло и подвигается к столу. Чонгук куда-то уходит, и парень приступает к работе. Помимо преступлений, полиция — это так же куча документации. Глаза слипаются, монотонная работа словно снотворное, лучше бы он бегал за каким-то маньяком по городу, чем тыкал буквы на клавиатуре. Шум системного блока убаюкивал. Шесть вечера. Чон мотался со своими делами по участку, совсем позабыв, что дал Тэхёну задание. Тот даже не выходил, нигде не мелькал. Сам на себя не похож. Даже в глубине души стало жалко его. В голове мужчины, парень прогулял где-то всю ночь, и возможно, напился так сильно, что ему сейчас плохо, он совсем юн, хочется гулять и тусить. Чонгук делает два кофе, один двойной еспрессо, второй латте, так как не знает предпочтений парня, и заходит в кабинет. Тэхён лежит на столе, согнувшись в неудобной позе, тёмные волосы растрепались по столу и предплечью руки, на котором он случайно задремал. Чон тихо прикрывает за собой дверь и останавливается перед ним, поставив на стол два стаканчика. Младший выглядит так безмятежно, что и будить не хочется. Мужчина берёт сложенный плед с диванчика, что стоит в углу комнаты, и со спины накрывает его. Ким тут же просыпается. — Извините… Я не заметил, как уснул. Сейчас всё доделаю. — тут же активизируется, берёт в руку мышку. — Всё в порядке. — он кивает на стакан подле монитора, — Я не знал, какой кофе ты любишь. Взял латте. — Благодарю. Ким делает глоток кофе и блаженно прикрывает глаза, это первое, что за целый день, к нему попало в желудок. День мучительно тянулся. Помимо этого, Тэхён не понимал, что делать дальше. Денег снимать квартиру не было, ему едва вот хватало растянуть хотя бы на еду. Недолго думая, он решает оставаться ночевать на работе. Под вечер, он просто лёг спать на диване в комнате отдыха. А охране и дела нет. Все привыкли, что если кто-то спит там, значит у него (в основном у Хосока) семейные проблемы. Что бывает нередко, Юнги довольно вспыльчивый. Засыпать на этом кожаном диванчике казалось раем. Только, что делать с одеждой, пока непонятно. Отец специально не дал ничего забрать, чтобы Ким прогнулся, но нет, он принципиальный, и докажет ему, что он справится. Даже если отцу это не надо, он докажет самому себе. — Тэхён? Что ты тут делаешь? Парень встаёт с кровати, пряча глаза под чёлкой, ему стыдно смотреть в глаза человеку, который помог ему устроиться в этот участок, но сегодня он подводил всех целый день. — Ким Сокджин… Я… — Ты выглядишь уставшим, что-то случилось? Почему ты не дома? — он подходит ближе, — Снова отец? Тэхён поникает, Сокджин хорошо знает его отца, поэтому близко они не общаются. Сокджин поддерживает Тэхёна в любых начинаниях, если бы мужчина был бы более эмпатичен, и открыт — вполне мог бы заменить ему отца. — Да. — Поехали, я тебя накормлю и дам выспаться. Потом найдём выход из твоей ситуации. Я не смогу спокойно спать, зная, что ты спишь тут. Утром Чонгука вызвали в кабинет. Сокджин стал часто его звать в последнее время, с появлением Кима, так что он не удивится, если и в этот раз по этой же причине. — Чонгук, ты давно у меня работаешь. Чон насторожился, сложив руки в замок за спиной. — Я сделал что-то не так? — Нет-нет, всё в порядке. Ты выполняешь свою работу великолепно, я рад. — начинает издалека, — Хочу сказать, что я тебе доверяю многое. — Вы к чему-то клоните? — Тэхёну сейчас негде спать. К себе я его забрать не могу, у меня жена, дети. Ты живёшь один, не мог бы ты приютить его ненадолго? Пока он не разберётся со своей ситуацией. Я повышу тебе зарплату, это же моя личная просьба. Чёрт, ну что угодно, только не это. Мало того, что он раздражал его на работе, теперь ещё и дома будет мозолить глаза. — Может, ему лучше в какой-то отель? — Это очень неудобно, Чонгук. Я был бы очень благодарен тебе, если ты будешь за ним пока-что присматривать, он мой младший. Я волнуюсь за него. — Он знает, что вы мне это предлагаете? Может, он и сам будет против. — Я поговорил с ним, он волновался, что будешь против ты. — Сокджин раскачивается в кресле, закинув ногу на ногу, — У вас какие-то недопонимания возникли? Чонгук, не желая копаться в их личных взаимоотношениях, тут же осёкся, невнятно пробубнел «нет». Никакого смысла в том, чтобы просить уволить Тэхёна, он не допускал ошибок (пока-что), и хотел бы Чон пожаловаться на вчерашнее состояние Кима, да вот только, видимо, дело не в том, что тот где-то гулял до поздна. Ему просто негде спать. Так что Сокджин не оценит. В кабинет постучали, и Сокджин разрешил войти. — Тэхён, ты как раз вовремя. — сдержанно улыбнувшись привествует мужчина, и смотрит за спину Чону. И Чонгук чувствует, как заходящий замер у входа немного замявшись, но всё же входит, сравнявшись с ним. — Доброе утро, господин комиссар. — кивает Ким, и Чон кивает в ответ. — Чонгук, что на счёт моей просьбы? — напоминает директор. — Я согласен. — нехотя соглашается, но и отказывать причин найти не может. — Благодарю, об остальном вы договоритесь сами. Они выходят из кабинета в тишине. Чон смотрит на младшего, сегодня он выглядит получше. Сменил одежду, синяки под глазами уже не так выделяются, и в глазах снова здоровый блеск. — Я… — Не говори ничего. — перебивает Чонгук, — Вечером поедешь со мной на машине. Сейчас время работы, приступай. Тэхён грузно кивает, а Чон уже скрылся в своём кабинете. Ближе к обеду поступил звонок, случилось ограбление ювелирного магазина. Чонгук собрал команду на место преступления, и кажется, если бы Тэхён не напомнил о своём существовании — его бы даже не взяли. Комиссар сидел спереди, сзади ехал Ким и рядом с ним Намджун. Намджун создавал впечатление максимально спокойного, серьёзного семьянина, на работе он рискует жизнью, сопротивляясь преступности, а дома обнимает детей и целует жену. Тэхён чувствовал себя не в своей тарелке, Намджун не игнорировал его, просто не начинал разговор, в этом не было смысла, а без смысла тот не болтает. Что не скажешь о Чонгуке, который точно просто не ставил Кима в счёт, показывая свою неприязнь всем видом. Когда они приехали на место преступления, Намджун наконец заговорил: — Ким Тэхён, пошли со мной. Он оборачивается на Чона с какой-то надеждой, который ведёт беседу с каким-то мужчиной, совершенно не заметив, что его подчинённого потащили в помещение. Намджун уже завёл его в ювелирный, всунув в руки фонарь. — Тэхён, найди мне улики. — он стал в стороне, показывая всем видом, что мешать не собирается, — Исследуй территорию до того, как сюда зайдут патрульные, я хочу видеть, на что ты способен, как думаешь? Ну, это лучше, чем Чонгук будет стоять над душой, вечно подгоняя и не дав нормально сообразить. Тэхён внимательно осмотрел территорию. Магазинчик небольшой, витрины разбиты, но половина из украшений осталась на месте, забрали не всё. Он ступает дальше, щёлкая стеклом под ботинками. Система охраны отключена, камеры, по всей видимости, не работают. Ким осматривался неторопясь, стараясь подметить все, что видит. — Что скажешь? — вдруг подаёт голос Намджун. Парень уже и забыл, что, вообще-то, тут не один. — Преступники зашли через окно, предварительно взломав систему охраны. Ограбление произошло ночью, хозяин магазина заметил только сейчас, когда приехал открываться. Намджун кивнул, сдвинув брови к переносице, — Думаешь, они достаточно умны, чтобы скрыться? Тэхён закусил губу, окинув ещё раз взглядом помещение, — Я не думаю, что это сделали профессионалы. Почерк очень неаккуратный, я почти на сто процентов уверен, что к концу вечера они уже будут сидеть в участке. Чонгук перебил их диалог, зайдя через дыру в окне. — Тэхён, я тебе разрешал уходить? Намджун выставил руку защищая парня, — Оставь, это я его позвал. Хотел посмотреть, как он работает. Я ещё сам не смотрел тут ничего, но то, что он сказал мне — вполне может быть именно так. Ким выдохнул. Но только про себя. Не хотелось показывать, какое напряжение вызывает сложившаяся ситуация. Если до этого у него было место, где он может спать, сейчас у него нет даже этого. Так что нужно постараться.