Я твоё пламя

- Триста один из вас пережили парапет и сегодня стали кадетами, — начал комендант Панчек с улыбкой, жестом указывая на собравшихся на поляне. — Прекрасная работа. Шестьдесят семь из них не справились. То, с какой лёгкостью комендант говорил это, заставляло холодные мурашки бежать по телу. Для него это всего лишь цифры на бумаге, а не живые люди. Живые люди у которых были причины пойти в квадрант всадников. Не важно спасались ли они от бедности или пытались найти применение своей жестокости. Внутри что-то сжимается от осознания того, что я могла стать одной из этих цифр. Могла из-за проклятого дождя и ветра. И могу стать в дальнейшем. Я слышу перешёптывание стоявших неподалёку девушек, среди которых вижу и Вайолет, и ту девчонку, которой она отдала обувь, — Тару, кажется. Удивительно, что они живы, учитывая, что обе не выглядят достаточно физически развитыми. Удача ли это? Не знаю. Да и знать не хочу. — Как сказано в Кодексе, теперь для вас начинается настоящее испытание! — прокричал Панчек, и его голос разнёсся по воздуху, словно яд впитываясь в кожу. — Вас будут испытывать те, кто старше, на вас будут охотиться ваши сверстники, и вами будут руководить ваши инстинкты. Если вы продержитесь до Молотьбы и вас выберут, вы станете всадниками. И вот тогда мы посмотрим, сколько из вас доживёт до выпуска. По статистике, до выпуска должна была дожить... примерно четверть, плюс-минус несколько человек.— Звучит чертовски привлекательно, так и веет позитивом, хотя меньшего от Басгиата ожидать не стоит. — Преподаватели будут вас учить, — пообещал Панчек, махнув рукой в сторону очереди профессоров, стоявших у дверей в академическое крыло. — Но только от вас зависит, насколько хорошо вы будете учиться. Он обводит толпу пустым взглядом и продолжает: — А теперь передаю слово командирам крыльев. И если хотите услышать самый ценный совет от меня, то вот он: не сдохните. Панчек ушёл с помоста вместе со своим заместителем, оставив там стоять лишь молодых всадников. Дальше нас начинают распределять по отрядам и секциям. Брюнетка со шрамами называет имена, и счастливчики обретают своё место в этом аду. Меня распределяют в четвёртое крыло, что меня не особо радует. Ведь командир крыла — Ксейдон Риорсон, человек, который готов содрать шкуру с меня и бедняжки Сорренгейл. Жизнь в Басгиате — то ещё дерьмо, а под командованием этого тирана станет дерьмом вдвойне. После окончательного распределения Ксейдон толкнул очень ободряющую речь, которую я прослушала. Ведь смысл всегда один: вы не особенные и сдохните совсем скоро. Мой взгляд всё время натыкался на высокого голубоглазого блондина, которого распределили в хвостатую секцию четвёртого крыла. Что-то в нём не давало мне покоя. Точнее, в его поступках, ведь сын полковника Майри наверняка должен желать смерти тем, кто связан с командованием. И его оправдание о том, что он «имеет слабость к рыжим», сбивает меня с толку. Уйдя глубоко в свои раздумья, я не сразу почувствовала, как воздух завибрировал. Подняв голову вверх, я увидела, как несколько драконов сели на край крепости. Огромные и величественные, они смотрели на всех с высоты. Их чешуя переливалась даже в эту ужасную погоду, а острые когти впились в края стены, обхватив её с двух сторон. Совсем рядом раздаётся крик. Страх — это естественная реакция на этих существ, которые в одно мгновение могут испепелить всех. Я неосознанно делаю шаг назад, а внутри меня начинает рождаться дрожь. Ничто не может подготовить тебя к этой встрече. В толпе я замечаю Лиама, который смотрит прямо на меня и качает головой. Это заставляет меня остановится. Я слышу новые крики, и кто-то выбегает из строя. В следующее мгновение пламя обжигает мне плечи. Я стискиваю зубы до боли, что, кажется, зубы раскрошатся в труху. Пальцы впиваются в ладони, оставляя глубокие отметины, но я стою твёрдо, когда мимо вновь проносится поток пламени. Когда этот кошмар заканчивается, я оборачиваюсь и вижу кучки пепла, которые подхватывает ветер. Драконы не приемлют трусости. Эти гордые существа признают лишь самых стойких и отбитых на голову. Тех, кто оседлает их и сможет дать бой. Ведь связь всадника и дракона невероятно прочная и сильная. Тому каждого в Наварре учат с рождения. «Дракон без своего всадника горюет. Всадник без своего дракона мёртв».