Вторая Чейнджлинго Эквестрийская война

Кантерлот. Нижний город Таверна была переполнена. Не праздником — шёпотом. — Ты слышал речь Торакса? — тихо спросила земная пони, помешивая остывший сидр. — Слышал, — ответил пегас в форме резерва. — И ответ Селестии тоже. Он опустил взгляд. — Она сказала… «допустимая угроза». Так же она говорила про драконов. Про зебр. Про всех, кто не вписывался. За соседним столом единорог резко поставил кружку. — Это война не за гармонию, — процедил он. — Это война за контроль. В таверне стало слишком тихо. Школа дружбы. Закрытое собрание Твайлайт Спаркл ходила из угла в угол. — Превентивная война не является элементом гармонии, — резко сказала она. — Ни в одной из старых доктрин! Рарити покачала головой: — Но Селестия никогда не ошибалась… правда? — Никогда не признавалась, — тихо ответила Флаттершай. — Это не одно и то же. Рэйнбоу Дэш ударила копытом по столу. — Я видела бомбардировку улья. Там были коконы. Это не «операция». Наступила пауза. — Если гармония требует молчать, — сказала Твайлайт, — то, возможно… мы что-то делаем не так. Лунный дворец. Ночь Луна стояла у карты. На ней вспыхивали точки — очаги протестов. — Они начинают задавать вопросы, — сказала она. Селестия не обернулась. — Вопросы — роскошь мирного времени. — Нет, сестра, — Луна повернулась к ней. — Вопросы — это начало выбора. Селестия медленно выдохнула. — Если Эквестрия усомнится… она развалится. — А если не усомнится, — тихо сказала Луна, — она превратится в империю. Молчание было тяжелее грома. Фронт. Эквестрийский лагерь Молодой солдат-пегас смотрел на приказ. «Зачистка сектора. Потери среди гражданских — допустимы» Он поднял голову к небу, где солнце светило слишком ярко. — Во имя гармонии… — прошептал он. И впервые не был уверен, что знает, что это значит. Рядом чей-то шёпот: — Если мы — свет… почему от нас так много тени? Эквестрия ещё не пала. Но она треснула. И каждая трещина начиналась с одного простого вопроса: «А что, если Торакс сказал правду?»