Магия - сила

Вечером того же дня, Кингсли трансгрессировал к дому Мари. Xоть Тонкс и доложила ему, что благополучно проводила Мари до входа в "Дырявый Котел", Кингсли хотел лично убедиться, что она в порядке. В последнее время они редко виделись. Начиная с октября и вплоть до самого Рождества у премьер-министра всегда очень насыщенный график и Кингсли с трудом мог выделить пару часов свободного времени в неделю. Зима в этом году пришла рано. Было только начало ноября, но большие пушистые хлопья, красиво кружась, уже медленно опускались на мерзлую землю. Кингсли сделал глубокий вдох, с удовольствием ощущая, как свежий морозный воздух наполняет легкие. Почти весь день он провел в душном помещении, допрашивая задержанных в Косом переулке волшебников и волшебниц, а ведь сегодня был его первый за долгое время полноценный выходной. Впрочем, в этом не было ничего нового. Работа мракоборцем всегда привносила в его жизнь элемент неожиданности. Стряхнув с себя снежные хлопья, Кингсли вошел в подъезд и, поднявшись на третий этаж, позвонил в звонок. Однако, ни после первого, ни после второго и даже третьего звонка, дверь так никто и не открыл. С чувством разочарования Кингсли спустился вниз, но едва его пальцы коснулись рукоятки ведущей на улицу двери, та распахнулась и он нос к носу столкнулся с Мари. От прогулки на свежем воздухе щеки ее раскраснелись, а в волосах запутались снежинки. Мари крепко прижимала к себе бумажный пакет из супермаркета. Тот сильно намок из-за налипшего снега и вот-вот развалится. - Вечерний шоппинг? - спросил Кингсли, забирая у нее пакет с продуктами. Мари кивнула. - Ты ко мне? - спросила она. - Нет, к Миссис Хиггс - сказал Кингсли и Мари улыбнулась. Вместе они поднялись на третий этаж и Мари, отперев дверь, впустила его внутрь. Кингсли включил свет и огляделся. С тех пор, как он был здесь в последний раз, кое-что изменилось. Повсюду были расставлены свечи. Они стояли на подоконниках, на кофейном столике и даже на книгах, которые то тут, то там были сложены небольшими стопками. В комнате было холодно, почти также, как на улице, и от теплого дыхания изо рта появлялось белое облачко пара. Щелкнул выключатель и свет потух. Это Мари погасила его, войдя в комнату. Она взмахнула палочкой и расставленные по комнате свечи разом зажглись. Кингсли усмехнулся. - Романтический ужин при свечах? Мне нравится ход твоих мыслей. - О да, - улыбнулась она, - что может быть романтичнее счетов за электричество! Кингсли нахмурился. Его лично последствия денежной реформы не коснулись. Министерство Магии сразу же проиндексировало мракоборцам жалование и качество его жизни не изменилось. Кингсли также официально состоял в штате магловского премьер-министра и получал зарплату госслужащего, однако Мари явно нуждалась в деньгах, экономя даже на самых необходимых вещах. Кингсли внимательно наблюдал, как она выкладывает на стол только что купленные продукты: десяток яиц, бутылку молока, завернутый в вощеную бумагу кусочек сливочного масла, багет и маленькую стеклянную баночку паштета. - Мари, тебе нужны деньги? - прямо спросил Кингсли. - Нет, с чего ты взял? - невозмутимо ответила она. - Шутишь? - Кингсли невесело усмехнулся, - В комнате холодно почти также, как на улице, везде расставлены свечи, а того, что ты купила не хватит даже на один прием пищи. - Ну...Я ем не так много, как ты - Мари улыбнулась, но Кингсли продолжал серьезно смотреть на нее. - Я могу одолжить... - Нет! - сразу же ответила Мари и, видимо, устыдившись собственной резкости, мягко добавила - ты и так много помогаешь мне, спасибо! Но денег я не возьму, это неправильно. Кингсли нахмурился. Он и сам понимал, что предлагая ей финансовую помощь, ставит Мари в щепетильное положение. Все-таки, если мужчина дает женщине деньги, это уже подразумевает между ними определённые отношения. - Как скажешь. - сказал он. - Не сердись - Мари легонько коснулась его руки. - Выпьешь? У меня еще остался огненный виски. - Не откажусь. Мари подала ему бокал. - Между прочим, я хотела поговорить с тобой - сказала она, убирая продукты в старенький гудящий холодильник. - М? - Кингсли удивленно приподнял бровь. - Как, по-твоему, я научусь сражаться, если ты постоянно меня опекаешь? - Опекаю? Мари кивнула. - Например сегодня, когда ты заставил Тонкс нянчиться со мной, словно я ни на что не годная неумеха! Она говорила непринужденным тоном, однако чувствовалось, что эта ситуация задевает ее. Тогда в Косом переулке, Кингсли было все равно заденет он чувства Мари или нет, единственное о чем он думал, так это о том, как вывести ее оттуда и как задержать приятелей Шанпайка. - Момент был неподходящий - сказал Кингсли. - Неподходящий? - Мари улыбнулась. - А разве подобные ситуации когда-нибудь происходят в подходящий момент. - Ты еще не готова - сказал Кингсли, - Да и, скажи на милость, как бы ты стала действовать? Стрелять заклятиями в доведенных до отчаяния людей? В стариков, в женщин? Он серьезно смотрел на нее. - Ну уж выбраться самостоятельно, я бы смогла - упрямо сказала Мари. - Хорошо - невозмутимо сказал Кингсли - В следующий раз, когда на нас нападут пожиратели смерти, я спокойно постою в сторонке и посмотрю, как ты сама справишься. Мари с сомнением глянула на него, но поняв, что он шутит, улыбнулась. Она взмахнула волшебной палочкой и нарезала багет на аккуратные ломтики, а маленький десертный нож, взмыв в воздух, начал размазывать паштет по хлебу тоненьким слоем. Но тут дверь с грохотом распахнулась и Мари, испуганно ойкнув, быстро поймала парящие в воздухе банку и нож и спрятала их у себя за спиной. На пороге в нелепом чепце и темном шерстяном платье стояла Миссис Хиггс - тощая, как жердь, хозяйка квартиры. - Мисс Мартен! - начала было она, но вдруг осеклась. Интимный полумрак комнаты и множество зажжённых свечей, казалось, лишили старушку дара речи. Однако она быстро оправилась и завопила пуще прежнего, - Это еще что такое, негодная вы девчонка?! Вы что же хотите устроить пожар?! Немедленно потушите свечи и включите свет! - Хорошо, Миссис Хиггс - поспешно сказала Мари. Удерживаемые в плену нож и баночка с паштетом так и норовили вырваться из ее рук. Миссис Хиггс подозрительно глянула на нее - подобная сговорчивость, очевидно, была в их взаимоотношениях редким явлением. Старуха еще больше убедилась в том, что от нее что-то скрывают и принялась взглядом обшаривать комнату. - Миссис Хиггс, Вы что-то хотели? - холодно напомнила ей Мари. - Хотела?...Да, я хотела сказать, чтобы вы даже не надеялись просрочить оплату комнаты в этом месяце - строго сказала она. Мари нахмурилась, а Миссис Хиггс тем временем продолжала беззастенчиво разглядывать ее личные вещи. - Я все вижу - говорила она. - Вы прикрутили батареи и не пользуетесь электричеством. У вас нет денег, милочка! Поэтому сразу предупреждаю отсрочки по оплате в этом месяце не ждите. Не внесете платеж в срок, я вышвырну вас отсюда вместе с вашими книжками и ухажерами! Она бросила на Кингсли презрительный взгляд. - И вам добрый вечер, Миссис Хиггс - любезно сказал он, приподнимая бокал с виски. - Добрый вечер! - фыркнула старуха, - Устроили тут не пойми что! И Миссис Хиггс ушла, громко хлопнув дверью. - Старая калоша! - с раздражением сказала Мари, отпуская на волю десертный ножик и баночку с паштетом, которые, как ни в чем не бывало, продолжили делать бутерброды. Мари же прошла к небольшому диванчику и устало опустилась на мягкие подушки, пряча лицо в ладонях. Кингсли подошел и сел рядом. - Слушай, принципиальность это, конечно, здорово... - начал он, - но что, если она тебя и правда выгонит? - Да ладно - устало отмахнулась Мари, - мне все равно придется переезжать в более дешевый район, если положение не изменится. По-хорошему, я бы уже переехала, но уж очень мне здесь нравится. - Мари, я... - А, ладно! Придумаю, что-нибудь - сказала она и Кингсли ни секунды не сомневался, что Мари нарочно перебила его. - Расскажи лучше, как все прошло? - попросила она, поудобнее устраиваясь в подушках. - Задержали всех нарушителей? - Да, Задержали около пятидесяти человек. - ответил Кингсли. - Те, кто не оказывал сопротивления при задержании, получили предупреждение и были отпущены. Остальных отправили в Азкабан. - Азкабан?! - Мари побледнела. - Да - Кингсли сухо кивнул, - по крайней мере до суда. Однако, сопротивление органам власти при аресте является отягчающим обстоятельством, поэтому они получат реальные сроки. - А Стэн Шанпайк? - спросила Мари. - Со Стэном сложнее, - сказал Кингсли - Он, по сути, спровоцировал беспорядки и напал на беззащитного старика, но по закону вина его не так велика, как у тех, кто начал стрелять в мракоборцев. Однако Робардс - он сейчас вместо Скримджера глава управления мракоборцев - настаивает на том, что Шанпайк работает на Волан-де-морта и его целью было дестабилизировать ситуацию в стране. - Стэн? Шпион Волан-де-морта? - Мари с сомнением приподняла бровь. Кингсли улыбнулся. - Чей-чей шпион? - переспросил он. - Волан-де..ой - она удивленно уставилась на него, прижав ладонь ко рту. - Ты впервые произнесла его имя вслух. Поздравляю. - И правда впервые... - Дамблдор сказал бы, что, победив страх перед именем, ты стала намного сильней и отважней. - с иронией сказал Кингсли. - Глупости - отмахнулась Мари, - это только потому, что ты здесь... Она замолчала, мгновенно сообразив, как двусмысленно это звучит. - Правда? - с легким намеком на самодовольство спросил Кингсли. Он откинулся назад и положил руку на спинку дивана. - Ну...ты же всегда зовешь Того-кого-нельзя-называть по имени, вот я и понабралась от тебя вредных привычек - выкрутилась она и Кингсли усмехнулся. - Так ты думаешь, Стэн действительно работает на Того-кого-нельзя-называть? - спросила Мари, отводя взгляд. - Не думаю. - ответил Кингсли. - Конечно, Стэн Шанпайк достаточно глуп и амбициозен, чтобы всерьез увлечься антимагловскими идеями. Но он и его шайка скорее фанатики. Хулиганство и разбой - вот все, на что они способны. К тому же, их выходка в Косом переулке явно спутала организаторам все карты, кем бы они не были. - Организаторы? Вы уже знаете, кто это? - спросила Мари. - Подозреваем. - Пий Толстоватый и НМПБ? - Возможно. - уклончиво ответил Кингсли. Мари понимающе посмотрела на него. - Я задаю слишком много вопросов? - догадалась она. - Нет, - просто ответил Кингсли. - но, ты же знаешь, я не могу разглашать информацию. - Извини. - Однако то, что беспорядки были спровоцированы выступлением Толстоватого сегодня на радио - не подлежит сомнению. - сказал Кингсли. - Знаешь, сегодня мне в голову пришла довольно абсурдная мысль... - задумчиво сказала Мари - Какая? - Что если с помощью НМПБ Тот-кого-нельзя называть пытается захватить власть официальным, законным путем? - А Толстоватый, следовательно - лишь пешка? - спросил Кингсли. Мари кивнула. - Просто, разве это не логично использовать все способы? - она продолжала развивать свою мысль. - У него есть Пожиратели смерти - другими словами некая террористическая организация и официальная партия. Фанатики вроде Шанпайка и прочие маргинальные элементы пополняют ряды террористов, а для людей посерьезнее, которые не могут открыто поддержать Волан-де-морта есть Пий Толстоватый, который представляет их интересы в Министерстве Магии. Кингсли задумался. В словах Мари определенно был смысл. По словам Дамблдора, Волан-де-морта власть интересует лишь, как инструмент достижения собственных целей. Его можно назвать идейным темным волшебником, который стремится познать глубины черной магии и он уж точно не собирается восседать в Министерстве Магии, подписывая законы и выпуская нормативные документы. А значит, ему нужен будет доверенный человек. - Конечно, это вовсе не значит, что у Толстоватого нет собственных интересов - продолжала Мари, - думаю, он совсем даже не против занять пост Министра после Скримджера. - Пий Толстоватый и деятельность НМПБ давно под наблюдением управления мракоборцев и лично Скримджера. - сказал Кингсли. - Ничего подозрительно замечено за ними не было. Поверь мне, когда за тобой ведется круглосуточная слежка, очень трудно скрыть свою связь с пожирателями смерти. Мари разочарованно сникла. - Но теория неплохая - похвалил Кингсли. Мари сидела полубоком, чтобы им было удобнее разговаривать и рука Кингсли, лежащая на спинке дивана слегка касалась ее плеча. Он смотрел в темные, как ночь, глаза Мари, и свет зажженных свечей отражался в них яркими искорками, словно звезды. Ее алые, чувственные губы были вызывающе приоткрыты. Они завлекали, манили, требовали и Кингсли почувствовал непреодолимое желание вновь ощутить их вкус. Он слегка подался вперед. Теперь они были совсем близко друг к другу. Он видел, как она смутилась, а на щеках вспыхнул горячий румянец, слышал, как бешено колотится сердце и чувствовал, как высоко вздымается грудь. - А как...как Аманда? - дрогнувшим голосом спросила Мари, не в силах отвести взгляд. - Кто? А, Аманда...у нас с ней ничего не получится. - сказал Кингсли, пристально глядя на нее и наклоняясь все ближе. - Почему? - прошептала Мари ему в самые губы. Она словно обратилась в живой комок нервов. Оба прекрасно понимали, что сейчас произойдет и Кингсли видел, как желание и страх борются внутри нее. - Думаю, ты сама знаешь, почему - серьезно сказал он и, когда судорожный вздох сорвался с губ Мари, Кингсли, поцеловал ее. Конечно, он уже целовал ее раньше. Почти год назад на Рождественском приеме в Министерстве Магии, но тогда все было по-другому. Тогда она была с Сириусом, да и сам поцелуй был необходимостью, не более чем маскировкой, хотя он так и не смог забыть манящий вкус ее губ. Теперь же эти губы принадлежали только ему. Мягкие и податливые, словно воск, они таяли под его натиском. Дыхание Мари стало частым, порывистым. Она тянулась к нему, словно ластившаяся кошка, и Кингсли крепче прижал ее к себе рукой. Вторая легла Мари на бедро и медленно скользнула вниз, туда, где начинался подол юбки. Мари вдруг затихла и замерла в его объятьях. - В чем дело? - спросил Кингсли и она медленно отстранилась от него. - Прости меня - сказала Мари и по ее щекам потекли слезы - Прости, но я не могу. Волосы ее растрепались, а горячие от поцелуев губы чуть подрагивали. Кингсли тяжело вздохнул. - Понимаю - сказал он и молча поднялся. - Я пойду. Оказавшись за дверью в темной прихожей, Кингсли сделал глубокий вдох. - Черт - выругался он сквозь зубы. Он чувствовал досаду и раздражение. Досаду на самого себя за то, что поторопил события и раздражение на Мари. Какого черта это было?! Она явно флиртовала, была более расслаблена и открыта, чем обычно, погладила его по руке и села на этот чертов диван, хотя никогда на нем не сидит. Все же было очевидно - алкоголь, свечи, они вдвоем, неужели она не понимала, чем все это закончится? Конечно, понимала. Мари действовала вполне осознанно. Возможно, впервые за долгое время она захотела дать им шанс, но когда он ее поцеловал, Мари просто почувствовала, что еще не готова. В таком случае, ни его, ни ее вины в этом нет. "Ладно, что сделано, то сделано" - подумал Кингсли. Однако вместо того, чтобы взять и уйти, он свернул направо и прошел по длинному темному коридору вглубь квартиры. Дверь в одну из комнат была приоткрыта и оттуда доносились звук работающего телевизора. Кингсли вежливо постучал. - Кто там? - раздраженно спросил старушечий голос. Он толкнул дверь и вошел внутрь. Миссис Хиггс сидела на старомодном диване перед телевизором и пила чай. - Чего тебе? - она удивленно уставилась на него. - Вот шестьсот фунтов. - сказал Кингсли, кладя на стол несколько хрустящих банкнот - квартплата за этот месяц и за следующий. - Я тебя даже не знаю, с чего мне брать твои деньги - подозрительно спросила Миссис Хиггс. Однако, Кингсли уже заметил у нее в глазах алчный блеск. - Вы меня знаете, Миссис Хиггс - убедительно сказал он. - Я регулярно появляюсь здесь последние пять месяцев. Но, если вам нужны мои документы - пожалуйста. Кингсли протянул ей карточку, которая волшебным образом обеспечивала ему пропуск куда угодно и где угодно. И нет, это не был какой-нибудь древний магический артефакт, а всего лишь обыкновенное удостоверение личного помощника премьер-министра. Миссис Хиггс дотошно изучала удостоверение, а затем вернула с непреклонным видом. - Подделка! Кингсли на секунду даже растерялся, но на его счастье по телевизору шел выпуск новостей. В кадре Джон Мейджор важно шагал по Букингемскому дворцу рядом с Королевой Англии, а следом, скромно держась в сторонке, шел он сам. - Вы уверены? - мягко спросил он у Миссис Хиггс, показывая ей на телевизор. Она некоторое время придирчиво сравнивала его реальную версию с телевизионной, а затем неохотно признала. - Ладно уж, не врешь. - Так мы договорились? - спросил Кингсли. Старуха взяла со стола деньги и, предварительно поплевав на пальцы, деловито пересчитала. - Договорились, - кивнула она, - но ей-то мне как это объяснять? - Придумаете что-нибудь. - убежденно сказал Кингсли - Англия в вас верит! - Одного я не пойму - сварливо бормотала Миссис Хиггс, аккуратно заворачивая деньги в носовой платок. - Вроде приличный человек, с самим премьер-министром работаешь, а все одно, ходишь и ходишь. Стыдно! Че ходить то, бери и женись. Кингсли улыбнулся. - Непременно, Миссис Хиггс - заверил он ее и, коротко кивнув на прощание, ушел.