Магия - сила

Мари шла по проселочной дороге. Легкий морозец лишь чуть прихватил влажную из-за недавнего дождя землю и каждый шаг сопровождался характерным чваканьем. Ноги увязали в грязи, а холодный ветер пронизывал до костей и Мари порадовалась, что решила надеть теплое пальто и резиновые сапоги. После смерти Сириуса Миссис Уизли регулярно приглашала Мари в гости, в Нору, выпить чая и поболтать. Часто компанию им составляла Тонкс и три женщины душевно беседовали, сидя на кухне, где уютно потрескивал огонь в камине. Вот и сегодня Молли неожиданно прислала Мари приглашение на чашечку чая. Дело было в том, что их с Артуром старший сын Билл привез на выходные к родителям свою невесту - красавицу Флер, но его срочно вызвали на работу в банк Григоттс. Миссис Уизли будущую невестку слегка недолюбливала и не хотела оставаться с той наедине. Мари приглашению очень обрадовалась. Ей давно хотелось познакомиться с Флер, о которой она была наслышана. Так как дом Уизли охранялся множеством сложных чар Мари пришлось трансгрессировать в соседнюю магловскую деревушку Оттери-Сент-Кэчпоул и оттуда добираться пешком по разбитой проселочной дороге. Однако, несмотря на холод и грязь, Мари была рада возможности прогуляться. Ей нужно было многое обдумать. Пару дней назад ее домохозяйка Миссис Хиггс сообщила, что уже получила от Мари квартплату за этот месяц и за следующий, чем немало удивила девушку. После настойчивых расспросов Миссис Хиггс недовольно проворчала, что об этом позаботились ее "друзья из правительства". Кто были эти самые "друзья" сомневаться не приходилось. "Я же просила его не вмешиваться!" - думала Мари со странной смесью досады и благодарности. Если бы не Кингсли, Миссис Хиггс давно бы вышвырнула ее на улицу. Но теперь Мари ломала голову над тем, как вернуть долг, а вернуть было необходимо. Она не могла позволить себе пользоваться добротой Кингсли. Тем более после того, что произошло в тот раз. "Тот раз..." Сердце Мари болезненно сжалось. Она знала, что поцелуй положит конец их странной дружбе, раз и навсегда проведет черту и все изменится. Мари страшилась этого, но в ту секунду, когда губы их встретились, она ничего не желала сильнее. Только гнетущее чувство вины и образ Сириуса, всплывшие в ее сознании, заставили Мари отстраниться от Кингсли. Размазывая по щекам слезы и злясь на саму себя, она молча смотрела, как он уходит. С того дня они не виделись. Прошла неделя, две и вот незаметно подкрался декабрь, а Кингсли все не появлялся и в глубине души Мари боялась, что все между ними все кончено. "Хотя - с горечью думала она, - разве может закончится то, что даже не начиналось?" Порой Мари ловила себя на том, что высматривает его в толпе министерских служащих, она надеялась, что они смогут поговорить и все уладить, но все эти недели Кингсли в Министерстве не появлялся, а адреса его Мари не знала. Она вообще мало, что он нем знала. Кингсли приходил и уходил и она понятия не имела, куда он отправляется, после того, как за ним закрывается дверь ее спальни. Да и что она может ему сказать? Внезапно Мари ощутила приятное покалывание во всем теле и ласковый теплый ветерок легко коснулся ее волос. Это могло означать только одно - она только что пересекла невидимый барьер, защищающий дом семейства Уизли от незваных гостей. Нора - неустойчивое, многоэтажное сооружение, словно собранное из кусочков разных форм и размеров приветливо дымила своими пятью трубами на горизонте. Все в этом доме, от разномастных окон до гостеприимной вывески "Добро пожаловать в Нору" висело криво, косо и держалось исключительно благодаря волшебству. По двору бродили куры, а наспех сколоченное крыльцо было завалено всякой всячиной, вроде глиняных горшков и старых котлов. Мари постучала в дверь и из-под груды дырявых котлов, выбежал садовый гном. Вереща и подпрыгивая, он шмыгнул в щель под крыльцом и был таков. Дверь распахнулась и на пороге появилась Молли в вязанном шерстяном джемпере. - Входи, дорогая - приветливо сказала она, пропуская Мари внутрь, - Мы тебя заждались. - Здравствуй, Молли - сказала Мари. - Извини, я шла пешком от Оттери-Сент-Кэчпоул, а из-за недавнего дождя дорогу к вам размыло. - Знаю. - Молли покачала головой - всегда так. Как дождь пройдет, так хоть из дому не выходи. Мари сняла пальто и направила волшебную палочку на сапоги. Те были по щиколотку испачканы серо-коричневой глиной. - Тергео! - сказала она и грязь тут же исчезла. Следом за Молли Мари прошла в гостиную, где уже были Тонкс и Флер. Они не разговаривали и даже не смотрели друг на друга. Тонкс с заплаканными глазами и красным носом сидела в кресле и смотрела на огонь в камине. Она выглядела даже более несчастной, чем обычно, и Мари с встревожилась. Не случилось ли чего с Люпином? Флер же была девушкой потрясающей красоты. С длинными серебристыми волосами, сияющей кожей и голубыми глазами, она походила на ангела и словно сошла с церковных витражей. Флер элегантно сидела на софе и с мечтательной улыбкой любовалась колечком на своем безымянном пальчике. Заметив Мари, она подскочила к ней и радостно защебетала: - Bonsoir, Mademoiselle Marten. Je suis très heureux de vous rencontrer. Tellement agréable de rencontrer quelqu'un qui parle français. - Ух ты...- Мари слегка опешила. Голос Флер звучал, как перезвон тысяч колокольчиков, - Спасибо Флер, я тоже очень рада с тобой познакомиться. Не хочу тебя разочаровывать, но я неважно говорю по-французски. - Pourquoi? - Флер нахмурила очаровательные бровки. - Видишь ли, в одиннадцать лет я уехала из дома и разговаривать на родном языке мне стало не с кем. - Ошень жаль - расстроилась Флер. - Я ошень скучать по Франция. Вы бывать во Франция? - Нет - с сожалением сказала Мари и Флер разочарованно вернулась на свое место. Мари села на софу рядом с Тонкс. - Привет, что случилось? Все хорошо? - встревоженно спросила она. - Я не знаю - сказала Тонкс и слезы выступили у нее на глазах. - Дамблдор ничего мне не рассказывает. Каждый день, я спрашиваю у него, нет ли от Римуса каких-нибудь новостей, но Дамблдор все твердит одно и то же! "Все хорошо, Нимфадора", "Римус в порядке, Нимфадора". - Я тысячу раз говорила тебе, дорогая, что если Дамблдор говорит, что беспокоиться не о чем, значит так и есть. - сказала Миссис Уизли, входя в комнату с подносом, на котором дымились чашки с горячем чаем и огромная тарелкой с ватрушками. Поставив все это на крохотный и перекособоченный кофейный столик, она сочувственно посмотрела на Тонкс. - Ну-ну, голубушка, не нужно плакать. - Конечно, - сказала Флер, не отрывая взгляда от колечка на пальце - Не надо плакать из-за мужчина, который бросил. Это унижать достоинство женщины. Миссис Уизли бросила на нее уничтожающий взгляд и Мари поспешила сменить тему. - Как у вас дела, Молли? - спросила она, - вы с Артуром не сильно пострадали из-за денежной реформы? - На удивление нет! - обрадовалась Миссис Уизли, - Артур получил повышение, да и Фред с Джорджем помогают. Дела в их магазинчике идут очень хорошо. К тому же у нас ведь собственное хозяйство и от цен на продукты мы зависим мало. - Везет, - Мари вздохнула., - а как Билл? - О, - воскликнула Флер и глаза ее влюблено заблестели, - Билл сейчас начальник отряда ликвидаторов заклятий в банк Гринготтс. Это ошень уважаемая и опасная работа. Вы ведь знаете, мадемуазель Мартен, мы с Биллом этим летом поженимся. - Да, конечно, Флер, я знаю. - Я ошень счастливая, что стану его женой. В красивом белом платье я пройду к алтарю под руку с дорогим pap'а и мои волосы будут украшены живыми цветами. Флер мечтательно вздохнула. - И самое главное я выйду замуж молодой, пока моя кр'асота не начать увядать. Тонкс и Мари мрачно переглянулись. - Довольно, милая - сказала Миссис Уизли, - Все это, конечно, очень интересно, но лучше сходи загони кур, пока они не померзли. Флер сморщила носик, но, тем не менее, послушно встала и вышла из комнаты. - Да, - загробным голосом протянула Тонкс, - по сравнению с ней, мы с тобой две старые девы. Мари фыркнула. - Перестань. - сказала она, - Тебе еще рано об этом задумываться. А вот мне пора бы. - Глупости, - сказала Миссис Уизли, - Старая дева - это не про возраст, а про состояние души. Взять хотя бы мою тетушку Мюриэль. Старухе 106 лет, ни семьи, ни детей, живет в свое удовольствие и флиртует с каждым встречным, кто моложе восьмидесяти. - Замечательная перспектива - мрачно вздохнула Тонкс и они рассмеялись. Вернулась Флер и еще пару раз настойчиво порывалась посвятить их в самые мельчайшие подробности грандиозной свадебной церемонии, которую она задумала в своем воображении. Тонкс и Мари здорово повесились, подкидывая Флер новые безумные идеи, а Миссис Уизли со вздохом восклицала "Павлины?! Ради бога, Флер, это же все стоит денег!" Раздался стук в дверь и Молли, сокрушаясь по поводу очередной идеи, которую Флер находила "charmante", ушла в прихожую. Через пару минут она вернулась и шепнула Мари на ухо: - Дорогая, пришел Кингсли. Говорит, ему нужно поговорить с тобой наедине. Он на кухне. - Кингсли? Мари вскочила стремительнее, чем сама от себя ожидала, и сердце радостно забилось в груди. Он здесь. Он пришел. Однако чем ближе она подходила к кухонной двери, тем сильнее волновалась. О чем он хочет поговорить? Почему пришел сюда, а не к ней домой? И самое главное, что она скажет ему? Мари медленно выдохнула и толкнула дверь. Кингсли стоял к ней спиной и смотрел в окно. На нем был его любимый кожаный плащ. На скрип двери Кингсли обернулся. Он был необычайно суров и серьезен. Мари еще не приходилось видеть его таким. - В чем дело? - испуганно спросила она. - Я ухожу. - просто сказал Кингсли. Он был в черном, боевом обмундировании мракоборцев с нагрудником, поглощающим оглушающие чары. На бедре походная сумка, а на плечах, под плащом кожаная портупея с кобурой для волшебной палочки. - Уходишь? - непонимающе переспросила Мари, - но куда? - Римус уже несколько недель не выходит на связь. Дамблдор считает, что его раскрыли и удерживают в плену, либо же убили. - О боже, - потрясенная, Мари опустилась на краешек стула. - бедная Тонкс... - Не стоит пока ей ничего говорить - сказал Кингсли и Мари понимающе кивнула. - Так значит, ты отправляешься его искать? - спросила она, поднимая на Кингсли глаза. Он кивнул. - В логово оборотней... - упавшим голосом сказала Мари. Кингсли снова кивнул. С минуту он странно смотрел на нее, будто хотел что-то сказать, затем сунул руку в карман и положил на стол маленькую пластиковую карту. - Вот, - сказал он, - это пропуск в центр мракоборцев. Ты должна продолжать тренировки, даже если... - Даже если что? - настороженно спросила Мари. На секунду ей показалось, что он сейчас скажет "если я не вернусь" и внутри у нее все похолодело. - Даже если меня нет в городе - спокойно закончил Кингсли. Они молча смотрели друг на друга. Прекрасно осознавая грозившую Кингсли опасность, Мари была растеряна и напугана. Она тревожно вглядывалась в его лицо, не зная что сказать. Наконец, Кингсли отвел взгляд и взялся за ручку двери, ведущей на задний двор. - Пока. - сказал он с легкой улыбкой и взгляд его темных взгляд на мгновение смягчился. Он шагнул через порог и тьма зимней ночи поглотила его. Прижимая к груди пропуск, Мари так сильно сжимала его в руках, что пластик больно впивался в кожу, но ей было все равно. Не сознавая, что делает, она бросилась следом. Все, о чем она думала - что Кингсли может не вернуться, и что она не хочет прощаться с ним вот так. Но задний дворик был уже пуст. Лишь редкие снежинки тихо опускались на влажную землю. "Он ушел" - подумала Мари и слезы потекли по ее щекам. Снегопад усилился и подул холодный северный ветер, а Мари все стояла и смотрела в темноту, туда, куда ушел Кингсли, пока Миссис Уизли не увела ее в дом.