Связь истинного дракона и слизи

ЧТО ОНА ДЕЛАЕТ?! Чёрт, чёрт, чёрт! Неужели она не понимала, что я намеренно держался от неё на расстоянии?! Я ПЫТАЛСЯ ИЗБЕЖАТЬ ТОЧНО ТАКОЙ ЖЕ СИТУАЦИИ! Вельзард подошла к краю горячего источника и опустилась в воду, откинувшись назад и расслабившись, но при этом продолжая прижимать меня к груди. Такое случалось не в первый раз. Шион часто делала то же самое. Но это? Это совсем другое! Она начала напевать незнакомую мне мелодию, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Я постепенно пришёл в себя и подчинился её желаниям. В этот момент я ощутил умиротворение и хотел, чтобы он длился вечно. Если бы я был в человеческом обличье и со мной был бы мой нос я бы, наверное, прямо сейчас умер от кровотечения из носа. Через несколько минут Вельзард перестал напевать и уставился в усыпанное звёздами ночное небо. «Здесь восхитительная атмосфера. Обычно я не люблю жару, но уже давно не чувствовала себя такой расслабленной, Римуру-кун», — тихо сказала она. «Я рад, что тебе понравилось. Когда я принял твою просьбу во время Вальпургиевой ночи, я сомневался, что Темпест будет соответствовать твоим стандартам», — честно ответил я. «Даже если бы Темпест сложилась иначе, я бы всё равно осталась. Я здесь в первую очередь для того, чтобы следить за твоим развитием и за тем, чтобы Вельдора-кун хорошо себя вёл. Всё остальное, с чем я здесь столкнулась, — это просто бонусы», — объяснила она с игривым блеском в глазах. «Я... я понимаю, тогда всё в порядке», — смущённо ответил я. Мы оставались в таком положении некоторое время, пока внезапно глаза Вельзард не начали светиться. Её голубые глаза стали ярко-жёлтыми, как мои. Я почувствовал исходящий от неё поток магической энергии, но, как ни странно, он успокаивал. «Эй, Римуру-кун, не мог бы ты выбрать звезду на небе?» — неожиданно спросила она. «А? Что вы имеете в виду, Вельзард-сан?» — растерянно ответил я. «Там, наверху, выбери любую звезду», — сказала она, указывая на небо. Я поднял голову и увидел тысячи звёзд, каждая из которых отличалась по цвету и размеру. Некоторые были яркими и большими, с голубыми или белыми оттенками, а другие — тусклыми и маленькими. Осмотрев небо, я заметил особенно большую и яркую голубую звезду, которая привлекла моё внимание. «Вот эту», — сказал я, указывая на него отростком слизи. Вельзард проследила за моим пальцем и кивнула. «Ну ладно. Смотри, Римуру-кун», — прошептала она, подняв руку к небу и раскрыв ладонь в приглашающем жесте. Я в недоумении наблюдал за тем, что она собиралась сделать. Затем, без предупреждения, она сжала руку в кулак. Мгновение ничего не происходило, но потом я стал свидетелем чего-то невероятного. Рука Вельзард начала ярко светиться, и поток магических частиц, исходивший от неё, усилился. Свет был таким ярким, что мне пришлось отвести взгляд. Через несколько секунд свет померк, и я повернулся к ночному небу, чувствуя, как колотится моё сердце от увиденного. Какого чёрта? Она что, использовала какую-то магию? Или она просто уничтожила всю чёртову звезду? Выбранная мной звезда просто исчезла с ночного неба! Как будто её никогда и не было. Велзард опустила руку на уровень моих глаз, и я увидел крошечную светящуюся массу. Она напоминала снежинку, хотя из-за яркости было трудно что-то разглядеть. «Ч-что вы сделали, Вельзард-сан? Куда делась звезда?» — спросил я с тревогой в голосе. «Я просто преобразовала энергию этой звезды в сжатую форму. Её тепловая и световая энергия превратились в этот объект. Я не уничтожила звезду, но ей потребуется много времени, чтобы снова появиться на небе», — объяснила она, пожав плечами, как будто это была обычная задача. Я думал, она уничтожила целую звезду! Хотя я бы не удивился, если бы она смогла. Её спокойное поведение и весёлый настрой почти заставили меня забыть, насколько она на самом деле устрашающая. «Э-это... впечатляет. У меня нет слов. Вы действительно невероятны, Вельзард-сан», — похвалил я её. Она хихикнула в ответ и нежно похлопала меня по руке. «Что вы будете с этим делать, Вельзард-сан?» — спросил я, не сводя глаз со светящегося предмета на её ладони. «Я хочу отдать это тебе. Поскольку у тебя есть подпространство, ты можешь хранить его там и использовать как источник магикулов, если тебе когда-нибудь понадобится восстановиться. Считайте это подарком», — серьёзно сказала она, и её нежная улыбка согрела моё сердце. «Ты... ты уверена?» — спросил я. Она кивнула, не переставая улыбаться. «Тогда ладно. Вельзевул», — произнёс я едва слышным шёпотом. По моему приказу объект окутал тёмно-фиолетовый саван. Не прошло и секунды, как он исчез. «Рафаэль-сенсей, сколько магикулов содержится в этой штуке?» {Объект содержит большое количество сгущенных магикулов. По приблизительным оценкам, этот объект вмещает примерно в десять раз больше магикулов, чем вы можете вместить сейчас. Как ранее объяснил Велзард, Мастер может использовать его для восстановления ваших магикулов, если они когда-нибудь закончатся.} ДЕСЯТЬ?! Это же смешно! Возможно, этого и следовало ожидать, учитывая, что всё это тепло и энергия исходят от звезды, которая, вероятно, находится на расстоянии десятков световых лет. Теперь у меня есть аккумулятор, который можно подзарядить в любой момент. «Начинайте анализировать объект, Рафаэль-сэнсэй. Я уверен, что мы сможем извлечь из него что-то интересное. Сомневаюсь, что у меня скоро закончатся магические кристаллы, но пока не тратьте их все. Они могут пригодиться позже». {Понял, господин.} «Значит, у тебя есть этот высший навык, Римуру-кун?» — внезапно спросила Вельзард с любопытством в голосе. Чёрт. Я оговорился. «Д-да... Вельзевул — один из моих самых полезных навыков», — ответил я, хоть и неохотно. Глаза Велзарда загорелись от любопытства. «Ара~ что ты имеешь в виду под «одним из»? Ты хочешь сказать, что у тебя их больше, Римуру-кун?» — настаивала она, и на её губах играла дразнящая улыбка. Чёрт! Я не хотел этого показывать. Казалось, что её взгляд проникает в самую суть меня. «Ну... наверное, можно и так сказать. Мне никогда не приходилось говорить о своих способностях, потому что никто никогда не спрашивал. Даже мои подчинённые не знают о них, и я предпочитаю держать эту информацию в секрете», — ответил я, стараясь сохранять видимость самообладания. «Это понятно. Но теперь, когда я спрашиваю тебя напрямую, что ты будешь делать?» — бросила она вызов, игриво сверкнув глазами. Меня охватила паника, когда я задумался над ответом. Единственным, кто хоть что-то знал о моих навыках, был Вельдора. Он упомянул, что о навыке, способном говорить, никто не слышал, так что Рафаэль была действительно уникальным случаем. Обычно я не делился такой информацией, но понял, что в этой ситуации нужно довериться. Это был деликатный разговор между союзниками. {Я рекомендую сделать торговое предложение, господин. В обмен на информацию о ваших навыках Велзард должна раскрыть подробности о своих. Предложение Рафаэля было интригующим. Этого и следовало ожидать от её беспринципной натуры. Если бы я мог проанализировать и воспроизвести [Остановку времени], это принесло бы мне большую пользу и расширило бы мои возможности. «Как и ожидалось от вас, партнёр! Спасибо!» {Не за что, господин.} «Эм... Я расскажу тебе о своих навыках, но взамен ты должна рассказать мне о своих», — предложил я, наблюдая за тем, как улыбка Велзарда становится шире. «Фуфуфу~ если ты хочешь получить это в замен, то нет проблем», — ответила она серьёзным тоном. Что ж, думаю, пути назад нет. «Видишь ли, у меня есть четыре высших навыка». Я сделал паузу, чтобы оценить её реакцию Глаза Велзард расширились от удивления. Если бы она сейчас что-то пила, то выплюнула бы всё. Она крепче обняла меня, притянула к себе и дразняще приблизила своё лицо к моему. Боже правый! Неужели это рай? — Ч-четыре?! — переспросила она, и в её голосе прозвучало изумление. «Да... [Повелитель чревоугодия, Вельзевул], [Повелитель мудрости, Рафаэль], [Повелитель клятв, Уриэль] и [Повелитель бурь, Вельдора].» — ответил я. «Т-это... настоящий арсенал. Два навыка из семи в серии «Добродетель», один из серии «Грех» и ещё один совершенно особенный...» — пробормотала она, явно ошеломлённая. «Ну а что насчёт вас, Вельзард-сан?» — спросил я. Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Выпрямившись, она заговорила. «Я обладаю Высшим навыком [Повелитель терпения, Гавриил]. Как и у Уриэля и Рафаэля, он относится к серии навыков «Добродетель». Благодаря этому Высшему навыку и своей природе Истинного Дракона я могу ненадолго останавливать время. Если вы хотите воспроизвести [Остановку времени], вам нужно будет овладеть дополнительными навыками [Управление временем] или [Повелительство пространством-временем].» — объяснила она. «Понял. Я это запомню», — ответил я, и она улыбнулась мне в ответ. «Теперь я рада, что решила переехать сюда. Я уверена, что в будущем ты совершишь ещё много интересных поступков, Римуру-кун», — сказала она, и её тон поднял настроение. Мы непринуждённо беседовали, пока не засиделись в горячем источнике до поздней ночи. Вельзард нежно обнимала меня, окутывая своим теплом. Я неохотно признался, что мне приятна её близость, к её большому удовольствию. Однако беззаботность исчезла с лица Велзарда, когда он погрузился в мрачные раздумья. «Что-то случилось, Вельзард-сан? Вы выглядите... обеспокоенной», — спросил я с ноткой беспокойства в голосе. Она вздохнула, устремив взгляд вдаль. «Ничего страшного, Римуру-кун. Просто... старые воспоминания», — прошептала она. «Но, похоже, они давят на тебя. Ты можешь поговорить об этом, если хочешь. Я здесь, чтобы выслушать», — мягко надавил я. Между нами повисла долгая тишина, нарушаемая лишь тихим плеском воды. Затем Вельзард заговорила — её голос был тихим, почти шёпотом. «Это о Вельдоре и Милим. О моих отношениях с ними, или, скорее, о моих неудачах в этих отношениях». Она сделала паузу, почти незаметно сжав меня в объятиях. «Мне часто приходилось наставлять Вельдору. Всякий раз, когда он выходил из себя, я отправляла его в небытие». Её тон стал тяжёлым, в нём слышалось болезненное осознание. «Оглядываясь назад, я понимаю, что его деструктивные наклонности проявились вскоре после смерти нашего старшего брата», — продолжила она. Когда она открылась мне, в моём несуществующем сердце вспыхнула глубокая боль. Вельдора, которого я знал, был шумным и игривым, но уж точно не жестоким. Но, узнав о его прошлом, я увидел его в новом, мрачном свете. Невинное веселье, которое он сейчас испытывал в Темпесте, омрачалось огромной болью, которую он, должно быть, пережил. Я не мог не испытывать к нему глубокую симпатию. Мысль о нём, таком молодом и потерянном в горе, была почти невыносимой. Я протянул руку и успокаивающе коснулся руки Велзард. «Мне очень жаль. Похоже, вам обоим пришлось через многое пройти», — прошептал я с тяжёлым от понимания сердцем. Она встретилась со мной взглядом, и в этот момент я увидел всю глубину её сожаления, бескрайний замёрзший пейзаж печали, отражённый в её голубых глазах. Одно болезненное осознание сменяло другое, как костяшки домино, и каждое было тяжелее предыдущего. Правда терзала её сердце. Она так и не смогла смириться со смертью старшего брата. Тяжесть его утраты давила на неё, как неумолимый зимний холод, постепенно подрывая её решимость. После его смерти она смирилась с одиночеством в Ледяном дворце. То, что когда-то было убежищем, постепенно превратилось в золотую клетку, где яркий внешний мир стёрся из её памяти. Она редко выходила из дворца и со временем стала чувствовать себя тенью самой себя прежней, становясь всё холоднее и всё дальше от тепла дружеских отношений. Когда она делилась своим самым глубоким сожалением, её голос дрожал и был едва слышен из-за пара. «Я... я... не была рядом с Милим», — призналась она, и в её глазах заблестели непролитые слёзы. Боль от этого признания пронзила воздух, словно острое лезвие. Её голос дрогнул, когда она рассказывала о трагедии, разрушившей её семью. «Её родители... погибли от рук жадных и глупых людей. Они не просто забрали её родителей. Они убили её дракона, последний подарок от отца. Всё это... сломило Милим. Она потеряла контроль, а меня не было рядом, чтобы утешить её». У Вельзард перехватило дыхание, а руки сжались в кулаки, когда на неё нахлынули воспоминания. Я мог только представлять, с какими ужасными разрушениями столкнулся мир. Вспышки опустошения, Милим, охваченная чистой, неподдельной яростью, уничтожающая всё на своём пути, целые цивилизации, обращённые в прах. «Гаю и Рамирис удалось её успокоить, но я всё ещё пряталась, слишком поглощённая своим горем», — прошептала она, и её голос дрогнул под невыносимым бременем печали. Осознав, что она в изоляции и сожалеет о случившемся, Вельзард тихо всхлипнула. Она отвернулась и закрыла лицо руками, наконец дав волю эмоциям. При виде неё в таком уязвимом состоянии у меня в груди что-то сжалось — я едва мог понять это чувство, ведь у меня не было физического сердца. Недолго думая, я вернулся в человеческую форму, придвинулся ближе и нежно обнял её. Её рыдания стали громче, и она уткнулась мне в грудь, выпуская все накопившиеся эмоции, которые так долго сдерживала. Я молчал, давая ей возможность выплакаться, пока она избавлялась от груза, который тяготил её долгие годы. Мы просидели так несколько минут, окутанные тишиной и уютом горячего источника, а пар окутывал нас, словно защитный покров. В конце концов Вельзард отстранилась. Её глаза были красными, но взгляд оставался мягким. Она умылась, и тихие всплески воды звучали как шёпот в ночи. Подняв глаза к небу, она глубоко вздохнула, а затем перевела взгляд на меня, и в её взгляде мелькнула нежная, хрупкая улыбка, пробившаяся сквозь остатки печали. «Мне жаль, что тебе пришлось увидеть меня такой, Римуру-кун», — сказала она лёгким, но всё ещё печальным голосом. «Не стоит, Вельзард-сан. Иногда полезно дать волю чувствам, понимаешь? Ты впервые открылась кому-то вот так?» — мягко спросила я, и сердце моё сжалось от боли за неё. Она кивнула, и на её щеках появился румянец смущения. «Я не буду притворяться, что знаю ответы на все твои вопросы. В конце концов, в душе я всего лишь человек, который перевоплотился в слизь». Я сделал паузу, пытаясь подобрать нужные слова. «Я не могу сравнивать свою короткую жизнь с долгим существованием Истинного Дракона. Однако тебе стоит поговорить с Милим и Велдорой и открыться им, как ты сделал со мной. Это может быть непросто, но я уверен, что они поймут и простят тебя», — искренне посоветовал я. Выражение её лица изменилось, в глазах мелькнула надежда, когда она обдумала мои слова. «Ты правда думаешь, что они меня простят?» — спросила она едва слышным шёпотом. «Если вы сможете поговорить друг с другом о своих чувствах и понять точку зрения друг друга, то, я думаю, у вас всё получится», — заверила я её. «Кроме того, я уверен, что Вельдора не испытывает к тебе ненависти. Он просто... почтительно тебя боится!» — пошутил я, пытаясь разрядить обстановку. Эта шутка вызвала у Велзард лёгкий смешок, заметно поднявший ей настроение. Она положила голову мне на плечо, и я почувствовал, как меня охватывает тепло — связь, возникшая благодаря общей уязвимости. «Ничего, если я это сделаю, Римуру-кун?» — спросила она, и в её глазах мелькнуло озорство. Я почувствовал, как к щекам прилила знакомая волна жара. «И-и всё п-прекрасно Вельзард-сан», — смущённо ответил я, чувствуя, как колотится моё сердце. «Спасибо за совет, Римуру-кун», — сказала она, не повышая голоса. «Фуфуфу~ кажется, наши роли поменялись местами. Я должна присматривать за тобой, а ты направляешь меня», — задумчиво произнесла она, и в её тоне прозвучала нотка благодарности. «Не нужно меня благодарить, Вельзард-сан. Вы и так мне очень помогаете, и я знаю, что вы и дальше будете поддерживать мой рост», — сказал я, стараясь не нагнетать обстановку. «Думаю, ты прав. И я решила поговорить с Вельдорой-куном завтра. Что касается Милим Я не уверена, что стоит без предупреждения появляться в её владениях». — пробормотала она, и в её голосе снова послышалась неуверенность. «Ах, да, насчёт этого. Милим часто наведывается в Темпест. Возможно, скоро у тебя появится шанс», — сказал я, увидев, как в её глазах вновь загорается надежда. «Приятно это слышать. В любом случае, уже поздно. Давай вернёмся к тебе домой. Ну, я полагаю, теперь это наш дом, раз уж я буду там жить», — поддразнила она, игриво улыбнувшись. «Да, мы уже достаточно здесь провели времени. Здесь приятно расслабиться, и это место идеально подходит», — ответила я. Теперь, когда она казалась более спокойной, у меня на душе стало легче. Когда мы вышли из воды, я быстро отвернулся, остро осознавая своё затруднительное положение. Она продолжала дразнить меня, и я едва не поддался метафорическому носовому кровотечению, когда она обняла меня сзади. Наши обнажённые тела соприкоснулись, и моё сердце снова забилось чаще. Мы быстро переоделись и отправились домой. Город был окутан нежной пеленой ночи. Атмосфера была умиротворяющей, нас окутывала безмятежная тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков и тихим эхом наших шагов. Мир вокруг казался спокойным, почти сказочным. Когда мы добрались до места назначения, я был очень доволен. В моём доме сделали ремонт. Теперь в нём было два этажа, и он стал просторнее, чем раньше. На первом этаже располагались гостиная, кухня и мини-библиотека, забитая мангой. На втором этаже были наши комнаты, каждая из которых отражала нашу индивидуальность. Когда мы вошли в дом, то увидели Вельдору, удобно устроившегося на диване в гостиной и погружённого в чтение «Дзюдзюцу Кайсен». Мягкий свет лампы для чтения освещал его лицо, отбрасывая игривые тени по всей комнате. «Эй, Вельдора! Мы вернулись!» — крикнул я, и на моём лице расплылась улыбка. Я вошёл в дом. «Добрый вечер, Вельдора-кун», — добавила Вельзард. Её тон был тёплым, но лёгким, а следы недавней грусти постепенно исчезали. «О, добрый вечер, вы двое», — рассеянно ответил он, снова переключив внимание на мангу. Я не смог сдержать вздоха, наблюдая за ним. Этот парень с трудом оторвался от своей манги, даже ради нас. Хотя я не могу его винить. «Дзюдзюцу Кайсен» затягивает с первых страниц. Ближе к ночи мы с Велзардом обменялись понимающими взглядами и вместе поднялись по лестнице. «Спокойной ночи, Римуру-кун», — тихо сказала она, когда мы добрались до вершины. «Спокойной ночи, Вельзард-сан», — ответила я, чувствуя тепло в груди, когда она направилась в свою комнату. Оказавшись в своей комнате, я выключил свет, и помещение погрузилось во тьму. Я запрыгнул на кровать и с наслаждением погрузился в знакомую мягкость простыней, морально истощённый вихрем событий этого дня. Я лежал на спине и смотрел в потолок, мысленно перебирая события прошедшего дня. Так много всего произошло за такой короткий срок. Во время Вальпургиевой ночи я обрёл способность перемещаться в [остановленном времени]. Это был подарок Рафаэля, который одновременно воодушевлял и пугал. Решение Вельзарда переехать в Темпест стало ещё одним переломным моментом. Я испытывал смесь восторга и нервного предвкушения. Я также узнал, что Диабло был Изначальным демоном, и это открытие подчеркнуло силу моих союзников. И, конечно же, Вельзард официально дебютировала в нашем королевстве. Этот момент наверняка войдёт в историю Темпеста. Перебирая в памяти события этого дня, я не могла сдержать улыбку при мысли о том, как мы гуляли по городу, смеялись, делились историями и в конце концов нашли утешение в горячих источниках. За время, проведённое там, произошло слишком много важных событий, и я знала, что эта ночь станет для меня драгоценным воспоминанием, краеугольным камнем в постоянно расширяющейся истории моей жизни. С этими мыслями в голове я активировал [Режим сна], чтобы успокоить разум и расслабить тело. Меня охватила усталость, и вскоре я погрузился в мирный сон. от первого лица После нескольких неспокойных дней дела в Темпесте постепенно возвращались в привычное русло. Пыль, поднявшаяся из-за хаоса, вызванного разрушительной демонстрацией силы Милим, начала оседать. Когда стало известно, что война официально окончена, торговцы начали осторожно возвращаться, привлечённые перспективой заработать в стране, пережившей конфликт. Приток ликантропов из Евразании, ищущих убежища после того, как их столица была разрушена, ещё больше оживил экономику. С появлением большего количества рабочей силы по всей территории стали появляться строительные проекты, вдохнувшие новую жизнь в Темпест. Тем не менее на фоне этого обновления и роста в одной конкретной семье нарастало напряжение. В тихих уголках их дома Вельзард пыталась справиться с тревогой, которая подспудно терзала её с того дня, как они потеряли старшего брата Вельданава. С помощью Римуру она наконец набралась смелости и подошла к Вельдоре, своей младшей сестре, чтобы поговорить с ней по душам. Это был шанс преодолеть пропасть, которая возникла между ними. Нервничая, но в то же время с нетерпением ожидая ответа, Вельдора принял её предложение. Его сердце бешено колотилось при мысли о том, что он наконец-то столкнётся лицом к лицу с запутанными чувствами, которые они оба испытывали. Вельзард, чувствуя тяжесть ожидания, установил звуконепроницаемый барьер вокруг их дома, чтобы их разговор остался конфиденциальным. В этом интимном пространстве воздух был наэлектризован невысказанными словами и необузданными эмоциями. — Вельзард-ни, — начал Вельдора неожиданно тихим голосом, что резко контрастировало с его обычной шумной манерой поведения. Он сделал глубокий, прерывистый вдох. «После смерти Велданавы... я не чувствовал ничего, кроме горя. Я стал... беспокойным. Из-за всего, из-за всех, но особенно... из-за людей». Он сжал кулаки так, что побелели костяшки. «Я... Я не знал, что с этим делать. Меня поглотила ярость. Я сорвался. Я уничтожил их государства. Я бездумно выплеснул своё разочарование». Его голос дрогнул от сожаления. Велзард слушала, и выражение её лица смягчалось по мере того, как говорила Велдора. Она протянула руку и нежно положила её ему на плечо скорее в знак утешения, чем в знак обвинения. — Вельдора-кун, — пробормотала она с неожиданной нежностью в голосе. «Я понимаю. Я тоже была убита горем». — Когда она это сказала, в её глазах отразилась глубокая печаль. «Но я никогда не хотела разрушать его творение. Его мир. Когда ты... когда ты бесновался, моё собственное горе, моя собственная ярость затуманили мой рассудок. Я видела твою боль, но я наказывала её. Я видела ребёнка, такого же, как я, который не мог справиться с невообразимым горем, и я... Я проклинала себя за это. За то, как я с тобой обращалась». За то, что я позволила своей боли проявиться в наказании тебя, моего младшего брата, который разделил со мной утрату. — Её голос дрожал, на глаза наконец навернулись слёзы, хотя она изо всех сил старалась их сдержать. Она не могла встретиться с ним взглядом, чувствуя тяжесть своего стыда. В этот момент уязвимости произошло нечто неожиданное. Вместо того чтобы отстраниться или затаить обиду, Вельдора придвинулся ближе и нежно заключил её в неожиданные объятия. Его крупное тело окутало её теплом, которого она не чувствовала тысячелетиями. «Я всегда боялся тебя, сестра», — признался он тихим голосом. Это было искреннее признание. «Но... Я никогда тебя не ненавидел. Никогда. Я понимаю, почему ты так поступила. Нам обоим было больно. Я... Я прощаю тебя, Вельзард-ни». Его слова были бальзамом для её израненного сердца, даря надежду на исцеление и примирение. Римуру наблюдал за их разговором издалека, и его сердце наполнялось надеждой. Хотя он не слышал, о чём они говорили, он чувствовал эмоциональную напряжённость их беседы и постепенное изменение их поведения. Он видел, как брат и сестра, казалось, нашли общий язык, и на его глазах происходило прекрасное примирение. Довольный, он поклялся помочь Велзард восстановить отношения с Милим, желая поддержать своих друзей в восстановлении связей, которые были разорваны горем и временем. От лица Римуру Чувак, я рад, что эти двое наконец-то поговорили по душам. Я беспокоился о том, как Вельзард и Вельдора уживутся в одном доме, но, похоже, они нашли общий язык. Теперь, когда они снова вместе, я уверен, что их ждёт только хорошее. Покончив с этим насущным делом, я телепортировался в Запечатанную пещеру — то самое место, где был заточен Вельдора, когда я впервые с ним встретился. На меня нахлынули воспоминания, и я почувствовал ностальгию. В последний раз я был здесь сразу после эволюции в Повелителя демонов, когда освободил Вельдору. Это место казалось странным образом неизменным, как будто само время остановилось в этих огромных стенах. Возможно, вам интересно, почему я сейчас здесь. Рафаэль недавно сделала поразительное открытие, анализируя предмет, который мне дал Вельзард. Она назвала его «Остатком ледяной звезды» и хотела проверить теорию, согласно которой можно высвободить десятую часть накопленной в нём энергии, но я хотел убедиться, что всё безопасно. Меньше всего мне хотелось причинить вред кому-то поблизости. Подняв ладонь, я призвал предмет, и его холодный свет ярко засиял в полумраке пещеры. Он был значительно меньше оригинала и обладал лишь десятой частью его силы. Тем не менее он пульсировал энергией, которая резонировала с моей собственной, и это было ощутимым напоминанием о его могуществе. «Рафаэль-сэнсэй, вы уверены, что это безопасно?» Я не мог скрыть своего беспокойства. {Положительно. Я много раз проводила расчёты и пришла к выводу, что этот осколок Ледяной звезды — ключ к дальнейшему развитию Мастера.} «Ты так и не объяснила, что это вообще такое». {Прошу прощения за это. Сейчас я всё объясню. Ближайшее сравнение, которое я могу привести, — это Семя Повелителя Демонов. Обладание Семенем Повелителя Демонов — это первое условие, которое необходимо выполнить, чтобы стать Истинным Повелителем Демонов. В этом аспекте Остаток похож на Семя. Главное отличие в том, что человек должен соответствовать двум особым условиям, чтобы стать совместимым с ним.} «Значит, это что-то вроде многоуровневой системы контроля качества? Чтобы стать совместимым с ней, я должен соответствовать определённым условиям. После этого я смогу претендовать на следующую эволюцию». {Это верно.} «Это кажется запутанным. Какие два условия? И выполнил ли я их оба?» Я почувствовал, как во мне нарастают надежда и предвкушение. {Первое условие требует, чтобы у человека был налажен «Коридор душ» с Истинным Драконом. Мастер уже выполнил это условие благодаря вашему «Коридору душ» с Вельдорой. Второе условие — невероятно высокие аналитические и вычислительные способности.} «Разве это не значит, что я уже выполнил оба условия?! » {Боюсь, что лишь отчасти. Изучив Звёздный остаток, я пришла к выводу, что моих аналитических и вычислительных способностей недостаточно для выполнения второго условия.} Повисла тишина, что было необычно для Рафаэля. {Прошу прощения за свою некомпетентность, господин.} — Ой! Не говори так, Рафаэль-сенсей! Твои аналитические и вычислительные способности не имеют себе равных! Вероятно, невозможно выполнить оба условия, ведь тебя ни в коем случае нельзя было назвать недостаточно хорошим. Я называю это полной чушью! Мысль о том, что Рафаэль может сомневаться в себе, была возмутительна. Я бы этого не потерпел. Моя непоколебимая вера в неё, казалось, проникала в самую душу, затрагивая её суть. {Это не совсем невозможно, поскольку мне удалось найти альтернативный способ добиться совместимости с ним. Вместо того чтобы усваивать весь фрагмент сразу, можно разделить его на десять равных частей, и тогда процесс станет возможным, хотя и гораздо более медленным.} «Серьёзно?! Ты не перестаёшь меня удивлять, напарник! Даже столкнувшись с невозможностью, ты находишь выход. Я искренне благодарен за то, что ты со мной!» {Я... благодарна вам за похвалу, господин.} Когда меня захлестнула волна ностальгии, я вспомнил об обещании, которое дал ранее. — Верно! Я кое-что вспомнил. Я обещал дать тебе имя, не так ли? {??????} Я собрался с мыслями, размышляя о том, какое имя ей дать. «Ты была со мной с тех пор, как я переродился в этом мире. Ты направляла меня на этом пути и помогала справляться с трудностями. Из всех, кто мне дорог, ты больше всех заслуживаешь имени, причём особенного». «С этого дня ты будешь известна как Сиэль, моя напарница и та, кто освещает мой путь, как небо над головой». В тот момент я почувствовал, как в моей душе что-то сильно изменилось. Меня захлестнула волна силы, ошеломляющая, но в то же время воодушевляющая, и я ощутил, как во мне зарождается новая сущность. Строго говоря, это была не новая сущность. Скорее, эго Рафаэля вышло за свои первоначальные границы и превратилось в нечто гораздо большее, наполненное искренними эмоциями и волей. Прилив энергии длился всего несколько секунд, но мне показалось, что прошла целая вечность. Когда ощущение прошло, я погрузился в глубины своей души, желая увидеть глубокие перемены, которые я только что инициировал. И вот она появилась, Сиэль, новое развитое эго, излучающее ауру божественности и мудрости, но теперь наполненное несомненным теплом. {Я — Сиэль, Манас, или ядро, объединяющее все Навыки. Я существую в душе моего господина, Римуру-сама, и с этого момента буду делать всё возможное, чтобы поддерживать тебя. Мне будет приятно работать с тобой.}