Секс в Мире Гарри Поттера

Воздух все еще звенел от недавнего ажиотажа, но теперь здесь царила тихая, торжествующая ночь. Седрик Диггори, всё ещё на взводе от адреналина, с широкой улыбкой не сводил глаз с Чжоу Чанг. Его команда только что одержала невероятно сложную победу над Гриффиндором, и этот успех был сладок, как ни один другой. — Я до сих пор не могу поверить, что мы поймали снитч прямо у них под носом, — восторженно произнес он, его голос все еще дрожал от волнения. Чжоу улыбнулась, ее темные глаза сияли гордостью и чем-то еще, более сокровенным и тайным. Она взяла его за руку, ее пальцы мягко переплелись с его. — Ты был великолепен,Седрик. Просто великолепен. И ты заслужил особую награду. Она повела его через пустынные школьные коридоры, их шаги эхом отдавались от каменных стен. Седрик, всё ещё окрыленный победой, следовал за ней, не задавая вопросов, доверяя ей безгранично. Они тихо пробрались в комнату Седрика. В уютной комнате, освещенной лишь лунным светом из высокого окна, царила тишина. Седрик обернулся к ней, чтобы что-то сказать, но слова застряли у него в городе. Чжоу, не сводя с него влажного взгляда, медленно, почти театрально, сбросила с плеч свое пальто. Он упал на стул с едва слышным шорохом. И Седрик замер. Под пальто на ней не было мантии и галстука. Только изысканное шелковое нижнее белье цвета слоновой кости, которое подчеркивало каждую линию ее изящного тела. Лунный свет играл на тонких бретельках и мягко ложился на ее кожу, делая ее похожей на мраморную статую. Она выглядела одновременно невинно и невероятно соблазнительно. — Чжоу… — прошептал он, и его голос звучал хрипло. Вся эйфория от победы мгновенно трансформировалась в нечто иное, более горячее и сконцентрированное, что пульсировало в его жилах. Она не сказала ни слова. С обольстительной улыбкой, которая сводила его с ума, она мягко толкнула его на его же кровать. Седрик, могучий ловец, поддался этому легкому нажиму без малейшего сопротивления, упав на спину и не отрывая от нее восхищенного взгляда. Чжоу опустилась на колени рядом с ним, наклонилась, и ее длинные черные волосы шелковой занавесью окружили их лица. — Весь стадион смотрел на тебя сегодня,герой», — прошептала она, ее губы почти касались его. Но эта награда… только для тебя одного. Ее поцелуй был сладким и влажным, пахнущим мятой и чем-то неуловимо экзотическим. В нем был вкус победы, гордости и обещания чего-то запретного и прекрасного. Седрик погрузил руки в ее волосы, отвечая на поцелуй с той же страстью, с которой всего час назад гнался за снитчем. Он хотел притянуть ее ближе, ощутить тепло всей ее кожи, но Чжоу мягко отстранилась. Ее темные глаза, теперь подернутые дымкой желания, поймали его взгляд, словно говоря: «Дай мне… Дай мне сделать это». Не сводя с него глаз, она грациозно переместилась, устроившись верхом на его бедрах, чувствуя, как напряжены мышцы его живота под ней. Ее пальцы, легкие и умелые, потянулись к пряжке его ремня. Металл отозвался тихим щелчком в тишине комнаты. Затем она принялась за пуговицу его брюк, и Седрик, затаив дыхание, лишь наблюдал, завороженный каждым ее движением. Он чувствовал, как горит его кожа под ее прикосновениями, как учащенно бьется сердце, готовое вырваться из груди. Медленно, словно растягивая наслаждение, она расстегнула молнию. Легким движением она стянула с него брюки и боксеры, освобождая его напряженное, горячее желание. Воздух коснулся его кожи прохладой, контрастируя с пылающим жаром внутри. Чжоу на мгновение задержала на нем взгляд, полный обожания и власти, затем ее пальцы мягко сомкнулись вокруг него. Седрик резко выдохнул, и его голова откинулась на подушку. Ее прикосновение было одновременно нежным и уверенным, заставляя его тело выгибаться навстречу. Она наклонилась ниже, и ее шелковистые волосы скользнули по его бедрам, вызывая мурашки. Ее теплое дыхание коснулось его кожи за мгновение до того, как ее губы, мягкие и влажные, сомкнулись вокруг него. Она двигалась медленно и методично, полностью контролируя ритм. Каждое движение ее языка и губ было тщательно выверенным, посвященным только ему и его удовольствию. В тишине комнаты было слышно лишь ее прерывистое дыхание и его сдавленные стоны, которые он пытался — и не мог — сдержать. Ее руки скользили по его животу и бедрам, усиливая ощущения, доводя его до грани безумия. Седрик снова запустил пальцы в ее волосы, не толкая и не направляя, а просто ощущая ее близость, пытаясь удержаться в реальности, которая медленно, но верно уплывала от него под натиском нахлынувшего наслаждения. Он видел лунный свет, играющий в ее черных волосах, чувствовал ее вкус и ее преданность — и это было самой головокружительной победой этого дня. Ощущение было всепоглощающим, оглушающим. Мир сузился до темноты за его закрытыми веками, до шелковистого прикосновения ее волос на его коже, до влажного тепла ее рта. Каждый нерв в его теле пел, кричал, молил о продолжении и в то же время умолял о пощаде. Волны удовольствия накатывали все выше и выше, угрожая снести все барьеры. — Чжоу… я не могу… — его голос сорвался на хриплый, бессвязный стон, больше похожий на мольбу. Но она не останавливалась. Ее движения стали чуть быстрее, настойчивее, словно она чувствовала его приближающуюся кульминацию и жаждала ее. Ее пальцы вцепились в его бедра, прижимая его к матрасу, не давая ему уйти глубже в объятия наслаждения. И тогда это накрыло его. Взрывная волна экстаза вырвалась из самых глубин его существа, сокрушительная и безудержная. Его тело напряглось в дуге, каждый мускул застыл в немом крике, прежде чем безвольно рухнуть на простыни. Грудь вздымалась, вырывая короткие, прерывистые вздохи. В ушах стоял звон, заглушающий все остальные звуки. Он лежал с закрытыми глазами, пытаясь вернуть себе дар речи, просто способность дышать ровно. Мир медленно возвращался в фокус. Первым, что он ощутил, было ее легкое прикосновение. Чжоу мягко вытерла его губы уголком простыни, ее движения были полны нежной заботы. Затем она прилегла рядом с ним, обвивая его руку своими и прижимаясь теплым бедром к его бедру. Она молча наблюдала за ним, и в ее темных глазах читалась смесь удовлетворения, нежности и легкой, торжествующей улыбки. Седрик наконец смог открыть глаза. Его взгляд встретился с ее взглядом, и в его сердце что-то ёкнуло — уже не от страсти, а от чего-то более глубокого и трепетного. — Это… — он попытался найти слова, но они казались слишком бледными, чтобы описать то, что только что произошло. — Это было… ты была невероятна. Он повернулся на бок, чтобы лицом ее, и дрожащей рукой отодвинул прядь волос с ее лица, заправив ее за ухо. Его пальцы задержались на ее щеке, ощущая исходящее от нее тепло. — Ты мой настоящий трофей, — прошептал он, и его голос снова обрел силу, но теперь она была мягкой, полной благоговения. — Самая желанная победа. Чжоу улыбнулась, и на ее щеках появились прелестные ямочки. Она повернулась к его ладони, оставив на ней легкий поцелуй. — Просто напоминание, — тихо сказала она, ее голос был низким и ласковым, — кто на самом деле заслуживает всей славы. Он рассмеялся, тихим, счастливым смехом, и потянул ее к себе, прижимая к своей груди. Она устроилась у него на плече, ее дыхание ровной теплой волной касалось его кожи. Адреналин от игры давно уступил место иному, более спокойному и устойчивому чувству — глубокой, всепоглощающей близости. За окном все так же светила луна, освещая две переплетенные фигуры на кровати. Седрик обнял ее крепче. Сегодня он выиграл матч. Но в эту минуту, чувствуя биение ее сердца в такт своему, он был уверен, что выиграл нечто бесконечно большее.