Burning fire

      Ким Тэхён спускался с отцом по дорожке, расположенной прямо по центру фамильной усадьбы Кимов, украшенной по случаю бракосочетания омеги. Фамильное жемчужное колье мешало дышать, казалось, что оно намертво сдавило шею, хотя нисколько не жало, Тэхён надевал его много раз, начиная со своего первого бала в 18. Физически задыхаться омега не мог, но почему так хотелось сорвать колье с себя и выкинуть подальше, прямо в толпу разодетых и расфуфыренных гостей?       Но... Это было бы недостойно для такого, как Ким Тэхён.       Омега был рыжеволосым, но не огненно-жгучим, а, скорее, золотисто-каштановым, сейчас его волосы были уложены в простую причёску. Для свадьбы она была немного строга, но Тэхёну очень шла. Он был одет в белый костюм, расшитый старинными кружевами, за открытым воротником которого виднелась аристократическая изящная шея с роскошным жемчужным ожерельем в три нитки, которое и доставляло ему сейчас дискомфорт. Весь облик омеги просто кричал о богатстве и старомодности, крайне неуместной для современного 25-летнего парня.       Сто лет назад Ким Тэхён считался бы редкостным красавцем, но для этого времени он был слишком изящным и нежным. Особенно привлекали глаза омеги: большие, янтарно-карие, с абсолютно непостижимым взглядом — иногда во время разговора собеседнику казалось, что Тэхён находится далеко, там, куда никому больше нельзя.       Тем временем на церемонию бракосочетания всё прибывали и прибывали гости, сплошь сливки высшего общества. Автомобили представительского класса заполонили и подъездную дорогу, и стоянку перед Кимбер-Хилл, фамильным имением Кимов. Особняк смотрелся так, будто существовал уже несколько столетий, однако ему не было ещё и 20 лет. Его построил в пригороде отец Тэхёна, Ким Намджун, после того как возглавил отцовскую компанию "КИМ Софтвер".       Гости, которые чинно расселись по рядам белых ажурных стульев, были практически похожи друг на друга, хотя различались своими полом и возрастом. Богатые, консервативные, привыкшие отдавать приказы. И среди них, на самом заднем ряду, сидел молодой, очень красивый омега, не вписывающийся в окружающую публику, разодетую в наряды от известных кутюрье. Младший брат жениха, Чимин, был одет в тёмно-бордовый дешёвый костюм с поношенным розовым боа на плечах и выглядел подозрительно на этом празднике жизни.       Торжественная музыка стихла. Ким Тэхён повернул голову в сторону Чимина и, столкнувшись с ним взглядом, заметил ехидную усмешку, исказившую пухлые губы брата. Но он с самого начала решил, что не позволит их старым разногласиям испортить свадьбу. Чимин ведь всё-таки пришёл, и это было даже больше, чем мог ожидать Тэхён.       Жемчужное колье опять напомнило о себе. Тэхён заставил себя отвернуться от Чимина и попытался сосредоточиться на красотах имения. Скульптуры и фонтаны придавали ему старинный вид, в тщательно продуманном порядке стояли вазы с живыми цветами, ветер мягко развевал гирлянды из белых лент — идеально, в точности так, как и задумывал Тэхён.       Он посмотрел на Ашера, который ждал его под белым навесом. Ашер Ри своим аристократичным видом напоминал альф со страниц журналов, рекламирующих элитное шотландское виски, и в свои 40 был одним из самых влиятельных людей в корпорации "КИМ Софтвер". Они считались идеальной парой, несмотря на большую разницу в возрасте, ведь у них было много общего: оба выросли в состоятельных семьях, оба учились в самых лучших частных школах, оба принадлежали высшему свету.       Колье на горле давило всё сильнее. Тэхёну послышался далёкий гул газонокосилки. Омега уже представлял, как будет недоволен отец, что он не догадался послать соседям, которые решили именно в этот день постричь лужайку, уведомление.       Тэхён подошёл к алтарю, и Ашер погладил его руку.       — Ты прекрасен, — прошептал альфа и улыбнулся.       Священник начал службу:       — Возлюбленные мои...       Омега знал, что, выходя замуж за Ашера, поступает правильно. Он всегда поступал правильно. Ашер его любит. Он зрелый, рассудительный, солидный альфа и будет идеальным мужем. Но где-то в глубине души парня сидела тоска и не давала покоя, давила и не отпускала.       — Кто выдаёт этого омегу замуж за этого альфу?       — Я! — суровые черты Ким Намджуна смягчила отцовская гордость, когда он вложил руку Тэхёна в руку Ашера. Мужчина отступил назад и занял своё место во втором ряду.       Рокот газонокосилки стал громче. Отец однозначно будет недоволен, омега должен был учесть все нюансы и предупредить соседей о предстоящем мероприятии, оно обязано было быть идеальным.       Тэхён передал букет свидетелю и осторожно потянулся к шее, просунул палец под колье и попытался ослабить его натяжение. Ашер внимательно слушал священника и ничего не заметил.       — Я, Ашер Ри, беру тебя, Ким Тэхён, в мужья...       На шум газонокосилки стали обращать внимание и гости. Ашер наморщил нос, словно учуял отвратительный запах. Тэхён по сторонам не смотрел, стоял спокойно, но в душе почему-то всё ныло и скреблось ощущение неправильности происходящего. И вдруг омега понял, что шум издаёт вовсе не газонокосилка. Он задержал дыхание, а с лица отлила вся кровь. Не может быть! Этот сумасшедший... Этого просто не может быть! Только не сегодня! Рокот становился всё громче, он огибал дом и приближался. Ашер повернулся на шум, а священник замолчал. Тэхён ощутил каплю пота, сбегавшую по груди.       Торжественную атмосферу поместья Кимбер-Хилл потряс оглушительный вульгарный рёв огромного мотоцикла марки "Харлей Дэвидсон". Мотоцикл рванул через идеальный газон и сбил статую Зевса. Водитель "Харлея" издал первобытный, дикий вопль, перекрывший шум двигателя :       — Тэ-Тэ!       Омега испуганно повернулся, сдавленно пискнув. Ким Намджун подскочил, опрокинув стул. Ашер, словно защищая, положил свою руку Тэхёну на запястье. Мотоцикл резко затормозил в конце прохода между рядами, где только недавно ступали ноги омеги, и подмял передним колесом белую ткань дорожки.       "Нет, нет, нет, нет, этого не может быть! Какой кошмар, боже мой!" — думал Тэхён, не веря своим глазам.       — Тэ-Тэ!       На альфе был чёрный кожаный пиджак и синие джинсы, обтягивающие бёдра. Тёмные живые глаза сканировали омегу, а ветер подхватил и разметал по лицу длинные, до плеч, волосы.       — Тэ-Тэ, детка, чё за дела? Ты забыл прислать мне приглашение? — прокричал он, перебивая рёв мотора.       Среди гостей начались перешёптывания, гневные и удивлённые, многие восхищённо наблюдали за разворачивающимся скандалом. Неужели этот человек — один из друзей Тэхёна? Неслыханно! Потрясающе! Невероятно! Один из тех, с кем развлекается Чимин, это ещё понятно, но чтобы Тэхён...       Свидетель рядом бормотал "Боже мой... Боже мой...", а омега вдруг понял, что вцепился в руку Ашера мёртвой хваткой. Он пытался что-то сказать, но слова не находились, только рука опять потянулась к колье, которое душило всё сильнее.       — Не делай этого, Тэ! — прокричал мотоциклист.       Намджун пытался пробраться через ряды ажурных стульев, но запутался в гирляндах. Тэхён ощутил такую тоску, которая перекрыла даже стыд перед гостями и унизительность случившегося. "Держись! — приказал он себе. — Держись, несмотря ни на что!"       Альфа на мотоцикле протянул ему руку:       — Иди ко мне, детка!       — Тэхён, — подал голос Ашер, — кто этот человек?       — Позовите полицию! — раздались крики среди гостей.       Мужчина на "Харлее" по-прежнему протягивал руку:       — Давай же, Тэ, запрыгивай, и поехали нахрен отсюда!       Фамильное колье наконец поддалось под пальцами Тэхёна, и наследственный жемчуг посыпался в траву. "И это — день моей свадьбы!" — мелькнула мысль. И вообще, как в день его бракосочетания могло произойти нечто столь пошлое и неприличное? Да его дедушка был бы убит горем!       Рука альфы рассекла воздух в презрительном жесте, указывая на толпу гостей:       — Ты собираешься всю свою жизнь потратить на скучные приёмы с коктейлями или поедешь со мной и поднимешь на ноги весь ёбаный мир?       Омега отошёл от Ашера и зажал уши ладонями — какой неподобающий жест для знающего, как себя правильно вести, Ким Тэхёна! Он прошептал:       — Убирайся! Я не желаю тебя слышать! Я не хочу...       — Пойдём со мной, милый, — сказал ему альфа вполголоса, — оставь всё это дерьмо и пойдём со мной! — глаза его горели, призывали и завораживали. — Садись на мотоцикл и поедем отсюда, солнце.       — Нет. Я никуда не поеду, — еле слышно выдавил омега. — Нет!       Альфа на "Харлее" был хулиган и бунтарь. Тэхён всю свою жизнь держал себя в ежовых рукавицах, не поддаваясь слабостям. Он всё делал как положено, соблюдал все правила, ни на шаг не отступая в сторону. Как же такое могло произойти? Почему его жизнь мгновенно вышла из-под контроля? За ним стоял Ашер Ри, с которым как за каменной стеной, который тоже следовал всем правилам и был его близнецом — альфой, неподвластным демонам. А перед ним, на "Харлее", сидел уличный, наглый, самоуверенный малый.       Тэхён резко отвернулся от обоих и посмотрел на брата, но увидел лишь застывшую гримасу удивления на его красивом лице. Чимин ему не поможет, он никогда не помогал, от него поддержки можно не ждать. Тэхён потянулся к шее, но колье там уже не было. Паника накрыла омегу с головой. Он увидел, что Намджун успел перебраться через ряды стульев, и с трудом взял себя в руки. У него есть лишь мгновение, чтобы что-то сделать, пока ситуацией не начал руководить отец.       Слева стоял Ашер Ри, обещая любовь, надёжность и благополучие. Справа, ничего не обещая, стоял мессия на мотоцикле. Ким Тэхён, тихо всхлипнув, выбрал свою судьбу.