В одной комнате

ТиДжей стоял неподвижно и смотрел на тело, к каждой части которого были подключены различные аппараты. Около рта была закреплена трубка, которая вентилировала лёгкие, в одну руку был вставлен катетер, в который из капельницы подавался физраствор, на груди датчики раз в минуту проверяли сердечный ритм. Все конечности были привязаны к металлическим вставкам по бокам больничной койки. Это было нужно для того, чтобы пациент, пришедший в сознание, не навредил себе, резко сдирая с себя все трубки и капельницы. «Но только когда ты придёшь в себя, Ен У?» С момента операции прошло три дня, и ТиДжей почти всё своё время находился рядом с больничной палатой, отлучаясь лишь по делам, связанным с бандой. Дверь осторожно скрипнула. На пороге комнаты появился Джозеф Ленди. В руках у него был один тюльпан в прозрачной целлофановой обёртке. Резко обернувшись на звук распахнутой двери, ТиДжей сначала не поверил в увиденное: он ожидал увидеть там лечащего врача или кого-то из медперсонала. Но точно не его. — Какого... Быстрым шагом подойдя к нему, он, как три дня назад, взял его за лацканы рубашки и вытолкал из палаты в коридор. — Кто тебя сюда вообще пустил?! Опять уронив парня на пол, ТиДжей быстрым шагом добрался до стойки ресепшена, где старшая медсестра курировала палаты пациентов на этаже. Три дня назад, сразу после операции, люди ТиДжея силой вывели Джо из больницы, предупредив того, что, явись он сюда ещё раз, у него начнутся проблемы. Но, по всей видимости, парня это едва остановило. — Послушайте, мисс, — он дождался, пока женщина лет сорока в медицинской униформе персикового цвета перестанет смотреть в монитор и обратит на него внимание, — я заплатил за лучшую палату в этой больнице не для того, чтобы все кому не лень устраивали там проходной двор. — Он старался говорить тихо, но агрессию в голосе от только что увиденного Джозефа Ленди было невозможно скрыть. — Почему вы пустили его? — он указал пальцем на поднимающегося с пола. — А как же этот документ?.. — несколько раз он щёлкнул пальцами и зажмурился в попытках вспомнить название. — Согласие на доступ к медицинской информации! Медсестра опешила от такого внезапного потока информации в свою сторону, но быстро вспомнила, что ей говорила коллега при передаче смены. «Видимо, это тот самый мужчина». — Послушайте, господин... — О Тэ Джун, можно просто ТиДжей. — ТиДжей, да, — она перебирала бумажную папку с именем Яна на обложке и номером палаты. Джо в это время встал с пола, отряхнулся и обратно зашёл в палату, чего не мог не заметить ТиДжей. «Да как он смеет!» — но сперва нужно было дождаться ответа от медперсонала. — Как вы верно подметили, мы не можем пускать в больницу, особенно в отделение интенсивной терапии, кого попало. На это есть определённые процедуры, предусмотренные во всей стране, да, в том числе доступ к медицинской тайне и к пациенту, если тот находится без сознания, — она не поднимала взгляда из папки, пересматривая каждую вложенную бумагу. — Так и на каком основании вы пустили того парня, а? Он ведь не родственник и не член семьи. — Да, вы правы, — чувствовался опыт работы с людьми. — Однако при последнем медицинском осмотре господин Ен У, по всей видимости, внёс некоторые корректировки в своё личное дело. — Этого не может... — он резко замолчал. На стойку, прямо перед лицом ТиДжея, был положен документ, внизу которого были написаны два имени: О Тэ Джун, Джозеф Ленди. Первая надпись была даже чуть подзатёрта, видимо, из-за времени, а на втором имени чернила словно не успели высохнуть — ярко-синяя паста ручки бережно перенесла на бумагу почерк Яна. Он бы узнал его из тысячи. «Это какая-то бессмыслица». — Тем более мистер Ленди приходил и вчера, — она убрала бумагу обратно в папку и, стукнув ей о поверхность стола, посмотрела на ТиДжея. — Очень обходительный молодой человек, — с улыбкой сказала она. ТиДжей резко посмотрел в сторону двери, за которой минуту назад скрылся Джо, и, оставив ресепшионистку в растерянности, пошёл обратно в палату. «Был здесь вчера? Он совсем страх потерял?» Распахнув дверь, он увидел, как Джо стоял около больничной койки Яна, разглядывая его. — Отойди, живо! — ТиДжей подбежал к нему и, взяв за шиворот, резко отвёл в сторону. — Отпусти! — Джо брыкался, поскольку не хотел быть уроненным третий раз за три дня, но силы были не равны. — Убирайся отсюда! Тебя не должно здесь быть! — разжав пальцы, Джозеф по инерции отлетел в дверь. — Ах… — зажмурившись, Джо почувствовал резкую боль в спине от удара о деревянную поверхность, — Не тебе это решать, ТиДжей, — Джо глубоко дышал и исподлобья смотрел на перекошенное от злости лицо. — Не мне решать? — он подошёл к парнишке в упор. — Это я привёз его сюда, пока ты валялся в приступе панической атаки и не мог даже за себя постоять. — ТиДжей смотрел в глаза Джо. — Это я заплатил лучшим врачам Нью-Йорка за операции. Джо не отводил взгляд — он хотел дождаться, пока другой договорит. — Это я оплатил самую комфортабельную палату в этой больнице, — он ещё раз толкнул Джо назад, чувствуя, что тот движется в его сторону. — Это я... — Это из-за тебя в Яна стреляли, — резко перебил его Джозеф, без страха шагая прямо на пятившегося назад ТиДжея. — Что... — Это из-за тебя он чуть не умер! – силы были не равны, но видеть, как ТиДжей слабеет с каждой минутой, доставляло ему удовольствие. — Если бы не банда, если бы не Джейми, пошедший за тобой, если бы ты просто оставил его в покое! — Джо переводил дыхание, потому что его речь почти перешла в крик. — Если бы ты отпустил его, позволил ему жить свою жизнь, он бы не был сейчас в коме! — Да как ты смеешь... — Это правда! — теперь Джо был тем, кто прижал ТиДжея к стенке и взял его за лацканы пиджака. — Ты ведь и сам это знаешь. Он резко отпустил его и пошёл в ванную. ТиДжей замер, и зрачки его глаз сузились, дыхание было быстрым, а рука непроизвольно сжалась в кулак. Он знал правду. Он знал, но не хотел её признавать. «Этот пацан...» Джо вышел из туалета с прозрачным стаканом, полным воды. Подойдя к тумбочке около койки, он взял тюльпан и сорвал с него прозрачную обёртку. — Без этого целлофана будет дольше стоять, — почти шёпотом сказал он себе, ставя срезанный цветок в воду. ТиДжей наблюдал неподвижно за действиями Джо, готовый в любую минуту подлететь и ударить того, если он приблизится к Яну ещё хоть на сантиметр. — Так-то лучше. Стакан был поставлен на белую матовую поверхность тумбочки около изголовья койки. Понимание, что любое неосторожное движение — и ТиДжей налетит с кулаками, заставило Джо просто остановиться и смотреть на Яна издалека. Бледное, безжизненное лицо в мелких ссадинах. Прозрачная трубка, которая через рот подаёт кислород в лёгкие. Диаграммы, отражённые на аппарате жизнеобеспечения, и пиканье, фиксирующее сердечный ритм — Джо уже видел всё это вчера, но внутри себя надеялся, что сегодня всё будет иначе. «Дурак». Он посмотрел на часы и взял с пола свой рюкзак. Второй же продолжал в безмолвии наблюдать за всеми действиями Джозефа. Проходя мимо, Джо остановился плечо к плечу около ТиДжея и сказал: — Я буду продолжать приходить сюда каждый день, пока Ян не придёт в себя. ТиДжей опешил от такой дерзости и повернул голову в сторону говорившего. — А когда он будет полностью здоров, мы уедем отсюда, как и планировали. — Ах ты… Замах рукой, но Джо успел увернуться, отойти в сторону и открыть дверь. С внешней стороны кипела жизнь, и Джо прекрасно знал, что на людях ТиДжей едва ли ему навредит. — До завтра. Их глаза встретились напоследок, после чего Джозеф закрыл дверь с обратной стороны. Под тихое пиканье пульсометра ТиДжей ещё несколько минут смотрел на дверь и переводил дыхание. — Осмелел... — нащупав телефон в кармане, он сел в кресло, стоящее в углу по диагонали от больничной койки. Набрав нужный номер и слушая гудки в динамике, ТиДжей смотрел на всё так же лежащего без сознания Яна. «Он даже от наших криков не проснулся». — Да, босс? — Чи Ун, — ТиДжей резко встал и подошёл к окну. — Найди двух или нескольких самых беспринципных ребят. Где-то внизу он заметил, как Джо покидал здание больницы, обходя людей в халатах и пациентов, удаляясь всё дальше. — Есть одно дело...