Перси Джексон и Наследие Триединой Богини

Перси казалось, что его распирает изнутри. То ли от злости, то ли жары, то ли от того и другого одновременного. Аннабет отдала ключи Салли, и ничего не сказала об этом Перси. И казалось бы, нет поводов чувствовать себя преданным, но именно это он ощущал, захлопывая за собой дверь третьего домика. Почему она не поделилась о случившемся с Перси? Почему не рассказала о ключах? Он, конечно, может не такой умный, как дочь Афины, но он  совершенно точно заслуживал доверия. Неужели она действительно думала, что он не справится? Или она до сих пор боялась, что он может потерять контроль? Перси снова подошел к фонтанчику. Вода била во всю, и он сжал бортики руками так крепко, как только мог. Он чувствовал едва заметное дрожание — то ли у него ноги тряслись, то ли пол. Поднимавшийся внутри жар распалял так, что ему трудно было это определить. Перси заставил себя сделать глубокий вдох,  пытаясь отвлечься, но это не помогало. Почему она не сказала ему о ключах? Почему отдала их Салли? С чего она решила, что это вообще безопасно? Вроде мелочь, но ему казалось, что все вокруг рушится. Мерное журчание воды выросло до рева океана в его голове. Перси попытался прислушаться к лагерю. Он точно помнил, что на улице ребята шумели, болтали и смеялись, но слышал он лишь завывание ветра и шипение огромных волн. Стук захлопнувшейся двери он не услышал, но холод — почувствовал. Перси сделал глубокий вдох. Казалось, воздух только стал приемлемой температуры, чтобы дышать. Жар внутри стал меньше. — Так, второй раз я это Туманом не скрою, — донесся до него знакомый голос. — Тебе надо успокоиться. Посмотри на меня. Прикосновение чужих рук вернуло его к реальности. Их холод притушил жар внутри, и Перси даже не сопротивлялся, когда Морс его приложил к стене. Чем ближе он был, тем легче было думать. — Вот, хорошо, — мягко проговорил Морс. — Стоять можешь? Морс ослабил хватку, Перси сполз по стене вниз. — Нет, — выдохнул юноша, устраиваясь на полу. В коротком ответе даже послышалась язвительность. — В целом, это я вижу, — заключил Морс. — Ладно, приходи в себя. Пойду проверю, на месте ли еще пляж. Он развернулся, чтобы уйти, но Перси вдруг потянулся вперед, хватая его за запястье. Крепко. Так, будто цеплялся за саму жизнь. Морс посмотрел на юношу сверху вниз. Одного вопросительного взгляда явно было недостаточно: Перси сидел с полузакрытыми глазами, пребывая все еще в своих кошмарах, и ему явно было не до переглядов. — Останься, — попросил он. — Поверь, я не тот бог, которому ты хочешь это сказать, — уверил его Морс. — Ты тот бог, который почему-то меня прикрывает и помогает мне, — возразил Перси. Хватку он так и не ослабил, а Морс молчал. — Мне легче, когда ты рядом. Не так...  жарко,  — объяснил юноша. Морс кивнул и сел рядом. Он не стал отнимать руку. Просто позволил ему держать — спокойно, без слов, будто этот жест не значил ничего. Но Перси чувствовал спасительный холод и хотел остаться рядом как можно дольше. Он не смотрел на Морса. Только вдыхал воздух — ровнее, глубже, возвращая себе контроль над реальностью и над собой. — Что это было? — наконец, спросил Перси. — Ночной шторм... это был я? Морс кивнул. — И дневной тоже. Удивительно, но Перси не стал сокрушаться по этому поводу. Он положил голову ему на плечо и закрыл глаза. Когда он оказался так близко к Морсу, происходящее вокруг будто сильно замедлилось. Буря внутри угомонилась, подчинившись чужому холоду, и время перестало иметь всякое значение. — Ну и прекрасно, — сказал Перси. — Видимо, я еще на что-то способен. Морс тихо усмехнулся и мягко ответил: — Если считать разрушения чем-то «способным», то ты определенно талант. — Спасибо, —буркнул Перси, не поднимая головы. — Всегда мечтал, чтобы моей суперспособностью были катастрофы по расписанию. — Ты ближе к правде, чем думаешь, — отозвался Морс. Он смотрел прямо перед собой, будто видел сквозь стену домика. — Твоя сила действительно становится опасней. И более непредсказуемой. И не контролируемой. И... — Я понял, — остановил его Перси. — Прекрати уже сыпать комплиментами. Смущаешь. Морс чуть повернул голову, и на мгновение они встретились взглядами. В глазах бога не было насмешки — только холодная, Перси б даже сказал, смертельная серьёзность. — Я тебя предупреждаю, — тихо сказал Морс. — Да я уж понял, что ты тут мне помогаешь, — отозвался Перси. — И это сбивает меня с толку. Мало кто из Олимпийцев пошел бы на это. Морс согласно кивнул. — Да, в Подземное Царство приходило много жалоб на тебя. У Арай есть целая полка под проклятия в твой адрес. Там только Арес чего нажелал... — А вот, кажется, и вторая моя суперспособность.   Морс кивнул. Перси снова положил свою голову ему на плечо. Жар внутри полностью остыл. Океан в его голове затих. Он снова обрел способность думать трезво, и это время надо было использовать, чтобы решить, что делать дальше. Итак. Аннабет скрыла от него, что отдала ключи Гекаты Салли. Хейзел отправлялась на их поиски. Перси не очень хотелось, чтобы они вышли на на его маму. Но мог ли еще кто-то устроить охоту на эти ключи? Что, если целый символ власти богини привлечет других монстров, и... Перси тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. — Мне нужно срочно вернуться в Нью-Йорк, — решил он. — Ты свой мозг либо переплавил, либо отморозил, — резюмировал Морс. — Потому что мне безопасней оставаться в лагере? Потому что здесь есть ты, кто мне поможет и прикроет. — Ну как минимум, — согласился Морс. — Но ты ведь можешь поехать со мной. — А ты не думал, что тебе дорого обойдется мое личное сопровождение? — А у тебя оплата почасовая? Глаза Морса потемнели и он поджал губы. — Я пожалею о том, что сказал, когда узнаю, кто ты, верно? — предположил Перси. — О да, — кивнул Морс. — Тогда давай скорее собираться в Нью-Йорк, пока этого не случилось, —  Перси почти было встал, но теперь Морс схватил его за руку, и юноша остался на месте. — Хорошо, но у меня есть условие, — темные глаза бога похолодели: — За пределами лагеря ты доверяешь мне и делаешь, что я скажу.