Colour

Мир, в котором у людей меняется цвет глаз и появляется тату на запястье в зависимости от того, что ты наиболее чувствуешь к человеку: будь то симпатия, ненависть или любовь. После девятнадцатилетия у каждого человека появлялась эта способность. Но вот практически все пытались скрыть свои чувства, одевая линзы или закрашивая тату тоналкой, и Ким Сынмин не был исключением. Всё дело в "Эмоциональном Доминанте". Наша суть не может показывать весь спектр чувств одновременно: глаза отражают только самое сильное, самое глубокое чувство, которое ты испытываешь. Татуировка же, появляющаяся на запястье, всегда соответствует этому доминантному чувству: она принимает определённый символ, соответствующий чувству, — имя человека, ставшего объектом этого самого сильного чувства. Человек может испытывать симпатию к пяти разным людям и при этом ненавидеть одного, но если эта ненависть эмоционально интенсивнее, чем симпатия, глаза примут цвет ненависти, а на запястье проявится татуировка с именем персоны, которую ты ненавидишь больше всего.

***

Минхо являлся капитаном бейсбольной команды, и для него было унижением подпустить к себе кого-то, а уж о любви он совсем не думал, ибо упадёт в глазах тиммейтов. И было всё хорошо, пока однажды, после столь долгого перерыва, к ним в команду не вернулся Ким Сынмин, кой ещё три месяца назад ушёл в рест из-за перелома руки на одном из матчей. И за эти три месяца парень совсем не появлялся в универе, поэтому Хо сильно удивился таким колоссальным изменениям во внешности, когда увидел его в раздевалке перед тренировкой. Волосы младшего стали намного темнее, чем раньше, при этом имея несколько фиолетовых прядей. У Сынмина так же больше не было этих дурацких брекетов, как ранее считал Минхо, но вместо них появилась нахальная улыбка. Сам же стиль юноши изменился куда в лучшую сторону, и что даже удивило Ли, так это то, что у брюнета появился парень, и не просто какой-то там зубрила, а сам один из лучших игроков футбольной команды — Хван Хёнджин. — Йоу, Сынмин, — позвал один из парней. — Слышал, что ты начал встречаться с Хван Хёнджином! — похлопал его по плечу. — Не думал, что ты начнёшь с кем-то встречаться. — Ник, будь любезен и отвали от меня. — кудрявый аж побледнел от столь резких слов Кима, ибо ещё раньше он не был настолько грубым. — Эй, Ким Сынмин. — уже повысил голос Минхо, кой стоял в метрах от них. — Не разбрасывайся здесь своими грязными словечками! Брюнет поднял биту, а затем бросил недовольный взгляд на капитана и направился на поле. Давно он уже так не играл, ибо перелом перекрыл ему путь к этому на целых три месяца. Сынмин начал битой отбивать бейсбольный мяч, чтобы привыкнуть к делу, которое он забросил. Но Минхо было забавно наблюдать за действиями Сынмина: казалось бы, тот поменялся и повзрослел, но в то же время он был всё ещё той занозой. Сделав разминку и пробежав два круга, игроки стали на свои позиции. Ким крепко сжал свою деревянную биту, готовясь к встрече с бейсбольным мячом. Подача, и первый удар провален. Хо свёл брови к переносице, ибо этот тип никогда не проваливал удары, а мгновенно отбивал мяч. Джейсон вновь стал на свою позицию и принялся подавать мяч Сынмину, который ещё раз пропустил подачу. И тут Ли немного напрягся. Почему этот отбитый на всю голову и правую руку не может отбить самый обычный бейсбольный мяч? Осталась последняя подача для Сынмина, и если он отобьёт бейсбольный мяч, тогда вот она — звезда. Нет — свободное место на бенче запасных. Удар, и промах. Раздражённый, Ким крепко сжал биту в своей руке, а после увидел на себе недовольный взгляд Минхо. — Ты какого хрена так плохо мяч отбиваешь? — шипел старший, в то время как Сынмин пропустил всё мимо ушей и направился на скамейку к остальным. Игра продолжалась, но не для брюнета. Он всё так же сидел в запасных, ожидая своей очереди, и каждый раз ловил на себе этот дерьмовый взгляд капитана. Уже после окончания небольшой игры все парни вернулись обратно в раздевалку. Открыв свой шкафчик, Ким достал коробочку от линз, а затем подошёл к раковине, над которой находилось зеркало, чтобы снять линзы, из-за которых он так паршиво пропустил все свои подачи; ибо в них он был как тот слепой. Парень накинул на себя ветровку, ведь с такими его играми много не вспотеешь, и направился к себе в общежитие. По дороге туда он в уме "гавкал" и рычал на своего ужасного капитана по команде. И если он за три месяца и поменялся, то Ли Минхо — нет. Старший остался всё тем же пофигистичным ублюдком, которому лишь бы победы да флирт со всеми. Ким громко открыл дверь в свою квартиру, и тут же увидел своего друга Джисона, который словно белка сидел за кухонной столешницей и набивал рот жирными чипсами. Сынмин выглядел раздосадованным, и Хан это заметил. Но вдруг его взгляд упал на глаза Кима. И они были красными? — Эм, Сынмин, — прокашлялся. — Твои глаза... они красные. — Что? — Только не говори, что ты расстался с Хёнджином! — мгновенно запаниковал. Брюнет поднял рукав своей ветровки и увидел изящно вырисованное, но такое уродское имя его капитана на правом запястье. И чёрт, неужели его ненависть настолько сильна, что сумела даже перекрыть столь глубокие влюблённые чувства к Хвану?

***

— Йа! Этот пучеглазик даже нормально биту в руках не может держать! — истерил Минхо, бродя по квартире. И, бедный его напарник Бан Чан, кой уже не первый раз выслушивает проклятия в сторону игроков своей команды. — Он ещё и остальным хамил! — Эй, успокойся ты уже, — не выдержал он, оставив цокот за последним словом. — Если он тебе не нравится как игрок, тогда просто отстрани его. — Вах! Ты гений! — аж засветился. — Как же я люблю тебя, Чан-и! На следующий день Минхо вместе со своим другом устроились на последнем ряду в аудитории, ибо именно здесь они могли спокойно и без шёпота общаться. И, чёрт, как на зло, перед его лицом покрасовался сам Сынмин. Тот же вместе со своим влюблённым парнем и другом сел прямо перед Хо. А левый глаз старшего аж дёргаться начал от такого зрелища. Чан, будучи тем самым другом-психологом, моментально увидел, как Ли сильно стиснул зубы, так что мускулы на лице заходили ходуном, и ещё эти загоревшиеся глаза. Этого паренька действительно можно было легко выбесить, даже не посмотрев на него. Но даже его ненависть не была столь сильной, как у Кима: ибо у Минхо обычные карие глаза и нет никакой татуировки. После очередных лекций юноши снова встретились в раздевалке, собираясь идти на разминку, а затем и играть. И в этот раз Сынмин уже решил снять линзы, ибо с такими темпами он будет вечность сидеть в запасных. Парень опустил макушку, чтобы никто не увидел цвет его глаз, ведь тут же последовали бы вопросы. Он взял биту в руку и направился на выход. На улице было жарко. Солнце в Чикаго греет словно на Марсе. Брюнет сел на лавочку, пока остальные ещё были в помещении, и на долю секунды немного расслабился, закрыв свои глаза. Внезапно рядом с ним кто-то плюхнулся, и он открыл зенки. Увидев перед собой Минхо, младший раздражённо закатил зеницы. — Хэй, если и сегодня будешь играть как инвалид, тогда тебя быстро заменят. Понимаешь, о чём я? — Да. — прошипел. — И... — протянул. — Что с твоими глазами? — Ничего обычного. — он немного оттолкнул того и поднялся со скамейки. — Отвали. Сынмин поднял с земли биту и направился к своей позиции. И с каких это пор Ли Минхо, будучи всего лишь капитаном его команды, начал решать судьбу Кима? А это раздражало брюнета, очень раздражало. Хотелось этой битой зарядить не по бейсбольному мячу, а по самому прекрасному фейсу Минхо. И так смачно врезать, чтобы тот своё имя даже не вспомнил. Мечты — мечтами, пока парень не услышал громкое "Йа!", и перед собой он увидел никого иного, как самого капитана, кой собирался бросать мяч младшему. И как только Ли готовился кинуть мяч, Сынмин краем глаза увидел своего парня на бенче. А тот так сидел, ещё и эта его растянутая, как у ласки, улыбка! Темноволосый действительно не осознал, как его тело болезненно расположилось на сухой земле, а рядом с головой лежал бейсбольный мяч. Перед глазами были размытые лица игроков и далёкое: "Сынмин, ты меня слышишь?" И, быть может, Минхо был прав насчёт того, что брюнет играет словно инвалид, ибо сейчас лежит на земле и не может даже толком разглядеть лица своих напарников. И всё же кто-то поднял его довольно-таки хрупкое тельце, а позже отнёс и в его квартирку, которая находилась в общежитии. Уже там, спустя час, Ким еле как открыл свои глаза, а после схватился за голову, которая так и раскалывалась. — Держи, — не посмотрев на своего спасителя, Сынмин приложил лёд к больному месту, но позже его словно током ударило, и он осознал, кто возле него сейчас сидит. — Ты чего это здесь сидишь?! — вскипятился он, сразу приняв сидячее положение. — Просто по сравнению с твоим парнем, я не растерялся и не испугался, поэтому взял всё на себя и отнёс тебя сюда. — говорил тот. — Погоди, а что насчёт Хёнджина? — немного успокоился. — Когда ты упал, твой бойфренд, если так можно сказать, испугался и просто убежал, — молчание, а после последовало возмущение. — Он всегда так реагирует? — Да.. — тяжкий вздох.