Seven minutes in heaven

Самое глупое, и самое подростковое, что можно было сделать на вечеринке, это начать играть в «семь минут в раю». Гриффиндорская башня выла и тряслась, празднуя очередную победу в квиддиче. Повсюду были разбросаны конфетти и бокалы с пуншем заполонили не только все ровные поверхности, но и воздушное пространство. Из нескольких углов доносилась маггловская музыка, идеально подходящая для этого вечера. Всем было весело. Вполне возможно, часть веселящихся была обязана Джеймсу Поттеру своим настроением, за особенно крепкий пунш. Звуки были притуплены от опьянения, и в теле чувствовалось приятное расслабляющее тепло, исходящее от живота. — И чья это была идиотская идея? — Лили прижалась к подлокотнику кресла, дописывая своё имя на обрывке пергамента. — Угадай, — ухмыльнулся Римус, кидая своё имя в яркую шляпу болельщика. — Ну разумеется, это был Поттер, — она сморщила нос, делая вид, что раздражена, но Римус знал, что это совсем не так. — Но ты согласилась. — У меня есть причина, чтобы согласиться на это. Так же, как и у тебя. В ответ Люпин лишь весело хмыкнул, поднося к губам вновь наполненный бокал. Среди танцующих счастливых лиц он нашёл «причину» Лили. Джеймс что-то активно объяснял Мэри, размахивая руками. — У вас уже был секс? — внезапный вопрос Лили встал поперёк горла, и Римус постучал кулаком по груди, чтобы откашляться. Она сидела с невозмутимым видом, подперев подбородок рукой. Такие подколы были в порядке вещей, просто Римус немного отвлёкся и не был готов принять удар именно сейчас. — Что? У кого был секс? — внезапно появившийся рядом Сириус полностью оправдывал звание главной сплетницы Гриффиндора, которое ему дала Мэри. — У Римуса. — Лунатик, у тебя был секс и ты мне ничего не рассказал? — он наигранно вскинул острые брови в возмущении. Последний год эти серые глаза прожигали дыру в области сердца. Каждый раз, когда удавалось в них заглянуть, хотелось остаться там. — Да, и даже не пригласил тебя присоединиться, — подыграл ему Римус. Это всё, что ему оставалось. — Ну, это уже удар ниже пояса. Такое предательство не прощают. Их переглядки прервал громкий голос Джеймса: — Ну что, все записали свои имена? Мы начинаем! Подходите все сюда! Толпа людей собралась возле камина и (почти) внимательно слушала правила, которые объяснял Джеймс. До Римуса доносились лишь обрывки фраз: «Что шкаф будет с заглушающим заклинанием… что обе стороны должны быть согласны… что есть стоп-слово». Римус всё это пропускал мимо ушей — всё его внимание было приковано к Сириусу, который стоял рядом, прижавшись к нему плечом. Но этого соприкосновения катастрофически не хватало. Хотелось прижаться ещё больше, быть ещё ближе, вдыхать запах алкоголя и чувствовать его дыхание. — Доркас и Марлен! — Джеймс прочитал выпавшие имена под всеобщее улюлюканье. — А результаты точно не сфальсифицированы? — Сириус ухмыльнулся, поворачивая голову к Римусу. Взгляд скользнул по шрамам и остановился на карих глазах. — Подозреваешь, что тут замешана какая-то магия? — Боюсь, что именно так. Это становилось чем-то невыносимым. Чем больше он смотрел на Сириуса, тем ближе ему хотелось быть, и тело пробивало мелкой дрожью. Хотелось дотронуться до его волос, поправить выбившуюся чёрную прядку, невзначай коснувшись бледной щеки. — Так и чем мы будем заниматься целых семь минут? — Сириус со свойственной ему элегантностью взял бокал Римуса и отпил из него, не прерывая зрительный контакт. — Я… — У нас есть карты, — Лили потрясла потрёпанной колодой карт, обращая на себя внимание. — У кого-то ещё были плюй-камни, так что… — О нет, я, пожалуй, предпочту карты. Римус? — Да, карты супер. Семь минут прошли довольно быстро, народ разбился на группки, и никому не было скучно, даже тем, кто просто болтал. И вот под яркий взрыв аплодисментов из шкафа вышли слегка покрасневшие и немного растрёпанные Доркас и Марлен. В их глазах искрилась радость, а с лиц не сходили улыбки. Они явно наслаждались обществом друг друга. — Это точно фальсификация, — пробормотал Блэк. — Следующая парочка… — Джеймс опустил руку в красно-золотую шляпу и достал две бумажки, внимательно читая имена. От взгляда Люпина не ускользнул тот факт, что Поттер пытался не засмеяться. Что наводило на мысли: там точно чьё-то имя из мародёров… — Римус и Сириус. Бинго! Стоп, что? В животе что-то перевернулось, и Римус почувствовал, как предательски начало гореть лицо. Он точно покраснел. Они протиснулись в тёмный и возмутительно тесный шкаф, и Джеймс подмигнул им, прежде чем плотно закрыть тяжёлые дверцы. Тьма поглотила их обоих. Ни одна щель не пропускала свет гостиной внутрь. Из-за заглушающих чар было довольно тихо. Настолько, что было слышно не только скрип дерева и шуршание одежды, но и их дыхание. — Так нечестно, — усмехнулся Сириус, поправляя свои волосы. — Что именно? Их ноги были переплетены, и когда кто-то из них двигался, их бёдра соприкасались чуть сильнее. — Ты меня видишь, а я тебя нет. Римус посмеялся, доставая палочку. — Люмос, — тесное пространство озарилось белым светом, заставляя Блэка сощуриться. — Это не против правил? — Брать палочку? Я не знаю. — Ты вообще не слушал Джеймса, когда он объяснял правила? — Нет. — Нет? И чем же ты был так занят? — Я смотрел на тебя. Сириус скрестил руки на груди и опустил взгляд, пытаясь скрыть смущение. — Ты блефовал, да? — Что? — Карты, — уточнил Блэк, поднимая взгляд. — Ты точно блефовал. — У тебя нет никаких доказательств, — Римус хитро сощурился. — Правда? — Сириус прислонился к нему грудью и обхватил его талию руками, нежно поглаживая поясницу. Прикосновения отозвались где-то внизу живота натяжением каната, и Люпин на секунду забыл, как дышать. Их лица были в дюймах друг от друга. Блэк скользнул рукой вниз, под ремень брюк, вызывая волны мурашек, пробежавших по спине Римуса. — А это тогда что? — Сириус вытащил руку из-за спины Римуса, и между пальцев была зажата одна карта. — Ты усыпил мою бдительность, — он закатил глаза и попытался выхватить карту, но Сириус вовремя убрал руку. — Ты знаешь, что на меня твои фокусы не работают. Это правда. Римус мог врать кому угодно, но утаивать от Сириуса свои секреты ему не удавалось. Ни тогда на первом курсе, ни сейчас… Вторая рука Блэка всё ещё находилась на талии Люпина. Римусу всё же удалось забрать карту, и он швырнул её куда-то в сторону. Он смотрел то ему в глаза, то на его губы, чувствуя, как ему становится жарко. Как противно колются швы одежды, как возбуждение наполняет его изнутри, близясь к краю. Римус безмолвно погасил палочку, бросив её куда-то под ноги, и, прежде чем Сириус успел открыть рот, он схватил его за ворот рубашки и притянул к себе. Губы Сириуса были до невозможности мягкие, и Римус еле сдерживал себя, чтобы не использовать свой язык. Ему было важно, что Сириус не против, поэтому, когда Блэк прильнул ближе, кладя вторую руку на худую талию, Люпин почувствовал, как волчье нутро вырывается наружу. Да, это действительно было не очень честно. Римус видел в темноте, и кожа его была более чувствительна перед полнолунием, но это ничуть не умаляло эмоций Блэка. Чувства внутри него взрывались яркими фейерверками, наполняя до краёв, а когда он почувствовал язык Римуса у себя во рту, не смог сдержать стон. Ему показалось, что он снова пьян, и голова начала кружиться от частых вздохов. Римус перешёл влажной дорожкой поцелуев на бледную шею Сириуса, убирая длинные волосы в сторону. Изо рта Блэка вырывалась потрясающая мелодия, разжигающая огонь страсти внутри Люпина всё больше и больше. Каждое прикосновение дрожью отзывалось внизу живота. Штаны и бельё становились теснее с каждой секундой, принося неприятно давящее чувство. Руки Сириуса судорожно пытались расправиться с ремнём на брюках Римуса, как будто от этого зависела его жизнь. Когда он дотронулся тёплой ладонью до члена Люпина, с его губ сорвался тихий стон. Римус мог поклясться, что в этот момент вся его кожа испарилась и теперь он стоит перед Сириусом абсолютно без кожи. Он не чувствовал себя неловко или уязвимо, он чувствовал себя прекрасно. Он чувствовал себя собой, но в тысячу раз лучше. Возбуждение с новой силой накрыло их до кончиков ногтей, и они с жадностью вцепились в губы друг друга. Пока Сириус старательно ласкал член Римуса, тонкие пальцы Люпина с ловкостью справились и с кожаным ремнём, и с молнией на штанах Блэка. — Ох, блядство, Римус… — еле слышно выдохнул Сириус, когда почувствовал прохладную ладонь на своей коже. Весь мир внутри него перевернулся. Эти ритмичные движения сводили с ума. Они прижались ближе, соприкасаясь членами и задыхаясь от стонов и чувств друг к другу. Римус не мог оторвать взгляд от лица Сириуса. Растрепанный и запыхавшийся, он выглядел слишком хорошо, чтобы закрывать глаза от удовольствия. Но его сиплые стоны доставляли столько удовольствия, что глаза закатывались сами собой. Предзнаменуя приближение оргазма, ноги начали дрожать и подкашиваться. Стоны стали громче и чаще, и с губ срывались мольбы не останавливаться. Волны оргазма поглотили их двоих почти одновременно: сначала Римус, а затем и Сириус излились друг на друга, пачкая руки и животы. Блэк уперся лбом в ключицы Люпина. Он вспотел и тяжело дышал. Римус нежно погладил его по затылку и поцеловал в макушку. — Нужно достать палочку, — прохрипел Римус, прочищая горло. — Да, сейчас, — Сириус присел, ища руками волшебную палочку. Он передал находку Римусу, и тот помог ему встать. Люпин произнес очищающее заклинание, как только палочка попала ему в руки. — Как думаешь, сколько времени прошло? — Думаю, у нас есть ещё пять минут, — ехидно ответил Сириус, застегивая ремень, за что получил толчок в живот. — Ай! Что ты делаешь? — Ничего. — Я слышу, что ты улыбаешься, Лунатик. И вообще… — его прервал ритмичный стук. — Это Джеймс, — сухо заметил Римус. Конечно, это был Джеймс. Этот стук они придумали ещё на четвёртом курсе. — Блять! — Сириус принялся в панике застегивать рубашку, но когда дверца шкафа начала открываться, он почувствовал, как пуговицы сами залезли в петли. Как удачно, что Римус взял с собой палочку. Дверцы со скрипом отворились, и их ослепил яркий свет гостиной. — Ну что, повеселились? — на лице Джеймса была его фирменная глупая ухмылка. Он оглядел их с ног до головы и весело кивнул. — Можете не отвечать. — Засранец, — Сириус пихнул друга в плечо, выходя из шкафа. Римус нашёл в толпе взгляд Лили, которая поиграла бровями. В ответ он лишь слегка улыбнулся. Людей вокруг меньше не стало, и, кажется, все стали ещё пьянее, чем были до этого… Их точно не было там семь минут? — Следующие у нас… — Питер вызвался помочь Джеймсу с распределением и торжественно зачитывал имена с бумажек. — Эванс и Поттер. Зал взорвался от восторженных криков. Кажется, Джеймс даже подпрыгнул от счастья. А у Лили была очень хитрая ухмылка. — Нет, они точно сфабрикованы, я клянусь мечом Годрика Гриффиндора, — прошептал Сириус, поворачиваясь к Римусу. — Сто процентов, — согласился Римус, обхватывая талию Блэка. Прикосновения стали ещё приятнее. Разве такое возможно? — Не хочешь ещё пунша? — Можно. Стол с пуншем был возле «распределяющей» шляпы болельщика, где уже стоял Питер, доедавший сэндвич с сыром. Выглядел он довольно весело и непринуждённо. — Ну что, как вам трахательный шкаф? — невозмутимо спросил он. — Трахательный шкаф? — переспросил Сириус, выгибая брови. — Мгм. — Кивнул Питер. — Марлен и Доркас там явно не квиддич обсуждали. А у тебя рубашка полностью застёгнута, так что не рассказывайте мне сказки про то, что вы там придумывали новый гениальный пранк над слизеринцами. — Браво, Холмс. — Ухмыльнулся Люпин, поднимая бокал. — Я в шоке. — Равнодушно сказал Сириус. Не то чтобы он не ожидал такого от Питера, просто забылся на несколько минут. — Было неудобно, — продолжил Блэк, наливая себе пунш. — Слишком тесно? — Да. — Ну ничего, в комнате побольше места. Римусу стало слишком смешно от такого будничного обсуждения мест для секса. Слишком смешно, чтобы скрывать своё веселье. — Смешно тебе? — наиграно возмутился Сириус. — Очень. — Да? Ну, посмотрим, как ты ночью захихикаешь. — Это угроза? — О-о-о… — вздохнул Питер. — Ну, я позволю прервать ваш флирт, — он дождался, пока друзья посмотрят на него, и сделал глоток пунша. — У нас в комнате всё ещё никого нет. И вам не обязательно ждать конца вечеринки, потому что никто не заметит, что вы ушли. Прямо как девочки. — Никто, кроме тебя, Пит. Петтигрю отмахнулся, показывая, что это не имеет никакого значения. — Почему вы всё ещё здесь? — Ты нас прогоняешь? — Нет, я просто хочу поспать ночью. Не полагаясь на заглушающие чары. — Как скажете, сэр. — Сириус шутливо поклонился Питеру и, схватив Римуса за руку, потащил его к лестнице, ведущей в их спальню.