Длинная Тьма

      Утро седьмого дня встретило меня болью во всём теле, из-за которой я первую пару минут даже пальцем пошевелить не мог. Всё тело будто пронзили сотни игл. Я пытался некоторое время размять все конечности и спустя полчаса всё же смог это сделать. В это же время до меня дошло, что со мной — печка потухла, и весь дом снова замёрз. Осознав это, я стал активно двигаться, стараясь хоть как-то согреться. Нужно срочно разжечь огонь. Вроде немного мебели, которую можно кинуть в топку, у меня есть. Сделаю это, немного согреюсь, потом выйду на улицу и соберу вокруг веток. Надо зажечь камин так, чтобы он весь день горел — заодно и дом прогрею, а то тут находиться просто невозможно! Плюс, огонь позволит мне натопить воды, а то запасы её у меня крайне небольшие.       Спустившись на первый этаж, я зашёл за дальнюю стойку и оказался под лестницей. Там лежали большие деревянные колёса, которые я и планировал отправить в топку. Интересно, а откуда они вообще здесь? Не думаю, что на этом снежном острове такой способ передвижения удобен… Ну да ладно, неважно, зачем они, главное, что их можно сжечь. Именно поэтому ближайшие двадцать минут я ломал эти колёса. Было трудно и долго, но зато я неплохо согрелся. Хоть и получил себе кучу заноз.       Привычными движениями я старался разжечь огонь, однако из-за плохо отзывающихся замёрзших конечностей это получилось далеко не с первого раза. Спичка за спичкой тухли, не успевая передать маленький огонёк на бумагу. В определённый момент я ударил рукой в стену и вообще ничего не почувствовал — руки до сих пор были замерзшими. Потратив спичек десять, я всё-таки смог поджечь бумагу, а за ней огонь пожрал и дровишки, которые ему скармливали. Я предусмотрительно зажёг костер и на втором этаже, чтобы во время сна источник тепла был рядом. Пока мои конечности согревались, я старался доставать занозы, что мне не всегда удавалось — обмороженные руки не позволяли.       Спустя полчаса мне, когда я наконец нормально согрелся и, насколько это возможно, избавился от заноз, предстояло выйти на улицу и, во-первых, наломать дров, и, во-вторых, собрать снега. Этот план посещал мою голову, пока я натягивал на себя новонайденную одежду. Главной проблемой являлось то, что термобельё мне было маловато, однако надеть его я смог. Но вот бегать в таком — сомнительная идея, так что стоит быть осторожным и обходить волков. Полностью собравшись, я решил выйти налегке, оставив при себе только банки для снега и нож в руках — так, на всякий случай.       Выйдя на улицу, я встретил колющий меня в лицо холодный ветер. Натянув свою накидку из одеяла до носа, я осмотрелся. Ветер разметал снег, но видимость была относительно неплохой. Если посмотреть на озеро, то можно увидеть маленькие точки домов на том его конце. Неплохо. Да и температура, хоть и низкая, но терпимая. Чувствуется как минус пять, наверное. Волков рядом не ходит, значит, можно быстро сделать все дела. Я обошёл домик и на скале, которая примыкала к нему у задней стенки, нашёл несколько неплохих веток. Рядом же лежали очень толстые ветви ели и кедра, но их сломать я бы не смог при всём своём желании. Так что я решил оставить их здесь.       Набрав веток, я принёс их ко входу и занялся сбором снега. Набрав его в заранее припасённые банки, которые я также поставил у входа, я заинтересовался кое-чем заинтересовала за домом — небольшим кустиком, на котором росли маленькие красные ягодки. Приглядевшись, я понял, что это шиповник. Шиповник, шиповник… Вроде бы из него можно делать чай… Ай, ладно, возьму, вдруг пригодятся       Сорвав ягоды и положив их в пустую баночку, я наконец-то зашёл в дом. Подняв все собранные ветки и склянки наверх, я поставил банки со снегом на печку, дабы растопить его и прокипятить получившуюся воду, занявшись пока разламыванием веток, которые практически сразу кидал в огонь.       Всего за час я обзавелся неплохим запасом воды и костром, который мог гореть до вечера. Плюс ко всему, я полностью согрелся, так что, думаю, можно отправиться исследовать озеро. Возможно, я смогу найти много разных вещей, так что пойду почти налегке — всё-таки следует взять с собой ножик и гвоздодёр, спички и пару газет, если придётся на месте разжигать костёр. Остатки антисептика можно взять на всякий случай. Далее мне предстоит нацепить на себя всё, что греет, захватить поллитра воды… Ну и последнее — взять палку, намотать на неё тряпку и поджечь: факел и волков поможет отогнать, и хоть немного согреет.       Подготовившись, я выдохнул и открыл дверь. За ней меня снова встретил холодный ветер, обжигающий лицо. Прикрыв глаза, я вышел на улицу и закрыл за собой дверь, после чего очень быстро направился в сторону озера. На берегу я собрал немного тимофеевки, которую быстро зажевал. Правда из-за этого в горле пересохло, так что я быстро выпил воду, что взял с собой и осторожно вступил на лёд. Послышался скрип снега под кроссовками, но треска не было. Хорошо… Второй шаг, не отрывая ног от льда. Тоже всё в порядке. Третий, четвертый… С каждым шагом, когда я убеждался, что лёд достаточно прочный, я ускорялся к первому небольшому домику для рыбалки. Зеленый, с виднеющийся над крышей трубой, без двери, совсем маленький.       Зайдя внутрь, я крайне быстро обшарил эту будку. Шкафчик, подобный тому, что у меня в доме, «комод», на высоте глаз полка и печка-буржуйка. Внимательно всё осмотрев, я обнаружил лишь парочку крючков и кусок дров из ели, похоже. Заберу, в огонь кину. Может, так он и до утра сможет дотянуть. Выйдя из домика, я отправился дальше к тому краю озера. Осмотревшись, я обнаружил в той стороне несколько чёрных точек, которые весьма активно перемещались. Приглядевшись, я понял, что это чёртовы волки! Практически сразу я почувствовал, что у меня дрожат коленки, но лишь покрепче сжал факел и аккуратно достал нож, рукоятку которого я тоже крепко сжал. Фух, всё будет в порядке.       Несмотря на всю эту уверенность, я резко ускорился в сторону второй будки, которая оказалась идентичной первой. Внутри снова ничего не было, кроме спрятанной за печкой баночки со свининой. Причём достаточно свежей, даже лучше, чем у меня дома в запасах. Закинув её в рюкзак, я аккуратно высунулся из домика и, оглядевшись, бросился в сторону островка посреди озера. На нём я решил немного переждать, плюс, волки туда вряд ли заберутся. Правда, мне самому сделать это довольно трудно. Но, цепляясь за снег, я, скользя и скатываясь, всё-таки смог забраться туда, однако перчатки напрочь промокли. Ну ничего, дома отогрею.       С холма, на котором было несколько деревьев, была видна почти вся гладь озера. Волки у дальнего берега (если смотреть от Администрации), там же несколько домов. А в самом юго-западном углу озера, если я правильно понимаю, лежало большое упавшее дерево, которое, казалось, создавало природную арку. Рядом же, совершенно игнорируя волков неподалеку, паслись два оленя, причём у них обоих было идентичное белое пятно на левом боку. Я некоторое время смотрел на них, и вдруг они оба одновременно повернули головы в мою сторону, будто смотрели мне прямо в глаза. Наша своеобразная игра в гляделки продолжалась минуту или около того, но внезапно, когда мне в лицо ударил холодный порыв ветра и я зажмурился, эти олени просто исчезли… Что за?..       Так, теперь я сомневаюсь в своём здравомыслии. Потому что ничем иным, кроме как галлюцинациями я это объяснить не могу. В призраков, полтергейстов и прочую чертовщину я не верю. А значит, я потихоньку схожу с ума. Только главный вопрос: почему? Я же никогда за собой не замечал подобных психиатрических проблем, да и с одиночеством спокойно мирился. Странно это всё. Ладно, оставим на потом.       Внимательно осмотрев сам островок, я нашёл пару палок, которые тут же перекочевали в мой рюкзак, и, когда я уже был готов спускаться, мой взор зацепился за некое движение слева от меня. Посмотрев в ту сторону, я обнаружил небольшую башенку из нескольких камушков, к которой был примотан длинный кусок красной ткани, движение которого на ветру, привлекло моё внимание. Подойдя к этому странному мини-сооружению, я обнаружил в снегу рядом маленький кусок бумаги. Осторожно, чтобы не сломать конструкцию, я достал эту записку и прочёл:       «Человек никогда не бывает по-настоящему один, ведь рядом с ним всегда его мысли»       Бумажка не была подписана, так что авторство этих слов определить было невозможно. Но они меня чем-то зацепили… будто я их где-то уже слышал. Но, порывшись в памяти, я так и не смог определить, откуда их знаю. Но, поддавшись минутному порыву, я сложил эту бумажку в свой карман, чтобы сохранить её.       Определив, что один из домиков для рыбалки окружили волки, а значит, идти к нему опасно, я решил поступить разумно и отправиться к домику дальнему, что находился на юго-восточной оконечности озера. Заодно и домик неподалёку полностью осмотрю. Скатившись со склона острова, я снова оказался на льду, который, слава Господу, не треснул. Осторожно делая шаг за шагом, не отрывая ног, я двигался к будке, постоянно оглядываясь на волков, которые ходили по льду у домиков и иногда вступали в небольшие схватки между собой. Странно, обычно волки так не делают… Вообще они обычно и на людей не нападают, но, судя по их худобе, они это делают из-за сильного голода.       Когда я наконец дошёл до домика, я быстро осмотрел его и нашёл парочку повязок. Отлично, а то мои совсем закончились. Правда, больше ничего там и не обнаружилось, но я был рад и такому приобретению. Сложив бинты в рюкзак, я вышел из будки и уже был готов двинуться в сторону домика, как вдруг услышал позади себя громкий, глухой рык. С сильнейшей дрожью в коленях я обернулся и увидел его в пятидесяти метрах от себя. Чёрно-серая шерсть, огромная туша, острые зубы и яростный взгляд. На передних лапах были заметны полоски без шерсти — видимо, старые шрамы… Огромный, чёрный медведь, смотрящий в мою сторону. Несколько секунд мы просто глядели друг на друга, но вдруг медведь поднялся на задние лапы и, оглушительно зарычав, бросился прямо на меня.

Продолжение следует…