Человеческий фактор

      Неоновые огни пляшут на стенах, отражаясь в глазах, оседая частичками на одежде. Шэнь Юань смотрит на голограмму Ло Бинхэ перед собой, чувствуя себя самым убогим, глупым и ущербным человеком на Земле.       Когда он, одержимый очередным накатившим приступом совести, натыкается на заброшенный сарай с грудой хлама, когда впервые запускает пыльный проектор искусственного интеллекта и когда впервые видит своего Бинхэ, его охватывает ужас и он позорно сбегает, прихватив с собой проектор.       Но смелости и сил затоптать вину поглубже, чтобы взглянуть на Бинхэ, Шэнь Юань набирается только через неделю. Сейчас оказавшись перед голограммой Ло Бинхэ, он чувствует себя пойманным в ловушку собственных воспоминаний. Мягкий взгляд, легкая улыбка, изящные жесты (не предназначенные для него и не вызванные им) накладываются на взгляды, улыбки и жесты из прошлого, и Шэнь Юань дергается, было, ему навстречу.       Образ на секунду сбоит, подергиваясь, словно призрак из старых фильмов. К вине примешивается отвращение к себе – за совершенное против Ло Бинхэ и совершаемое сейчас. Он охотник на репликантов. Бинхэ оказался репликантом. То, что Шэнь Юань должен был сделать и сделал, – ожидаемое и правильное действие. То, что Шэнь Юань испытал гнев и боль от предательства, – ожидаемая и правильная реакция. То, что Шэнь Юань не может простить себе выстрел, – парадоксальная и исключительно неверная трактовка.       Голографический Ло Бинхэ вытягивает руку к нему; идеально выверенное движение до безумия знакомо, потому как Шэнь Юань видел его десятки раз до этого – и у настоящего, если такое определение вообще применимо, Ло Бинхэ, и у этого образа. Его пальцы просвечиваются сквозь зависшую в воздухе ладонь Шэнь Юаня. Голограмма что-то говорит, и, к счастью Шэнь Юаня, у проектора оказывается сломан элемент, отвечающий за звук. В груди скребется сомнение, что ему удалось бы выдержать звук чужого голоса.       В следующую секунду светлые оттенки одежды Ло Бинхэ сменяются красными и зрачки голограммы тоже подсвечиваются карминовым оттенком. Дыхание перехватывает, в голове оседают тяжелой грудой извинения из кучи слов, до зарождающейся боли в висках. Он остается недвижим, продолжая лишь молча смотреть на голограмму Ло Бинхэ – как смотрел в такие же глаза своего Бинхэ, исчезающего в пропасти. И даже скованность в теле – такая же, как и в тот день.       До текущего момента Шэнь Юань был уверен, что большую часть вины успел осознать и переварить. Что ж, он оказался не прав, потому что гораздо глубже, под одеревенелостью в теле, за глыбами устоев про репликантов, под пластом признания вины и слов сожаления, Шэнь Юань чувствует поднимающиеся волны истерики. И прежде чем они прорвутся, прежде чем он совершит еще одну ошибку и опять потеряет Ло Бинхэ, Шэнь Юань опускает глаза и отключает проектор.       Но он знает, что вернется к Ло Бинхэ еще не раз.       Потому что вернуться за своим Бинхэ он не может.