Попутный ветер

— А они мне говорят — оставайся, парень, с нами, будешь нашим королём! А я отвечаю — простите, дамы, всем вы хороши, но меня на берегу невеста ждёт! И как дам дёру, так даже дельфины не угнались! Так и спасся, — подытожил гость и потянулся за бокалом. Султан зааплодировал в совершенном восторге: — Ах, какая история! Какой храбрец, вот бы моей дочери такого жениха! — Не дай Аллах, — донеслось до слуха Джафара бормотание Жасмин, которой самоуверенный мореход, именуемый Синбадом, не понравился с момента, как назвал её «цветочком» и сравнил её волосы с русалочьими. В пользу русалок, причём. Джафар же, вопреки обыкновению, с того же момента понял, что этот, без сомнения, записной пройдоха ему по душе. Да, красуется, да, привирает (если не нагло врёт), но с каким заразительным удовольствием — любо-дорого посмотреть и послушать. Опять-таки, моряки народ предсказуемый: погостят, позабавят султана своими сказочками, покружат голову встречным девицам, да и уплывут восвояси. Ни интриг, ни заговоров, все бы гости такими были, ему бы реже хотелось повесить на ворота Аграбы зачарованный замок. — … Ну а вы, господин визирь? Джафар спешно придал лицу подобающее случаю вежливо-недоумённое выражение. — Что — я? — Вы, я вижу, человек учёный, и с магией знаетесь, — Синбад улыбнулся широко и бесшабашно. — Наверняка, и вам есть, что рассказать? — Хм. Было ли ему, что рассказать? О, несомненно. Вот во вторник с утра, часу в четвёртом, он занимался отловом скального ифрита, провезённого в город под видом статуи. А в субботу на той неделе полдня рыскал по базару в поисках торговца запрещёнными зельями, поскольку устойчивых к оным зельям агентов под рукой не оказалось, а подобные предприятия пресекать надобно в зародыше. А на позапрошлой неделе их с Яго еле откопали из-под обвала в катакомбах под городом, и, хотя катакомбы ввиду почтенного возраста имели полное право обвалиться сами, Джафар всё равно подозревал, что к данному конкретному инциденту приложила руку некая песчаная ведьма, которой он имел неосторожность отказать. Но, увы и ах, ни один из этих, бесспорно, занимательных эпизодов не был предназначен для ушей посторонних и принцессы, а потому оставалось лишь сделать лицо ещё более чопорное, чем уже было, и изречь традиционную отговорку: — Мне некогда попадать в истории, молодой человек. Государственные дела требуют неусыпного внимания. — Ах, ну конечно, — Синбад покивал с видом, ясно говорящим, что он не поверил ни на йоту. — Дела, они такие. Но я вот вижу, посох у вас примечательный. Готов поклясться, точно таких же змей я как-то видал на базаре в Каире, и, помнится, торговец рассказывал, будто они… Джафар чуть повернул голову. И посох. Так, самую малость, чтобы блик от рубинов в змеином навершии попал мореходу в глаза. — Будто они — что? — поторопила Жасмин, видно, временно решив отложить обиду в пользу возможности узнать что-то неудобное о визире, которого, в отличие от гостя, ей предстояло терпеть ещё долго. Синбад моргнул, приходя в себя; улыбка его чуть померкла. . — А не помню, — сказал он. — Вот досада, из головы вылетело. Но что-то магическое, это точно. — Неудивительно, — небрежно произнёс Джафар. — В наше время магической норовят объявить любую вещь, лишь бы продать втридорога. — Ну, всякий крутится как может, — Синбад уже очнулся полностью и снова лучился своей неуёмной шальной энергией. — Уж такова жизнь! Жасмин возмущённо отвернулась. Джафар усмехнулся по своим меркам благодушно: — Не могу не согласиться. А что ещё интересного вы видели в Каире?.. — Трындец! Я чуть не полинял, когда он про посох завёл! Уж думал, придётся рисковать хвостом и клевать его в темечко! А ты… Эй, Джафар, я тут с тобой разговариваю вообще-то! А ты… Ты чего улыбаешься?! — Хорошее настроение. — У тебя? — Это так удивительно? — Дай-ка подумать! Давай, признавайся, кому гадость сделал и почему без меня?! И когда успел?! Джафар отмахнулся от раздухарившегося попугая и вновь придвинул к себе карту. Сказочку про пирамиду из чистого золота, безусловно, следовало поделить надвое, а то и вчетверо, однако же какая-то реальная предпосылка у неё могла и быть. А где предпосылки к сказкам, там и сказочные сокровища. Среди которых помимо золота, которым он не особенно интересовался (хотя пополнить государственную казну никогда не лишнее), могло оказаться и что-то действительно стоящее. …А настроение у него сегодня и правда было редкостно прекрасным.