Позабочусь

Две недели пролетели так быстро… А ведь Рико даже ничем таким не занимался, кроме валяния дурака в своей комнате, игр и сна. Но всё это время он просто не мог перестать думать о Вагнере и о том, что произошло в его кабинете. Каждое воспоминание прогоняло волну мурашек по спине. Первые несколько дней мальчишка почти не покидал душ из-за непрекращающегося липкого ощущения на своих плечах, которое не пропадало, как бы он ни старался. В конце концов он сдался и попытался игнорировать его. Папа всё так же работал, потому и не заметил новообретённую “привычку” сына, но Рико был даже рад – объясняться было бы неловко. Отдых не расслаблял: всё время присутствовало странное ощущение опасности. Невидимое, вездесущее, ужасающее… Тигр, преследующий ничего не подозревающего оленя… Разве что Перес всегда был начеку, ожидая атаки хищника. Но был ли хищник? Каждый раз, когда он оборачивался, готовый биться… И каждый раз там не было ничего, кроме пустого коридора. И тем не менее тревога не покидала его. И глубокой ночью, когда дом затихал, просыпались страхи. Рико сидел на кровати, отчаянно пытаясь отдышаться, пока не пришло осознание, что это была лишь граница сна и реальности. Вытерев пот с лица, мальчик коснулся шеи, чтобы убедиться, что на ней нет той змеи, что больно сжимала её во сне. Сон так и не пришёл к нему той ночью. Из-за этого тревожного чувства внутри он не мог отдохнуть. И чем ближе подходил конец перерыва, тем сильнее становилось это чувство. Рико не мог заставить себя переступить порог здания. Папа пожелал ему хорошей тренировки, но он знал, что так не будет. На входе он снова пересёкся с уборщиком. Он кивнул, в этот раз действительно в приветствии. Мужчина кивнул в ответ и продолжил работать. Рико волновался, запомнил ли тот его с той ночи, но, судя по его реакции, это было не так. И хорошо. Наверное… Тренировка прошла… иначе. Мистер Вагнер был всё так же придирчив и строг, однако он больше не пилил Рико. Честно говоря, ощущалось, что он просто игнорирует его большую часть времени. Перес ожидал, что это будет приятно, но на деле оказалось немного иначе. Это просто… сбивало с толку. Мальчик должен радоваться, что тренер решил смягчиться, но после того, что случилось с ними – он действительно просто будет игнорировать это? Притворится, будто между ними не было никаких странных взаимодействий? Почему он так спокоен после той ночи? Что ж… Наверное, если он игнорирует это, то и Рико следовало бы… Просто забудь. Но он не мог. Особенно здесь, на тренировке, с мужчиной, стоящим прямо перед ним. Именно так и прошли первые несколько дней: странно и легко. Несмотря на это он пытался избегать тренера, уходя пораньше, даже когда тот просил остаться его на дополнительную практику. Это срабатывало… большую часть времени. Был один странный инцидент с замками в закрытом тренировочном зале (что-то наподобие спортзала в школе): их тренер случайно оказался запертым внутри. Обычно там занимались дети, ещё младше, мистер Вагнер тренировал и их. Правда, дети не занимались именно в тот день, но Алану потребовалось забрать какие-то документы или вроде того. По крайней мере, он так сказал Рико, когда поймал его торопливо покидающим раздевалку, и сказал подождать его в офисе. В тот момент казалось, что всё вокруг замерло, а внутри работало с бешеной скоростью, будто чёртова карт-машина: сердце практически выпрыгивало из грудной клетки, было чувство, как будто тысячи червячков копошились в его кишках, в панике пронеслось очень много мыслей. Нетнетнетнетнет, он не может! Он не хочет! Взгляд Рико метался по коридору в отчаянной попытке за что-то зацепиться. Он заметил двух парней из своей команды, выходящих из раздевалки, и попытался придумать оправдание. Перес сказал что-то о том, что собирается пойти домой с ребятами, и повернулся к ним, надеясь на их понимание. К сожалению, они посмотрели на него с недоумением и… страхом? Они сказали, что их ждут родители, и им нужно идти. Последняя искорка надежды угасла, когда парни быстро направились к выходу. Оцепенение и чувство безнадёги охватили его, и он опустил голову. Тренер раздражённо и разочарованно вздохнул и велел ему подождать его в своем кабинете. Путь к офису ощущался как путь на эшафот. Был мартовский вечер: лучи солнца едва освещали верхушки деревьев, и тьма начала окутывать пустые коридоры, шагая бок о бок с Рико, почти как голодный стервятник. Никого не осталось. Только он... и мистер Вагнер… У него даже не хватило смелости открыть дверь – один её вид возвращал его в ту ночь. Кто-то коснулся его плеч, он вздрогнул и обернулся, но там никого не было. Призрак? Фантом? Или след прошлого? Перес сидел на полу, спрятав голову в коленях. Дрожь внутри, прерывистое дыхание и нарастающее беспокойство… Ожидание было невыносимым… Может, ему стоит убежать? Убежать, убежать побыстрее! Но тело застыло и не двигалось. Рико не знал, сколько так просидел, пока чья-то рука внезапно не дотронулась его плеча. Он подпрыгнул, ожидая увидеть своего тренера, но вместо него это был… уборщик?       — Почему ты ещё здесь, малец? — проговорил мужчина мягким голосом.       — Я… — начал мальчишка, придумывая, что сказать, — Я жду мистера Вагнера…       — Ооу, так он уже, наверное, ушёл. Я не видел его одежды в раздевалке.       — Н-но он сказал мне… — прозвучало шокированно и обескураженно, но его тут же перебили.       — Слушай, малец, мы закрываемся через полчаса, тебе лучше идти.       — Я… хорошо. В тот момент казалось, что небеса наконец-то смилостивились над ним. Странно, что тренер совершенно забыл о нём, но какая разница, если он спасен? Только на следующий день он узнал, что его запер уборщик в спортзале. Тот сказал, что это была случайность, и он думал, что помещение пусто. Все посмеялись над ситуацией, но Рико было не до смеха: Бог знает что бы произошло не окажись он заперт в тот день. Позже в тот же день он снова увидел уборщика: тот вёл себя как обычно, игнорируя всех и молчал. Мальчик невольно задумался, не сделал ли он этот трюк с замком специально.

***

Если бы он только знал, что произойдёт…

Это был обычный день… До того как Питер упал на тренировке и не поранил лодыжку. Она выглядела довольно плохо, поэтому им пришлось тащиться в медпункт. Рико вызвался помочь. Как оказалось, он её сломал, поэтому пришлось вызывать скорую помощь. Всё это заняло гораздо больше времени, чем Перес изначально предполагал, поэтому, когда он пришёл в раздевалку, все уже ушли. Нужно переодеться и уйти отсюда поскорее. В спешке Рико было всё равно на складывание одежды или завязывание шнурков. Уйти, уйти, уйти быстрее! И как раз когда он надел куртку, дверь с грохотом рассекла воздух. Словно кинжал, звук вонзился мальчику прямо под ребра. Сковывающий страх парализовал его тело – он не мог заставить себя оглянуться. Слишком поздно… Сзади раздались тяжелые шаги. Собрав все силы, он повернул голову в сторону источника звука, надеясь и молясь, что это не он.       — Рико, — начал мистер Вагнер металлическим голосом, — Почему ты пропускаешь дополнительные занятия? — мужчина шагнул ближе, — Ты избегаешь меня?       — У меня… У меня нет времени… — мальчишка попытался обойти тренера. Может, ещё есть шанс?       — Стоп! — взрослый вытянул руку, преграждая проход Рико, — Хочешь, чтобы я отцу рассказал сколько тренировок ты пропустил? Уверен, он очень обрадуется. Мальчик замер. Младший Перес, сын известного футболиста… пропускает занятия по футболу? Какой позор!       — Что бы он сказал? Думаешь, он стал бы гордиться таким сыном? — Алан продолжал сыпать соль на рану. Соответствуй своему статусу. Рико сдался и шагнул назад, поворачиваясь лицом к мужчине. Он не смотрел ему в глаза: вместо этого он устремил свой взор на пол.       — Ну? Скажешь мне почему ты пропускаешь тренировки и не слушаешься своего тренера? — его тень нависла над мальчишкой. По спине Рико пробежались мурашки, он сжал руку в кулак – пальцы были до онемения холодными. Внутреннее чувство буйствовало как никогда ранее. Боль в животе… была невыносима.       — Я… — голос мальчика был настолько тихим, что мог посоревноваться с рыбой. Он не решался ответить на вопрос. Что он вообще мог сказать сейчас? Ничего не приходило в голову… — Я… Мне некомфортно рядом с вами… Он даже не понял как сказал правду. Всё тело сжалось, глаза зажмурились. Как он на это отреагирует?? Пару секунд не было ничего кроме тишины. Затем комната наполнилась смехом.       — Оу, так мы всё ещё на этом этапе, — сказал мистер Вагнер вытирая слёзы с глаз, — Я же уже говорил, что ты мне нравишься… — тот же спокойный тон в котором он разговаривал с ним в ту ночь… Это вновь перенесло Рико в то место, только в этот раз было ещё страшнее и более отвратительно, — На самом деле ты мой любимый ученик… — глаза мальчика дёрнулись когда, его жадные руки коснулись кончиков его чёлки, отодвигая в сторону и открывая левую часть лица. Тошнотворно. Мерзко. Отвратительно.       — Просто расслабься, и всё будет хорошо… — последней каплей стало то, как мужчина начал гладить его по щеке. Рико отбил его руку от себя и отступил назад: его взгляд был полон отвращения и ненависти. Был ли это адреналин или что-то другое, это дало ему уверенности в кои-то веке постоять за себя.       — Нет! Я больше не вернусь в это место. Никогда! — голос Рико звучал злостно, но дрожал. Страх всё ещё присутствовал, но сейчас это был его бензин. Алан тяжело вздохнул.       — Вот как значит, да? Его лицо изменилось со спокойного на злобное в считанные секунды. Мальчишка даже не понял, когда сильная рука мужчины прижала его к шкафчикам, закрывая ему рот, не давая закричать. Вся смелость и решимость испарились, будто их и не было. При виде того, как взрослый прижимал его к стене, зрачки сузились. Пот стекал ручьём, собираясь каплями на подбородке. Рико попытался промычать что-то сквозь толстую кожу, но тщетно. Ноги подводили, руки не слушались. Мир вокруг замылился: были только он и мистер Вагнер.       — Почему ты не мог просто послушаться? Смотри, что ты заставляешь меня делать… — раздался яростный шёпот сверху. Мужчина сжал лицо мальчишки ещё сильнее, вызывая боль в челюсти. Рико простонал от боли и попытался схватиться за его руку, чтобы отпихнуть её, но тренер был гораздо сильнее. Ох, как же он жалел, что выбрал шкафчик в самом углу, где его не увидит даже со входа… Пересу потребовалось какое-то время, чтобы осознать, что вторая рука уже шарилась у него под футболкой, поглаживая внизу живота. Ситуация казалась такой сюрреалистичной. Нет, это не происходит с ним! Это не может произойти с ним! Это не может быть он… Но прикосновения были очень даже реальны: он чувствовал как грубые руки сдавливали его молодую кожу. Рико издал маленький писк, который вновь был заглушен рукой. Нетнетнет, пожалуйста, пусть это прекратится! На глазах наворачивались слёзы. Как только Перес вернул хоть какой-то контроль над конечностями, он попытался отбиться, оттолкнуть его… Боже, да что угодно! Он не хочет быть здесь, он не может быть здесь!... Сердце остановилось, когда его рука скользнула под шорты и… трусы. Рико почувствовал как пальцы мужчины сжимают его внизу. Алан схватился за пенис мальчика, глядя и сжимая его. Перес знал что это такое, но они с папой никогда особо не разговаривали на такие темы, поэтому он не был уверен, что сейчас происходило и что это за странные ощущения были там, внизу. Но сейчас это было и не важно – всё чего он хотел так это убежать. Тошнотворно. Мерзко. Отвратительно. Страшно. Эту мерзкую сцену было невозможно выносить, поэтому он закрыл глаза. Ласки, дыхание мистера Вагнера на его коже, болезненная хватка на лице… Хватит, хватит, хватит! Нет… Нет! Нельзя позволять этому продолжаться дальше, нужно выбираться! Пока мужчина продолжал шарить рукой в интимной зоне Рико, тот приоткрыл глаза, чтобы осмотреться. Было трудно что-то разглядеть сквозь пелену слёз, но ему удалось заметить ничем не защищённое колено. Если бы он только смог ударить по нему… Рико оживился, отчаянно пытаясь выбраться из узкого пространства. Ноги стали ватными и не слушались. Он попытался поднять колено – было сложно из-за дрожи и пронизывающего страха, но ему удалось это сделать. Он ударил его один раз – слишком слабо. Второй – в этот раз сильнее, но всё ещё недостаточно. Третий раз… "Ну же!" – думал про себя Рико, сконцентрированный как никогда. Четвёртый раз и… Вагнер согнулся вдвое, издав болезненное шипение. Его хватка ослабла, и Пересу удалось оттолкнуть его. Мальчик сразу же бросился к двери, бросая все вещи по пути. Слава Богу, она была открыта – был ли Вагнер настолько глуп, чтобы забыть закрыть её, или он просто чувствовал себя безнаказанным, волновало его меньше всего. Разум и нутро кричали: "БЕГИ! ПРЯЧЬСЯ!" но стены здания… Они выглядели иначе… Он их не узнавал… В каком направлении выход?... Что-то зашуршало сзади. "БЕГИ! ПРЯЧЬСЯ!" И он побежал. Бежал, не понимая, где он и куда идёт. Он просто бежал. Эти коридоры, эти двери и постеры… Они были здесь раньше? Где он? Нужно спрятаться… быстрее… И Рико снова побежал. Он даже не осознавал, что слёзы стекали по его щекам. Не заметил и фигуру с длинными седыми волосами, завязанными в низкий хвост… Не важно. Прячься. Нужно спрятаться. Он идёт. Он здесь. Прямо за тобой. Он убьёт тебя. ПРЯЧЬСЯ! Рико остановился, чтобы перевести дыхание. Больно покалывало бок, а вдохи провоцировали спазмы в сухом, больном горле. Часто дыша, его глаза пытались ухватиться хоть за что-то. Что угодно! Наконец в поле зрения попалось что-то знакомое: схематично изображённый человечек с надписью "WC". Мальчик распахнул дверь и кинулся к самой дальней кабинке. Оказавшись внутри, он взобрался на крышку туалета, прижимая к себе ноги: нельзя выдать себя. Сердце бешено билось, разум был затуманен, о ясности сознания не было и речи. Бесконечный поток слёз перехватывал дыхание. Только начинало казаться, что он немного успокоился, новая волна слёз захлёстывала с головой. Он идёт за ним. Он здесь. Рико пытался прислушаться к звукам снаружи, но они затихали на фоне гула лампы и шипения наполняющегося водой бочка. Он убьёт его. Вырвет сердце, разорвёт его. Мигающий свет сломанной лампочки был подобен сигнализации, под стать тому, что происходило в его голове. Всё тело болело, он не мог вздохнуть, а сердце… Это болезненное ощущение в груди… что это? Так больно, оно бьётся так быстро и сильно, Рико мог слышать его в своих ушах. Так ощущается сердечный приступ? "Я умру. Моё сердце разорвётся. Он придёт и перережет мне горло. Я умру, я умру…" звучало на повторе словно зажёванная плёнка повторялось в его голове. Никто за ним не следовал, он был полностью один в кабинке туалета. Но иррациональный страх поселился внутри. Цвета были такие яркие, и окружение… было набором из форм и силуэтов. Нереальное и незнакомое… В какой-то момент он обнаружил себя под потолком, наблюдающим за мальчиком, до ужаса похожим на него, тихо рыдающего в самой дальней кабинке. Это реальность? Нет… Что-то подобное не могло произойти в реальности… А реален ли он тогда? Что происходит? Рико просто продолжил хныкать, зарывая пальцы в волосах.

***

Капли с крана разбивались о раковину, разнося звук по всей комнате. Мальчик всё ещё сидел на крышке, безучастно глядя в пол. Он не мог вспомнить, как здесь оказался или что произошло… Сколько времени прошло? Десять минут? Тридцать? Час? Ощущение реальности стало таким смутным и недостижимым. В голове промелькнули обрывки прошлого: медпункт, пустая раздевалка, мистер Вагнер, страх и незнакомые коридоры… И вот он здесь. Рико не был уверен почему, но скребущееся беспокойство подсказывало, что снаружи до сих пор поджидает опасность. Лицо было липким. Всё тело будто обваляли в грязи. Грязь во рту, на животе, и… Мальчишка сжал край футболки. Это нереально, правда? Он знает, что такое случается, но… с ним такого не могло случиться… правда? Грудь тяжело вздымалась и опускалась в такт тяжёлому дыханию – это был единственный звук, помимо гудения лампы. Рико не хотел уходить. Страх длился вечно, и мальчик был готов остаться тут навсегда, но… ему нужно было идти домой. В знакомое место, где тепло и уютно, где отец мог бы защитить его, где он мог бы позабыть об этой ужасной ночи… Осторожно, с сжатыми от пробирающего страха внутренностями, он слегка приоткрыл дверь. Через крошечную щель он увидел лишь несколько вёдер и швабру. Немного придя в себя, парень набрался смелости и вышел из кабинки. Рико огляделся, чтобы убедиться, что в тёмных углах комнаты не таится опасность. Это место всё ещё казалось таким незнакомым и враждебным. Ему не стоит здесь задерживаться. Ватные ноги принесли его к зеркалу, и Рико встретился лицом к лицу с грязной физиономией, покрытой соплями и слезами, и опухшими от плача красными глазами. Это было особенно заметно на его белках, которые подчеркивали его темные глаза. Стыдоба. Нужно поскорее умыться пока его никто не увидел. Перес потянулся к воде, но тут же отдернул руку, когда обжигающая вода коснулась кожи. Похоже, кто-то забыл отрегулировать температуру крана, оставив его слишком горячим. Место повреждения болело и пульсировало, но… почему-то это было… приятно? На секунду боль отогнала страх и растерянность. Тут он понял: он жив! Он существует! Он реален… Эта мимолётная боль вернула ему ощущение реальности и его самого. Кожа горела, но это было так хорошо. Страх снова начал ползти по позвоночнику – этого было недостаточно. Ещё раз. Нужно сделать это ещё раз. Рико колебался, стоит ли. Это было как-то неправильно, но затуманенный разум жаждал ещё одной порции пульсирующей боли. Шум воды эхом отдавался в ушах, сердцебиение становилось всё громче. Всё вокруг снова начало расплываться… Затаив дыхание, Рико снова поднёс руку к горячей струе. В одно мгновение резкая боль коснулась кожи: она накатывала волнами, становясь жарче, затем снова тёплой, а потом вновь горячей; парализующий жар притупил нервы. Мальчик зашипел, сжавшись пополам. Его глаза зажмурились, стиснутые зубы отчаянно пытались сдержать рычание. Казалось, тысячи крошечных иголок пронзают его плоть, но он испытал такое облегчение. Это было благословение… Когда боль стала невыносимой, парень отдёрнул руку: правая сторона горела красным, холод обжигал кожу. Рико посмотрел на это с измученным видом; что-то скреблось под ребрами. Это неправильно… Но он наконец-то почувствовал лёгкость. Умыв лицо прохладной водой и подождав несколько минут, пока покраснение спадёт, мальчик побрёл к двери. Ожог на руке всё так же посылал болевые импульсы по нервам в мозг. По крайней мере, это означало, что он жив и дышит… Сердце у него замерло, когда кто-то вышел из угла, но ужас быстро утих, когда он увидел уборщика. Тот обеспокоенно посмотрел на мальчика и спросил:       — Ты в порядке, малец? — почему-то его голос звучал так печально, словно он не смог сделать что-то очень важное. Рико не смог ответить; из его рта вырвалось несколько неразборчивых звуков, и он всхлипнул. — Тебя проводить до выхода? Перес хотел было отказаться от предложения, но, вспомнив, что ему ещё нужно зайти в раздевалку за своими вещами, передумал. А вдруг Вагнер до сих пор там или поджидает его где-то в коридоре? Приняв решение, Рико молча кивнул в ответ. Ни один из них не произнёс ни слова, пока они шли в раздевалку, а затем и к выходу. У выхода Перес слегка повернул голову к мужчине и промямлил: "Спасибо". В ответ уборщик вздохнул и покачал головой. Пока мальчик спускался вниз по лестнице, он услышал, как тот сказал что-то вроде "Прости…", хотя он не был уверен.

***

Тёплая вода стекала по ногам. Рико простоял так около часа, но невидимая грязь всё чесалась на его коже. Он думал, что дома ему станет лучше, он надеялся на это. Но тревога так и не покинула его тело полностью, заставляя его постоянно быть начеку. Мальчик взглянул на руку, которую сам поранил. Всё было так странно и непонятно… Неправильно, неправильно, неправильно! Он не должен был этого делать!... Но почему тогда это казалось таким правильным? Рико прикрыл лицо руками, вытирая воду. Или слёзы? Он уже не мог разобрать. После душа он наконец вышел из ванной и обнаружил отца, сидящего на кухне.       — Ну наконец-то! Ты чего так долго? — спросил Сезар, на что Рико ответил простым "извини". — Ладно, присаживайся. — младший Перес последовал его совету. На столе он заметил какие-то бумаги и конверт. Выглядит знакомо – походу, он знает, к чему всё идёт… — Итак, меня пригласили в 1FC. Они платят больше, и место, как по мне, тоже довольно приятное. Они находятся в Грюнвальде. Тоже Бавария, так что это не должно быть слишком далеко отсюда. Да. Они снова переезжают. Рико не был уверен, как реагировать: с одной стороны, ему хотелось наконец-то покинуть этот город и Грюнер Шильд, но в таком состоянии, как сейчас, он подавлял любые эмоции.       — Когда мы уезжаем?       — Через два дня, так что лучше начинай собираться. Время тянулось вечностью: его постоянно преследовало чувство опасности, а леденящие душу кошмары оставляли за собой бессонные ночи. То, что случилось в раздевалке, тот ужас, этот яркий свет… Нет, он не хотел об этом думать. Но воспоминания мелькали перед глазами, заставляя мальчика вздрагивать. Эти два дня он был полностью отстранённым, мысли были настолько туманными, что он не мог даже вспомнить, как собрал вещи или как сел в машину. Одно он помнил отчётливо: как проезжал мимо тренировочного комплекса «Грюнер Шильд». К тому моменту он был слишком уставшим, чтобы из-за этого переживать. Осталось только сожаление: "Я же даже не знаю имени этого уборщика…"