Там, где можно быть собой

наконец-то свободный вечер после всего тура, наконец-то дома, наконец-то мне спокойно.   после тех разговоров, мне стало намного проще с джисоном. стало даже комфортнее. мы стали еще больше общаться, но дальше это не переходило. между нами была все еще дружба, но она была необычная. она была глубокой, интимнее чем у других. наглядный пример - прямо сейчас.   Хан зашел ко мне минут 40 назад под предлогом «просто посидеть» он включил на фоне какую-то легкую музыку, сел на кровать не далеко от меня, и просто рассказывал о чем-то. мы обсуждали новые аниме, наш тур, все что только приходило в голову. мы смеялись, но постоянно чувствовали это электричество между нами.    в какой-то момент смех стихает. наступает тишина. даже музыка, которая до этого играла на фоне фильма, будто исчезает. теперь становится слишком ощутимым расстояние, на котором мы сидим. меньше чем полметра. наши взгляды задерживаются дольше, чем обычно. я делаю маленькое движение к нему, почти неосознанно. джисон быстро моргает, словно обдумывает, и тут же смущенно отводит взгляд. его щеки заметно краснеют. — могу я? — спрашиваю тихо. он несколько секунд молчит, потом коротко кивает, не поднимая глаз. я наклоняюсь ближе, заставляя посмотреть на меня. он дышит неровно, губы чуть приоткрыты. — ты уверен? — спрашиваю еще раз. — да, — отвечает он почти шепотом. наши губы соприкасаются неуверенно, робко. я не двигаюсь несколько секунд, словно боюсь разрушить момент. джисон замирает, потом его дыхание начинает дрожать, звенеть между нами. я осторожно начинаю шевелить губами, и он постепенно отвечает. его руки ложатся мне на плечи, пальцы сжимают ткань одежды, будто ему нужно за что-то держаться. он смелеет. поцелуй становится увереннее. я приоткрываю глаза на мгновение и вижу его таким близким, таким растерянным и настоящим. закрываю глаза снова и продолжаю целовать его. и в этот момент дверь открывается. мы резко отстраняемся друг от друга. — о, привет, — раздается голос чана. — а вы чего тут? — да ничего, — отвечаю я. — фильм решили посмотреть. — ага, — подхватывает джисон. — искали что-то интересное. — понятно, — чан проходит дальше, оглядываясь. — вы сынмина не видели? мне нужно у него кое-что уточнить, по тому, что мы подписали. — нет, — отвечаю я. — его сейчас нет. феликс и чонин вроде на репетиции, а сынмин, кажется, где-то отдельно ушел. — ясно, — чан заходит на кухню, наливает себе воды и оборачивается к нам. — ну, главное, что вы тут отдыхаете. он смотрит на нас слишком внимательно и вдруг добавляет, будто между делом: — так что, нашли время поговорить? я замираю. джисон смотрит на него с легким недоумением, а потом мягко улыбается и кладет голову на подушку. — да, — отвечает он спокойно. — все обговорили. чан ничего больше не говорит. только кивает, едва заметно улыбается и уходит в свою комнату. я снова смотрю на экран, где фильм, который я смотрел до прихода джисона, все еще стоит на паузе, и понимаю, что мы уже давно забыли, что именно собирались смотреть. в голове только одна мысль. я его поцеловал. ~~~~ наверное, люди учатся на своих ошибках. и это правильно. а ещё люди учатся понимать себя. с каждым разом я утверждался в этом всё больше и больше. особенно в последние полтора года моей жизни. хотя, если честно, даже больше. мне всегда было с ним комфортно. мне всегда было с ним хорошо. но я долго не мог понять одного — что именномне нравится. навязанное обществом мнение о том, что мне может нравиться только противоположный пол, ломало мне голову. семья, которая с самого детства вбивала мне рамки, рушила мои планы, мои внутренние конструкции, только усиливала это чувство. последний год я думал об этом постоянно. нравится ли мне он? иногда я залипал в тиктоке, натыкаясь на видео под нашим хэштегом. они попадались всё чаще. люди видели в нас что-то большее, чем просто дружбу. а видел ли это я сам? я даже не задумывался о его мнении. мне казалось, что проблема только во мне. потому что мне казалось это неправильным. неправильным — любить человека, которого я считаю своим лучшим другом. тяжело, правда? я часто убеждал себя, что мне с ним просто хорошо. что он для меня как настоящий друг. я помню, как пытался сделать вид, что мне понравилась девочка. рассказывал ему об этом, внушал. но на самом деле я внушал это самому себе. я хотел поверить, что мне нравится кто-то другой, а не он. хотел отвлечь себя от мысли, что мне с этим человеком хорошо не просто как с другом. а как с тем, с кем хочется проводить жизнь. потом появились другие мысли. а если всё это вижу только я? если на самом деле я никогда ему не понравлюсь? ну правда, как можно понравиться своему другу? это же какой-то абсурд. мы были рядом. стали близкими. я знал его друзей, знал его родителей. и я не помню момента, чтобы он не говорил о том, кто ему нравится. помню, как однажды он сказал, что да, ему сейчас кто-то нравится, но не факт, что это будет взаимно. тогда я даже не придал этому значения. а сейчас ловлю себя на мысли — а если это был не я? я хотел, чтобы это был я. и от этого становилось страшно. в голове был полный хаос. я устал накручивать себя. устал держать это всё внутри. да и девочка та мне так и не понравилась. через пару недель я понял, что это не моё. она была приятной, интересной. но не той, ради которой я был готов открыться. не той, ради которой я был готов на то, на что готов был ради минхо. в какой-то момент я просто устал. устал бояться. устал думать, что всё закончится только потому, что я полюбил «не того» человека. а если он перестанет со мной общаться? если ему будет противно? если он оттолкнёт меня? иногда я снова возвращался к тем видео, которые делали фанаты, и думал — боже, я правда так себя с ним веду? я даже не замечал, насколько открытым становлюсь рядом с ним. а потом начинал замечать, как он на меня смотрит. как принимает меня целиком. не только в видео — в реальной жизни. всё, что бы я ни делал, он принимал. всё, о чём бы я ни попросил, он сделал бы. молча. нас постоянно ставили рядом. да и мы сами всё чаще оказывались вместе. у нас появились свои приколы, свои разговоры, общие знакомые, общие дела. мы находили общее буквально во всём. мне было приятно его касаться. приятно ложиться к нему на колени. наши тактильные моменты успокаивали меня сильнее любых слов. и в какой-то момент я понял. я принял. я принял то, что мне может нравиться человек, который является моим другом. но при этом для меня он — гораздо больше. мысли переполняли голову настолько, что в один момент просто взорвались. все воспоминания, все моменты, прожитые с ним, всплыли разом. и мне стало невозможно молчать. я признался. и оказалось, что это взаимно. чувства внутри меня были как фейерверки. они взрывались во все стороны. в голове мелькали искры. сердце билось в бешеном ритме. я был счастлив. потом мы не сразу смогли нормально поговорить. но когда разговор всё-таки случился, я понял — он любил меня дольше. мучился сильнее. но при этом был спокойным и открытым. он сказал, что это можно принять. что это не ошибка. что в жизни так бывает. и мне стало по-настоящему спокойно. я понял, что теперь, если на концерте я возьму его за руку, мне станет легче. что он — моя опора. и эти мысли наполняли меня каждый раз, когда я подходил к нему ближе. он первым говорил о чувствах. говорил честно, открыто. помогал мне не бояться. но окончательно все сомнения исчезли в тот момент, когда я поцеловал его. и тогда я понял. мой мир не рухнул. мой мир стал только лучше. всё благодаря ему. минхо. самому замечательному человеку на этой планете. поддерживающему. понимающему. настоящему. и я хочу делать для него всё.