Школьные дни Мидея

Фаенон пришёл со всей группой художников, он положил портфель ко мне и пошёл за сменкой в раздевалку. Он переобулся, попрощался с Киреной и мы пошли домой. — Фаенон, а на счёт выходных, у тебя же ещё брат есть — А Каослана с родителями едет мол "помощник нужен" его и забрали — Понятно, сегодня идём ко мне? — Конечно Мы пришли ко мне домой и начали играть в приставку. Фаенон ушёл домой, я сделал дз и лёг спать, пятница прошла очень быстро. И вот мы с Фаеноном идём к нему трахаться ну и хорошо провести время. Мы уже пришли к нему, я положил свой портфель к нему в комнату. — Го поедим? — спокойной спросил Фаенон — Ну давай, если ты предлагаешь Мы пошли на кухню, пока наши дошики заваривались Фаенон отошёл, а я листал ТТ. Фаенон вернулся и мы начали есть — Мидей, помнишь ты сказал "в следующий раз я буду сверху" я думаю этот раз настал. — Фаенон лёг на стол, снял штаны с трусами и поставил ноги на стулья на которых мы сидели. Я видел всё, от его не стоячего члена до чистого девственного анала. Мне много раз повторять не надо, я сразу же стянул штаны и начал вставлять в Фаенона свой член. Это было великолепно, я чувствовал как его анал старательно сжимается не пропуская меня внутрь, намного лучше силиконовой пизды. Я вставил полностью, Фаенон сжимал меня и я начал быстро двигаться в его анале — Медленнее! — Говорил Фаенон стиснув зубы — Я стараюсь, сладкий — Сказал я целуя Фаенона в грудь — По... Простате... Попал... — С трудом говорил Фаенон — Я рад — Сказал я начиная дрочить Фаенону Его лицо выглядело так, как будто он плачет, но когда я вставил полностью, я понял, он не плачет, это у него лицо такое от удовольствия в позиции нижнего, мне оно нравилось. Я ускорился, от чего Фаенон застонал и начал цепляться руками за стол. Через 10 минут я уже был близок — Кончаю — Не кончай внутрь, пожалуйста — Без проблем У меня в голове возникла гениальная идея, со словами "я добавлю в твой дошик немного соуса" я вытащил член из Фаенон под его характерный стон и кончил ему в тарелку с дошиком. — Еблан? Ай ладно, похуй, поем Доширак с твоей спермой — Ой будто ты против — Ты прав, не против, — Фаенон хмыкнул и ткнул вилкой в лапшу, теперь уже холодную и странно скользкую. Он сделал вид, что ест с невозмутимым видом гурмана, но через пару вилко-секунд сдался. — Бля, всё-таки гадость. Твоя сперма лучше если она заливается сразу мне в рот, а не в лапшу. Пойдём смоем с нас это всё. Мы побрели в ванную. Тесная кабинка запотела через секунду после того, как я включил воду. Мы втиснулись туда вдвоём, локти цеплялись за стекло, а струи били то в грудь, то в спину. Мыло выскальзывало из рук. Это было неловко, смешно и бесконечно далеко от какой-либо пошлости. Просто два пацана, отмывающие с себя пот, сперму и запах дешёвого лапшичного бульона. Я намыливал ему спину, чувствуя под пальцами знакомый рельеф мышц, и вдруг спросил, сам не ожидая: — Ну что, альфач, доволен захватом территории? — Спросил меня Фаенон дрожащими голосом Фаенон стоял ко мне спиной, подставившись под воду. Его плечи слегка вздрогнули, но не от смеха, он явно чувствовал себя неловко. — Страшно было? — выпалил я, и вопрос повис в парном воздухе, гулкий и неотменимый. Он медленно повернулся. Вода стекала с его ресниц, делая взгляд ярче. Он не ухмыльнулся, не отмахнулся. — Да, — сказал он просто. — Особенно вначале. Думал, щас порвусь пополам. Я замер с куском мыла в руке. Его откровенность обожгла сильнее горячей воды. — Но... — он продолжил, глядя куда-то мне за плечо, — я знал, что это ты. И что ты не специально. И что если бы я сказал «стой» — ты бы остановился. Поэтому... да, было страшно. Но я хотел. Он посмотрел на меня прямо, и в его взгляде не было ни бравады, ни стыда. Была усталая, чистая правда. Я ничего не сказал. Просто шагнул к нему, обнял, прижавшись мокрым лицом к его мокрому плечу. Мы так и стояли под душем, пока вода не стала ледяной. Час спустя мы лежали на его диване, как два выброшенных на берег кита. На нас были только спортивные шорты, а по телевизору тупо кликали каналы, ни на чём не останавливаясь. Я чувствовал приятную, густую усталость во всём теле и странную, непривычную пустоту в голове. Ни тревоги, ни мыслей. Фаенон ворочался рядом, потом встал и принёс из комнаты потрёпанный скетчбук и карандаш. Устроился полулёжа, упёршись ногами в мои бёдра. — Не шевелись, — буркнул он, не глядя, и начал что-то быстро чертить на бумаге. Я прикрыл глаза, слушая шуршание грифеля. Это был новый звук в нашей общей тишине. Через какое-то время я приоткрыл один глаз и посмотрел на страницу. Там, среди хаотичных линий и штриховки, проступали контуры: изгиб колена, нога на спинке дивана, знакомый изгиб таза в моих шортах и конечно накаченный торс очень похожий на мой. Он рисовал меня. Не лицо, а просто кусок меня, лежащего здесь и сейчас. Это было до жути интимно — словно он не просто смотрел на меня, а воровал и сохранял кусочек моего существования. Я снова закрыл глаза, и тогда его свободная рука легла мне на поясницу. Не для того, чтобы дёрнуть за шорты или притянуть. Просто легла. Тёплая, тяжёлая, спокойная. Ладонь лежала неподвижно, и это неподвижное тепло растекалось по спине, растворяя последние остатки напряжения где-то в районе копчика. Мы не целовались, не говорили, даже не смотрели друг на друга. Он рисовал, я лежал. Его рука была на мне. Телевизор бубнил что-то про погоду. И в этой тихой, непримечательной точке вселенной между нами существовало что-то большее, чем секс, чем дружба, чем все слова, которые мы когда-либо произносили. Это было просто присутствие. Полное и безоговорочное. Я почти дремал, когда его карандаш замер. —Всё, — прошептал он, будто боялся спугнуть эту тишину. Я лишь кивнул,уткнувшись лицом в подушку дивана. Его рука не убралась. Она так и осталась лежать на моей спине, как печать, как самое простое и самое сложное обещание из всех возможных. Вывел нас из дрёмы звонок от мамы — Ты где? — У Фаенона — Хорошо, жду дома на ужин Мама сбросила трубку я оделся в свою одежду и уже хотел уйти, но Фаенон навис сверху и начал меня целовать так мы целовались молча облокотившись на дверь, потом я так же молча забрал портфель и ушёл домой. Конец 7 главы.