Судьба федерации

Ночь над Японским морем была холодной и тихой. На горизонте мерцали огни Владивостока — портовые краны, склады, корабли. Но тишина была обманчиваС рассветом федеральные патрули заметили: японские боевые катера двигаются ближе к российской стороне, блокируя выходные фарватеры.— Они пытаются принудительно установить контроль, — доложил офицер с борта патрульного корабля.Покрышкин и Шукшин уже наблюдали через спутниковые снимки: — Первые манёвры, — тихо сказал Шукшин. — — Но они об этом ещё не объявляют.Первая пуля пролетела почти случайно: Российский патрульный катер проверял маршрут снабжения, когда японские корабли потребовали изменить курс. Командир отказался.Сигнальная ракета с японской стороны была принята за предупреждение. Через минуту один из японских катеров открыл огонь по катеру федералов,целясь не в жизненно важные части, но достаточно, чтобы заставить экипаж уклоняться.— Стрельба началась, — сухо сказал командир, когда сигнал тревоги раздался по всему флоту.В Новосибирске звонок был мгновенным: — Владивосток, — сказал докладчик, — японцы открыли огонь по нашим кораблям. Требуется ответ.Шукшин посмотрел на Покрышкина. — Теперь игра стала настоящей, — сказал он. — — Любой шаг может превратиться в эскалацию.— Нам нужно сдержанно, но решительно, — ответил Покрышкин. — — Не спровоцировать войну, но показать, что мы можем отбить свои позицииПервый ответ федералов был точечным: Дальнобойные пушки патрульных катеров дали предупредительные выстрелы, не причиняя ущерба японским кораблям, но показав, что Россия готова действовать..Сигнал был понятен: «Каждый метр Владивостока будет защищён».В Токио поступили первые доклады о российских ответных действиях: — Это не эскалация, а демонстрация силы, — сказал один из адмиралов.— Но любой просчёт — начало войны, — добавил другой.В этот момент Владивосток превратился в точку, где дипломатия и стрельба переплелись, а каждая выстреленная пуля могла стать началом широкой конфронтации.Покрышкин смотрел на экран: — Стратегия через бизнес больше не работает. — Теперь нужно управлять огнём и последствиями.Шукшин кивнул: — Добро пожаловать в новую фазу. — И она не будет тихой.