Óни тоже может заботиться

«То были дни, когда я познал, что значит: страдать; что значит: стыдиться; что значит: отчаяться».

Пьер Абеляр

Четырехрукое существо бежало по теням кристального коридора. Оно старалось не попадаться на глаза стражников. В его сумке то и дело стучали друг о друга артефакты, которые он вытащил из глубин храма. –"И вот на кой черт я полез за артефактами один?" — мысленно выругалось существо, снова прячась в тень от проходящей армии. Для знающего человека нетрудно догадаться, что этим существом является óни. Óни — существа боевые, но всё же не дураки. Если знают, что могут проиграть и острой необходимости нет, то не будут вступать в бой. В нашем случае óни один, а кристальных воинов целая армия, так что, как бы силён наш Несущий Гибель ни был, его могут задавить числом. Кристальные воины прошли мимо, и он побежал дальше. Поворот, поворот и снова в тень. Так он очень быстро выбрался бы, но его сильно заинтересовали кристальные воины — что-то в них было странное. Он отчётливо знал: воины Оверлорда пропитаны его силой, а у этой сумасшедшей ящерицы нет и не может быть силы, которая напоминает смесь энергии они и дракона. Такая несостыковка могла означать одно: эта ящерица схватила какого-то полукровку. Но тут вы можете спросить: «Разве óни есть дело до какого-то незнакомого ему полукровки?» Так вот, я отвечу, что есть, к его сожалению. Уж не позволит ему кодекс чести оставить пусть не чистокровного, но всё же сородича в беде. Долго óни носились по кристальным коридорам в поисках предположительно заложника Кристального Короля. Вскоре его привлекло одно место, откуда исходила инородная от остольного пространства энергия. Там, в глубине помещения, он увидел 14-летнего мальчишку, всего побитого, в крови, в грудь которого впивались провода. Они огляделся по сторонам, проверил, нет ли патруля в округе, и прошмыгнул в помещение.

***

Черт знает сколько времени в этом аду провёл Ллойд. Он уже давно охрип. Всё тело ломит. К нему не раз заходил Оверлорд, дабы утолить свои садистские желания. Ллойд для него теперь всего лишь груша для битья, очень долгожданная и желанная игрушка. Главной любовью кристального короля было рвать кожу на теле Ллойда, оставлять глубокие, до мяса, кровоточащие и не способные нормально зажить раны, некоторые из которых уже начали подгнивать. Всё, что мог Ллойд, — это шипеть, никаких сил для большего сопротивления у него не было. Глаза стали блеклыми и безжизненными, утеряли ту немного детскую, наивную надежду.Харуми иногда заходила, клала на пол кусок хлеба и ставила стакан с водой. Несмотря на всю обиду и злость, где-то в глубине души ей действительно было жалко Ллойда, но внешне показать это она не могла, не имела права, иначе рисковала закончить так же. Ллойд сидел и смотрел пустым взглядом в проход. Сейчас те самые мгновения, когда его не пытали и не высасывали силу. В проходе показалась четырёхрукая тень, которая огляделась и прошмыгнула к нему. Ллойд вжался в стену и зашипел. Неизвестный приложил палец к губам, прося быть тише, но Ллойд лишь сильнее шипел. Незнакомец тяжело вздохнул и начал быстро выдёргивать провода. От столь резких выдёргиваний раны снова начали кровоточить, и мальчишка начал тихонько скулить и скалиться. Когда все провода были выдернуты, незнакомец с помощью своей силы аккуратно сломал ошейник. Ллойд резко подскочил, почувствовав долгожданную свободу, но частые избиения, вытягивание силы и отсутствие нормальной воды и еды дали о себе знать, и он упал. Незнакомец кое-как уложил его себе на спину и понёс прочь из логова Оверлорда.

***

Ллойд не сразу открыл глаза. Было подозрительно спокойно, рядом с ним слышался треск костра, пение птиц и сверчков. Всё было спокойно, тело всё так же болело, но уже было не так холодно, его что-то укрывало. Всё-таки он решается открыть глаза и оглядеться. Над ним простиралось безоблачное, близкое к рассвету небо. Ещё не пропавшие звёзды весело мигали, вершины сосен раскачивались на ветру, будто щекоча небосвод. Ллойд был укрыт плащом вместо одеяла, а рядом с его головой лежала сумка. Повернув голову в ту сторону, откуда звучал треск костра, он увидел мужчину лет 30. Первое, что бросалось в глаза, — это длинный, чёрный, пушистый хвост, уши, которые чем-то напоминали оленьи, и рога. Всё это выдавало в нём не человека. Ллойд решил привстать, но сразу зашипел от боли. — Аккуратнее, тебя сильно потрепало,— раздался приятный, тихий голос мужчины. Он повернул голову к мальчишке. В обычной ситуации Ллойд бы не обратил внимания на цвет глаз, но это явно не такая. На него смотрели два сияющих в темноте фиолетовых глаза. Ллойд знал только одних существ с такой особенностью. — Вы óни? — прохрипел Ллойд, кое-как принимая сидячее положение. Только уже после заданного вопроса он понял, что не стоило спрашивать подобное. — А тебя так сильно это смущает? —спросил мужчина, вставая с насиженного места и подходя ближе. — Просто... Просто не каждый день тебя спасает Несущий Гибель... — отведя взгляд с мужчины на костёр, ответил Ллойд, сделав акцент на последних двух словах. Хвост невольно дёрнулся. — Всё ещё не понимаю, что тебя смущает. Раз уж ты полукровка, то встреча со мной не должна тебя так удивлять, — роясь в сумке, ответил мужчина. — Почему? — осторожно спросил Ллойд. — Ты не жил со своим родителем, от которого у тебя наша кровь? — Óни сильно удивляла неосведомлённость пацана. — Жил... Но я всё ещё не понимаю... — Ты чейный? — спросил он, вздохнув, и сразу словил на себе вопросительный взгляд пацана. — От кого у тебя наша кровь и как звать его/её? — Тебе зачем? — недоверчиво спросил Ллойд. — Просто интересно стало, да и мне же надо знать, кому тебя возвращать, — переведя взгляд с сосен на костёр, сказал мужчина. — От отца... — Ллойд тихонько сглотнул. — Его Гармадон зовут...–Правильно ли он делает то, что сейчас говорит всё это ему, хотя и выбора у него особо же нету, ведь так? — Значит, мать дракон? — Нет, человек. — У тебя отец полукровка? — с лёгким недоумением спросил óни. — Ну да... — поежившись, ответил Ллойд. — Гармадон, Гармадон, — тяжело вздохнув, óни начал пытаться вспомнить, где же он слышал это имя. — Часом не лорд? — Лорд... — А... — до мужчины всё-таки дошло, и он повернулся к ребёнку. — А ты у меня кем будешь? — Ллойд, — назвал своё имя пацан. — Ллойд Гармадон, значит,— задумчиво протянул óни. — Ты часом не зелёный ниндзя? — Он самый, — опустив голову, ответил Ллойд. Его сильно напрягал разговор. — Значится, ты у нас сын этого недоразумения... – Почему недоразумения? – Ллойд немного удивился такому высказыванию. – Потому что у нас есть кодекс чести, по условиям которого мы никогда не трогаем детей, а тем более наших собственных. За такое в лучшем случае казнь, а в худшем – вечный позор, – тяжело вздохнув, ответил мужчина и подсел поближе к Ллойду. – Никогда не слышал... – Оно и понятно, с такими-то родителями. – А как тебя зовут? – спросил Ллойд. Надо же всё-таки знать, кто его спас, да и обращаться к нему просто "Óни" будет не очень. – Меня – Калма, – ответил Несущий Гибель и достал флягу с водой из сумки. – Пить будешь? – Ллойд кивнул, и Калма протянул ему флягу. Время тянулось к рассвету. Калма лёг рядом с Ллойдом спиной к нему, накрывая себя краешком плаща. – Двинемся дальше с наступлением темноты, так что спи. – Почему темноты? Разве днём двигаться не лучше? – недоуменно спросил Ллойд, ложась на землю. – Мы сумеречные существа и лучше видим в темноте, чем на свету, поэтому передвигаться нам будет проще ночью, так что спи. – Калма зевнул и прижал ноги к груди, а хвостом накрыл Ллойда. Ллойд тоже отвернулся спиной. Сон достаточно быстро накрыл ниндзя и погрузил в свои объятья забвения.