Разделяя Ад

      Возможно, желание основать культ было подкреплено детством, прошедшим в доме отца. Католический священник, пример для него. Отец Вокса решил добровольно уйти на фронт в первую мировую не в качестве военного: он поддерживал раненых в полевых госпиталях, читал молитвы для солдат со стороны Антанты. От отца приходили письма, в которых он подробно и без прикрас описывал всё, что узрел. Из-за малого возраста Вокс не понимал всего, что они содержали. Спустя годы он перечитывал эти тексты. Священник предпочитал держаться подальше от полей сражений, но судьба была сурова. Он всё-таки получил смертельное ранение. Воксу не было и девяти лет, когда эта новость обрушилась на него.       С момента гибели главы семейства католическая атмосфера разрядилась. Старшие братья и сёстры Вокса ухаживали за матерью, которая сильно ослабла после потери мужа. На фоне произошедшего семье порой приходилось буквально выживать. Это заставляло будущего телеведущего желать лучшей жизни и в итоге сделало из него сурового карьериста, а общение с сёстрами и братьями сошло на нет после того, как ушла его мать. Спустя время Вокс смог поступить в неплохой колледж — мозгов ему и тогда на многое хватало. Хорошее образование и возможность себя обеспечить открыли ему многие дороги, в том числе в сердца дам, но… Это было не то.       То, о чём раньше ему запрещалось даже думать в семье, полезло наружу и одолело всякое табу. Вокс как никто другой понимал, насколько сладок бывает запретный плод. Первую любовную симпатию он проявил к соседу по комнате в общежитии колледжа. Сначала это были лёгкие намёки, затем — большее. Ради забавы они даже поцеловались, когда Вокс специально напился вместе с ним. Однако дальше этого не зашло. Объект его симпатии был, кстати, того же возраста, но слабее Вокса. Тогда уже брюнет осознал, как ему нравится власть. Порой он представлял себе оргии, во время которых ему поклоняются, как какому-то божеству.       Шли годы. Наступила пора телевидения, плёнок и вещания. Вокс успешно развился в этих областях, оброс связями, отчасти благодаря своей харизме. Мир чуть ли не падал к его ногам. Всему мешало лишь она…       Пустота.       Скольких он приглашал на свидания? Сколькими женщинами овладел в своей постели? Многими. Вокс разъезжал по Калифорния в мазерати в конце 1940-х. Великая депрессия и вторая мировая по ощущениям едва задели его. Он был достаточно обеспечен и крепок в эти времена, но в глубине души одинок. Сотни женщин мечтали о нём. Ему же хотелось чего-то неправильного. Никто до конца не понимал его, никто не признавал его, уж что тут говорить о специфичных предпочтениях. Иногда Вокс всерьёз задумывался над тем, что он болен. Подумывал себе хорошего психиатра найти, пить таблетки в тайне от коллег, перестать думать о каком-то «единственном». В итоге он всегда отказывался от этой затеи и, наконец, встретил кое-кого…       Валентино.       После их первой встречи, вернувшись от сутенёра поздно вечером, Вокс улёгся на диван в гостиной и долго смотрел в потолок. Поднёс руку к груди, сжал рубашку.       — Валентино, — прошептал Вокс, пытаясь почувствовать его имя на языке.       Отдавало чем-то сладким, терпким и острым одновременно. Клубника в шоколаде в доме сутенёра, мартини, фигуристые девушки в одном белье и этот наглый парень в кожаном кресле, закуривающий с улыбкой сигарету, пока Вокс недовольно пялится на него.       «Косишь под Аль Капоне для девочек?» — «Для мальчиков тоже»       Эта часть их диалога до того, как раздались выстрелы, вселяла частичку надежды. Он же не шутит? Сколько партнёров у него было до Вокса? Слишком свободный на фоне строгого телеведущего, держащегося на дистанции. Хочет понравится ему и одновременно боится поддаться этому искушению. Страх сковывал его. Не хотел стать очередной сутенёрской марионеткой. Вокс жаждал большего.       На следующий день после душа Вокс первым делом набрал номер, написанный на бумажке с пририсованным в конце сердечком.       — Валентино?       — Buenos días, mi nuevo amigo! Уже решил?       — Есть пара вариантов для твоей новой студии. Когда сможешь встретиться?       — Называй удобный день и время. Я свободнее буду, чем очень-очень важный телеведущий, — говоря, Вал накручивал телефонный провод на палец.       Они договорились на вечер пятницы. Выйдя с работы, Вокс увидел знакомую фигуру. Сегодня без шубы. На Валентино была цветастая рубашка и очки-сердечки. Двое уселись спереди в машине. Вокс повернул ключ, заводя мотор. Кинул недовольный взгляд на парня: «Сними эти очки в моей машине»       Валентино скрестил руки на груди, обиженным тоном произнёс: «Эй, мистер большая шишка, не будьте таким занудой»       — Мы сотрудничаем или как? — настаивал Вокс.       Сутенёр долго смотрел на него молча, после чего расплылся в улыбке: «Кое-кто любит командовать. Не кончишь от счастья, если сниму их?»       — Ты нашёл другого, кто поможет тебе?       Вздохнув, Валентино снял очки и повесил их на карман рубашки: «Доволен, papito?»       — Не называй меня так, — с показным безразличием шикнул Вокс, внутри испытывая волну ликования.       Машина выехала с территории телестудии. Валентино опустил стекло, закурил.       — А ты вообще смеёшься? — спросил парень, внимательно глядя на водителя.       — Не из-за сутенёрских шуток явно, — отрезал Вокс и включил музыку.       Песня на радио попалась весьма мажорная. Сначала Валентино слегка дрыгал ногой в такт, потом начал подпевать себе под нос, а затем стал мелодично и громко петь на весь салон, ничуть не смущаясь под взглядом холодных голубых глаз.       — Ничего не перепутал? — строго спросил Вокс, почувствовав руку на своём бедре.       — Ты не подумай лишнего, унылая рожа: я к таким не пристаю. Всего лишь хочу пролезть в твой карман и украсть пару центов.       Они переглянулись.       — Хочешь дам пару плёнок со студии за них? Немного твоё уныние разбавить, — абсолютно серьёзно поинтересовался Вал.       Вокс отвернулся от него, улыбаясь.       — ¡Ai dios mío! Он улыбнулся! Не уже ли благодаря мне?       — С кем я на свою голову связался?       — С самым горячим мужиком в Калифорнии, милашка, — Валентино быстро провёл указательным пальцем по краю подбородка водителя, ощущая касание чёрной щетины.       «Остановил бы машину и поимел бы тебя прямо в ней, Вал. Чёрт… О чём я только думаю?!» — пронеслось в голове брюнета.       В тот вечер Валентино легко удалось затащить утомлённого брюнета в бар после изнуряющих поисков подходящего варианта для студии. Конечно, сперва не обошлось без ворчания со стороны телеведущего.       — Поехать в бар? Я за рулём!       — Выбрось ты это из головы! Забудься, расслабься! — следующую фразу Вал прошептал мужчине на ухо с кокетливой улыбкой, заметной через зеркало заднего вида: — Хочешь — мне отдайся.       От таких предложений у Вокса напряглось кое-что кое-где. Явно это было не ухо.       — Ты мне обеспечишь хоть одну встречу без твоих замашек, если соглашусь? — показательно шикнул Вокс и отпихнул от себя сутенёра.       — Один раз послушным буду, — дальше Валентино продиктовал адрес бара.       Автомобиль остановился перед одноэтажным зданием на небольшой парковке. Выйдя из салона, Вал пошёл впереди и, оказавшись внутри заведения, сразу воскликнул: «Hola!»       Двое уселись за барную стойку. Валентино первый сделал заказ, подвинул шот к Воксу: «Угощаю, союзник»       На самом деле Вокс знал, что рад этому обстоятельству. В какой-то степени он всё ещё скрывал от самого себя факт своей внезапной влюблённости. Здесь они могут расслабленно провести время вместе. Шутки и подколы со стороны режиссёра взрослых фильмов продолжались. Вместе с алкоголем это давало желанный эффект: Вокс мог отвлечься от своих забот рядом с ним.       — Нет, серьёзно! Я дам тебе любые плёнки, какие только захочешь! Представить, наверное, не можешь, сколько у других есть фетишей! — Вал звонко рассмеялся, обхватив Вокса за плечи.       Брюнет по непонятной ему причине молчал и пожирал его взглядом.       — Что такое, amigo?       Карие глаза взором быстро коснулись влажных губ телеведущего. Они оба молчали и играли в эти «гляделки». В таком состоянии Вокс и не видел толком, куда тот смотрел. Отвернувшись, мужчина попросил бармена повторить.

━━━━━━━━━━━━

      Две недели спустя Валентино пригласил его на вечеринку. К тому времени Вокс однозначно уяснил для себя, что тяга к нему выше многого остального. Он отложил дела и приехал.       Каждый раз, когда Валентино не обращал на телеведущего внимания, Вокс рассматривал парня. Малиновые штаны из кожи обтягивали ягодицы и расширялись к низу ноги. Розовая гавайская рубашка с коротким рукавом была расстёгнута до середины, оголяя часть груди. Сутенёр флиртовал со всеми подряд, и Вокс понимал, что рано или поздно очередь дойдёт и до него, посещение вечеринки не обойдётся одним только рукопожатием при входе. Сидя в одиночестве на мягком диване, мужчина увидел, как мексиканец, взяв пару коктейлей, направился к нему. Вокс сделал вид, что не заметил. С каждой секундой паника охватывала всё больше. Ощутил, как рядом кое-кто уселся и нахально ткнул его пальцем в плечо.       — Хватит сидеть с такой унылой физиономией! Выпьешь со мной?       — Один раз, — сухо буркнул Вокс и взял в руку прозрачный стакан с цветастой трубочкой и зонтиком.       Телеведущий сделал глоток как из обычной кружки. На вкус напиток оказался неплох.       — Ты всегда такой зануда? — Вал шумно потянул коктейль через трубочку.       — Люди бывают разные, Валентино.       — Я же просил говорить Вал, — растроенным тоном, пародируя капризную девушку, проскулил парень.       — Ты вобще бываешь серьёзным когда-нибудь? — шикнул Вокс. — Перестрелки не в счёт.       — Таким как ты — нет, — на глазах у бизнесмена Валентино шевельнул трубочку своим языком, после чего громко рассмеялся: его откровенно забавляло выражение лица мужчины.       Воксу ни капли смешно не было. Чем больше этот тип строил из себя шута, тем сложнее телеведущему давалось сдерживать тягу к нему. Заводило то, как он нагло играет на нервах. Телеведущий снова коснулся губами прохладного стекла и опустошил стакан залпом.       — Ауч, — Вал сдвинул брови к переносице.       Собеседник его замер, будучи в смятении от нового голоса, который услышал в этом коротком междометии. Бархатный тон звучал ниже обычного.       — Не боишься опьянеть и начать веселиться от этого? — также продолжал сутенёр.       — Нет.       Расчёт — то, что описывает Вокса, и в сегодняшнем вечере это тоже верно. Чтобы не нести ответственность за сделанное всерьёз, можно притвориться пьяным в хлам.       — Принесёшь ещё, — Вокс выдержал паузу, — Вал?       — Разумеется, — Парень, улыбаясь, вскочил с дивана и направился за добавкой для гостя.       Телеведущий смотрел на его ягодицы, пока Валентино шёл к барной стойке. Меньше, чем через минуту, парень вернулся обратно к дивану. Слегка наклонившись, он протянул Воксу стакан, и когда длинные пальцы мужчины почти сжались на стекле, Вал расслабил свои, якобы случайно пролив всё содержимое на рубашку и брюки брюнета.       — Вот чёрт! Извиняюсь, у меня голова кругом идёт! — с поддельной обеспокоенностью воскликнул сутенёр, мастерски делая вид, что не засматривается на то, как рубашка прилипла к телу телеведущего, позволяя рассмотреть небольшой притягательный рельеф. — Можешь взять что-то из моих вещей.       Вокс оторвал взгляд от мокрого пятна на одежде, а Валентино перестал пялиться на пресс. Голубые и карие — их глаза встретились.       — Не надо так зло смотреть на меня, а то я застонаю, — Вал снова потянул коктейль через трубочку.       «Если застонаешь, то я кончу» — хотел ответить Вокс.       — С тебя сухая одежда, — с недовольством бросил он вместо фразы из своих мыслей и встал с дивана.       — Пошли.       Вал повёл его внутрь дома. В руках сутенёра мелькнула сигарета, вскоре Вокс почувствовал едкий запах. Они оказались в комнате в конце коридора с большим шкафом.       — Выбирай, что хочешь, — Валентино открыл деревянные дверцы.       Несколько минут мужчина выбирал что-то подходящее. Вокс поправлял рукава чужой рубашки в тот момент, когда до ушей донёсся стон. Мужчина медленно повернул голову и увидел улыбающегося во все зубы парня.       — Ты смешно злишься.       — Ты кретин?       — Мне просто нравится веселиться. Мы не вечные, знаешь ли, мистер угрюмое личико, — Вал затянулся и блаженно выдохнул струйку дыма перед тем, как положить сигарету в пепельницу.       — Ты самый отбитый из тех, с кем я вёл дела, — Вокс вернулся к рукавам, максимально сосредоточился на маленьких пуговицах, отгоняя возбуждение. Одну из них никак не получалось застегнуть одной рукой.       — Помочь?       Валентино подошёл к нему и быстро справился со «сложной» задачей: «Не благодари, зануда»       Вокс уставился на губы парня. В этой части дома не было никого, кроме них. Может, пора попробовать осуществить маленький подлый план? Телеведущий и не догадывался, что Вал думал о том же самом.       «Наверняка он наконец пошлёт меня и потом к себе не подпустит» — звучало в голове Валентино.       «Этому придурку дико нравится бесить меня. Потом и не вспомнит обо всём с таким количеством баб» — думал Вокс.       — Пойдём дальше напиваться? — усмехнулся Вал, положив ладони на худые щёки мужчины.       — Вдвоём? По поведению твоему могу сказать, что тебе хватит.       — По какому поведению? — Губы Валентино оказались в сантиметре от губ Вокса.       Тысячу раз Вокс повторял этот момент в своих мыслях. Вал заставил изнемогать, хотеть этого ебучего поцелуя почти также, как наркоман хочет получить дозу во время ломки. Мужчина чувствовал тёплое дыхание на подбородке и шее и не осмеливался посмотреть ниже уровня глаз, на розоватые губы.       — О чём задумался? — серьёзно спросил Вал, и его руки спустились ниже, легли на плечи телеведущего.       Это длилось вечность. Губы стали ещё ближе. Была не была. Валентино с опаской, затаив дыхание, прикоснулся губами к тёплым губам Вокса. Всего лишь касание. Даже не поцелуй. Руки снова скользнули вниз — теперь они на бёдрах мужчины, и он прижимает свой пах к его. Вал почти закрыл глаза, когда услышал голос.       — У тебя здесь кто-то есть из тех самых девушек? — спросил Вокс, отвернув от сутенёра лицо.       — Могу себя предложить?       — В тему ты, конечно, полез, союзничек. Видать, чувствуешь, когда у кого недотрах, но нет. Предпочту женскую компанию. И не делай больше такой хуйни. Я уже подумал, что ты меня взасос поцеловать решил, — старался выйти из ситуации без агрессии Вокс. — Тебе повезло быть на хорошем счету из-за прибыли.       — Ты не оттолкнул меня.       — Может, потому что я пьян?       С одной стороны, Вокс чётко увидел в глазах Валентино разочарование после этого вопроса; с другой — он тоже пьян, да и к тому же это, вашу мать, Вал! Он к нему со второй встречи лезет, ко всем другим пристаёт не меньше. Ничего это не значит.       Валентино через силу улыбнулся и сказал как ни в чём не бывало: «Там у бассейна куча девушек. Выбери, какую хочешь»       Вокс молча вышел из комнаты.       — Я не буду хныкать из-за этого мужика, — шепнул сам себе Валентино, пока к горлу подступал ком. — Está bien lo haré…       Он чувствовал себя так, словно обжёгся о лёд. Вытер рукой слёзы. Стоял и кусал губы. Тогда Валентино предположить даже не мог, что спустя годы, в Аду, будет сидеть на кровати с телефоном в руке и читать сообщения от одного своего актёра, а внутри всё будет трещать по швам…