Клубок

      Вычищенная до блеска BMW Фэша Драгоция мягко подкатила к расчетному центру ЖКХ. К этому моменту Василиса наконец проснулась, с расстроенным видом вылезла с заднего сиденья машины. Удивительно, что Фэш Драгоций не обронил ни одного комментария по поводу выбора места подальше от него.       — Расстроилась, солнышко? — бросил с ухмылкой на зубах. — Остросюжетного детектива я и не обещал.       Василиса кожей ощущала его стресс, выливающийся в тягу к склокам. И грубая хватка все еще жгла руку. Она так погрузилась в свои мысли в машине, что не задавала вопросов и сейчас молча пошла вперед. Они тут же попали в душную очередь, в тесное пространство недовольных людей. Василисе снова пришлось стоять рядом с Драгоцием, тот стучал каблуком ботинка и, судя по расслабленной позе, выбирал, за кого ему зацепиться. Василису случайно толкнула маленькая старушка, она машинально тихо извинилась.       — Совестливая Огнева. День полон сюрпризов.       — Что мы тут делаем?       — Ты ничего, я же сказал. Но можешь подумать, зачем тебе звонил Ник.       — Почему ты не поехал вчера к Нику на автобусе?       Фэш едва скользнул взглядом.       — Забыл, что существуют автобусы? Странно, что ты не купил новую машину, чтобы доехать.       Она честно держалась все утро: просто Фэш Драгоций входил в довольно короткий список людей, которые, мягко говоря, выбивали ее из колеи.       — Поговорим о плохих капиталистах, девочка в норковой шубе?       — Ты же собираешься попросить выписку из ЖКХ за свет и электричество в эту ночь, да? — старательно переводила тему Василиса. — Но зачем мы ехали так далеко, наш районный центр ближе? И как ты собираешься взять эту выписку? Точно будет нужен паспорт Ника, и сам Ник.       — Меньше вопросов, — бросил Фэш. Окошко перед ними освободилось. — И отойди подальше. А то подумают, что ты со мной.       Василиса залилась краской и спешно отошла к единственному свободному месту на лавочке. Тут дважды ее просить не надо.       Утром ее напугал сам Фэш, а не ситуация, да и в полицию она звонить не собиралась. Пока. У Ника, на нее памяти, бывало пару таких моментов, когда он отписывал что-то короткое и уходил или в учебу, или к друзьям, которых она не знала. Перезагружается человек, а из-за Фэша Драгоция только мертвый не захочет перегрузиться.       Но ноги просились нарезать пространство вокруг, упираться в стены. Она и так уже до крови изгрызла губы — волнение червяком копошилось в сердце. Замки. Если бы не замки, все было бы понятно, но замки… Мысли о Нике перебивались неприятными ощущениями от Драгоция. Василиса попыталась вспомнить, почему она вообще так на него реагировала.       Сам Фэш мило улыбался хорошенькой румяной девочке за стойкой. Тыкал в телефон, явно показывая на фотографию паспорта, хотя так нельзя, и приятным голосом что-то щебетал о «большой необходимости». Фэш Драгоций — парень невероятно красивой наружности, сейчас был еще и самим очарованием. И он быстро ее уболтал. Прошел мимо Василисы, вскользь показавший пару распечатанных листков. Она посидела еще. Хорошо. Ради Ника.       Едва выйдя за дверь, он потянулся за сигаретой, сам погруженный в таблицы выписки. Таявший снег, грязь от машин, тяжелая шуба, гогот и возня толп на Садовой, узкие, тесные здания, сырой ветер и курящий Фэш Драгоций — воздух и атмосфера, от которых она всегда старалась держаться подальше. Василиса, преодолевающая неприязнь к запаху, грубо вытянула листки из-под его носа.       — Верни.       — Я тоже в этом участвую! И очевидно почаще тебя вижу такие квитанции.       — Ты заторможенная, до вечера провозишься.       — Мир бы сэкономил гораздо больше времени, если бы Драгоции умели слушать других, — бурчала под нос Василиса. Она машинально побрела к машине и не заметила, как задергала ручку. Фэш Драгоций очень громко цокнул, но открыл.       Василиса почему-то села за водительское, высовываясь на улицу — тесное пространство машины как будто мешало думать. Так, вот нужная дата… сколько же у нее обычно выходит за месяц? Делить на тридцать… Она нашла рукой короткие пряди отросшей челки, машинально крутила волосы… Стало совсем не по себе.       — Что там?       Фэш Драгоций, оказалось, опирался на открытую дверь, тяжело нависая над Василисой. Весь в черном, с темными кругами под глазами, широк в плечах, жутко некомфортно…       — Судя по всему, — быстро зашептала Василиса, — свет горел без остановки всю ночь. Кто бы это ни был… кажется, он что-то ищет.       На Фэше застыла непонятная, ледяная маска, он словно слился с окружающей его колючей атмосферой.       — Это точно твой папаша.       — Зачем? Зачем моему отцу обыскивать своего сотрудника? Высокопоставленного, которому, вообще-то, доверяет. Красть его ребенка? Что искать?       — Не тараторь, — он брезгливо махнул рукой с тлеющей сигаретой, — говори медленно, как обычно.       — Может, это твоя семья? А? Весь город знает, что вы с Ником друзья, а еще знает, что из себя представляет Астрагор. Может, это он? Копает под тебя? Решает, кому отдать наследство — тебе или кому-то из твоих жутких братьев? Поэтому ты не хочешь идти в полицию? В расследовании главное не выйти на себя?       Фэш выпрямился, выгнул свою дурацкую ехидную бровь.       — Да что тебя так удивило?       — Твоя способность к умозаключениям, — и резко швырнул окурок.       Василиса неосознанно сжимала кулаки и смяла выписку. Она вскочила, кинула листы на сиденье и пошла к тротуару.       — И куда собралась?       — Домой.       — Зачем?       — Проверить.       — Что?       Василиса уже отошла на приличное расстояние и кричать не собиралась. Она выискивала глазами остановку, параллельно копаясь в телефоне за номером нужного автобуса. Ну почему вчера она не взяла трубку?       Уже у остановки подкатил Фэш, почти высовываясь из окна:       — Серьезно? На автобусе? В такой шикарной шубе?       — Отстань от моей шубы, — бурчала Василиса. Пару зевак заинтересованно наблюдали за ними.       — Давай в машину.       — Нет.       — Я сказал, садись.       — Ты много чего говоришь. Солнышко.       Его бровь разве что на затылок не залезла:       — Солнышко, обещаю подозревать тебя поменьше.       — Как мило.       — Не поедешь со мной, я приду и буду колотить в дверь.       — Включу музыку погромче. Какую любишь?       — Да, блять, Огнева! Пожалуйста!       Не стоило ему кричать на всю остановку ее фамилию. Кто-то даже подошел поближе: пространство стремительно сжималось, люди толпились, подъехал какой-то автобус, Фэш Драгоций сейчас вообще вывалится из окна. «Василиса. Ради Ника».       Она прыгнула на заднее сиденье, не забыв хлопнуть дверью.       — Характер как у папочки.       — Я сейчас на ходу выйду.       — Не сомневаюсь. Что тебе нужно проверить?       Василиса так плотно сжимала кулаки, что полумесяцем чуть не выступила кровь. Больно, еще и в сон клонило…       — Зачем Нику так нужна была сумка?       — Зачем люди носят сумки? — Фэш взглянул на нее через зеркало заднего вида и, видимо, подостыл от ее горящего лица. — Да всякая ерунда. Вещи, таблетки, витамины…       — Он не может прожить без витаминов пару дней?       — Ага. Спортсмен на всю голову.       — Что еще?       — Паспорт.       Василиса снова погрузилась в размышления. Но на резких поворотах взгляд сам падал на зеркало и сосредоточенное, холодное лицо Фэша.       — Ты же юрист.       — И?       — Вроде как незаконно выдавать себя за другого человека.       — И? Мне нужно было посидеть, потупить, подождать Ника? Как ты и планировала?       — Ник говорил, что вы даже судей не подкупаете никогда. И прокуроры ваши честные.       — Профессионалам не нужен подкуп. Что тебе надо?       — Пытаюсь понять твою психологию, — бурчала под нос Василиса. Обычно в таких случаях она советовалась с Дианой, но Диане о таком даже не расскажешь! Пообещала на свою голову… Конечно, Фэш был прав, она бы наверняка поступила так же, но… хорошо бы понять, что ожидать от Фэша Драгоция.       — Мой лучший друг в опасности, я пойду на что угодно.       Василиса ощутила его резкий, стальной взгляд через зеркало. Кажется, что-то нащупала. Придется вредничать, как в детстве…       — Так, значит, профессионалам не нужно никого обманывать?       — Профессионалы всегда добьются своей цели. Даже если нужно схитрить.       — И плевать, что будет с остальными? Если узнают, что эта девушка выдала тебе данные, которые не имела права выдавать…       — Она же не идиотка, по фотке заметила, что я не Ник. Сама пошла на этот риск. Не мои проблемы.       — А для чего ты пошел в юриспруденцию?       Фэш уже почти не смотрел на дорогу.       — Ага, врубился. Пытаешься подловить меня на противоречии в моем же мировоззрении. В юриспруденцию я пошел, чтобы защищать тех, кто не сможет защитить себя сам. Довольна ответом?       «Как неожиданно благородно для Фэша Драгоция».       — И ты бы защитил любого человека? Даже плохого?       — Не хочу защищать плохих.       — Но они имеют право на защиту.       — Да, отличница, все имеют право на защиту. Насильники, убийцы, психопаты. Если твой отец убьет кого-то и попадет под следствие, ты останешься на его стороне?       — Причем тут…       — Останешься?       Она не видела лица, только ощущала давление его ровного голоса, легкие кочки и свое горячее лицо.       — Пусть твои коллеги сначала докажут.       — Доказали. Все, баста, он виновен, что тогда?       Она молчала.       — Сложно решить? Грустно тебе будет за папочку, но ты, видимо, высоких моральных ценностей, поэтому откажешься от него. Трагичный конец. А я буду постоянно разгребать такие пиздецкие сложности. Все имеют права на защиту, и кому-то в конце будет тяжело. Мир жесток к любому, заслужил он того или нет. Моя задача — чтобы каждый получил по заслугам в заслуженную меру, прости мне тавтологию, отличница. Справедливости в законе мало, но адвокаты, прокуроры и судьи обязаны стараться ее приумножить. А за счет кого ее приумножать — мой скромный выбор как стражника справедливости на тяжелом пути.       Василиса все равно ощутила всю неожиданную серьезность его слов. Как бы Фэш Драгоций не старался разбавить ее шутками. Да, прав был Ник — у его друга болезненная тяга к справедливости, особенно ущемленных. А такие совсем не умеют останавливаться. И проигрывать в спорах.       Когда Фэш уже парковался у ее дома, Василиса прошептала:       — Я не отличница.       — Я знаю. Ник рассказывал.       Василиса стремительно забежала в комнату, кинув шубу где-то на пороге, залезала в каждую сумку. Большой чехол для планшета, с которым она была вчера на парах, лежал на подоконнике. Она рылась в нем и, ура! Нашла, что искала! Но взгляд зацепился за кактусы рядом.       Когда Василиса только переехала, она купила себе один крошечный кактус. Отец запрещал держать в доме любые растения, а Василиса всегда их любила. Ник, первый раз зайдя в гости, умилился с него, с этих маленьких цветов, и подарил ей еще несколько штук. «Чтобы ему грустно не было», с теплотой улыбался тогда Ник. Зато теперь было грустно Василисе.       Она аккуратно провела рукой по колючкам. Бедный, бедный Ник! Кому он перешел дорогу? Что не так сделал? Где он сейчас? Вдруг его пытают? А если это действительно ее отец? Господи, лишь бы с Ником все было в порядке… И зачем она пошла с этим Драгоцием, надо было сразу звонить в полицию… Решила поиграть в детектива, и зачем…       — Милая комната.       — Пожалуйста, выйди.       — Хм, не хочу.       — Фэш Драгоций, это моя комната, мое пространство, выйди отсюда! — крикнула она, стараясь заглушить слезы в голосе. По шороху она поняла, что тот вышел. И слезы стремительно рванули ручьем…       Лишь бы с Ником все было в порядке… пожалуйста.

***

      Фэш Драгоций развалился на диване, сосредоточенно листал что-то на телефоне.       — Вау, зима закончиться не успела, а Огнева уже вернулась.       На секунду они оба замерли: Фэш от того, что заметил ее припухшее красное лицо, Василиса — что такое трудно не заметить. Удивительно, но Драгоций выбрал тактично отвести взгляд и промолчать.       Она положила найденное на журнальный столик.       — Откуда у тебя паспорт Ника?       — Оформляли вчера заказ на модель, для учебы нужно…       — Я знаю.       — Ну да. Торопились на пару, я закинула все в свою сумку.       — Поэтому Ник вчера звонил. Вспомнил, что паспорт у тебя. Все равно слабоватое доказательство твоей невиновности.       Василиса не нуждалась в поиске доказательств Фэшу Драгоцию, но для себя собирала. Она забегала в ванную умыться, включила воду погромче и импульсивно позвонила отцу. Тот был в Москве у бабушки, говорил односложно и довольно раздраженно. Типичное для него состояние — Василиса так определяла, не происходит ли у него в жизни чего-то важного. Просто по ощущениям. Когда отец работал над чем-то большим, значимым или тревожным, то лучился собранностью, спокойствием, задирал голову выше. По словам и ощущениям она уже давно научилась понимать, насколько высоко задрана его голова.       — Что теперь?       — Я домой, попытаюсь кое-что найти. А вечером едем к Нику.       — Выслеживать виновных.       — Типа. Ты же хотела в остросюжетный детектив.       Они синхронно усмехнулись. Василиса вдруг ощутила минутное убаюкивающее спокойствие… хотя, наверное, просто хотелось спать.       — Нужно еще раз зайти к Нику, сейчас, — Василиса завертелась в поиске шубы.       — Зачем? Полагаю, ты не догадалась, но…       — Поговорить с Мартой Михайловной.       — Я с ней уже говорил, — кричал Фэш из зала, — и ничего.       — Конечно, ничего, — Василиса уже обувалась, Фэш вышел, лениво опираясь на косяк, — ты же ей не нравишься.       — Чего?       Василиса понятия не имела, как Марта Михайловна относится к Фэшу Драгоцию, знала только, что хорошо относилась к ней самой. Уколотый Фэш допытывал, с чего она вдруг, такая умная, это взяла.       — Эй, солнышко, машина стоит на парковке, если забыла.       — Пойдем пешком.       — С хуя ли?       — С того ли. Не очень комфортно столько ездить с сонным водителем. А прогулка тебя взбодрит. Ну и тут всего десять минут пешком.       — Ее по доброте душевной катают на BMW, а ей некомфортно. Избаловали.       — Это тебя избаловали. Даже не знаешь о существовании прогулок. И автобусов.       Фэш бросал что-то обидное, но Василиса была занята, вдыхая поглубже запах оттепели.

***

      — Вот. Я был прав. Нечего тут ловить. Она даже не открывает.       — Потому что ты стучишь агрессивно. Я тебе тоже открывать не хотела.       — Простите, дорогие чувствительные да-амы.       Но Марта Михайловна такой чувствительностью не отличалась и все же отворила дверь. Василиса толчком отодвинула Фэша подальше, не нужно нарушать их тонкую атмосферу старых знакомых.       — Здравствуйте, Марта Михайловна!       — Здравствуй, дорогая! Давно не заходила!       — Знаю, простите, ужасно тяжело сейчас на учебе.       — А как у бабушки дела? И ты на кого, напомни старушке.       — У бабушки все чудесно. Я на архитектора. С Ником как раз.       — Ой, ба! Тяжелая же для девочки профессия! А когда детишки пойдут, времени на них даже не будет! — Василиса только смущенно улыбалась. — На чаек зайдешь?       — Я бы с удовольствием, но тороплюсь сейчас, зайду попозже, обязательно! Я ищу Ника, представляете, на звонки не отвечает, а у нас проект общий, очень важно… Не видели его сегодня?       — Нет, не видела, — помрачнела Марта Михайловна, — и вчера не видела.       — Как жаль… а то отец его уехал, друзья тоже не знают… как же быть…       — Подожди, мальчишка занятой, сам найдется.       — Просто проект… ну ладно, вы правы, конечно. Тогда пойду. Я в магазин, вам что-то купить надо?       Драгоций за дверью закатил глаза.       — Ой, Василисушка, надо-надо! А то я старая уже… сейчас, списочек тебе напишу, погоди, денюжку с пенсией отдам, — Марта Михайловна заковыляла вглубь квартиры. Фэш Драгоций уже рассыпался всеми невербальными видами презрения к ее доброте.       «Нахуя», едва слышный шепот, «она явно что-то знает, но ничего не говорит! Сама пусть идет!»       — Держи, милая, — она вложила в ее руку сложенный список и вдруг крепко сжала, — спасибо тебе. Будь осторожнее… там скользко сейчас.       — Хорошо! До встречи!       На улице Фэш, доставая сигарету, не выдержал:       — Я ей за продуктами не пойду и тебе не советую. Они все такие, всегда все знают, но боятся попасть в неприятности. И плевать им на других.       Василиса пробежалась глазами по листочку, протянула его Фэшу.       — Я же сказал…       Но Василиса держала. Драгоций так же, как она сегодня, грубо вырвал бумажку из рук. На ней написано: «Вчера вечером слышала много голосов. Потом звуки драки, а потом дрели. С утра увидела записку в двери. Там писали, чтобы мы молчали, а то пострадаем».       — Иногда надо быть добрее.       Фэш смял бумажку:       — С этими уродами добрее я не буду.       — Я тоже.

***

      Часов в девять вечера Фэш Драгоций ждал ее у подъезда. Едва она коснулась ручки машины, как он открыл окно и бросил:       — Уверена?       — В смысле?       — Если верить старушке, дело серьезное. Может быть опасно. Точнее, будет опасно.       Василиса на секунду застопорилась. Опасность, конечно, никто не любил. Ник уж точно.       — Куча людей, драка, дрель… тем более надо ехать.       — Я предупредил.       На этом они оба исчерпали запас слов для коммуникации друг с другом. И уже битый час сидели в машине, напряженно вглядываясь в едва освещенную дверь подъезда, молча. В телефоне сидеть нельзя, Василиса положила его на панель и то и дело поправляла до нужного угла.       — Не нервничай, — раздраженно кинул Фэш.       — Я не нервничаю.       — Тогда оставь в покое свой телефон. Нервирует.       — Кстати, о телефоне. Если похитители такие… аккуратные, как они могли вот так оставить телефон?       — Ник.       — Что Ник?       — Да, блять, Ник так делает. Когда в запаре и торопится, вообще не следит за телефоном, вечно его теряет. Этот уже третий с его дембеля. С собой бы брать не стали, чтобы по геолокации не отследили, и разбивать не тянет, сразу подозрения.       Василиса покапалалась в памяти, но ничего. Наверное, с ней Ник был чуть более собранный, обычно даже до неприличия.       — Я не знала…       — Конечно. Что вы, за одной партой сидите? Ты его не знаешь.       У Василисы так сильно загорелись уши, что, казалось, через секунду загорится она сама. Он рисовался своим умом и значимостью для Ника весь день, но вот это…       Василиса вдруг схватилась за панель. Точно! Точно!       — Вот именно!       Фэш все-таки повернулся к ней. А и так приходилось сидеть с ним впереди…       — Че?       — Мы с ним столько времени проводим вместе, а я и не знала, что он теряет телефон!       — И? Я бы этим не гордился.       — В смысле если я не знаю, тогда откуда похитители могли знать? Написать сообщения это одно, достаточно полистать диалоги, но такое…       — Намекаешь на меня?!       — Блять, да послушай!       — Ты что, умеешь материться?       — Фэш Драгоций!!! Они вообще не знали об этом! Они поменяли замки, позаботились о том, чтобы Ника никто не искал! Они так запарились, но телефон выронили случайно! Как такое можно допустить? Только если…       — Только если торопились — быстро подхватил Фэш, пораженно округляя глаза, — потому что не ожидали. Не ожидали, что придется красть Ника… Значит, это было не по плану.       Они в шоке пялились друг на друга, явно думавшие об одном и том же. Ну конечно, зачем менять замки, если Ник все-таки не там? Похитители охотились за чем-то в доме Лазаревых, Ник внезапным приездом просто помешал. Может, конкуренты отца? Василиса вдруг заметила, какие необычные у Фэша Драгоция глаза при слабом свете в машине… Какое все сейчас необычное…       Почувствовав липнувшую неловкость, они отвернулись. Василиса пыталась сосредоточить все внимание на двери подъезда. Какие-то подростки зашли, семья с ребенком вышла…       Фэш выключил свет.       — Выходи, — едва прошептал он. — Не шуми.       Василиса проследила за его взглядом. Со стороны первого подъезда, слева, стремительно шла толпа рослых фигур в черном.       Она тихо выскользнула из машины. Пригибаясь и дрожа, перебежала к машине поближе. «Спокойно. Возьми себя в руки! Ради Ника». Фэш ускользнул в другом направлении. Толпа останавливалась по тройкам у соседних подъездов, к подъезду Ника дошло так же трое…       Василиса ощутила пристальный взгляд в спину.       Это не Фэш.       Как в слоу-мо, она обернулась. Женщина напротив не шевельнулась. Василиса сорвалась в сторону, но тяжелый удар по голове нагнал ее быстрее…