А ей трудно без него

Сейко стояла у входа в дом и, покуривая сигарету, прощалась с уходящими гостями. По большей части это была совершенно разношёрстная группа подростков, но все они здесь были по одной причине. С тех пор прошло уже почти два месяца. И с тех пор они почти каждый день навещают дом Аясэ. Траурное время после смерти человека — это всегда тяжело. Ожидание чуда, когда всё снова встанет на свои места. Но этого ещё долго не произойдёт. Потушив сигарету в свою портативную пепельницу, Сейко вошла в дом. За последние месяцы здесь скопилось слишком много плохих эмоций. Сколько бы помещение ни проветривали, тяжёлый воздух всё равно давил на лёгкие. А лампочки, казалось, теперь светили тусклее обычного, и даже солнце, как будто бы, пыталось избегать это место, оставляя дом в тени. Снимая сандали, Сейко обратила внимание на лестницу. Там стояла Вамола, переминавшая в руках свой кухонный фартук. Они грустно переглянулись. — Всё ещё не впускает? — Тяжело спросила женщина. На что Шумеру лишь огорчённо кивнула. Сейко подошла ближе и положила руку на плечо девушки. — Давай я сама попробую, — Она хмуро взглянула на проход второго этажа, там было совсем темно. — А ты иди пока приберись ка в зале. — Женщина улыбнулась инопланетянке и отпустила её. — Я подойду позже. Вамола согласилась и, пожелав удачи, убежала по просьбе старшей Аясы. В дверь постучали, ответа не было. Сейко приложила ухо к двери — Тишина. Снова стук в дверь. — Вамола, я сказала если ничего не нужно не приходи больше. — Из за двери послышался рваный голос. — Момо — Женщина позвала внучку ожидая ответа, но воцарила тишина. Дверь открылась. Сейко вошла без приглашения. Девушка лежала на кровати спиной к краю, и сжавшись обнимала подушку. Из за её плеча показалось красное лицо встретившее свою бабушку очень недовольным взглядом. —Ты, что тут делаешь. — Девушка отвернулась обратно. В комнате был бардак. Свет выключен, а окна зашторены. Дышать здесь было нечем. Перешагивая через валяющиеся на полу вещи, женщина добралась до кровати, и тихонько присела. — Ты долго уже не выходишь. —... — Не хочешь поесть? — Слова в тишине казались слишком звонкими. — Друзья волнуются. —... — Дзин, Сиратори. —... — Мико и Муко. —... — Даже мальчик из школы Рендзяку приходил. Но в ответ была только тишина. Девушка мертвым грузом лежала на кровати, не подавая никаких признаков отклика. Сейко уже не была уверена, что оставлять её сейчас одну снова будет правильным решением. Но другого выбора у неё больше не было. Она понимала, какое это горе, и не могла силком вытащить внучку из постели. Смерть этого мальчика действительно тяжело легла на всех. Умирев, он унес с собой многое, а заодно прихватил и Турбо-бабку. И вот, Сейко, совсем потеряв шансы её поднять, собралась уходить. —Скажи, я глупая? — Ну что ты.. — Бабушка провела ладонью по спине девушки. — момо милая. — Я ведь всегда была такой. — Она зжмурилась из-за наступающих слёз. — Ну почему я сразу не могла его понять. Ну почему так относилась к нему. — Перестань — Сейко убрала мокрые волосы с лица внучки. — В этом нет твоей вины. — Не говори так, — Момо начинала плакать — Это я. Если бы не я. — Как она могла оставить его одного и забыть. А когда вспомнила заставить пожертвовать собой. Сейко потянула её к себе. Девушка не сопротивляясь обняла бабушку, и заплакала. — Не вини себя за все беды в мире. — Она начала успокаивать внучку, поглаживая по спине. — Ты бы ни за что в жизни не.. предугадала, что такое могло произойти. За эти месяцы к ним как минимум дважды приезжали из полиции. Без вести пропавший подросток – друг и одноклассник Момо. Аясе впервые видела отца Окаруна, о котором тот никогда не рассказывал. Господин Такакура, на вид занятой и вечно работающий мужчина, был убит горем. Почему он никогда не рассказывал о своей семье? Почему смотреть на то, как страдает этот мужчина было так больно? Момо и в правду была не виновата, но и помочь никак не могла, даже зная всю правду. Ну не рассказать же им полиции и горе-отцу, что мальчик сгорел до тла от сверхъестественной силы. Офицер Вега, может быть и поверил бы во всю ситуацию. Но, он бы им всё равно никак не помог. От парня даже костей не осталось. А может, оно и к лучшему, труп избитого подростка они бы точно, никак не смогли оправдать. Сейко облокотившись спиной к окну, продолжала гладить Момо по спине ещё порядком пяти минут. И даже после того, как внучка перестала плакать, она продолжала сидеть так и поглаживать её. Она не хотела никуда уходить, сейчас обе Аясе ничего не хотели. Они просто сидели, и разгрызали этот момент в душе, на маленкие кусочки. Но в моменте, женщина заметила высокую стопку журналов справа от себя, разве они не должны были отдать это господину Такакуре. — Его? — Момо вздрогнула от внезапного вопроса. — А? — Она взгляну в ту сторону куда смотрела бабушка. — Читаешь? — Пыталась. — Сухо ответила девушка, и тут же приткнулась обратно. Собственное дыхание куда-то в промокшую одежду бабушки заставляло опухшее лицо гореть. "А что читаешь?..

А н-ну я.

..Ц, скукотища. "

— Я-я просто — Губы снова задрожали — Не знаю зачем. Сейко обняла её покрепче, почувствовав, как сердце внучки снова разваливалось на части. — Просто подумала, что может так — Момо сглотнула комок слёз. — Смогу простить себя. — За что, момо? — Необычайно ласково для себя протянула женщина. — Есть за что, иначе бы, зачем ещё они были бы мне нужны? — Девушка запиналась почти на каждом слове. — Эти глупые журналы — всё, что от него осталось. — Он оставил их у неё с тех пор, как они встретили Несси. И кажется с того дня, он стал проводить в её доме всё свое свободное время, активно строя теории о том, как же всё таки связаны духи и пришельцы. А она в тот день, поклялась больше слушать его, и даже если он целуется с кем то на заднем дворе, попытается понять. — Прости меня — У неё не было сил что либо объяснять, как окружающим, так и себе. Сейко губами уткнулась в макушку внучки. — Прости меня, бабушка — На плач пришла Вамола. Она стояла в проходе и наблюдала за сей ситуацией. — Я правда эгоистка. — Момо — Шумеру соскочила с места и поспешила обнять сестрицу. — Нет Момо. — Вамола присела рядом и обняла обоих Аясе. Этот плачь и слова инопланетянка слышала уже не первый день. И ей было тяжело наблюдать за тем, как Аясе разваливалась на части. Момо пыталась сохранить хоть что-то, что осталось от него, а этого у неё было, увы как мало. Она винила себя за то, что не смогла сдержать клятву. Что слушала его, недостаточно. Понимала его не до конца. Читая эти журналы. Она пыталась найти его между строчек. Но не могла закончить и двух, как обрывалась. Теперь , ей сложно было продолжать смотреть на мир под таким углом, и без него.