Клетка из белого шёлка

Дата: [Дата, следующая за Экзаменом на Чунина] Место: Учебный зал главного дома, Клан Хьюга. --- Звук лёгкого скрипа раздвигаемой двери. Шаги по полированному дереву, затем звук, как кто-то опускается в сэйдза на татами. Несколько секунд тишины, прерываемых только ровным дыханием. Затем — голос Неджи, сдержанный, методичный, как доклад. — Повреждения имущества клана минимальны. Три тренировочных манекена разрушены в ходе эвакуации младших членов семьи — несущественная потеря. Учебный зал на западном крыле требует замены двух сёдзи после того, как через него отступали двое наёмников Сунагакуре. Их тела найдены на территории, точки чакры закрыты техникой «Мягкого кулака». Сделано это было отцом. Эффективно. Без лишних движений. Пауза. Слышен лёгкий звук, как чернильная кисть касается бумаги — он делает короткую пометку. — Людские потери: нулевые. Протоколы безопасности, пересмотренные после Инцидента с Хидзэши, сработали безупречно. Члены побочной ветви эвакуировали детей главной ветви в подземные убежища в первые три минуты после начала хаоса. Ни один ребёнок не пострадал. Ни один не заплакал. Дисциплина — наша лучшая броня. Ещё одна пауза, чуть длиннее. Дыхание Неджи становится чуть более осознанным. — Третий Хокаге мёртв. Говорят, он пал в бою с Орочимару. Старейшины сегодня утром обсуждали это за закрытыми дверями. Их голоса были… не встревожены. Взвешены. Хирузен Саратоби был символом старого порядка. Порядка, который позволял таким, как Узумаки, существовать. Его смерть — это… очищение. Как хирургическое удаление больной ткани. Теперь деревне потребуется новый лидер. Более сильный. Менее сентиментальный. Звук, как кисть откладывается в сторону. Скрежет стула, будто он откидывается назад, но всё ещё сидит прямо. — На экзамене… была демонстрация. Моя. Теперь — ещё одна, в масштабе всей деревни. Старое, дряхлое — пало. Беспорядок попытался взять верх. И что же? Система выстояла. Наша система выстояла. Потому что она основана не на индивидуальных прихотях, а на структуре. На долге. На знании своего места. Именно сейчас, в этой неопределённости, наш клан должен стать монолитом. Мы должны показать, что наша сила — не в кричащих техниках, а в непоколебимой воле. Воля отца сегодня спасла имущество клана. Моя воля… должна будет вести его дальше. Тишина. Затем звук, как он снова берёт кисть, но не пишет. — Узумаки Наруто… исчез. С ним тот, Джирайя. Говорят, на тренировку, —голос становится плоским, почти механическим,— Бегство. Типично. Когда наступила настоящая проверка, он не смог ничего изменить. Он лишь кричал. А крик — это эхо слабости. Он оставил её здесь. В этой деревне. В этих стенах. Сломанную. Обещав что-то, чего не мог дать. Отец был прав. Его решение… логично. Порядок должен быть восстановлен. В деревне. В клане. В её голове. Её место теперь здесь. В тишине этих комнат. Под моим наблюдением. Под защитой этих стен. Когда он вернётся — если вернётся — он найдёт здесь другой мир. Устоявшийся. Упорядоченный. И он поймёт, что его крики ничего не значили. Они были просто шумом, который заглушила тишина дисциплины. Решительный звук, как кисть снова ложится на подставку. Стул скрипит, когда он встаёт. — Запись окончена. Завтра начинается мой цикл обучения управлению финансами клана у старейшины Соудзы. И… запланирован первый совместный чайная церемония с Хинатой и отцом. Формальность. Но необходимая. Первый шаг к закреплению новой реальности. Надо подготовиться. Каждое движение должно быть безупречным. Шаги удаляются. Дверь закрывается с мягким, но чётким щелчком. Тишина. — Конец записи —