Бремя крови

      — Детишки, ну что вы мнётесь? Проходим в аудиторию, у нас не так много времени, — Сокджин махнул рукой, подгоняя нерасторопных студентов, которые толпились в дверях.       За неделю до начала учёбы в академию стали съезжаться студенты. Ребята возвращались из родных домов, куда уезжали на период каникул, радостно встречали друг друга в коридорах жилого корпуса, крепко обнимались и рассказывали, кто как отдохнул, вселялись в уже знакомые и полюбившиеся комнаты, разбирали вещи и обживались. Старшие с теплотой на душе вновь оказывались в стенах академии. Они бросали вещи в комнатах и спешили пройтись по знакомым коридорам, заглядывали к друзьям и выходили толпами во двор. Учёба не успела начаться, а спортивные площадки и тренировочные поля были заняты разминающимися студентами. Они уже знали, какой темп придется поддерживать во время учебы: каждое утро бежать на разминку, регулярно заниматься физкультурой, гимнастикой, силовыми тренировками и борьбой, и предпочитали заранее размять мышцы, отвыкшие от постоянной нагрузки.       Жилой корпус состоял из центральной части, где в основном располагались общественные помещения, и двух прилегающих крыльев, изгибающихся дугами, где размещались комнаты студентов. С высоты птичьего полёта здание жилого корпуса напоминало полумесяц. Из корпуса можно было выйти через главный ход и попасть на каменную дорожку, ведущую к учебному зданию, и можно было выйти во внутренний двор.       В самом центре внутреннего двора красовался мраморный многоуровневый фонтан с квадратным основанием. На каждом углу, приняв героические позы, застыли каменные изваяния. Статуи изображали магов, владеющих природными стихиями. Двое альф и двое омег. Каждый маг служил своеобразным маячком, ведь смотрел строго в определённую ему часть света.       Властитель огня — крепкий, широкоплечий альфа с рельефными мускулами, прямыми чертами лица и всклоченной кудрявой копной волос был обращён к югу. Казалось, он вот-вот в вспрыгнет и вспыхнет ярким пламенем.       Повелитель ветра — молодой, тонкий, невесомый, будто бы сделанный совсем не из камня, омега смотрел на запад. Его длинные волосы взметнулись и развевались по воздуху, одежды, точно сотканные из легчайшего шёлка, будто бы колыхались на ветру.       Покровитель вод — фигуристый, обтекаемый омега с плавными изгибами тела наблюдал за севером. Его одежды, словно насквозь промокшая ткань, облепляли фигуру. Эта статуя пользовалась у обучающихся в академии альф особой популярностью, юноши то и дело заглядывались на каменного мага, в тайне мечтая, чтобы он, как в сказке, ожил и спустился к ним с пьедестала.       Хозяин земель — высокий, ладно сложённый альфа с решительным взглядом смотрел на восток. Его одежды были похожи на костюм фермера или лесника, но неприглядный наряд не мог скрыть его твердой стойки. Стоило обратить к нему свой взор, и внутри возрастала уверенность, сила и мощь.       Вокруг фонтана раскинулся лабиринт из живой изгороди. Среди зелени были запрятаны лавочки. Чуть дальше стояло несколько белокаменных беседок, в которых всегда кто-то сидел. В перерывах между занятиями там страдали студенты, судорожно повторяющие материал к уроку, а поздним вечером нередко можно было увидеть омег, которых приглашали туда альфы, пытаясь расположить к себе и очаровать.       В воздухе всегда пахло сладкой цветочной пыльцой, ароматными травами и свежестью легкого ветерка. Дальше располагалось несколько тренировочных полей, а за ними — плотная стена из леса. Высокие мощные деревья крепко сплетались ветками, образовывая непроглядную изгородь.       Большинство новобранцев заселялись в последнюю очередь. Случилось небольшое промедление с подготовкой комнат, из-за чего в последние несколько дней перед началом учебы весь жилой корпус стоял на ушах. Люди носились по коридорам, бегали от одного кабинета к другому, дёргали всех и каждого и наводили суету. Ещё совсем зелёные, ничего не знающие юные студенты переживали, не понимали, как себя вести и к кому обращаться, когда у них возникали вопросы.       Кроме того среди новоприбывших находились те ещё скандалисты.       — Господин, вы разрешили им поменять комнаты, а нам отказываете! Почему? Я требую объяснений, — высокий альфа загородил проход в кабинет коменданта, который был назначен следить за жизнью студентов в жилом корпусе, и в кабинет никого не впускал и не выпускал из него.       — Юноша, что за сцену вы мне тут устроили? Вы получили распределение, в котором чётко написано, в какой комнате вы будете проживать, — комендант приспустил очки и устало посмотрел на студента.       — Но им вы дали разрешение на смену комнат и теперь они живут вместе! Всё потому что они омеги? — альфа кивнул в сторону парочки, стоящей в кабинете.       — Ты дашь нам пройти или нет? — Тэхён стоял напротив альфы, желая покинуть кабинет коменданта. У него была куча дел, которыми можно было заняться вместо препирательств из-за какой-то ерунды, к которой он лично вообще никакого отношения не имел.       — Нет, я никого не выпущу, пока не получу вразумительных объяснений, почему меня отказываются переселить в другую комнату.       За спиной альфы раздались недовольные возгласы:       — Хэй, ты тут не один!       — Нам тоже нужно решить вопросы с господином комендантом, а ты всех задерживаешь!       — Проваливай! Сказали же, что никто не поменяет тебе комнату.       — Молодой человек, вы нарушаете правила внутреннего распорядка жилого корпуса, вы должны понимать, что за такое поведение последует дисциплинарное наказание. Вы ещё не успели поступить в академию, а уже делаете всё, чтобы вылететь отсюда. Отправляйтесь в свою комнату и обустраивайтесь, — сказал комендант и подписал последнюю бумагу, которую ждал от него скромно стоявший за спиной Тэхёна Сону.       — Я повторяю, что просто хочу получить аргументированный ответ на вопрос о том, почему мне отказываются менять комнату. Я не сдвинусь с места, пока не услышу причину отказа. Что за беспредел вы тут устроили?       — Беспредел тут устраиваешь только ты, — гаркнул Тэхён на альфу. Он закипал. Мало того, что все и так на нервах из-за новой непривычной обстановки, переезда в академию и множества незнакомых людей вокруг, так ещё всякие придурки никак не облегчают ситуацию своими выходками. — Ты сейчас отправишься жить в конюшню, если не прекратишь вести себя как идиот.       — Как ты меня назвал? — альфа нахмурился и озлобленно посмотрел на Тэхёна.       — Молодые люди, я попрошу обойтись без оскорблений, — у коменданта нервно дёрнулся глаз. Никаких нервов не хватает с этими студентами!       — Во даёт, он точно тут долго не продержится, – сказал сидевший на подоконнике в коридоре старшекурсник своему приятелю.       Услышав, что происходит что-то интересное, к кабинету коменданта стали подтягиваться любопытные зеваки.       — Это точно. Если он сейчас не угомониться, то его точно попрут из академии, — ответил ему второй.       — Что там случилось? – Хосок нахмурился и посмотрел вперёд на образовавшуюся толпу. Он с Чонгуком как раз вышел из комнаты в жилом крыле, направляясь к коменданту, чтобы узнать, где получают спальные принадлежности.       Чон пожал плечами.       — Пойдём узнаем.       Подойдя ближе и спросив у студентов, что происходит, они очень быстро поняли, в чём дело.       — И как долго это будет продолжаться? — хмыкнул Хосок.       — Не знаю, но это меня уже раздражает, — Чонгук аккуратно проскользнул между людьми, Хосок последовал за ним, и подошел к наглому альфе, хлопая его по плечу. — Друг, прекращай. У нас у всех куча дел, а ты мешаешь с ними разобраться.       — Не лезь, — буркнул парень, не удосужившись даже обернуться, он был увлечён перепалкой с Тэхеном. — Самый смелый? Может быть, ещё что-нибудь мне скажешь?       Чонгук заглянул за плечо альфы и увидел знакомые лица.       — Я вообще не хочу с тобой разговаривать, просто, чёрт возьми, выпусти нас! — Тэхён сделал шаг вперёд и постарался отпихнуть альфу в сторону, чтобы выйти, но тот оттолкнул его назад.       — Молодой человек, вы что творите?! — комендант подскочил с места. — Рукоприкладство строго-настрого запрещено. Вы заработали себе очень серьёзные проблемы.       — Друг, нехорошо так с омегами обращаться, — Чонгук положил ладонь на плечо дебошира и надавил.       — Да какой я тебе друг?! — альфа попытался скинуть с себя чужую ладонь, но вместо этого так махнул рукой, что заехал локтем парню позади себя по лицу.       Чонгук от неожиданности покачнулся, зашипел и схватился за нос.       Толпа поражённо охнула.       — Ну всё, теперь ему точно крышка, — сказал старшекурсник, спрыгивая с подоконника, – он вдарил самому Его Высочеству.       — У-у, — просвистел его друг, оценивая масштабы катастрофы.       К этому времени к кабинету подоспели сотрудники, работающие в учебном корпусе, несколько наставников и даже кое-кто из администрации академии. С их появлением вопрос студента-скандалиста стал решаться иным образом. Парня вывели из кабинета с применением силы и отправили к руководству академии. Сюсюкаться со студентами и правда никто не собирался.       — Как ты? Не сильно прилетело? — спросил Хосок, поддерживая друга под локоть.       — Не очень приятно, но не смертельно, — Чонгук посмотрел на окровавленные пальцы. Этот парень расквасил ему нос с одного удара.       — Николас, — Намджун, который был среди подоспевших наставников, подозвал старшекурсника, вечно рассиживающего на подоконниках, — отведи их к медбрату.       — Так точно, капитан Ким, — ответил студент, согласно уставу и кивнул новобранцам. — Пойдёмте.       — Откуда такие наглецы только берутся! Голова от них кругом, — комендант запричитал и сел обратно в кресло, прикладывая ладонь ко лбу и прикрывая глаза.       — Вам налить водички? — тихо спросил Сону и, видя кивок мужчины, взял графин с его стола и налил воду в стоявший рядом стакан. — Держите.       — Спасибо, золотце, — комендант сделал несколько больших глотков, но до успокоения ему было далеко.       Тэхён и Сону, получив необходимые бумаги, покинули кабинет и направились в свою комнату, обсуждая произошедшее. Пока Тэхён возмущенно ругался на недоумка-альфу, Сону вдохновлённо щебетал о принце Чонгуке. Впрочем, вышло так, что все студенты с большей охотой обсуждали то, как принца ударили по лицу, нежели то, что нашёлся глупец, который устроил такой переполох из-за какой-то комнаты.       Разговоры не утихали до самого вечера. Когда все студенты зашли в аудиторию и расселись по местам, то не могли удержаться от тихих перешёптываний. Сплетни подогревало ещё и то, что самый обсуждаемый участник истории сидел с ними в одном кабинете с заклеенным носом.       Намджун и Сокджин с громким хлопком закрыли дверь, привлекая внимание студентов и заставляя замолкнуть, и прошли к кафедре.       — Раз вы все наконец-то уселись, то можно начинать, — сказал Сокджин.       — Господин Ким, разрешите обратиться, — прозвучало от одного из студентов.       — Разрешу, когда обратишься по уставу, — ответил омега, найдя глазами говорившего.       Альфа замялся, поджал губы и замолк, растерявшись.       — По уставу вы должны говорить «капитан Ким». Настоятельно рекомендую заглянуть вам после ужина в библиотеку и прочитать устав и правила внутреннего распорядка от корки до корки, чтобы не попасть впросак. Первую неделю к вам, может быть, и будут снисходительно относиться и прощать недочёты, но после за подобное нарушение последует наказание. Всё понятно?       — Да! — хором ответили студенты.       Намджун отрицательно покачал головой.       — Не по уставу отвечаете. Как вы должны отвечать?       — Так точно, капитан, — сказал Чонгук, громко шмыгая разбитым носом.       — Правильно, — альфа кивнул и посмотрел на принца. — Как твой нос? Не болит?       — Всё в порядке, капитан. До свадьбы заживёт.       На лице наставников появились улыбки.       — Раз шутишь, то и правда всё в порядке. Итак, студенты, вам всё понятно? — повторил вопрос Сокджин, складывая руки на груди.       — Так точно, капитан Ким! — в один голос ответили ребята.       — Так уже лучше, — кивнул омега и хлопнул в ладоши. — Ладно, не будем тянуть. У нас на повестке дня много вопросов, но очень мало времени, до ужина нам нужно с вами успеть много что обсудить.       — Капитан Ким, разрешите обратиться.       — Разрешаю, — одновременно ответили Сокджин и Намджун, а после переглянулись.       — Чтобы не возникало путаницы, обращайтесь к нам «капитан Джин» и «капитан Нам». Это звучит немного фамильярно, но мы оба постоянно будем с вами, поэтому так будет всем легче, — объяснил Намджун.       — Почему нас так много? Насколько я знаю, обычно в одной группе примерно двадцать студентов, а нас тут точно раза в два больше.       — Хороший вопрос, — сказал Сокджин и стал объяснять: — Ни для кого из вас не секрет, что в академии большинство студентов всё ещё альфы. Альф значительно больше, чем омег. Порядок формирования учебных групп предполагает равномерное распределение альф и омег, на что есть весомые причины, соответственно невозможно выделить отдельную группу для омег. Наш опыт наставничества показал, что из-за того, что наставник у группы один, то в зависимости от его половой принадлежности, студенты могут неохотно обращаться к нему за помощью. Омеги, особенно по поводу щепетильных вопросов, стесняются подходить к наставникам альфам, а остальных практически не знают и теряются, когда у них возникают какие-то проблемы. Альфы не решаются обратиться к наставникам омегам. Мы с капитаном Намом хорошие друзья и отлично сработались в связке, поэтому привыкайте именно к такому большому составу, каким вы сейчас собрались. Все внеурочные мероприятия будут проводиться именно этим составом. На самом деле так даже удобнее и намного интереснее. Студенты обеих групп без каких-либо вопросов могут обращаться как ко мне, так и к капитану Наму. Чуть позже мы расскажем вам, каким образом строится учебная работа и чем мы, ваши наставники, можем вам помочь.       Студенты слушали старших с открытыми ртами. Молодые люди ловили каждое слово, боясь упустить какой-то важный момент.       — Для начала мы хотим вас поздравить с поступлением в академию военной магии, — Намджун слегка улыбнулся. — Вы большие молодцы и проделали серьёзную работу, чтобы попасть сюда, но самое главное сейчас — не расслабляться. Времени на раскачку и вливание в учебу вам никто не даст, вас как котят кинут в воду и заставят барахтаться. Поначалу будет очень сложно, но это время нужно просто пережить, потом станет легче. Говорю вам исходя из собственного опыта. Мы все через это проходили.       — Что касается распорядка дня, — продолжил Сокджин, — стандартный выглядит так: подъём в семь утра, построение на площадке в семь пятнадцать, утренняя разминка до восьми, после душ и завтрак в восемь пятнадцать. Начало занятий в учебном корпусе в девять часов, расписание вывешивается на доске объявлений. Читайте стенды, на них всегда есть необходимая информация об уроках. В час дня начинается обед. С четырнадцати до семнадцати часов продолжаются занятия. После свободное время и ужин в семь часов. Возможны корректировки, иногда занятия будут заканчиваться раньше, тут нужно сверяться с расписанием, но часто ставят вечерние тренировки. Опоздания у нас не поощряются. В коридорах, столовой, общественных комнатах висят часы. Ваши комнаты оборудованы заводными кукушками, поэтому можете не переживать, что проспите. Главное, не забывайте заводить кукушку в воскресенье, а то многие студенты любят усыпить бедную птичку на выходные и забыть про неё.       — Ничего себе, в каждой комнате кукушка, тут и правда всё богато.       — Даже у меня в покоях не было кукушки.       Кукушкой в Хэвенисе называли магический артефакт. Он выполнялся в форме птички и располагался в спальной комнате. В определённый час, смотря на какой была заведена птичка, она начинала куковать и будила спящего человека. Подобные вещицы стоили очень дорого, простой работяга не мог позволить себе такую пташку, а потому слышать, что каждая комната оборудована индивидуальной кукушкой было удивительно.       — Если у вас появятся какие-то вопросы, а нас не окажется рядом, то во время занятий вы можете найти нас в учебном корпусе, после пяти мы, скорее всего, будем находится в жилом, — сказал Намджун, усмехаясь с заворожённых ребят. Когда-то и он точно так же сидел с открытым ртом и слушал речь своего наставника. — На некоторых занятиях мы будем присутствовать. Вы должны чётко понимать нашу роль в вашей жизни. Мы не ваши преподаватели и не ведём занятия. Нас ни в коем случае не нужно бояться, стесняться или смущаться. Мы хотим вам помочь. Мы ваши старшие товарищи, которые протянут вам руку помощи, будут вместе с вами решать проблемы и отвечать на вопросы. Мы будем сидеть с вами в этой аудитории и разбирать учебный материал, если вам что-то не понятно, мы будем выходить на поле вне занятий и тренироваться, оттачивая упражнения, которые у вас не выходят. Мы будем выслушивать ваши переживания, жалобы, успокаивать и поддерживать вас, когда вам будет тяжело. Вы всегда можете обратиться к нам, и в первую очередь по любому вопросу вы обращаетесь к нам, а уже потом мы думаем, что делать и к кому бежать. В любой час дня и ночи мы готовы выслушать вас, поэтому если происходит что-то, что действительно требует нашего внимания, вы приходите и говорите об этом.       — Всё так, но тем не менее вы должны также понимать, что в наши обязанности входит составлять кучу разных отчётов на вас, вести ваши личные дела, писать характеристики. Не подводите нас, пожалуйста, потому что ни с одним из вас мы не хотим расставаться. Вы наверняка уже слышали об инциденте, который произошёл сегодня в жилом корпусе. Так вот, всё серьёзно, разбирательства по этому вопросу проводятся с директором академии. Вы должны понимать, что любое ваше действие повлечет за собой последствия.       При упоминании инцидента у кабинета коменданта очень многие скосили глаза в сторону принца. Сам же Чонгук невольно упёрся взглядом в омегу, что сидел через несколько рядов перед ним и который очень колко отвечал днём агрессивному парню в два раза шире себя. На лицо запросилась улыбка. Омеги в академию и правда поступают боевые.       — Как уже было озвучено, вам необходимо тщательно изучить устав и правила внутреннего распорядка, но на нескольких моментах мы остановимся отдельно, чтобы это точно уложилось в ваших головах, — Сокджин обвёл взглядом студентов и усмехнулся. — В первую очередь это касается альф, потому что с омегами таких проблем почти не возникает. Вы должны уяснить, что с насилием в академии очень строго. За драку вас, может быть, и не отчислят, но сурово накажут. Однако если вы будете вести себя как дикие животные и приставать к мальчикам, вас выпрут отсюда с позором. Не подумайте, что я вас запугиваю, можете расспросить старшекурсников, они расскажут вам занимательные истории, как отчисляли студентов, которые вот-вот должны были выпуститься за то, что они распускали руки. Вы сами понимаете, что вас ждёт, если вас отчислят из академии за подобное нарушение. Все дороги вам будут закрыты, вы сможете забыть о карьере.       Многие альфы невольно напряглись. Они посмотрели друг на друга с такими лицами будто вовсе не могли представить ничего подобного, однако они провели на территории академии только несколько дней, не понимая, что на самом деле может происходить во время учебы.       — Сейчас вы можете строить невинные лица, но просто держите это в голове в дальнейшем. Никто не будет вас щадить, никто не даст вам второй шанс, отмазки вроде того, что вы не сдержались, не прокатят. Пусть омеги хоть голые, хоть во время течки ходят перед вами, вы не имеете права даже пальцем их тронуть.       — А если по обоюдному желанию? — спросил какой-то смельчак, вызывая у однокурсников смешки.       — Даже если по обоюдному, — резко сказал Намджун строгим голосом. Альфы тут же замолкли. — Не увлекайтесь и не забывайте, где вы находитесь. Развратное поведение противоречит уставу, вы здесь, чтобы учиться, а не крутить романы. Мы все взрослые люди и прекрасно понимаем, в каком вы возрасте и что у вас в голове, поэтому никто не подумает отчислять или наказывать вас, если вы начнете встречаться с кем-то из академии, но думайте прежде всего головой, которая у вас на плечах, а не головкой, что в штанах.       Смешки сменились настоящим хохотом. Тут же зазвучали развратные шуточки и комментарии, но несколько хмурых взглядов от капитанов — и студенты снова сидели тише воды, ниже травы. Под конец собрания, перед тем, как отпустить студентов на ужин, Намджун привлёк внимание ребят:       — Напоследок хочется сказать вам ещё кое-что. Вы все прекрасно знаете, что с вами на курсе учится Его Высочество, — альфа посмотрел на Чонгука, скромно сидящего в компании своих друзей. Стоит отдать должное принцу, он вёл себя получше многих студентов, не зазнавался, спокойно выполнял все требования и подчинялся приказам, как самый обычный юноша. — В этих стенах Чонгук в первую очередь такой же студент, как и вы, он ваш товарищ. Его статус не даёт ему никаких учебных привелегий, вы все равны. Чонгук, прошу тебя, помни об этом.       — Есть, капитан Нам, — альфа кивнул.       Чимин, сидящий рядом с ним, хихикнул и слегка толкнул друга. Такого важного из себя строил.       — Так что вы все общаетесь с ним как с обычным парнем, никаких выканей, Его Высочеств и прочего. Это может быть непросто, я вас прекрасно понимаю, но это нужно сделать. В дерьме будут валяться, все вне зависимости от того, альфа вы или омега, принц или сын обычного служащего.       — Валяться в дерьме? — Чимин в ужасе округлил глаза.       Тэхён не удержался от ухмылки, он обернулся, чтобы посмотреть на исказившееся лицо омеги. Наверное, сыночки, которым всю жизнь подтирали задницу, бояться в чем-то запачкаться. На мгновение омега столкнулся глазами с принцем, который смотрел в его сторону, но тут же отвернулся.       — А то! — Сокджин рассмеялся, видя реакцию Чимина. — И не только в нём.

·•°•·✧·✦·✧·•°•·

      Ночью у многих первокурсников от волнения крутило животы. Кто-то так и не смог уснуть до самого рассвета, кто-то то и дело просыпался, боясь проспать подъём. Ночь перед первым учебным днем всегда самая волнительная.       Тэхён проснулся резко. Он дёрнулся и сразу сел на кровати, как только услышал безумно громкую, оглушительную птичью трель. Как будто щебетала очень-очень большая птица. Слипшимися ото сна глазами омега попытался найти источник звука, но не смог. Сону напротив зашевелился. Одеяло полетело в сторону, парнишка подскочил и сразу же увидел кукушку, сидевшую на выступающей части подоконника. Он подошёл к заводной птичке и почесал макушку, успокаивая малышку.       — Я бы ни в жизни не догадался, что утихомирить эту крикунью возможно именно таким способом, — прохрипел Тэхён, потирая глаза. — Почему она оказалась на подоконнике? Когда мы ложились, она сидела на тумбочке.       — Кукушки не любят долго находится на одном месте, они всю ночь перемещаются по комнате. — Их птица замолчала и застыла на месте словно симпатичная игрушечная фигурка. В комнате стало тихо, но из соседних глухо раздавались отрывистые «ку-ку, ку-ку». Там ребята, по всей видимости, ещё не проснулись и не успокоили своих пташек. — Знаешь, если никто из нас не проснётся достаточно быстро и не приласкает её, то она начнет прыгать по нам и может даже слегка клюнуть.       — Ты шутишь? — Тэхён поражённо уставился на соседа. Не хотелось бы, чтобы одним прекрасным утром кукуха клюнула его в темечко.       — Не-а, — Сону рассмеялся и покачал головой.       — Мда-а, — протянул Тэхён и поднялся с постели, сразу же её заправляя. — Зная это, появляется стимул вставать вовремя.       В пижамах, омеги вышли из комнаты и последовали в помывочные. Там уже толпились студенты. Перед умывальниками образовывались очереди — на всех сразу мест не хватало, поэтому приходилось ждать. Когда кто-то из новобранцев копошился слишком долго, омеги со старших курсов, пытаясь сохранять терпение, что у них получалось не очень-то хорошо, подгоняли их:       — Живее! Нам тоже нужно успеть умыться и выйти на построение.       Весь первый этаж жилого корпуса занимали наставники, сотрудники и прочий персонал, проживающий на территории академии. В правом крыле на втором этаже располагались комнаты омег, третий и четвертый были в распоряжении альф. В левом крыле проживали только альфы, на что вечно жаловались. При желании им было намного сложнее пробраться в гости к омегам после наступления комендантского часа.       На каждый этаж полагалось две помывочные и две уборные, по одной в правом и левом крыле. Помывочная представляла из себя просторное помещение, разделенное на несколько зон. При входе студентов встречали умывальники из натурального камня, являющиеся продолжением стены, на которой висели зеркала в золотистых рамах.       По обыкновению сразу после подъёма маги отправлялись умываться. Им следовало быстро освежиться, вернуться в комнату, одеться и спуститься на построение к своей группе. Иногда, из-за того, что умывальников было в несколько раз меньше, чем студентов, случались задержки. Когда шла речь о том, чтобы сотня омег умылась, то непременно возникали трудности.       Пройдя чуть глубже в помывочную, студенты оказывались в душевых. Душевых и того было меньше, чем умывальников. После разминки, пропотевшие и промокшие насквозь, студенты принимали быстрый душ, смывая с себя липкий пот, и отправлялись на завтрак.       Автономная система подачи воды сильно облегчала процесс мытья. Вода била мощными горячими струями прямо в голову, и не нужно было заботиться о том, что она закончится. Однако чтобы всем успеть помыться, приходилось ускоряться. Насладится магическими разработками можно было на выходных, хотя и в дни без занятий познать все прелести душевых процедур не всегда получалось. Было слишком много желающих. Подобная душевая система на сегодняшний день была установлена только в академии и во дворце у самого Его Величества. Специальная разработка.       Кроме того для поддержания чистоты молодых тел дважды в неделю топились академические бани.       — А кто-нибудь в курсе, у нас сегодня поле? — старший омега отошёл от умывальника, промакивая лицо чистым полотенцем.       — А где же ещё?       — Ну не знаю, в каком-то году утреннего поля не было несколько недель.       Тэхён заинтересованно слушал разговор старших, стараясь понять, о чём идет речь. Сону заметил сосредоточенное лицо соседа и приблизился, объясняя:       — Полем принято называть любую тренировку на улице, даже когда бегут кросс в вокруг территории или отбывают в лес.       — Понятно, — кивнул омега.       Тэхён быстро освежился, привёл себя в порядок и, дождавшись Сону, вернулся с ним в комнату одеваться. Как только омеги были готовы, Сону протяжно вздохнул, осматривая себя в зеркало.       — Тебе не кажется, что майка без рукавов слишком сильно оголяет руки?       Тэхён пожал плечами. Его рельефные мышцы плавно перекатились, заставляя Сону завистливо застонать. Он был неплох собой, но бицепсы ещё не накачал.       Омеги покинули комнату и спустились на первый этаж. Вокруг было несколько сотен студентов в точно такой же одежде. Большую часть года спортивная форма состояла из длинных лёгких штанов болотного цвета, полностью закрывающих ноги, и майки без рукавов. Были комплекты с белыми и чёрными майками. Не слишком большое разнообразие, но и то приятно. На ноги надевали армейские ботинки. Когда становилось прохладнее, поверх маек полагалось надевать куртку в цвет штанов.       Студенты вышли на поляну перед входом в жилой корпус и быстрыми стрелами разбежались по своим группам. Растерянные новобранцы крутились на месте, не зная, куда податься. Старшие смотрели на них с снисхождением и посмеивались, когда видели, что первокурсники теряются и тупят.       С горем пополам, после нескольких агрессивных свистков от старшего профессора по физической подготовке, из-за того, что детишки не укладывались во временные рамки, все встали в строй, разойдясь по группам.       Новобранцы стояли вытянувшись по стойке смирно во главе со своими наставниками и боялись даже лишний раз вдохнуть, не то что шевельнуться. Сокджин с Намджуном переглянулись и по-доброму усмехнулись.       Профессор и несколько его помощников приветствовали студентов. Они коротко поздравили всех с началом учебного года и приступили к утренней разминке. Профессор распределил курсы по полям и площадкам, оглашая комплекс упражнений, который необходимо провести, и отправил выполнять. На поляне остались только трясущиеся первокурсники.       — Рад вас видеть в числе студентов нашей академии, — строгим, низким и громким басом произнес профессор. — Меня зовут Кан Гвансон. Ко мне вы должны обращаться «товарищ генерал», а лучше всего вообще не обращаться, пока я сам того не потребую.       Кан Гвансон руководил кафедрой физической подготовки в академии и всем своим видом демонстрировал данный факт. Это был высокий мускулистый мужчина с широкими плечами, сильным туловищем и крепкими ногами возрастом немного за шестьдесят. В зачёсанных назад волосах проглядывала элегантная седина. Взгляд его тёмных глаз пронизывал насквозь, а суровый голос заставлял бежать мурашки по телу даже у наставников, которые сами когда-то проходили обучение у генерала и так же стояли перед ним трясясь. За столько лет благоговение, граничащее с искренним мандражом перед генералом, никуда не делось.       — Это мои помощники: лейтенант Ли Ильён, лейтенант Пак Джинсу и лейтенант Хван Гынхо. С этими молодыми и прекрасными мужчинами вы ещё успеете поближе познакомится на учебных занятиях. На утренних разминках они будут командовать вами и давать вам указания на тренировки. Вы обязаны беспрекословно подчиняться им и выполнять их приказы. Проводить разминку для вас будут ваши наставники. Они вам объяснят основной комплекс упражнений и покажут технику их выполнения. Упражнения простые и банальные, выполнять их необходимо в полную силу, филонить строго запрещено! Всё ясно?       — Так точно, товарищ генерал, — с надрывом, лёгкой дрожью и невпопад ответили первокурсники.       Кан Гвасон нахмурил широкие брови с белёсым налетом старости и недовольным взглядом обвёл новобранцев, а потом посмотрел на своих помощников.       — Новички же ещё, первый день, товарищ генерал. Исправим, — пообещал лейтенант Джинсу с лёгкой улыбкой.       — Уж постарайтесь, — ответил профессор-генерал и кивнул, командуя: — Приступить к разминке.       Кан Гвансон покинул поляну перед жилым корпусом и направился в здание академии резвой и твёрдой походкой.       — Ну и дядя, — негромко сказал Сонхун одногруппникам       — Отставить разговорчики! — тут же последовало замечание от лейтенанта Ильёна. Из всех троих именно этот производил самое неприятное впечатление. Высокий, худой, с вытянутыми лицом и маленькими глазами. Точно самый противный из троицы.       — Сегодня бежите вокруг территории академии. Стартуете от первой группы к последней, согласно нумерации. Капитаны — направляющие. По возможности старайтесь не отставать, — громко, так чтобы услышал каждый студент, озвучил лейтенант Джинсу.       — Всего круг? — усмехнулся лейтенант Гынхо, спрашивая коллегу.       — Им бы один пробежать, — Джинсу с теплотой старшего посмотрел на новобранцев. — Указания понятны?       — Так точно, товарищ лейтенант!       Джинсу недовольно покачал головой и цокнул:       — Ребята, чё они у вас отвечают как будто не в академию пришли, а так, в песочницу поиграть в солдатики?       — Джинсу, да мы их только вчера всех увидели, когда нам было оттачивать ответы? — спросил Намджун у коллеги и по совместительству хорошего приятеля.       — Капитан Нам, я попрошу, — нарочито серьёзно произнес Джинсу и довольно улыбнулся. — Называйте меня товарищ лейтенант.       — Вот жук навозный, — тихо, так, чтобы никто не услышал, пробурчал Намджун, — выделывается стоит.       Те ребята, что ближе всего были к Намджуну, прыснули со смеху, но стоило тому кинуть на них взгляд, как тут же умолкли.       — Приступить к тренировке! — скомандовал лейтенант Джинсу, и группы во главе с капитанами одна за другой отправились на пробежку.       Лейтенант Ли Ильён отправился к старшим курсам, а Джинсу и Гынхо обещали присоединиться позже, решив для начала понаблюдать за новобранцами. Они направились на точку, где фиксировалось начало и окончание дистанции.       Территория академии была огромная, пробежать вокруг хотя бы один круг представлялось далеко не самой простой задачей.       Стартанули первокурсники хорошо. Капитаны задали отличный темп, и первую половину дистанции ребята пробежали без особых трудностей, но на второй начались проблемы. Дыхание сбилось, появилась усталость, однако останавливаться было нельзя, нужно было завершить дистанцию во что бы то ни стало.       — В этом году много хорошеньких омег, — сказал Гынхо напарнику, усмехаясь. — Я слышал, что сын Главнокомандующего поступил в этом году.       — Да? До меня доходили только разговоры о невероятном омеге, который отобрал у принца корону и сместил его с пьедестала, — рассмеялся Джинсу. — Надо будет узнать, что это за омежка.       — Мальчишки из администрации по секрету нашептали мне, что его определили в отряд Джина.       — Да ты что! Что же это за мальчишки из администрации нашёптывают тебе такие подробности? Может, познакомишь?       — Обязательно, — хохотнул Гынхо. – Не удивительно, что такого омегу запихали к Джину. Он, наверное, от счастья там обмочился.       — Если бы Джин слышал тебя сейчас, он бы уже схватил тебя за яйца и открутил их.       — От рук этого омеги не страшно погибнуть, пускай хватает да покрепче, — хохот Гынхо стал громче. — Как думаешь, они с Намджуном поёбываются?       — Откуда ж мне знать? Спроси у него, если интересно.       — И получи кулаком в рожу. Ага, спасибо.       Альфы так и стояли, переговариваясь, пока в далеке не заметили плетущихся первокурсников. Капитаны замедлились, подстраиваясь под выдохшихся студентов, которые еле-еле перебирали ногами, покачиваясь из стороны в сторону.       — Хорошо бегут, — не без сарказма сказал Джинсу, — такими темпами финишируют как раз к ужину.

·•°•·✧·✦·✧·•°•·

      После утомительной пробежки студенты вернулись в учебный корпус. Они быстро смыли с себя пот и сменили спортивную форму на учебную рубашку и брюки. Сону снова крутился перед зеркалом, рассматривая, как села на него форма, пока Тэхён с улыбкой наблюдал за ним со своей постели. Откровенно говоря, Тэхёна мало заботило то, как на нём сидит форма, он находил кучу вещей, о которых можно было подумать, нежели одежда.       Омеги направились завтракать в столовую, располагающуюся на первом этаже.       — Чёрт, кажется, мне мала эта рубашка, — жаловался по пути Сону, то и дело поправляя короткие рукава.       — Разве? — Тэхён ещё раз взглянул на приятеля и кивнул. На самом Тэхёне рубашка сидела просто отлично, чуть свободно, нигде ничего не сковано. — Кажется, да. Обратись к капитану Джину, он должен помочь.       — После занятий, — вздохнул Сону.       Когда ребята зашли в столовую, то не могли не ощутить гнетущую атмосферу. Старшекурсники с хмурыми лицами получали завтрак и разбредались за столики, пока новобранцы прибывали в откровенном ужасе, глядя в свои тарелки.       — Что это с ними? — спросил Тэхён. Он подошёл к стойке выдачи, положил тарелку с завтраком себе на поднос, но когда не услышал никакой реакции от вечно говорливого Сону, то обернулся, видя застывшего омегу: — А с тобой что?       — Это завтрак? — Сону скривился и с недоверием посмотрел в тарелку Тэхёна.       — А непохоже?       — Все всегда говорили о том, что в академии хорошо кормят.       — Каша — плохая еда? — Тэхён искренне не понимал, в чём дело. Кажется, только он без особого отвращения взял тарелку с самой простой кашей и пошёл за свободный столик.       Сону вздохнул, решив, что такова судьба, ведь никто не говорил, что в академии будет легко, взял свою порцию и проследовал за Тэхёном.       Сев за стол, Тэхён решительно взял ложку, зачерпнул кашу и отправил её в рот, но тут же скривился и поднял глаза к Сону, севшему напротив.       — Не нравится? — омега гипнотизировал тарелку, боясь притрагиваться к серой жиже.       — Сладко. Кто вообще варит такую сладкую кашу?       — Каша всегда сладкая.       — Не всегда, — Тэхён покачал головой и заметил солонку, стоящую на столе. Он смачно посолил завтрак, рассчитывая, что станет лучше. — Чёрт, всё равно сладит, но теперь у меня хотя бы не сводит скулы от сахара.       — У тебя точно нет состоятельных родственников? — с удивлением спросил Сону, следя за действиями приятеля.       — Нет. Почему спрашиваешь?       — Смотря на то, сколько соли ты сыпанул в тарелку, можно подумать, что твоя родня занимается торговлей.       — Нет, — Тэхён отрицательно покачал головой и нахмурился, закусывая губу. Внутри всё задавило от напряжения. Ему совсем не нравилось об этом говорить. — Я просто люблю солёное намного больше, чем сладкое.       — Вот как, — Сону понимающе закивал. — Соль — дорогой продукт, практически дефицит. Я тут вспомнил один случай, весь город стоял на ушах, во всех газетах писали подробности об одном деле.       — Что за дело? — спросил Тэхён, жуя кашу.       — Кажется, за прошлый год преступники обокрали порядка двадцати кораблей, завозящих в Хэвенис соль. Помню, что родственники писали моим родителям о проблемах с солью в их маленьком городе и просили привезти пару мешочков из Алджанны, — рассказывал Сону, возя ложкой в тарелке.       — Ух ты.       — Ты не слышал?       — Не помню, может быть, что-то долетало, но уже забыл.       — Громкое было дело, — сказал омега и решился попробовать завтрак. Он съел одну ложку и страдальчески захныкал. — Семь потов сошло на пробежке, теперь ещё это на завтрак. Знаешь, это всё больше похоже на издевательство, а не на обучение.       — А чего ты ожидал? — усмехнулся Тэхён.       Через пару столиков от них расположилась уже знакомая компания — принц и его верные товарищи. Ещё несколько ребят, которые разговорились с ними после пробежки, сели рядом за столик. Все крайне смущённо и боязно смотрели на тарелки. Немного помявшись, всё же попробовали, понимая, что ничего другого их этим утром не ждёт. Через силу глотая еду, которую они никогда бы в жизни по собственной воле не стали есть, обсуждали уместность подачи такого завтрака.       — Нет, вы считаете, что это нормально? Да это же какие-то помои! — раздался возмущённый голос омеги.       Тэхён сидел спиной к звёздной компании и, только услышав этот голос, закатил глаза. Если бы он ещё и видел, с каким лицом это было произнесено, то точно бы не удержался от едкого комментария.       Чимин с лязгом оттолкнул тарелку от себя подальше и сложил руки на груди. Ребята за столом рассмеялись.       — Нет, ну правда, почему я должен есть эту гадость?       — Потому что больше тебя ничем не накормят, — ответил Хосок. — Мне тоже не нравится эта бурда, но выбирать не приходится.       — Мы студенты лучшей магической академии в мире, мы элита и будущее этой страны, и мы должны есть то, чем питаются свиньи?       — Как уже сказал Хо, выбора у тебя собственно нет, — Чонгук глубоко вздохнул и, взяв всю волю в кулак, засунул в себя ложку с противной кашей. Поесть просто необходимо, впереди их ждёт длинный сложный день.       — Ничего страшного, дождусь обеда.       — Не хочу тебя разочаровывать, но обед будет не лучше.       — Это ещё почему?       — Когда мой брат учился в академии, он рассказывал, что каждый год в первый учебный день студентам подают подобную еду. Обычно это очень простые блюда: каши, похлебки, пресные супы. Никаких изысков. Это специально делают, чтобы немного осадить окрыленных первокурсников и напомнить старшим о том, что на реальной службе их не всегда буду кормить лучшими обедами. Мол, нужно быть готовыми к тому, что в полевых условиях придётся есть нечто подобное, а может что и похуже.       — Какой ужас, — чуть ли не со слезами на глазах сказал Чимин.       — На самом деле это имеет смысл, — кивнул Хосок и с некоторым приободрением стал есть противную кашу. — В поле может не быть ресурсов для того, чтобы вкусно питаться, но тем не менее нужно поддерживать и сохранять силы для борьбы. Когда речь идёт о том, чтобы забить желудок и восполнить силы, то главное, чтобы пища была питательная, а не вкусная.       — Вчера на ужине была отличная еда. Я всё равно не понимаю, в чём смысл травить нас в первый учебный день, — Чимин вздохнул.       Хосок хихикнул и толкнул тарелку обратно в сторону омеги.       — Не понимай, главное — поешь, а то не будет сил дожить до обеда.       — Хо прав, — кивнул Чонгук. — Хотя бы пару ложек.       Тэхён очень сожалел о том, что не мог видеть, с каким лицом Чимин ел завтрак. Но даже так раздражённость, которую в нём вызывал этот омега, очень быстро сменилась на удовлетворение. Гордиться нечем, но ему было безумно приятно осознавать, что жизнь хотя бы таким способом немного спустила Пака с небес на землю, заставляя давиться переслащенной кашей.

·•°•·✧·✦·✧·•°•·

      В первый день практически на всех занятиях преподаватели знакомились с новобранцами. Они рассказывали о себе, о своём предмете, о том, что им предстоит делать в течении года. Два урока в первой половине для проводились для целого курса в шикарных просторных лекториях.       Академия поражала своей помпезностью. Шагая по длинным коридорам, ребята теряли дар речи от восхищения. Они были в самом настоящем дворце! Очень многим подобное роскошество даже не снилось. Можно было с уверенностью говорить о том, что здание академии ничуть не уступало дворцу самого Его Величества.       Белокаменные стены с широкими и высокими окнами, через которые в коридоры вливался тёплый солнечный свет, освещая всё вокруг, были основой всего. По обе стороны вытянулись стройные колонны, выглядывающие из-за краёв пышных штор. На полу лежала плитка со строгим орнаментом. Чёрные, как беспросветная ночь, ромбы раскинулись средь ослепительно белоснежного океана. Точно снег, блистающий в ярких лучах солнца. Поверх во весь коридор расстилалась алая ковровая дорожка в цвет штор на окнах с каймой вышитых цветов и фруктов. На потолке раскинулись причудливые фрески, иллюстрирующие магические сражения и сюжеты из повседневной жизни академии.       У дверей в классы висели витиеватые канделябры. Когда станет темно, по коридору пройдут маги огня и зажгут сильное пламя, которое всю ночь до самого рассвета будет ярко-ярко гореть. Они зажгут и люстры, повисшие под потолком. Те, скорее, похожи на множество кристально чистых капелек, застывших в воздухе хрусталем.       И везде золото. Безумно много золота. Всё светилось и блистало, отражая лучи солнца. На стенах мелькали золотистые детали, по колоннам вверх бежали золотые стрелы, на потолке поблескивала золотая краска, ручки дверей и окон изящно изгибались вензелями из чистого золота.       Каждый класс, каждый кабинет, каждая самая маленькая комнатка, коих в академии было огромное множество, приковывали к себе внимание своей красотой и удивляли индивидуальностью. Все они не были похожи друг на друга. Когда причудливая птичья трель разносилась по помещению и уведомляла о завершении занятия, ребятам не хотелось выходить из аудитории. Они желали задержаться в классе подольше, хотя бы ещё на минуточку, чтобы побыть частью окружающего их великолепия. Но выйти приходилось, их ждал новый урок, новый учитель, новый класс, который восхищал не меньше предыдущего.       После невпечатляющего обеда по расписанию был курс зельеварения. Это один из немногих уроков, куда студенты ходили определенными академией группами по два десятка человек.       Чонгук был вынужден попрощаться с Хосоком и Чимином, которые оказались в группе капитана Намджуна и должны были заниматься в другом кабинете, и отправиться в одиночестве в нужный ему класс. Зайдя внутрь, альфа бегло осмотрел сидящих за столами одноклассников. Подоспели ещё не все, поэтому у него была возможность выбрать себе неплохое место.       Все, стоило ему зайти, сразу же оторвались от своих их дел и посмотрели на него. Разговоры затихли, студенты с нескрываемым интересом и благоговением ждали, к кому же подсядет сам принц. Те, кто уже обзавёлся себе соседом, пожалели, что не придержали место.       Чонгук заметил знакомое лицо и подошёл к боковому столу в центре класса. Отличное место. Не слишком далеко, чтобы вдруг пропустить что-то важное, и не слишком близко, чтобы смущаться близостью профессора.       — Привет. Я подсяду?       Тэхён, к которому он подошёл, кивнул и отодвинулся к окну.       По классу прошёлся неловкий шёпот. Можно было и не шептать — будто те, о ком студенты говорили, их не слышали.       — Кхм, — прокашлялся Чонгук, напрягаясь.       От повисшей в воздухе неловкости его спасло то, что в класс зашло ещё несколько человек, которые с порога начали громко возмущаться тем, насколько отвратительным был обед. Ребята согласно заугукали и довольно быстро подхватили новую тему для разговоров. Неожиданно плохое питание волновало их чуточку больше, чем персона Его Высочества.       — Мне очень неловко это говорить, прости, пожалуйста, но я не помню, как тебя зовут, — Чонгук улыбнулся, смотря на омегу, и уже после того, как произнёс это вслух, подумал, что это не лучшие слова для начала диалога.       — Я бы удивился, если бы ты помнил, — Тэхён глянул на альфу и усмехнулся.       Чонгук виновато хмыкнул и кивнул.       — Ещё раз прости.       — Да ладно, я шучу. Я сам ещё практически никого не запомнил по именам.       — Меня зовут Чонгук.       — Ты не в счёт, — омега прыснул от смеха, заставляя принца смущённо поджать губы. — Я Тэхён.       — Тэхен, я хотел извиниться перед тобой, — начал альфа, но по растерянному взгляду омеги, понял, что тот не совсем понимал, о чём речь. — За Чимина, когда мы встретились у списка поступивших. Он повёл себя грубо и неприлично.       — Так, может быть, ему и стоит извиняться, если он повёл себя грубо и неприлично? Зачем ты делаешь это за него?       — Не хочу, чтобы ты затаил на него обиду. Я знаю Чимина всю жизнь и уже привык к тому, что он бывает слишком резким. Он это не со зла, просто не всегда следит за языком.       — За руками, судя по всему, тоже.       — Чёрт, я понимаю, что это звучит очень глупо.       — Раз понимаешь, то давай не будем говорить про твоего друга. Как твой нос? — спросил Тэхён, не желая обсуждать противного омегу.       — Неплохо, уже не болит, но синяк сойдёт только через несколько дней.       — Отстойно получить по лицу, когда ты принц?       Альфа хрипло рассмеялся и кивнул:       — Есть такое. Мне до этого никогда не прилетало. Но думаю, что не принцам тоже не очень приятно, когда их бьют.       — Наверняка, — согласился омега, листая страницы учебника зельеварения.       Видя, что сам омега не слишком охотно заводит разговор, а только отвечает, Чонгук попытался сменить тему.       — Сегодня на утренней разминке я видел, как ты бежал. Для омеги ты очень хорошо держался.       Тэхён хмыкнул. Он сжал страницу учебника между пальцами, не перелистывая до конца, и снова посмотрел на принца. Но иначе. От взгляда омеги Чонгуку захотелось провалиться под землю.       — Только для омеги? Мне казалось, что я шёл вровень с альфами. До самого конца дистанции, в отличие от многих, я хорошо держался.       — Чёрт, — во второй раз выругался принц. Услышь его папенька, точно бы не постеснялся сделать замечание и ударить по губам, как маленького. В детстве если Чонгук позволял себе говорить что-то неприличное, то непременно получал сначала по губам, а следом нагоняй от родителя. — Извини, сказал глупость. Ты прав. Среди новобранцев ты держался очень хорошо.       — Столько чести, принц рассыпается передо мной в извинениях. Мне даже не по себе.       — Мы с тобой теперь товарищи, не называй меня, пожалуйста, принцем. И если я сказал что-то не то, то лучше извиниться, не правда ли?       — Попробуй донести это до своего друга, — ответил омега и вернулся к книге.       Всё-таки Тэхён обиделся на Чимина, решил Чонгук. Он подпёр щеку рукой, наблюдая за тем, как Тэхён листает страницы учебника, и думал, что было бы неплохо примирить омег, но как сделать это, не представлял. Незаметно среди этих размышлений возникли мысли о том, что у омеги очень длинные и красивые пальцы. У Чимина вот пальцы короче и пухлее. Чонгук неизменно сравнивал всех омег в своей голове с другом, потому что тот был единственным омегой, с которым он общался. Пальцы Чимина очаровательны в своей мягкости и припухлости, но ему куда больше нравилась тонкость и изящность пальцев Тэхёна. Они напоминали ему пальцы папы. У того они такие же музыкальные и живописные. Такими пальцами музыканты играют чудную музыку на балу, и именно такие пальцы запечатляют вдохновленные художники на своих полотнах. Даже форма ногтей похожа. Широкая и прямая.       Тэхён, заметив, что Чонгук уставился на его руки, закрыл учебник и спрятал ладони под стол. Омега смутился. Он ощупывал под столом свои ладони и чувствовал кое-где грубую содранную кожу и в некоторых местах мелкие некрасивые заусеницы у ногтей. Ко всему прочему на руке красовалась красная царапина.       Посмотрев на руки Чонгука, к щекам чуть было не прилипла краска. У принца были идеальные чистые короткие ногти, без малейшей частички лишней кожицы, тон кожи ровный, видно, что руки мягкие, нежные, подушечки пальцев розовые и не успевшие огрубеть от работы.       От тревожных мыслей отвлёк преподаватель, появившийся в классе. За ним следом вбежали студенты, проскользнули на свободные места, и тут же раздалась птичья трель, оповещающая о начале занятия.       — Здравствуйте-здравствуйте, дорогие, присаживайтесь, — профессор махнул руками, усаживая поднявшихся студентов. — Я очень рад всех вас видеть в числе студентов академии. Пока мы ещё не знакомы, но я уже верю в вас всем сердцем и надеюсь, что вы добьётесь всего, чего желаете. Меня зовут Ейки Наугрим, но вы можете меня называть просто профессор Ейки. На моих занятиях мы с вами погрузимся в волшебный мир зелий и снадобий и научимся варить самые необходимые. Вы спросите: «Профессор Ейки, зачем нам, стихийным военным магам, учиться варить всякие зелья и снадобья, когда есть маги, которые специализируются на этом?», а я вам отвечу..       Так и начался подробнейший рассказ о том, почему всякому магу нужно освоить пару-тройку десятков рецептов самых важных зелий.       Профессор Ейки говорил много, быстро и бесперебойно. Это был миниатюрный омега средних лет, который носился по маленькому классу словно ураганчик. Он подходил к своему столу, шурша бумагами, потом в два шага оказывался у доски, от которой тут же перемещался к заставленному банками и склянками шкафу со стеклянными прозрачными дверцами. Он так быстро перемещался по кабинету, не замолкая ни на мгновение, что казалось, будто профессор везде и сразу. Он заполнил собой весь класс, завлёк внимание каждого студента, даже того, что никогда в жизни не собирался интересоваться зельеварением.       То, что уже сегодня они попробуют сварить своё первое зелье, не могло не обрадовать ребят. В отличие от прошлых занятий, на которых их запугали огромными толстыми учебниками, которые придётся читать день и ночь, не мечтая о магической практике, тут их с первого дня ждал реальный опыт.       — Сегодня мы попробуем с вами сварить одно из наиболее важных зелий для студентов, обучающихся в академии. Попробуете угадать, что это за зелье? — предложил профессор Ейки.       — Обезболивающее зелье? — предположил один из студентов.       — Нет, — покачал головой профессор.       — Зелье для поддержания сил?       — Это одно из самых трудозатратных и сложных в своем приготовлении зелий, мы с вами обязательно освоим его рецепт, но не на первом занятии.       — С такими завтраками и обедами, мы должны научиться варить зелье от отравления.       Студенты не удержались от смеха, заставляя хихикнуть и преподавателя.       — И такое зелье будет. Не буду больше вас мучить и томить вопросами. Сегодня мы с вами научимся варить противозачаточное зелье.       Студенты резко замолкли, округляя от удивления глаза. Чего-чего, а подобного они не ожидали.       — Профессор Ейки, вы считаете, что это самое важное зелье для студентов академии? — робко спросил один из присутствующих в классе омег.       — Так считаю не только я, но и вся администрация академии. Вы, молодые люди, в силу своей стеснительности и легкомысленности склонны пренебрегать зельями от нежелательной беременности. Вы вошли в ту прекрасную пору, когда ваши тела созрели для зачатия детей и стремятся к близости. Это вполне нормально, мы все с вами люди и не можем делать вид, что нашей природы не существует. Поверьте моему опыту, я повидал множество историй за столько лет, когда наши студенты бездумно пускались в любовные приключения, что заканчивалось лялькой в круглом животе. Это было и в период моего обучения много лет назад, и по сей день происходит. Радует только то, что сегодня этого намного меньше. Альфы, вы, пожалуйста, не думайте, что это касается только омег. Совсем нет. Большинство историй как раз о том, что наши студенты выходили в город и заделывали детей, а потом их омеги, оказавшиеся в положении, нуждались в помощи и поддержке. Как вы понимаете, если альфа был не моральным уродом, а добропорядочным человеком, он был вынужден уйти из академии, чтобы находиться рядом со своим суженым. Кстати, забегу немного вперёд, следующие несколько занятий мы посвятим блокирующим течку и гон зельям, что тоже не менее важно.       Слушать, как человек вроде профессора Ейки увлеченно рассказывает о существующих любовных похождениях в академии, было странно. Профессор Ейки походил на человека-одуванчика, невинного, светлого, который каждый свой день проживает в сказке. Он мог бы говорить о ароматных травах, долго рассуждать о том, как лучше варить то или иное зелье, или вообще отойти от своей специализации и обсудить котлетки, подаваемые на ужин в столовой. Но то, что он сходу заговорил про любовные утехи, студентов сбивало с толку.       Студенты, некоторые стеснённые и смущённые, некоторые, наоборот, взбодрившиеся и возбудившиеся темой сегодняшнего занятия, открыли учебники в поисках описания нужного зелья.       Тэхён потянулся к книге и резко столкнулся своей рукой с рукой Чонгука, который тоже вздумал открыть её. Альфа и омега переглянулись. Чонгук убрал руку, Тэхён открыл учебник на нужной странице.       Профессор Ейки подробно рассказал про то, как происходит процесс приготовления любого зелья. Сначала необходимые ингредиенты подготавливаются согласно технологии и помещаются в чан, в котором впоследствии варятся. Как только отвар готов, необходимо завершить процесс изготовления и магически зарядить будущее зелье, что и является самым трудным этапом.       Студенты получили весь необходимый инвентарь и ингредиенты, подробно разбирая каждую составляющую, и под чутким руководством начали готовить зелье.       — Запах так себе, но не хуже утренней каши, — посмеялся Чонгук, помешивая полупрозрачную корневую жижицу в небольшом котелке, который они подвесили над лабораторным огнем.       — Если оно реально действует, то не так важно, как оно пахнет, — ответил Тэхён, засыпая в чан перетёртую в пыль сушеную траву из местных глубоких лесных чащ.       — Профессор Ейки, как мы поймём, что у нас получилось приготовить зелье? Вдруг оно на самом деле будет нерабочее, — спросил Чонгук.       — Я ждал, что кто-нибудь задаст этот вопрос! Омеги, которые принимают противозачаточное зелье, безошибочно могут определить, качественно ли оно сделано или нет и насколько сильно может защитить. Всё дело во вкусе. Зелье до магической зарядки обладает очень резким горьким вкусом, но после приобретает мягкую сладость. Вкус качественного зелья приятный, он лишь слегка отдает горчинкой.       — Это что же, нам, альфам, придётся попробовать эту жижу? — один из парней скривился, смотря в котелок.       — Да, — уверенно ответил профессор. — Не переживайте, с вами, альфами, ничего не случится, если вы его попробуете.       — Фу, мерзость, — протянул парень с задней парты.       Его сосед слегка пихнул его плечом и расхохотался:       — Да ладно тебе, наверняка вкуснее сегодняшнего завтрака.       К концу занятия, когда каждая пара, работающая над зельем, зарядила его магией, настал самый волнительный для студентов момент — дегустация.       Новобранцы разлили по небольшим колбочкам получившуюся жидкость и долго не решались глотать её, пока профессор Ейки не рассмеялся и сам не попробовал одно из зелий.       — Слишком сильно горчит, скорее всего, приняв такое зелье и встретившись с альфой, омега понесёт. Нужно потренироваться в зарядке, возможно, вы отдали отвару слишком мало сил. В следующий раз будьте терпеливее. Заряжать зелье следует не спеша.       Вслед за профессором будущие маги стали пробовать зелье.       Чонгук понюхал содержимое баночки, пахло намного лучше, нежели во время изготовления, и капнул немного отвара на кончик языка, пробуя. Тэхён рядом с ним одним глотком выпил всё содержимое, удивляя одноклассников.       — Смело, — поражённо выдохнул парень, сидящий за ним.       — Кажется, получилось, — сказал омега, смотря на соседа. Чонгук слегка нахмурился, пытаясь различить вкус. — Сладкое, но немного горчит. Похоже на бруснику.       — На бруснику? — альфа заинтересованно посмотрел на Тэхёна. Тот кивнул. Тогда Чонгук решился и повторил за Тэхёном — выпил зелье залпом. — Да, ты прав. Похоже на северную ягоду.       Одни ребята, попробовав свои зелья, плевались и кашляли. Становилось понятно, что у них ничего не получилось приготовить. Другие — радостно улыбались и чуть ли не в ладоши хлопали, были готовы выпить ещё добавку, сочтя, что на вкус не так уж и плохо.       — Молодцы. Те, у кого не получилось сварить, просьба потренироваться и к следующему занятию принести готовое зелье, — сказал профессор Ейки. — Вы можете приходить в любой учебный день после занятий в этот класс, чтобы отработать рецепты. Обычно я ещё несколько часов после окончания уроков нахожусь тут. Буду рад вам помочь.       — Ну что, мальчишки, — громким и веселым голосом на весь кабинет произнес один из альф, — напились зелья, теперь можно и порезвиться?       — Эй, дурак! Что за глупости ты говоришь?       — И правда, вот помело. Не забывайся, мы же всё ещё в классе с профессором.       — Да ладно, я же просто пошутил, — посмеиваясь, оправдывался молодой человек.       Тэхён хихикнул, посчитав шутку пускай и глупой, но забавной.       Запела птичка. Занятие было окончено. Ребята стали собираться и прощаться с преподавателем. Следующий урок опять будут проводить для всего курса. Студентам не терпелось встретиться со своими однокурсниками и рассказать, чем они занимались, и хотелось узнать, делали их товарищи то же самое или что-то другое.       — Тэхён, — Чонгук окликнул омегу в коридоре, — давай всегда сидеть на зельеварении вместе? Мы вроде неплохо сработались.       — Давай, — кивнул омега и слегка улыбнулся. — Мне понравилось с тобой работать.       Принц чуть не растёкся от всколыхнувшейся в нём радости. Отчего-то согласие Тэхёна работать с ним на зельеварении слишком сильно его обрадовало.       Омега увидел в конце коридора Сону, который замахал ему рукой, поэтому тут же убежал к соседу, оставляя Его Высочество в одиночестве. Но не надолго. Очень скоро к Чонгуку подоспели его друзья.       — Хэй, как прошел урок? — спросил Хосок, шагая под ручку с Чимином.       — Отлично. А у вас?       – У нас такая нудятина была, — Чимин мученически простонал и покачал головой. — Наш учитель сначала знакомился с каждым, потом долго-долго говорил и заставил нас читать учебник. Я думал, что мы что-нибудь сварим, а не тут-то было.       — А мы варили, — прозвучало довольно.       Кажется, группе Чонгука очень повезло с профессором.       — Серьёзно? — завистливым тоном спросил Хосок. — А что?       — Противозачаточное зелье, — усмехнулся Чонгук и пошёл с друзьями к следующей аудитории, где у них будет занятие. — Нас ещё и попробовать это заставили.       — Ничего себе! Кажется, у вас было весело. Чимин, может быть, договоримся с кем-нибудь и переметнёмся в группу к Чонгуку?       — Если бы это было возможно, — ответил омега.       — Правда варили зелье? И правда пили его потом? Вот это да! Слушайте, я тут узнал, чем нас будут кормить на ужине.       — Не травмируй меня раньше времени, — попросил Чимин, махнув рукой.       Чонгук рассмеялся и приобнял омегу, стараясь подбодрить. Он говорил о том, что осталось совсем недолго потерпеть, завтра будут кормить нормально. Чимин только улыбался, чувствуя бодрость и радостность друга. А Чонгук просто не мог держать всё это в себе, чувств после урока зельеварения было слишком много.