Наследовать

A/N (от оригинального автора) — Спасибо всем, кто просмотрел и продолжает читать эту историю. Извините, что эта глава короче, но было бы разумнее закончить её здесь до следующей главы.       Тирион смотрел, как сестра рассмеялась над его предложением. От неё несло вином, и Тирион знал, что она всё сильнее пьянеет. Ему не нужна была пьяная Серсея. Младенец на руках безмятежно спал, прижавшись к нему, и Тирион не мог позволить Серсее причинить ему боль. Он должен был как-то до неё достучаться.       Я не шутил, — сказал Тирион, его щеки вспыхнули, когда она продолжила смеяться.       У тебя ребёнок? Боже, ты едва можешь его нормально держать, — сказала она сквозь смех.       Что бы ты с ним сделала? — спросил он, страшась ответа.       Услышав это, Серсея перестала смеяться и пристально посмотрела на него.       Я не знаю — наконец сказала она.       Хотел бы я, чтобы Джейми был здесь, — сказал Тирион. — Он бы знал, что делать.       На это Серсея фыркнула: Не знаю. Мне стыдно, что приходится преподносить ему эту штуку, как его сыну.       Джейми не было бы стыдно, — тихо сказал Тирион. — Он хотел бы защитить ребёнка.       Тирион продолжал держать племянника на руках, не отрывая взгляда от его лица. Он был похож на Джейме. Когда малыш улыбался раньше, это напомнило Тириону самоуверенную ухмылку его старшего брата. Он хотел защитить своего маленького племянника, но Тирион не понаслышке знал, насколько жесток мир к таким, как он, – даже к собственной семье. Таким счастливым и улыбчивым может быть малыш, но, когда он вырастет, он, конечно, недолго продержится. Если, конечно, ему дадут шанс вырасти.       Я пока ничего не собираюсь с этой штукой делать, — наконец сказала Серсея, крутя в пальцах чашу с вином.       Тирион взглянул на неё с недоверием: Я могу отвести его в свои покои, если ты предпочитаешь его не видеть.       О нет. Он не выйдет из этой комнаты — сказала Серсея, пристально глядя в глаза Тириона.       Тирион знал, что с Серсеей спорить бесполезно. Он мог бы спорить, но это, скорее всего, помешало бы ему снова посетить её, и Серсея была права: он понятия не имел, как ухаживать за младенцем.       Кто о нём знает? — спросил Тирион.       Мои две служанки, кормилица, мейстер, а теперь и ты, — сказала Серсея. — Все поклялись хранить тайну.       Когда она произнесла последнюю часть, ее сестры пристально посмотрели на него.       Конечно, я никому не скажу, — пообещал он.       Я верю тебе, — сказала Серсея после паузы. — Всё равно у тебя нет друзей, которым ты можешь это рассказать.       Тирион проглотил ответ, который, казалось, уже готовился вырваться. Как будто Серсея могла говорить о друзьях?       А как же дети? Я обещал Томмену и Мирцелле, что навещу вас, а потом присоединюсь к ним за ужином — спросил Тирион. Руки у него начинали болеть от хватки спящего ребёнка, но он всё ещё не был готов отпустить его.       Серсея фыркнула, и её расфокусированный взгляд снова встретился с его взглядом. — Типично. Я оставляю их одних на несколько дней, а ты переезжаешь. Ты, наверное, рассказываешь им обо мне отвратительную ложь. Настраиваешь их против собственной матери.       Серсея с грохотом опустила чашу с вином на стол, заставив младенца ворочаться на руках Тириона, но, к счастью, не настолько, чтобы разбудить его. Тирион старался не обращать внимания на боль, которую он испытал от её слов. Неужели его сестра действительно так плохо о нём думает? Это она воспитала Джоффри, чтобы тот ненавидел его и преследовал за то, что он карлик. От этой мысли у него по спине пробежали мурашки. Джоффри. Как он справится с известием, что его новый брат – карлик? Однако, по одной проблеме за раз.       Серсея, они любят тебя. Они боятся остаться одни. Им компанию составляют только септы и стражники. Мы оба знаем, что у Джоффри нет на них времени, — сказал он, умоляя её понять.       На этом королева-регентша смягчилась: Я скучаю по ним.       Они смогут встретиться со своим братом? — осторожно спросил Тирион. Он надеялся, что если Томмен и Мирцелла сблизятся с ребёнком, Серсея будет более охотно его примет, хотя бы ради их умиротворения.       Между ними повисло неловкое молчание. Тирион не отступал и не отрывал взгляда от сестры, пока она не взглянула на свою чашу с вином, прежде чем наконец поставить её на стол.       Ладно, — сказала она со вздохом. — Приведи сюда Томмена и Мирцеллу после ужина. Но только не Джоффри.       Отлично. Они будут в восторге, я уверен, — сказал он с улыбкой, разворачиваясь к её двери.       Тирион! — позвала она, останавливая его. — Верни ребенка!