Проклятье

Аластор наблюдал как выражение лица Люцифера меняется из больного в обеспокоенное. Что внутри беспокоило, но он скинул всё на рану. Его тянуло к падшему. Настолько, что он хотел выбежать из комнаты в любое другое место, но встать и уйти уже не мог. Пока он находился в собственных мыслях, Люцифера начало трясти. От этого Аластор не давая отчёт своим действиям подбежал, осматривая его. — " Да блять, что это за проклятье такое? " — у него не хватало злости на всё, что с ним произошло за последнее время. Но смотря как под ним трясётся тело он не знал, что делать. Его уши прижались к голове. И в голове бушевал океан из вопросов и мольб. У кого просить помощи? Есть ли вообще возможность помочь? А даже если и есть, как именно он с этим связан? От этих размышлений его прервал цепляющее за него слабое тело. Ели сохраняя самообладание от того чтобы что-то не сломать или не навредить ещё больше. Он тихим, болезненным голосом произнёс. — " Скажите, Люцифер, есть ли вообще способ вам помочь? Если есть я готов на всё..." — Люцифер нечего не слышал, но почувствовал как к нему прижались и немного успокоился. Сквозь боль он услышал заветные слова « Способ... Помочь... Я готов». Потянувшись к тёплому телу он обнял его со всех оставшихся сил. Пака Аластор тревожно думал как помочь. Его мысли перебило резкое объятие, в нём читалось всё... Боль, страх и нужда в ком-то... сильном и надёжном. Стена которую Аластор пытался выстроить трескалась на глазах. Его лицо выражало отчаяние как будто он сейчас лишается чего-то важного. — " Прошу... " — Аластор договаривать не стал. Просто прижал тело ещё сильнее так что кости бы сломались, но Люци даже в таком состоянии был крепким и сломать его кости было практически невозможно. Сейчас Аластор нечем помочь не мог поэтому сделал то, что то показалось ему самым правильным. А это остаться рядом. Поднимаясь с колен в месте с падшим он забрался на его кровать и лёг на спину прижимая голову и талию Люцифера к груди. Люцифера со временем стало отпускать дрожь осталась, но слабая. Руки всё так же сжимали рубашку парня, но не с болью, а с надеждой и чувством безопасности в его объятиях как на пляжу под солнцем. Аластор всё также крепко держал его в своих объятиях. Уши всё также были прижаты от тревоги. Но разум понял самое страшное прошло, теперь осталось только дождаться пробуждения падшего и уйти как ни в чём не бывало. От этой мысли сердце заболело он не хотел уходить, не хотел расслаблять руки, но когда то это всё равно слиться. Это были его чувства. Аластор понял это ещё когда неведомая ему сила прежде, заставилп поцеловать его на кухне. И с этими мыслями его глаза закрылись и он уснул. Крепко обнимая Люцифера. Продолжение следует→