Зачем нужны презервативы?

— Исаги, — окликнул Рин и как только тот обратил на него внимание, поцеловал его. Исаги дал ему пощёчину. — Из-за тебя я не могу этим заниматься! Если невтерпёж, обменяй баллы за забитые голы на выходной, сходи в аптеку и закупись презервативами! — велел он и, держась за живот, убежал куда-то. Позже вечером в своей спальне, недоумевая, почему Исаги со злостью прогнал его, Рин открыл интернет-браузер и нажал на поисковую строку. В статье по первой ссылке говорилось, что при сексе без презервативов вероятность забеременеть составляет 85 %. Рин свернул браузер и открыл калькулятор. Если он правильно помнит, он не мог перестать вдалбливаться в Исаги, пока яйца совсем не опустели, а произошло это только после пятого раза. Простая математика: 85 % умножить на 5 раз получается... 425 %. С такой вероятностью Исаги мог забеременеть. 100 % — это одна беременность. Значит... У Исаги внутри сейчас четыре ребёнка. И ещё 25 % непонятно куда делись. Неудивительно, что он держался за живот и был таким раздражённым. Но постойте-ка... В основном у людей рождается по одному ребёнку, изредка два — тогда их называют близнецами или двойняшками, — три и больше — почти никогда, хотя бывает и такое. Не может такого быть, чтобы Рин один был таким ненасытным и неопытным, не знающим о презервативах. Наверняка и у остальных парочек бывает такой страстный незащищённый секс, так почему рождается лишь один ребёнок? Самый очевидный ответ — детям в животе не хватает питания, и один пожирает другого ради необходимых калорий. Этого нельзя допустить. Да, сейчас Рин обычный старшеклассник, даже не устроился на подработку, но у него самый высокий ценник на аукционе в лиге неоэгоистов среди блюлоковцев, он сможет прокормить целую ораву детишек.

***

Рин уже ждал Исаги в немецком корпусе. — Эй, — окликнул его Рин. — О-ой! Давно ты здесь? — спросил Исаги. — Ты выйдешь за меня? — Что на тебя нашло?! Рин считал вопрос с браком решённым — Исаги ломается лишь из упрямства. Он всегда таким был, а беременность сделала его ещё более неуравновешенным и беспокойным, но это простительно. Рин присел на корточки, чтобы его голова была на уровне живота Исаги, и обратился напрямую к детям: — Пожалуйста, не ешьте друг друга, братики и сестрички должны дружить. Обещаю, я достану вам достаточно еды... Исаги всхлипнул. Рин поднял взгляд и увидел, как раскраснелось его лицо, ладонь прикрывала рот. Через ткань мастерки Рин погладил его живот — дети тоже должны были это почувствовать. — Что-то не так? — спросил Рин. — Это очень мило, но... Рин... Встань, пожалуйста, — Рин послушно выпрямился во весь рост. — Мужчины не могут забеременеть... — сказал Исаги и принялся объяснять, как устроена репродуктивная система и зачем он просил купить презервативы. Рин слушал и хмурился. Необходимость брать Исаги замуж и становиться добытчиком семьи отпадала, но от этого почему-то легче не становилось. Даже наоборот, сломанные планы тяжким грузом оседали на плечах. — ... Помни об этом и будь осторожен с будущей партнёршей, — закончил Исаги лекцию. Рин почувствовал, как у него дёрнулся глаз. Он уже не в первый раз это слышит. — Про какую женщину ты всё время говоришь? — поинтересовался он. — Чисто гипотетически... — начал Исаги, но Рин уже его не слушал: — Может, ты сам хочешь встречаться с женщиной? — Нет, я... — растерялся Исаги. Рин схватил его за руку и уже вёл в укромную комнату, где стояла кровать. Туда он и повалил Исаги, а сам оседлал его бёдра. У Исаги ведь тоже есть член, наверняка ему тоже хочется присунуть кому-нибудь. Что же, Рин не против. Вот только от неожиданности Исаги не мог и шелохнуться. — В чём дело? — спросил Рин. — Ах да, у тебя не стоит... Рин плавно сполз вниз и стал стягивать штаны с Исаги. — Нет, Рин, не надо... — Исаги пытался уклониться от его руки, прикрыться, как будто там было что-то ценное, что Рин не видел и не трогал. — Почему? Ты не хочешь? — спросил тот, отпихивая мешающую руку в сторону. — Нет, но... Ты не должен... — Я сам решаю, что я должен и не должен делать. Исаги проиграл борьбу и сдался, Рин провёл рукой по его ещё вялому члену, заставляя налиться кровью и распрямиться. Исаги вхлипнул и прикрыл рот рукой. Он не хотел смотреть вниз, но не мог отвести взгляд. Рин поймал его и, довольный результатом, на пробу слизнул капельку выступившего предсемени. Она оказалась солоноватой, но вкус не мог стать преградой на его пути. Он вспоминал всё то, что рот Исаги делал с его членом, и пытался повторить. Рин облизал его со всех сторон и подул на ещё не высохшую слюну, вызвав мелкую дрожь, прежде чем осторожно положить головку на язык. Исаги застонал ещё громче и слаще, чем раньше, Рин рефлекторно поднял голову в сторону звука и остался доволен увиденным, вид Исаги поощрял его двигаться дальше. С каждым движением головы Рину удавалось взять всё больше длины, на оставшейся он работал запястьем, бёдра Исаги дрожали. Рин мог бы заглотить его член полностью, уткнуться носом в лобковые волосы, наплевав на выступившие слёзы и рвотный рефлекс, положить руку Исаги себе на голову и отдать её в его полное распоряжение. Если бы у него не было других планов. Теперь ему было, что седлать. Рин мог быть на принимающей стороне, но он не собирался отдавать контроль. Неловко поёрзав, Рину удалось наконец снять свои штаны. Он уже приставил член Исаги к своей заднице и хотел опустится, как тот крепко сжал его бёдра. — Подожди. Так ты порвёшь себя, — предупредил он. — Давай лучше я... Исаги собрал выступившее предсемя с члена Рина, растёр на пальцах и попытался втолкнуть палец в задницу Рина. — Ого… Какой ты… горячий… и тугой… — проговорил Исаги. — Заткнись, — оборвал его Рин. Вторжение оказалось болезненным, Рин подался вперёд, практически ложась Исаги на грудь. А ведь он хотел запрыгнуть сразу, без подготовки... — Я же говорил. Давай понемногу... Исаги легонько толкал палец назад и вперёд, в разные стороны, чтобы ослабить давление мышц. Каждый миллиметр давался с боем, но он продолжал постепенно раскрывать Рина. — Давай быстрее, — кусая губы, потребовал Рин, его контроль таял с каждой секундой. — Нет. Потерпи ещё немного... Поддавшись порыву, Исаги поцеловал Рина в висок. От мелких, почти микроскопических толчков пальцами внутри член Рина проезжался по кубикам пресса Исаги, пачкая его предэякулятом. Такого трения было безбожно мало, и Рин жалобно скулил, прося о большем, пока Исаги растягивал его, иногда задевая какую-то точку внутри, от которой Рина подбрасывало и прошивало током. — Думаю, достаточно, — наконец решил Исаги. Он вынул пальцы, и Рин замычал в знак протеста, но его недовольство быстро угасло, когда он почувствовал, как горячий влажный член потирается между его ягодиц, готовый вот-вот войти и заполнить собой растянутую дырку. — Всё ещё хочешь меня оседлать? — спросил Исаги. — Да, — ответил Рин, хотя, по правде говоря, уже не был так уверен в этом. Исаги поддерживал его бёдра, пока Рин старался опуститься на его член. Несмотря на растяжку, приходилось заново осваивать распирающее чувство, погружаться на новые глубины. Процесс казался бесконечно долгим, Рин закусывал губу, но всё равно стонал и всхлипывал, Исаги пыхтел, пока наконец не объявил: — Всё. Он полностью вошёл. Ты молодец, Рин. Рин снова всхлипнул, пытаясь устроиться поудобнее. Через какое-то время ему удалось привыкнуть, и он с удивлением обнаружил, что может двигаться. От первой попытки подняться и опуститься приятно не было. От второй тоже. Но раз за разом меняя угол, Рин наконец нашёл тот самый, от которого из него чуть не вышибло дух — так хорошо было. Дело пошло бодрее, Исаги стал двигаться навстречу, удовольствие накатывало всё больше и больше. Рину не хотелось останавливаться, но он также понимал, что скоро кончит. — Исаги, я... — Кончай, — разрешил тот. И Рин кончил, испачкав и себя, и Исаги заодно. Исаги героически пережил этот спазм, хоть и с диким криком, но успел вытащить, прежде чем излился вслед за Рином. Рин почти чувствовал обиду, что не внутрь, но Исаги говорил, что это плохо, и потому простил его. — Кстати, почему во множественном числе? — спросил Исаги, когда они немного отдышались и пришли в себя после оргазма. — Что? — не понял Рин. — Ну, ты сказал «братики и сестрички», как будто их внутри несколько... Да, Исаги обучал его половому воспитанию, но настала очередь Рина объяснять ему арифметику младшей школы. — Это не так работает, ребёнок всё равно был бы один, — усмехнулся Исаги. — Оно не плюсуется, вероятность каждый раз обнуляется и считается отдельно. Рин молчал. Ему всё ещё было трудно переварить, что он не станет малолетним многодетным отцом. Когда-нибудь потом — может быть, но не сейчас. — Давай ещё раз? — предложил Исаги. — Я устал, — отказался Рин. — Зато я ещё бодрячком. Тебе ничего не придётся делать, просто ляг на спину… Кончить ещё раз всё же хотелось, и если для этого не придётся ничего делать, то вообще замечательно. Рин раздвинул ноги, и Исаги устроился между ними, закинув одну из них себе на плечо и поцеловав выступающую косточку. — Извращенец, — пробурчал Рин. — Неправда, в этом нет ничего такого, — ответил Исаги, введя пальцы ему в анус. — Что ты там колупаешься?! Там всё ещё растянуто после первого раза. — Ладно-ладно, не злись, сейчас всё будет, — усмехнулся Исаги. В другой позе и ощущения были немного другими. Отдав Исаги контроль, Рину было стыднее смотреть ему в глаза, он постоянно отворачивался, пока Исаги не остановил его и не поцеловал. Так его член зашёл ещё глубже, хотя, казалось бы, куда ещё, и Рин наконец кончил. Исаги, пережав основание, следом испачкал ему живот. — Давай сзади? — предложил Исаги, когда немного отошёл от оргазма. — Нет, — ответил Рин. — В последний раз. — Ладно, — согласился Рин, надеясь, что последний раз только на сегодня. Конечно, самому вставлять приятнее, но так тоже неплохо. Лишь бы с Исаги.