Любовь с позывным "Рысь"

В буфете Воеводин аккуратно усадил девушку за столик. Антонова уже спешила к ним с чашкой горячего чая. — Вот, выпейте, — мягко произнесла она, — это поможет вам успокоиться. Лилия сделала маленький глоток, и её плечи постепенно расслабились. Олег присел напротив: — Лилия Павловна, постарайтесь собраться с мыслями. Нам нужно понять, как у вас оказались эти доказательства. Девушка подняла глаза, в которых читалась усталость: — Я… я следила за ним. За Гавриловым. Понимала, что что-то не так. Он слишком активно интересовался ходом расследования, слишком много знал о наших операциях. Параллельно: Данилов Капитан мчался к квартире Граниной. В голове крутились мысли: «Неужели всё это время мы работали с предателем? Но Гаврилов казался таким надёжным… А эта папка… Что же в ней такого важного?» Добравшись до квартиры, он быстро нашёл знакомую тёмно-зелёную папку. Внутри оказались: • Фотографии встреч • Заметки • Копии документов • Несколько флешек ФЭС В этот момент в буфет вбежал запыхавшийся Данилов: — Нашел! Всё на месте. Холодов уже изучает содержимое. Рогозина, вошедшая следом, выглядела напряжённой: — Лилия Павловна, нам нужно будет детально обсудить всё, что у вас есть. Но сначала — полное обследование. Вы должны быть в состоянии дать показания. Гранина кивнула, чувствуя, как постепенно возвращается уверенность. Правда наконец-то выйдет наружу, какой бы горькой она ни была. Холодов вбежал в кабинет, держа в руках распечатки. Его лицо было бледным. — Галина Николаевна, — произнёс он дрожащим голосом, — всё подтверждается. Здесь есть записи встреч, финансовые документы, даже схемы передачи денег. Рогозина кивнула и повернулась к Гаврилову, который всё это время сохранял невозмутимый вид: — Подполковник Гаврилов, вы арестованы по подозрению в связях с преступной группировкой. Двое оперативников вошли в кабинет и надели наручники на бывшего коллегу. Гаврилов усмехнулся: — Вы ещё пожалеете об этом.

Предложение Рогозиной

Когда всё улеглось, Рогозина пригласила Лилию в свой кабинет. Девушка всё ещё выглядела измождённой, но в её глазах появилась решимость. — Лилия Павловна, — начала Рогозина, — вы проявили невероятное мужество. Ваши действия помогли раскрыть серьёзное преступление. Гранина опустила глаза: — Я просто выполняла свою работу. — Не просто, — возразила Галина Николаевна. — У нас есть предложение. Мы хотели бы видеть вас в рядах ФЭС. Ваши навыки, наблюдательность и преданность делу — именно то, что нам нужно. Лилия подняла взгляд, в её глазах заблестели слёзы: — Но… после всего, что произошло… — Именно поэтому, — мягко перебила Рогозина. — Вы доказали, что можете работать в самых сложных условиях. Мы готовы дать вам шанс начать всё с чистого листа здесь. В окно кабинета пробивались лучи заходящего солнца. Лилия смотрела на город, раскинувшийся внизу, и впервые за долгое время чувствовала надежду. — Я… я согласна, — тихо произнесла она. — Спасибо вам. Рогозина улыбнулась: — Добро пожаловать в команду, лейтенант Гранина. В коридоре ФЭС раздались аплодисменты. Сотрудники, узнав о решении начальницы, пришли поздравить нового коллегу. Лилия, стоя в окружении коллег, чувствовала, как груз прошлого постепенно отпускает её.